Геноцид русского народа в Чечне

Ответить
Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:10

Геноцид в Чечне — насильственные действия, осуществляемые по национальному признаку, направленные против мирного, в основном этнически нечеченского - русского и др. коренных народов России* - в Чеченской Республике**. К середине 2000-х вытеснение лиц нечеченской национальности из Чечни было практически полностью завершено***…
В июле 1999 года министерство по делам национальностей России сообщило, что в Чечне с 1991 по 1999 годы было убито более 21 тыс. русских (не считая погибших в ходе военных действий), захвачено более 100 тыс. квартир и домов, принадлежащих представителям нечеченских этносов, более 46 тыс. человек были фактически превращены в рабов («Независимая газета»: «Вытеснение русского населения в Чечне продолжается при попустительстве федеральных чиновников»? 23.05.2003). У них отбиралось имущество и паспорта при попустительстве республиканских и федеральных властей (Itar-Tass: Over 21,000 Russians Killed in Chechnya Since 1991 // Center for Defense Information).
По данным переписей населения в Чечено-Ингушской АССР в 1989 году проживало 269130 русских (24,8% населения), в 2010 в Чеченской республике проживает 24382 русских (1,9%).
Ещё в 2002 году президент России В. Путин заявил, что в «результате этнических чисток в Чечне погибло до 30 тыс. человек, а возможно, и больше» (В. Путин, «Россия не пойдет на переговоры с бандитами и террористами в Чечне // Гос. интернет-канал Россия, 19 декабря 2002). Однако, несмотря на то, что существуют многочисленные свидетельства того, что убийства, грабежи и иные преступления в Чечне массово производились со стороны боевиков, российские правоохранительные и судебные органы практически не направляли свои усилия на юридическое закрепление этого факта. В России не был проведен ни один громкий процесс над руководителями Чечни, также плохо или вообще не расследовались вменяемые им преступления.
Почему происходило так, а не иначе? - на эти вопросы отвечают материалы инициатора и участника парламентской комиссии по исследованию причин и обстоятельств кризиса в Чеченской Республике, депутата Государственной думы РФ 1-го созыва, начальника отдела Министерства по делам федерации и национальностей РФ, д.ф-м. н. Михаила Петровича Бурлакова:
Мы не сможем проанализировать здесь все глубинные истоки и все аспекты этого странного и страшного союза: Кремль, олицетворяющий государственное единство, будь то Советский Союз или Российская Федерация, и мятежная Ичкерия, не желающая входить ни в какое государственное образование и заявляющая, по крайней мере, в риторике руководства, о своём полном суверенитете. Главные участники тех событий старались не оставлять документальных свидетельств своих тайных договорённостей – «джентльменские» соглашения между высокими договаривающимися сторонами заключались на аллеях правительственных резиденций, в кабинетах министров и vip-чиновников России и Ичкерии, в особняках банков и зарождающихся финансовых империй, сокрытых от посторонних любопытных глаз и ушей. А те, кто паче чаяния оказался посвящен в эти договорённости по роду своей деятельности или в силу служебных обязанностей, потом навсегда исчезли на кровавых дорогах Кавказской войны.
Но любая криминальная деятельность, так или иначе, оставляет следы, тем более, если эта деятельность достигает ранга большой политики. Да и сама цепь фактов и логика событий указывает на преступный сговор между Кремлём и руководством сепаратистов в Грозном. При этом именно власть в Москве вдохновляла, подталкивала и инициировала преступную деятельность своих союзников из Грозного. В союзе Кремля и Ичкерии Москва была «старшим партнёром» и «заказчиком», а чеченские сепаратисты – исполнителями и «миноритарными акционерами» при дележе советского наследства.Мы не сможем проанализировать здесь все глубинные истоки и все аспекты этого странного и страшного союза: Кремль, олицетворяющий государственное единство, будь то Советский Союз или Российская Федерация, и мятежная Ичкерия, не желающая входить ни в какое государственное образование и заявляющая, по крайней мере, в риторике руководства, о своём полном суверенитете. Главные участники тех событий старались не оставлять документальных свидетельств своих тайных договорённостей – «джентльменские» соглашения между высокими договаривающимися сторонами заключались на аллеях правительственных резиденций, в кабинетах министров и vip-чиновников России и Ичкерии, в особняках банков и зарождающихся финансовых империй, сокрытых от посторонних любопытных глаз и ушей. А те, кто паче чаяния оказался посвящен в эти договорённости по роду своей деятельности или в силу служебных обязанностей, потом навсегда исчезли на кровавых дорогах Кавказской войны.
Союз этот сложился к началу 90-х годов. И на первом этапе в его основе лежало противостояние двух центров власти в Москве: с одной стороны, Союзная власть во главе с Генеральным секретарём ЦК КПСС и Президентом СССР Михаилом Горбачёвым, с другой – Верховный Совет РСФСР и Борис Ельцин, претендующий на безраздельную власть в самой большой и богатой республике распадающейся советской империи. Каждый из этих московских «центров притяжения» рассчитывал использовать в своей борьбе бандформирования в национальных республиках, которые создавались при поддержке союзных и республиканских органов власти. При этом в начале противостояния Ельцин опирался на сепаратистов из союзных республик, а Горбачёв, чтобы помешать укреплению власти своего соперника в Российской Федерации, поощрял центробежные силы в автономных республиках в составе РСФСР.
А расходным материалом в этой борьбе амбиций и алчности стали простые русские люди, проживавшие в национальных республиках «братской семьи» советских народов. Русские и другие «некоренные народы» в союзных и автономных республиках не только утратили де-факто политические и социальные права, но и стали объектом грабежей, насилия и эксплуатации, принимающей зачастую даже форму рабства. При этом местная «элита», состоящая по большей части из прежней партийно-советской номенклатуры, стремясь закрепиться у власти в республиках распадавшегося Советского Союза, взяла на вооружение антирусскую риторику и сделала практику русофобии основным компонентом своей внутренней политики. Русских называли империалистами, колонизаторами, эксплуататорами – и это лишь самые безобидные эпитеты, употребляемые в официальной пропаганде. И, разумеется, русские назначались «ответственными» за все репрессии советской власти, за голод, красный террор, принудительную коллективизацию и раскулачивание, за лагеря и депортации. Доходило до смешного – Звияд Гамсахурдиа, первый президент «свободной» Грузии, называл Сталина (Джугашвили) и Берию русскими палачами грузинского народа.
И русские люди, оказавшись в самом бесправном положении, окружённые всеобщей ненавистью, усердно раздуваемой новыми лидерами «независимых государств», вынуждено покидали своё прежнее место жительства под угрозой насилия, подвергаясь зачастую грабежам и террору. Это были великие этнические чистки первой половины 90-х годов, о которых не любят теперь вспоминать ни руководители бывших Советских республик, ни правители Российской Федерации – первые, потому что сами были организаторами политики русофобии, вторые, в силу того, что именно Москва была инициатором раздела Советского Союза и в угоду своим подельникам по СНГ закрывала глаза на террор и этнические чистки в отношении русского населения по окраинам империи. Вот бесстрастная статистика «великого исхода» русских из стран СНГ в первой половине 90-х годов. С 1989 г. по 1994 г.
– из Армении выехало ≈ 41,5 тыс. русских;
– из Азербайджана выехало ≈ 397 тыс. русских;
– из Грузии выехало ≈ 250 тыс. русских;
– из Казахстана выехало ≈ 2780 тыс. русских;
– из Узбекистана выехало ≈ 985 тыс. русских;
– из Киргизии выехало ≈ 638 тыс. русских;
– из Таджикистана выехало ≈ 240 тыс. русских;
– по Туркмении нет даже приблизительных данных.
Когда в 1989 – 1991 годах борьба шла между «союзным центром» во главе с Горбачёвым и союзными республиками, сепаратистские устремления которых активно поддерживал Верховный Совет РСФСР, Михаил Сергеевич, чтобы внести раскол в ряды сторонников Ельцина, председательствующего в Верховном Совете РСФСР, выдвинул идею наделения автономий России правами союзных республик. Эту идею сразу же подхватили «национальные элиты» автономий, которые для укрепления своей власти, вслед за «национальными элитами» союзных республик, взяли на вооружение политику русофобии и этнических чисток. И эту политику активно поддержал Горбачёв и его сторонники, рассчитывая опереться в борьбе с Верховным Советом РСФСР на сепаратистов внутри Российской Федерации.
Но Ельцин быстро перехватил инициативу у Президента СССР, пообещав автономиям «столько суверенитета, сколько они переварят». И, разумеется, материальным воплощением этого суверенитета должна была стать политика дискриминации и террора против «русских империалистов, колонизаторов и эксплуататоров». Особая роль здесь отводилась национальным республикам Северного Кавказа, и в частности Чечено-Ингушетии, где жива была память о депортации 1944 года.
Так на рубеже 80-х и 90-х годов ХХ столетия влиятельные группировки в Москве, борющиеся за власть и собственность, сделали ставку на бандитов с национальных окраин империи. Правители СССР и России активно содействовали созданию вооружённых формирований в национальных республиках Кавказа в надежде на то, что мобильные, вооружённые до зубов и готовые на всё отряды боевиков станут для них надёжной опорой в борьбе за власть. И надо сказать, что расчёты эти в значительной мере оправдались в августе 1991 года во время ГКЧП.
Вот, что, например, мы читаем в Хронике журналистского расследования Владимира Смирнова «Буденовская Трагедия», опубликованной после печально-знаменитого рейда Шамиля Басаева в Ставропольский край:
Итак, Шамиль Басаев…
19 августа 1991 года он, тогда ещё студент Московского института землеустройства, одним из первых встал на защиту Бориса Ельцина у забаррикадированного «Белого Дома». Что называется, по зову сердца пришёл туда с сумкой, набитой гранатами, прикрытыми сверху буханками хлеба. Ещё тогда проявился его талант командира-боевика…
В канун Нового 1992 года Союз Советских Социалистических Республик прекратил своё существование. Теперь перед Верховным Советом РСФСР, победившим «проклятую империю зла», вставала новая грандиозная задача раздела имущества этой империи, львиная доля которого оказалась на подконтрольной ему (ВС РСФСР) территории. Ну и как водится – дружба дружбой, а деньги врозь – и бывшие соратники по борьбе с «империей зла» быстро поделились на враждующие группировки, каждая из которых намерена была ухватить кусок пожирнее от бывшей общенародной собственности. И каждая из этих группировок обращала взор свой на криминальные этнические сообщества с надеждой привлечь их на свою сторону в дележе советского наследия. Эти банды были мобильны, сплочены кровнородственными узами, хорошо вооружены ещё в период противостояния союзного центра с республиками и имели боевой опыт участия в горячих точках первой фазы «демократической революции». Среди них особо выделялись чеченские бандформирования, без участия которых редко обходились «силовые разборки» в период криминальной приватизации первой половины 90-х годов.
Вот как описывает этот период Николай Модестов в своей книге «Москва Бандитская».
«…Чеченцы начали активно проповедовать теорию захвата территорий. Они обложили налогом "на охрану” значительную часть столичного криминального бизнеса и появившиеся в огромном количестве кооперативы. Без борьбы с уже поделившими между собой Москву группировками – солнцевской, люберецкой, подольской, балашихинской – обойтись было нельзя. Эти обстоятельства способствовали объединению по национальному признаку разрозненных и редко контактировавших чеченских кланов. Атлангереев, Нухаев и привлеченные к сотрудничеству Сулейманов, Алтимиров и Таларов (ставший впоследствии уважаемым казначеем общины) создали единую систему боевых групп, опекавших конкретные районы города и способных быстро собираться вместе по сигналу тревоги…»
Но сила чеченских группировок была не только в их сплочённости. Их поддерживала власть, а правоохранительные органы не только не противодействовали чеченскому криминалу, но и зачастую сотрудничали с ним. Об этом свидетельствуют сами участники тех событий:
Нухаев: …Раз мы взяли очень большую колонну и проехали по всем ресторанам. Мы по всему городу вылавливали эти группировки разные типа бауманских, которых мы полностью разбили. То есть большая операция, серьёзная.
Хлебников: Большая колонна – это сколько человек?
Нухаев: Так трудно сказать. Ну, четыреста человек, пятьсот человек….
На самом деле непосредственно работали две машины, то есть шесть – восемь человек, которые заходили в рестораны, где находились противники, и очень дерзко решали вопросы. А остальные были в поддержку. Это, скорее, была демонстрация войск. Надо было показать, что здесь серьёзно, что здесь не надо шутить….
Хлебников: И какие вопросы решались в ресторанах?
Нухаев: Операция была связана с бауманской группировкой и побочно с люберецкой…. Мы знали, где они заседают, в каких местах. И там не разговоры шли, а сразу расправа….
А колонну сопровождали комитетские машины. Они за ней смотрели – кто что там делает. Они могли нас только уговаривать не допускать беспорядков. То есть органы смотрели, что здесь всё правильно…
Вот так вот! Чеченские преступные группировки, бравшие «под крышу» коммерческие структуры, сами находились «под крышей» правоохранительных органов и спецслужб, которые в свою очередь патронировались Кремлём и «Белым Домом» на Краснопресненской набережной.
Постепенно различные враждующие группировки сплотились вокруг двух «центров притяжения». Одним из этих центров стал Кремль во главе с Президентом России Борисом Ельциным, руководившим исполнительной властью, а другим – Верховный Совет, которому по Конституции принадлежала законодательная власть в Российской Федерации, и который, опираясь на Съезд народных депутатов, имел высший приоритет в решении любых вопросов управления государством. При этом и Кремль, и Верховный Совет рассчитывали использовать незаконные вооружённые формирования генерала Дудаева, захватившего власть в Грозном после разгрома ГКЧП, и объявившего о суверенитете Чеченской Республики, и чеченские криминальные группировки в Москве и в России, так или иначе, связанные со своей «исторической родиной». И чтобы снискать благосклонность новоявленного Грозненского диктатора, обе «ветви власти» в Москве не только не замечали террор, развязанный чеченскими сепаратистами против русского населения республики, но и всячески материально и морально поддерживали Дудаева и его соратников.
Весной 1993 года в Чеченской республике накалилась «внутриполитическая» обстановка. Президенту Дудаеву противостоял Парламент Ичкерии, который вознамерился провести референдум о доверии бывшему советскому генералу и отодвинуть его от власти в республике. И так уж случилось, что и власть в Москве разделилась в своей поддержке чеченских сепаратистов: Верховный Совет поддерживал Парламент Ичкерии, а Президент Ельцин – Президента Дудаева.
Парламентская Комиссия по исследованию причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской Республике констатирует поразительное сходство событий 1993 года в Москве и в Грозном.
«…Развитие политической ситуации в Чечне в 1993 году поразительным образом напоминало по внешнему рисунку ход событий в России, лишь опережая его на один такт. В апреле Дудаев распускает неугодный ему парламент. В ответ на фоне начавшегося многодневного митинга оппозиции "распущенный”, но не ушедший с политической арены парламент назначает на 5 июня референдум о доверии себе и президенту…
Кульминация наступает в начале июня, когда боевики Дудаева врываются в Центризбирком и уничтожают бюллетени так и не состоявшегося референдума.
5 – 6 июня 1993 года в ходе столкновения президентской гвардии с митингующими сторонниками разогнанного парламента на улицах Грозного снова пролилась кровь: было убито (расстреляно танками) более полусотни человек. Этот сценарий был использован в России в октябре 1993 года при расстреле Парламента России…»
Разгромленная в Грозном антидудаевская оппозиция отступила в Знаменский и Урус-Мартановский районы Чечни, и в республике наступило хрупкое равновесие. И та и другая сторона ждали развития событий в Москве: кто кого одолеет – Кремль или Верховный Совет?
В кровавые дни осени 1993 года, когда противостояние между двумя центрами власти в России достигло апогея, отряды чеченских боевиков выступали как на стороне Ельцина, так и на стороне Верховного Совета, который в те дни возглавлял чеченец – профессор экономики Руслан Имранович Хасбулатов. Известно, что Джохар Дудаев, президент самопровозглашённой Ичкерии и советский генерал в отставке, незадолго до вооружённого столкновения Ельцина с Верховным Советом предлагал президенту Российской Федерации и бывшему секретарю МГК помощь своими вооружёнными силами. Ельцин благосклонно отнёсся к предложенной помощи своего «младшего коллеги», и отряды боевиков Дудаева в сентябре 1993 года прибыли в Москву на «защиту демократии». Мы ещё вернёмся ниже к теме сотрудничества союзной и федеральной власти с чеченскими боевиками и с другими сепаратистскими формированиями на Кавказе, и к поддержке этих формирований финансами и оружием. А здесь приведём лишь один документ, характеризующий «теплые» отношения между Борисом Ельциным, президентом самопровозглашённой в Беловежской пуще Российской Федерации, и Джохаром Дудаевым, президентом самопровозглашённой в Грозном Ичкерии.
«NOXCHJN RESPUBLICA
PRESIDENT
Его Превосходительству Президенту Российской Федерации
Господину Ельцину Борису Николаевичу
Уважаемый господин Президент!
Правительство Чеченской Республики одобряет Ваши действия по подавлению коммунистическо-фашистского мятежа в Москве, имеющего своей целью захватить власть в России и потопить в крови демократию, возродить в стране исторически изжившую себя систему. Реакции, пытавшейся взять реванш, нанесён серьёзный удар, однако не исключены возможности новых вылазок. Поэтому желаем Вам и Вашим сторонникам решительности и стойкости в закреплении достигнутого успеха, последовательности в проведении курса демократических реформ.
Ранее Правительство Чеченской Республики доводило до сведения Вашей администрации о полной солидарности с курсом Президента России в демократизации страны и готовности оказать Вам в этом тяжелейшем деле всемерную, всестороннюю поддержку. В этот суровый час, когда решается судьба России, мы ещё раз хотим заверить Вас, что мы верны слову и готовы помочь в любой момент всеми средствами, которыми располагаем.
Господин Президент, для обсуждения складывающейся ситуации и ведения переговоров по интересующим российско-чеченские стороны вопросам направляем Вам Министра иностранных дел Чеченской Республики господина Шамседдина Юсефа. Правительство Чеченской Республики просит Вас принять его с благосклонностью и верить всему тому, что он будет излагать Вам от имени Правительства Чеченской Республики.
Примите, господин Президент, уверения в моём весьма высоком уважении.
Президент Чеченской Республики Джохар Дудаев
г. Грозный, 7 октября 1993 года. № 06 – 353.»

А вы говорите – международные террористы! Какие же это международные террористы, – самые, что ни на есть верные защитники демократии. А что там десятки тысяч русских людишек в землю закопали в Ичкерии, да пару сотен тысяч их погнали со священной земли Чечни и Ингушетии, так ведь это неизбежные издержки всякой революции. В гражданских войнах начала ХХ века и не такое бывало.
http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/burla ... 7-1-0-4784
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:18

Сейчас правители России стыдливо умалчивают о том, что кровавый конфликт на Северном Кавказе они создали своими собственными руками. Для «внутреннего» употребления россиян наисторичевшие политики объясняют Кавказский кризис происками западных спецслужб. А для мировой общественности кивают, подражая Соединённым штатам Америки, на каких-то страшных международных террористов, которые якобы и сотворили все безобразия с бедными, несчастными народами нашей страны, пользуясь неопытностью правительства молодой российской демократии. Но факты говорят о другом – федеральная власть с 1991 по 1994 год не только признавала преступный дудаевский режим, но и оказывала ему самую щедрую материальную поддержку. Закрывая при этом глаза на экспорт организованной преступности из Чечни в другие регионы России и на террор против «некоренного» населения республики.
Во-вторых, когда эти защитники демократии будут уже не нужны, можно будет обосновано навести «конституционный порядок» в мятежной республике. И «маленькая победоносная война» на Кавказе поднимет престиж федеральной власти, пошатнувшийся вследствие тотальной коррупции, беззастенчивого грабежа государственной общенародной собственности и ужасающего обнищания всего населения страны.Более того, федеральная власть была заинтересована в терроре и этнических чистках, проводимых в те годы в Чечне и Ингушетии. Во-первых, «экспроприация» имущества невайнахского населения и грабежи давали дополнительный доход «сторонникам демократии» и укрепляли боевой дух её защитников. Этих защитников, получивших необходимую закалку в операциях против гражданского населения республики, правители России рассчитывали использовать в своей борьбе за власть в Москве. А для таких дел им нужны были люди, умеющие хладнокровно убивать безоружных – качество, приобретаемое только длительной тренировкой.
После победы Ельцина над своими прежними союзниками из Верховного Совета России Кремль уже не нуждался в помощи чеченских подельников. Вот тогда и началась подготовка к военной операции по ликвидации мятежной Ичкерии. И Ельцин меняет своих союзников в Чечне, теперь Администрация президента налаживает контакты с антидудаевской оппозицией – с Автурхановым в Знаменском районе, Гантамировым в Урус-Мартане, с Лобазановым, укрепившимся в Аргуне. К оппозиции президенту Ичкерии подтягиваются «московские» чеченцы во главе с Сосламбеком Хаджиевым. Москва хочет ликвидировать режим Дудаева руками чеченцев.
Однако здесь Кремль терпит неудачу. Дудаев, пользуясь поддержкой федеральной власти в революционные 1991 – 1993 годы, настолько укрепил свои вооружённые формирования, что свергнуть его малой кровью уже не представлялось никакой возможности. Большая Чеченская война стала неизбежной. И снова расходным материалом здесь стали простые русские люди – и те, кто ещё оставался на территории Чечни, и те, кого ельцинские генералы послали как пушечное мясо под миномёты и пулемёты Дудаева.
Именно правители России несут всю ответственность за геноцид и этнические чистки в отношении русского населения Северного Кавказа, так же как и за многочисленные жертвы войны в Чечне, начатой Ельциным и его кликой, чтобы под руинами городов и селений скрыть следы преступлений перед собственным народом. Чтобы кошмар войны вытеснил в народном сознании цинизм раздела Державы и тотального грабежа бывшей общенародной собственности. Именно Кремль на протяжении 1991 – 1994 годов вооружал бандформирования в самопровозглашённой Ичкерии, финансировал преступный режим Дудаева и поощрял этнические чистки и геноцид в отношении «некоренного населения».
За всё время правления Дудаева (до начала военных действий) правоохранительные органы не возбудили ни одного уголовного дела по убийствам, грабежам, изнасилованиям, похищениям некоренных граждан Чеченской республики (находящейся, между прочим, в составе Российской Федерации).
Так уже было в истории нашей многострадальной Родины. В начале ХХ века революционеры всех мастей, ненавидевшие Российскую империю со всей её культурой, традициями и верованиями, в своей борьбе сделали ставку на «малые народы», входящие в состав этой империи. Они не только привлекали в свои ряды выходцев из этих народов и подстрекали «коренное» население окраин к грабежам и убийствам русских, но и, действуя через подконтрольные им газеты и своих представителей в выборных органах власти, навязывали обществу мнение, что царская Россия – тюрьма народов, а русские люди – эксплуататоры и оккупанты.
Ярким примером такой тактики «революционной борьбы» является запрос 58 депутатов Государственной Думы Российской Империи, инициированный фракцией социал-демократов и поддержанный мусульманской фракцией . В этом запросе утверждалось, что «…чинимые в Терской области грабежи и воровство проистекают не от мирного народа чеченцев и ингушей, а только от Зелимъ-хана и подобных ему профессионалов-разбойников, и что местная администрация притесняет прочее население только потому, что она безсильна поймать Зелимъ-хана сама и желает притеснениями заставить сделать это туземное население. Борьба, предпринятая Терской администрацией, – говориться в запросе, – выразилась в настоящее время в меры, направленные не столько к поимке Зелим-хана и его шайки, сколько против мирного, ни в чём неповинного ингушского населения».
По этому депутатскому запросу администрацией Терской области была подготовлена обширная записка, в которой были приведены многочисленные факты грабежей, разбоев и убийств казаков «мирными» ингушами и чеченцами. Мы приведём некоторые фрагменты этой записки.
« – В ночь под 1-е апреля 1905 года на полевых работах убит казак Иван Максимов, следы злоумышленников ведут в Гудермес.
– Днём 10-го августа 1905 года на полевых работах у вдовы казачки Просковии Горюновой тремя чеченцами ограблена одна пара быков, стоящая 135 руб., следы быков и злоумышленников привели в селение Цацан-Юрт.
– Утром 19 октября 1905 года отставной 85-летний казак Иона Стрельцов с внуком своим 14-ти летним мальчиком Захаром Рудневым, на одной повозке с двумя парами быков и упряжью, ехал на пашню. На дороге их встретили чеченцы, взяли с быками и повозкой в плен, побили обоих на Цацан-Юртовской земле и на огне пожгли некоторые части тела; трупы были затоплены на Чёрной речке и найдены 10-го ноября того года. Следы преступления остались за селением Цацан-Юрт.
– 18 декабря 1905 года из города Грозного на 10 подводах ехали 16-ть человек. На них напала шайка чеченцев, которые убили трёх человек: казаков Егора Выпрецкого и Фрола Демченко и еврея Исаака Дубиллера и ограбили вещей на 48 рублей. Следы злоумышленников приведены в селение Цацан-Юрт.
– Вечером 18 декабря, при возвращении из станицы Щедринской через селение Брагуновское Грозненского округа, убит казак Михаил Стрельцов. Следы крови остались за селением Брагуны Грозненского округа…».
Всего в записке приведено более сорока случаев грабежей и убийств казаков чеченцами только по Грозненскому округу, и длинный этот мартиролог заканчивается следующим замечанием.
«Приведя такой обширный список, казаки ещё добавляют, что кроме вышеописанных происшествий, в этой записке не помещены сведения о кражах у них скота, лошадей и имущества, чинимых чеченцами, а также о порубке станичного заповедного леса, хищнически истреблённого чеченцами.
Но казаков не только обкрадывают и бьют, но их ещё истязают и над ними издеваются. Так, помимо указанных в предыдущем перечне 85-летнего казака Ионы Стрельцова и его 14-летнего внука Захара Руднева, у которых были пожжены некоторые части тела, можно привести ещё следующие случаи:
Близ аула Старый Юрт убиты на дороге два возвращавшихся с нефтяных промыслов червлёнских парня, причём, сложив крестом их трупы, оба простреляны общей пулей.
Близ хутора Васильева, на земле аула Шама-Юрт, убиты два казака (станицы Калиновской и Савельевской), 16-ти летняя девица и 10-летний мальчик, которые брошены в зажженный стог и сожжены. Мальчик, как видно, горел даже живым, а, может быть, и остальные. Потому что в нескольких саженях от стога, на земле найдены были выпавшие из горевшего бешмета крючки и кучка обгоревших, склеившихся в комок, семечек, бывших в кармане мальчика. По-видимому, горевший выскочил из огня, но отбежав, упал, продолжая гореть, и был снова брошен в костёр злодеями. Трупик его найден в стогу вместе с остальными.
Казак станицы Тарской Егор Гусев был в лесу распят ингушами и расстрелян.
Той же станицы казака Дмитрия Михайлова изранили кинжалами и подожгли.
Одного казака станицы Петропавловской, везшего в город Грозный воз помидоров, заставили танцевать на возу.
– Ну, танцевай твоя! – И наставили винтовки.
И танцевал горемычный казак, пока из помидоров сок потёк».
От себя добавлю, что бесчинства чеченцев и ингушей поощрялись революционерами всех мастей, от эсеров до большевиков, и либеральной частью интеллигенции. Эти «поборники справедливости» почитали грабежи и разбои стихийным протестом горцев против ненавистного самодержавия и его оплота в лице казачества. При этом абреки – профессиональные бандиты имели тесные деловые связи с революционерами, нередко суживали им деньги на их подрывную деятельность и учились у них демагогией оправдывать свои преступные деяния. Так, упоминавшийся в запросе 58 депутатов Государственной Думы, абрек Зелимъ-хан из Харачоя был связан с большевистским подпольем в Грозном и Кизляре и, как сказали бы сейчас, выполнял для их некоторые «заказы» на убийства чиновников и военных. А большевики внушали ему, что в его абречестве виновен русский царь и русские богатеи, которые угнетают несчастный чеченский народ, а он, Зелимъ-хан, всего лишь благородный защитник угнетённых горцев. О чём и написал абрек из Харачоя в своём письме на имя председателя Государственной Думы Российской империи:
«…Я знаю, вернуться к мирной жизни мне теперь невозможно. Пощады и милости тоже не жду ни от кого. Но для меня было бы большим нравственным удовлетворением, если бы народные представители поняли, что я не родился абреком, не родились абреками также мой отец, брат и другие товарищи…».
А видный революционный деятель Чечни Асламбек Шерипов так выразил отношение большевиков-революционеров к бандитам и грабителям в горах Чечни и Дагестана: «Власть терроризировала народ, а абреки терроризировали власть и её приспешников…»
И советская власть поставила памятник Зелим-хану, абреку из Харачоя, терроризировавшему власть царскую и её приспешников – на горной дороге в Ведено бронзовый человек в бурке ведёт в поводу бронзового коня, к седлу которого приторочена винтовка.
Разумеется, к «приспешникам» власти относилось всё казачье сословие, а потому, терроризировать казаков – значило творить благое революционное дело освобождения трудящихся. И терроризировали казаков и абреки, и «мирные» чеченцы и ингуши, о которых так сказал один ингуш войсковому старшине Вербицкому:
«…Разбойник – так то уже разбойник; а этот соучастник, простой мирный человек из народа. Когда разбойник идёт воровать или грабить многим хочется получить барыш в его деле. Вот они и идут с ним. Всякому хочется попользоваться, а так они мирный народ…»
Но настоящий массовый террор против русского казачьего населения Терской области развернули большевики, пришедшие к власти в Российской Империи в результате Октябрьского переворота 1917 года. Они, следуя заветам Ленина и Троцкого, сразу взяли курс на активное сотрудничество с малыми народами, проводя по окраинам империи этнические чистки и жесточайшее подавление русского населения. А в центральной России отряды «инородцев», использовались как ударная сила карательных органов. Печально-знаменитые латышские стрелки – акушеры революции, лишь один из сегментов этого великого интернационального фронта, стратегической задачей которого было подавление русского национально духа методами жесточайшего массового террора. Посмотрите поимённый состав Совнаркома Ленина – вы не найдёте там и трёх русских фамилий – и это в стране, где русские составляли большинство населения; загляните в списки карательных отрядов и Чрезвычайных комиссий (печально-знаменитых ЧК) – там евреи, латыши, армяне, грузины, греки, даже венгры и китайцы.
И в Терской области в это время сложился антиказачий блок чеченцев и ингушей с большевиками. По заявлению члена Кавказского краевого комитета РКП(б) С. Кавтарадзе: «Здесь национальная борьба почти совпадает с классовой. И правильна политика Советской власти, если она опирается, а если и не опирается, то должна опираться на ингушей и чеченцев».
И она, Советская власть, в полной мере оперлась на «революционных» чеченцев и ингушей. Деникин, по поводу этой "опоры” большевиков написал в своих дневниках:
«…Ещё в конце декабря чеченцы с фанатическим воодушевлением крупными силами обрушились на соседей. Грабили, разоряли и жгли дотла богатые, цветущие селения, экономии и хутора Хасав-Юртовского округа, казачьи станицы, железнодорожные станции; жгли и грабили город Грозный и нефтяные промыслы.
…В союзе с чеченцами ингуши приступили к вытеснению казачьих станиц Сунженской линии, для чего ещё в ноябре в первую очередь подожгли со всех сторон и разрушили станицу Фельдмаршальскую».
Тогда были убиты тысячи казаков по всей Терской области, и от тотального уничтожения их спасла только Добровольческая армия генерала Деникина. И естественно, что казаки Терского войска и Сунженской линии видели в «белых» своих защитников и союзников и шли служить под знамена Антона Ивановича Деникина.
А потом «белые» ушли с Северного Кавказа, и большевики, укрепив свою власть в предгорьях Кавказского хребта, начали проводить политику расказачивания этих территорий. Эта политика выражалась в массовом выселении казаков с принадлежащих им земель. И снова активную роль в этой политике играли банды чеченцев и ингушей, почуявших запах добычи и безнаказанных грабежей под покровительством Советской власти.
Для координации действий по расказачиванию Северного Кавказа из Москвы на Терек был направлен Орджоникидзе. В директивном разговоре по прямому проводу с председателем Терского областного ревкома В. Квиркелия он прямо указал:
«Политбюро ЦК ВКП(б) одобрило постановление Кавбюро о наделении горцев землёй, не останавливаясь перед выселением станиц… Исполнение решения Политбюро осуществлять самыми решительными и жестокими мерами…»
И в приказе по Кавфронту член РВС тов. Орджоникидзе с большевистской прямотой записал:
«…Первое – станицу Калиновскую сжечь, второе – станицы Ермоловская, Зака-Юртовская, Самашкинская, Михайловская – отдать всегда бывшим преданными Советской власти нагорным чеченцам. Для этого всё мужское население вышеозначенных станиц от 18 до 50 лет погрузить в эшелоны и под конвоем отправить на Север для тяжких принудительных работ; стариков, женщин и детей выселить из станиц, разрешив им переселиться в хутора и станицы на Севере…»
Но и те, кто остался на родной земле, тоже испили свою чашу горя из рук радетелей за народное счастье, свергших в 17 году ненавистную власть буржуев и дворян. О трагической судьбе русских людей ярко свидетельствует коллективное письмо представителей терского казачества:
«… Жизни русского населения всех станиц стала невыносима и идёт к поголовному разорению и выживанию из пределов Горской республики.
Полное экономическое разорение края несут постоянные и ежедневные грабежи и насилия над русским населением со стороны чеченцев, ингушей и даже осетин. Выезд на полевые работы даже за 2 – 3 версты сопряжён с опасностью лишиться лошадей с упряжью, фургонами и хозяйственным инвентарём, быть раздетыми донага и ограбленными, а зачастую и убитыми или угнанными в плен и обращёнными в рабов. Выпас скота невозможен на предгорьях, где пустуют лучшие пастбища, и скот должен топтаться на выгоне близ станиц, отнимая от земледелия плодородную землю. Оросительные работы, увеличение площади обработанных и заселённых земель невозможно, ибо если и удалось бы посеять, то нельзя будет собрать и посевы будут потоптаны горскими табунами и скотом.
Как пример: в станице Ассинской за 1920 год убито на полевых работах 10 человек, из них 2 женщины, ранено 4 мужчины и 1 женщина, пленёно 5 человек. Угнано рогатого скота 378 штук, лошадей 130 штук, баранов 955. Увезено и потравлено посевов на 1800 десятинах, захвачено самовольно чеченцами и обработано ими 2340 десятин, осталось необработанной земли из-за опасности работы 6820 десятин. Кроме того, отняты фургоны, сбруя, одежда, разбиты улья и т. п.
Местные власти вплоть до окружных национальных исполкомов в ГорЦИК, зная всё это ненормальное положение, не принимают никаких мер против этого. Наоборот, такое положение усугубляется ещё открытой пропагандой поголовного выселения русских из пределов Горской республики, как это неоднократно звучало на съездах, например, Учредительном Горской Республики, Чеченском и др. Это печатается в газетах, таких, как «Горская правда» и «Трудовая Чечня». Таким образом, практика жизни подкрепляется принципиальным бездействием власти, уверенностью в безнаказанности и официальным признанием неравенства разных групп населения. Станицы, причисленные к национальным округам, находятся в состоянии завоёванных и порабощённых местностей и совершенно непропорционально с горским населением обременены повинностями – продовольственной, подворной и прочими. Всякие обращения и жалобы русских властям Сунженского округа, кипы протоколов об убийствах и ограблениях остаются без последствий, как их и не бывало…».
И даже Сталин… вынужден был признать, что национальную политику большевиков «горцы поняли так, что теперь можно терских казаков безнаказанно обижать, можно их грабить, отнимать скот, бесчестить женщин…».
Но, как это всегда бывает в истории, зло бумерангом возвращается к тем, кто его творил, наивно полагая, что их то уж никогда не настигнет возмездие за содеянное. В этом – великое равновесие Истории, её мистическая душа, обращающая сотворённое зло в божественную справедливость. Разгром казачества, в котором активное участие приняли чеченцы и ингуши, открыл большевикам дорогу в горы. И советская власть, укрепившись на Северном Кавказе, начала его тотальную коллективизацию, насильственное внедрение атеистической идеологии и социалистического образа жизни. В свою очередь, массовое проведение такой политики в горных районах традиционного проживания вайнахов вызвало яростную реакцию среди чеченского и ингушского населения, перерастающую в вооружённые столкновения горцев с новой «народной» властью. Этому способствовала и поощрительная практика вооружённым чеченским и ингушским бандам в период расказачивания Терека; теперь эти бандитские формирования боролись против Советской власти, которая пришла к ним в горы. В 1944 году противостояние бывших союзников по борьбе с казачеством закончилось поголовным выселением чеченцев и ингушей с Северного Кавказа.
История повторяется. В 1917 – 1918 годах большевистское правительство Советской России заключило союз с бандами в Чечне и Ингушетии для того, чтобы вытеснить Добровольческую армию Антона Ивановича Деникина с Северного Кавказа и подавить сопротивление свободного казачества Советской власти. Для этого, по признанию «главного кремлёвского горца», бандитам разрешили безнаказанно обижать терских казаков, грабить их, отнимать скот, бесчестить женщин во имя идеалов братства, равенства и свободы. А потом большевики сполна расплатились со своими «союзниками» со склонов Большого Кавказского хребта, поголовно выслав чеченцев и ингушей из их родных аулов в заснеженные казахские степи.
В начале 90-х годов ХХ века духовные наследники большевиков снова взяли в подельники бандитов из Чечни, Ингушетии, Дагестана…. Их снова поощряли убивать, грабить, насиловать русских в городах и станицах Северного Кавказа. И снова потомки Ленина, Троцкого, Орджоникидзе, Кагановича, Берии и других «выдающихся русских политиков» по полной программе отплатили горцам за их преданность «идеалам свободы и демократии». На этот раз чеченцев и ингушей не стали никуда высылать – в Чечню направили танки и самолёты наводить там «конституционный порядок», разоружать незаконные формирования, которые Кремль сам же и вооружил, свергать режим, который (не имеющая русскую власть – прим. ред.) Москва сама породила, взлелеяла и взрастила.
http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/burla ... 7-1-0-4785
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:25

Вот что относительно финансирования дудаевского режима, выяснила Парламентская Комиссия по исследованию причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской Республике.
«Признав президентские выборы в Чечне незаконными, федеральные органы власти, тем не менее, продолжали финансирование этой республики. Периодически от Минфина в Ичкерию поступали значительные суммы наличных денег. Так в марте 1992 года в Грозный из России было доставлено 150 миллионов рублей наличными. В августе того же года в Чечню из Москвы поступает новая порция наличных денег в размере 500 миллионов рублей.
В конце 1992 года в Москву приезжал премьер-министр Чечни Я. Мамадаев, и речь шла уже о 2,5 миллиарда рублей. И в начале апреля 1993 года эти деньги начинают поступать в Грозный... »
Никаких отчётов, куда тратились федеральные деньги, передаваемые Ичкерии, Дудаев и его правительство, естественно, никому не давали. Комиссия не смогла даже выяснить, кто конкретно являлся получателем сумм, поступающих из Москвы в Грозный. Егор Тимурович Гайдар, бывший в то время и.о. Председателя Правительства России, говорил членам Парламентской Комиссии, что деньги якобы передавались ректору Грозненского университета (?!).
Однако Мухади Шахидович Исраилов, возглавлявший (после похищения и убийства прежнего ректора ЧИГУ Виктора Абрамовича Кан-Калика) Грозненский университет, заверил Комиссию, что никаких федеральных денег он не получал.
Другое направление официального финансирования незаконного режима Дудаева – перечисление средств из пенсионного фонда России якобы для выплаты пенсий на территории Чечни. Несмотря на достоверные сведения о массовых невыплатах пенсий в республике, финансирование Ичкерии из пенсионного фонда продолжалось вплоть до марта 1994 года, и за это время в Грозный было перечислено более 2,5 миллиардов рублей.
Кроме непосредственного федерального финансирования значительные суммы в рублях и долларах США в Ичкерию поступали из (коммерческих) банков. Так, Кредобанк только за первую половину 1994 года (на фоне ухудшения взаимоотношений Москвы и Грозного) перечислил в Чечню 1350 тыс. американских долларов. Вообще, по мере того, как уменьшались поступления в Ичкерию финансов из федерального бюджета, всё более активную роль в финансировании преступного дудаевского режима брали на себя частные банки. Деньги в Чечню перечисляли такие крупные банки, как «Столичный», «Менатеп», «Российский кредит», «Мост-банк», «Альфа-банк», «Автовазбанк» и др.
Центральный банк России знал об этой деятельности коммерческих банков, но и пальцем не пошевелил, чтобы пресечь финансирование криминального дудаевского режима. Сейчас трудно сказать, какими мотивами руководствовались руководители коммерческих банков и Центрального банка России, завязавшие тесное деловое сотрудничество с сепаратистами из Грозного, но финансовая помощь правительству Ичкерии продолжалась даже тогда, когда на территории Чечни начались военные действия.
Апофеозом финансовой поддержки Ичкерии можно считать операцию обмена советских денег на новую российскую валюту. В этой операции участвовали и бывшие Советские республики. Так, в 1993 году, 20 и 21 марта на двух самолётах из Таллинна в Грозный под видом диппочты было доставлено в общей сложности 18,2 тонны советских денег, изъятых из обращения в Эстонии. Эти деньги Грозный успешно обменял на новую российскую валюту. Поставки в Грозный старых советских денег, для последующего их обмена на российские осуществлялись и из других республик бывшего СССР – из Латвии, Грузии, Азербайджана, Таджикистана и т.д.
Ещё одним мощным источником поступления средств являлись многочисленные финансовые акции с фальшивыми «авизо» и изготовление фальшивых российских и иностранных денег. По свидетельству некоторых людей, уехавших из Грозного в 1993 – 1994 годах, фальшивые доллары США открыто продавались на Центральном рынке. Такая вот зарисовка из свидетельских показаний:
«На продуктовом прилавке в торговых рядах рынка стоят две таблички. На одной из них надпись "Доллары настоящие” и цифры обменного курса, на другой табличке надпись "Доллары фальшивые” и цифры обменного курса, в два раза меньшего, чем для "настоящих” долларов. За прилавком чеченская женщина средних лет, торгующая долларами, настоящими и фальшивыми. Обменный пункт в ичкерийском исполнении».
Есть свидетельства о том, что фальшивомонетчество в Ичкерии было поставлено на государственную «основу». Из Чечни фальшивые рубли и доллары попадали в различные регионы России, а доход от этого криминального промысла поступал на счета функционеров дудаевского режима.
МВД России констатировало, что «… Преступные группы чеченцев из числа сторонников Дудаева развернули активную деятельности по подделке денег и банковских документов, что нанесло существенный урон финансовой системе России. За последние три года на территории республики образовался крупнейший центр по производству фальшивых денег и подложных финансовых документов. В 1993 году в Российской Федерации изъято фальшивых денежных купюр на сумму 9,4 млрд. рублей, из которых 3,7 млрд. рублей проходит по делам с прямым или косвенным участием лиц чеченской национальности….
В основном поддельные деньги печатались в Ленинском районе г. Грозного, Шалинском, Урус-Мартановском районах республики, а затем через разветвлённую сеть посредников крупными партиями запускаются в платёжный оборот на территории России и других стран – участниц СНГ .
Конечно, изготовление фальшивых денег это криминальный промысел, и государство редко выступает в качестве заказчика или покровителя фальшивомонетчества. Однако, имеются свидетельские показания бывших работников правоохранительных органов о том, что чеченские эмиссары, задержанные в Москве, Санкт-Петербурге и в Нижнем Новгороде, были отпущены вместе с «товаром» фальшивых долларов и дойчмарок и благополучно вернулись в Ичкерию. Что это – результат коррупции в «органах» или вмешательство высокопоставленных покровителей Дудаева в Российской Федерации? Однозначного ответа на этот вопрос у автора этих строк нет.
Другим криминальным промыслом были акции с фальшивыми «авизо». По сведениям МВД России, «при активном участии чеченских преступных группировок были организованы хищения денежных средств с использованием кредитных авизо и чеков «Россия» на сумму около 4 триллионов рублей.
В 1992 году органами внутренних дел России возбуждено 617 уголовных дел по фактам хищений в банковской системе, в том числе 170 – по фактам хищений с использованием авизо. В 1993 году соответственно 1556 и 791, а в 1994 году – около 4 тысяч и более 1 тысячи».
Легко видеть динамику роста хищений в банковской системе, в том числе при помощи авизо. И в этом усматривается уже не просто халатность или некомпетентность работников банковской системы – здесь явный сговор с преступниками, скрывавшимися после совершения преступлений на территории «суверенной» Ичкерии.
И, как констатировала Парламентская Комиссия, «негативную роль здесь сыграл Центральный банк России, создавший новую финансовую структуру: расчётно-кассовый центр (РКЦ). За счёт этого промежуточного звена, выполнявшего роль "чёрного ящика”, разрывалась видимая связь между реальным отправителем денег и их получателем».
Разумеется, этот золотой дождь, пролившийся на руководство Чеченской республики, не был простой благотворительностью «демократов» из правительства России. Львиная доля доходов Дудаевского режима возвращалась в Москву на счета будущих мультимиллионеров и миллиардеров. За эти деньги скупались заводы и шахты, нефтепромыслы и недвижимость в столице и в других городах России.
Крупным источником как рублёвых, так и инвалютных поступлений режиму Дудаева являлись нефть и нефтепродукты. Чечня получала от продажи нефти и нефтепродуктов за границу в 1991 – 1994 годах миллиарды долларов США. Парламентская Комиссия выяснила следующее.
Новогрозненский НПЗ им. Анисимова, конец 1980-х
К 1991 году нефтегазовый комплекс республики включал 54 предприятия. Крупнейшее в Чечне производственное объединение – «Грознефтеоргсинтез» включало в себя три нефтеперерабатывающих завода: Новогрозненский НПЗ, Грозненский НПЗ им. Шарипова, Грозненский НПЗ им. Ленина, а также Грозненский нефтехимкомбинат. Кроме автомобильного бензина, дизтоплива, мазута, бензина для химической переработки объединение «Грознефтесинтез» выпускало специальное авиационное масло МС-20 и твёрдые парафины.
По имеющимся в Комиссии данным, на заводы Грозного для переработки поступало:
– 15 млн. тонн (из них грозненской – 3,9 млн. тонн) в 1991 году;
– 9,7 млн. тонн (из них – 3,2 млн. тонн грозненской) в 1992 году;
– 3,5 млн. тонн (из них – 2,4 млн. тонн грозненской) в 1993 году;
– 2,98 млн. тонн (из них – 1,2 млн. тонн грозненской) в 1994 году.
При этом значительная доля «внешней» нефти приходилась на нефть Западной Сибири.
Несмотря на прямой финансовый ущерб, никаких решений по особому режиму работы с нефтегазовым комплексом Чеченской Республики ни на правительственном, ни на президентском уровне не принималось. Более того, на встрече двух министров топлива и энергетики – Черномырдина В.С. (от Российской Федерации) и Дурдиева З. (от Ичкерии), состоявшейся 6 июля 1992 года, с российской стороны не только не было предъявлено каких-либо претензий, но активно рассматривались вопросы дальнейшего «сотрудничества» и заключения международных договоров.
Согласно официальным данным Минтопэнерго, поставка в Грозный ставропольской нефти была прекращена только в августе 1993 года, а из Дагестана – лишь в ноябре 1994 года, то есть менее чем за месяц до начала военных действий на территории Чечни.
Одним из сторонников сотрудничества федеральной власти с сепаратистами Ичкерии на поле нефтяного бизнеса был Егор Тимурович Гайдар, давший Комиссии следующие показания:
«Грозненский нефтеперерабатывающий завод – это крупнейшее нефтеперерабатывающее предприятие России, снабжавшее (нефтепродуктами) значительную часть Северного Кавказа, Ставрополья, Краснодарского края и так далее. В этой связи разом перекрыть нефтяной кран означало, по меньшей мере, оставить эти регионы без топлива к посевной, что сильно бы наказало не только Чечню, но и Россию тоже».
На самом деле, нефтепродукты из Чечни поступали не в народнохозяйственные комплексы регионов Северного Кавказа, а в различные коммерческие структуры, учреждённые подельниками Дудаева. В такие, как, например, торговый дом «Мансур», СП «Маджесс», хозрасчётное объединение «Протос», благотворительная (!) фирма «Закат», птицефабрики «Пятигорская» и «Зеленокумская» и т.д.
При этом значительная часть нефти и нефтепродуктов шла на экспорт. И экспортёром выступала не Россия, а Чечня! Решение о выделении экспортных квот принималось на самом высоком правительственном уровне; именно поэтому Дудаев обращался с такой просьбой непосредственно к и.о. Председателя Правительства России Егору Гайдару. Из справки Минтопэнерго следует, что квоты на экспорт исправно выдавались и в 1992, и в 1993, и в 1994 году, причём в 1994 году на 65 тыс. тонн больше, чем в 1993 году. В роли стран – получателей нефти и нефтепродуктов выступали Украина, Кыргызстан, Германия, страны Прибалтики, Турция.
Кроме того, пользуясь коррупцией чиновников федеральных ведомств, чеченская сторона активно применяла следующие схемы нелегального экспорта нефти:
1. Реэкспорт нефти в третьи страны из республик СНГ и Балтии.
2. Вывоз нефти в качестве возвратного («давальческого») сырья, которое, согласно «удобным» правилам, не подлежало таможенному учёту. Но после переработки полученные нефтепродукты в Россию уже не возвращались и продавались третьим странам, а оплата за нефть поступала в Чечню.
3. Прямой контрабандный вывоз благодаря «несовершенству» ведомственных правил, а также весьма удобной прозрачности границ внутри бывшего Советского Союза.
Для внутреннего потребления широко использовалось хищение нефти и нефтепродуктов путём нелегальной врезки в трубопроводы.
Каким же образом осуществлялся завершающий этап – получение денег? Согласно показаниям должностных лиц, для удобства получателя (Чечни) Центральный банк России уже с июня 1992 года прекратил расчёты с Чеченским национальным банком, сделав тем самым прохождение финансовых средств в Чечню совершенно бесконтрольным. В дело активно включились различные коммерческие структуры, охотно выполнявшие посреднические функции между отправителем (Чечнёй) и получателем нефтепродуктов. И здесь мы встречаем те же банки «Столичный», «Менатеп», «Российский кредит», «Мост-банк», «Альфа-банк», «Автовазбанк» и т. д., о которых мы уже говорили в связи с «прямым» финансированием дудаевского режима. По сведениям министра Чеченской республики З. Дурдиева, деньги, полученные от этих сделок, концентрировались в Чеченском национальном банке.
ПРИМ. РЕДАКЦИИ: Хищения денег с помощью «фальшивых авизо» на сумму более 3 трлн. рублей подтверждает Начальник Главного Управления по борьбе с организованной преступностью, Первый заместитель Министра МВД России М. Егоров (газета «Сегодня», 28.01.1994 г.).
Что же можно было купить на эти огромные деньги в те времена?
Вспомните знаменитые ваучеры, которые бесплатно выдавали каждому российскому гражданину и которые выкупались чемоданами, для осуществления «приватизации».
На 1 октября 1992 г. Правительство РФ под управлением Е.Т. Гайдара оценило национальное достояние страны — активы всех госпредприятий — в 4 трлн. руб. Ваучеры на 1,5 трлн. руб. (35% от национального достояния) предназначалось для бесплатной раздачи 150 млн. граждан РФ. Каждому выдавали ваучер стоимостью 10 тыс. руб. С тем учетом, что их продавали дороже - сумма, эквивалентная стоимости всех ваучеров, и была украдена в результате самой грандиозной за всю историю существования мировой банковской системы аферы с «фальшивыми авизо» Е.Гайдаром сотоварищи.
Отметим, что Е.Т. Гайдар выполнял обязанности Председателя Правительства РФ с 15 июня по 15 декабря 1992 г. 1 июля 1992 г. обменный курс составлял 125 руб/ $1. 1 декабря 1992 г. он составлял уже 447 руб/ $1. Инфляция рубля за полгода составила около 358%. И вдруг 2 декабря 1992 г. падение рубля внезапно остановилось и курс рубля стабилизировался. Более того, рост рубля за один день составил 7%, и 1 доллар стал стоить 417 руб. вместо 447 руб.
Чем это могло быть вызвано?
Криминал успешно делал бизнес: украденные рубли меняли на доллары и обратно. Несомненно, часть денег пошла на укрепление «чеченского оффшора», а основная масса украденных денег пошла «агентам малдореформаторов» на покупку ваучеров, с помощью которых эти преступники скупали всю промышленность России… (см. А. Клёпов, «Чеченское авизо…» )
Таким образом, движение средств, полученных от реализации нефти и нефтепродуктов, не контролировалось правительством России, а, следовательно, и прибыль не облагалась налогами. И огромные «нефтяные деньги» в рублях и в инвалюте шли на укрепление криминального режима Дудаева.
Здесь следует отметить, что во многих нефтяных компаниях, таких как «Сибнефть», «Лукойл», «Юкос», «Сургут Нефтегаз», «Сиданко», «Атлас» и т.д. на значимых и даже ключевых должностях работали чеченцы и ингуши, так или иначе связанные с дудаевским режимом. Чеченцы, в частности, осуществляли «посреднические» и «охранные» функции.
Как писал Павел Хлебников, убитый в Москве за свои журналистские расследования: «В условиях коммерческого рынка, существовавшего в России в 90-е годы, у любого большого бизнеса были свои вооружённые группы, они охраняли хозяев, припугивали конкурентов, атаковали их, если надо. От этого и весь разгул насилия и преступности в посткоммунистической России. Законы государства люди не уважали, а между собой договориться просто не поспевали. Получилась всеобщая неразбериха и резня…».
И вот в этих бандитских разборках нарождающейся «элиты российской демократии» важную роль играли чеченские боевики, пользующиеся особым покровительством федеральной власти. Наиболее известным, знаковым примером таких «охранных услуг» чеченских бандитов является их сотрудничество с ЛогоВАЗом Бориса Березовского. В упомянутой уже книге Хлебникова читаем: «По данным российских правоохранительных органов, именно чеченцы отстаивали интересы Березовского в противоборстве с другими бандитскими группировками. Известны несколько чеченских фамилий в составе службы безопасности ЛогоВАЗа в начале 90-х годов, среди них – Магомед Исмаилов, курирующий вопросы безопасности компании. Хотя и было известно, что именно Исмаилов разрешал большинство проблем с бандитами, он ни разу не привлекался к уголовной ответственности. История взаимодействия чеченской мафии с компанией ЛогоВАЗ остаётся смутной до сих пор…».
Если же учесть то влияние, которое имел Борис Березовский во властных структурах Российской Федерации и его близость с Борисом Ельциным, то становится понятна роль альянса Ичкерии и Кремля в становлении «демократического режима» в России.
http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/burla ... 7-1-0-4806
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:29

И здесь уместно вспомнить высказывание Джохара Дудаева турецкой газете «Миллиет», которое мы уже приводили выше:
«(Вопрос) – Вы говорите, что Россию надо обезвредить. Но, говорят, что в Москве весь крупный бизнес в руках чеченских бизнесменов. Это правда, что всей экономикой в Москве заправляют чеченцы?
(Дудаев) – Да, мы имеем такое влияние. На это тоже следует обратить внимание. Русские – примитивный народ. Только после того, как чеченцы сделают своё дело, русские начинают действовать…. На самом деле наша мафия – хорошая!»
Почему чеченцы смогли завоевать Москву – спрашивает Хлебников, в цитируемой выше книге «Разговор с варваром». И отвечает словами сотрудника РУБОПа. «…Дело не в силе характера, не в силе воли или силе их ценностей… Они действовали методом набега. Вот сидит в Москве чеченский "авторитет” и говорит: мне этих коммерсантов нужно подобрать под себя. Он вызывает родственников или друзей из Чечни: ну-ка наезжайте вот сюда, сюда и сюда, а я вас потом защищу. Наехали, нагромили, зарезали кого-то и уехали. А нам-то (милиции – П.Х.) кого искать? Кого мы сможем вытащить из Чечни? Никого. И народ это осознаёт.
Но храбрость чеченцев проявляется, только когда их много. Когда чеченец показывает, что он на коне, ведёт себя жёстко и грубо, значит – за ним кто-то стоит. И тот, кто за ним стоит, может повлиять на сотрудников милиции, на прокуратуру, на кого угодно, чтобы этого бандита не трогали, несмотря на то, что есть все основания для ареста, для заведения дела. Вот откуда всё геройство чеченцев…».
О методах, которыми чеченские боевики при поддержке федеральной власти захватывали столицу России, написано множество статей и даже книг. И мы не хотим здесь пересказывать различные эпизоды бандитских войн 90-х годов в России. Это выходит за рамки нашей тематики. Но для иллюстрации атмосферы террора, создаваемого с «благословления» власти, приведём лишь один фрагмент из той же книги Хлебникова: «В 1988 году, эта группа – Нухаев, Атлангериев, Лобжанидзе (Гена Шрам) и Гелани Ахмадов – совершила одно преступление. Они вывезли двух коммерсантов в лес. Нухаев со своей командой выкопали яму и одного закопали с головой, а второму говорят: «Если выкопаешь его живым – будите платить вдвоём, а выкопаешь его мёртвым – значит, будешь платить один за двоих». Вот такое издевательство… «Копай получше, чтоб тот живой был». Ну, выкопал он его живым, конечно».
Криминальный террор, важную роль в котором играл союз Кремля с бандами из «национальных» республик, должен был подготовить, а затем сопровождать распад Советского Союза, чтобы отдать накопленные народом богатства в руки новых «демократических» хозяев осколков Великой империи. И естественно, своим остриём этот террор был направлен против государствообразующего русского народа, скрепляющего живою плотью тысячелетнюю державу. По окраинам империи «национальный» террор принимал форму этнических чисток и масштаб геноцида. В центральных областях – рэкет, заказные убийства (коммерческие и политические), торговля оружием и наркотиками, вовлечение в проституцию и порноиндустрию, в том числе несовершеннолетних, захват заложников и работорговля и т.д.
Парламентская Комиссия по исследованию причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской Республике констатировала:
«Благоприятные условия безнаказанности со стороны федеральных властей способствовали образованию на территории Чечни свободной экономической зоны криминального характера. Основными компонентами этой зоны были:
– беспошлинный ввоз и вывоз товаров;
– незаконная торговля нефтепродуктами;
– нелегальная торговля оружием;
– контрабанда наркотиков;
– вымогательства у коммерсантов в России и за её рубежами;
– спекуляции на Российском финансовом рынке.
Налаженные челночные автобусные и авиационные маршруты в страны Ближнего Востока, Западной и Восточной Европы (до 150 авиарейсов в месяц) позволили беспошлинно ввозить огромное количество товаров и затем также беспошлинно продавать их в России.
Была ли возможность у власти перекрыть бесконтрольный поток беспошлинных товаров, хлынувший на российский рынок? Да была. Достаточно было ввести режим границы между Чечнёй и Ставропольским краем. Но этого не было сделано, несмотря на огромные финансовые потери для российской экономики. Похоже, что личная выгода государственных чиновников и прибыль коммерческих структур перевесила государственные интересы России ».
От себя мы добавим ещё, что прозрачность границы между Чечнёй и сопредельными регионами нужна была Кремлю для того, чтобы в случае нежелательного развития политической ситуации оперативно перебросить в Москву отряды боевиков на защиту «демократии» и первого демократического президента России. Что и было осуществлено в необходимой мере во время трагических событий осенью 1993 года. И ради этой «дружеской помощи» сепаратистов и «охранной деятельности» чеченских бандитов Кремль готов был прощать экспансию организованной этнической преступности, не считаясь ни с какими потерями для экономики страны.
«Чечня при Дудаеве стала рассадником преступности, – читаем мы в материалах объединённой редакции МВД РФ, – которая начала активно расползаться по всем регионам страны. По данным Главного Информационного Центра МВД России, на 1 декабря 1994 года были объявлены в федеральный розыск за совершение преступлений 1201 человек чеченской национальности, в том числе в г. Москве – 64 чел., в г. Санкт-Петербурге – 15, в Ставропольском крае – 83, в Ростовской области – 38 и т.д.
Чеченцы стали совершать террористические акции с захватом заложников и угоном воздушных судов. Первое такое преступление ими совершено в октябре 1991 года, затем в марте 1992 года, в декабре 1993 года. А к октябрю 1994 года в г. Ростов-на-Дону и в аэропортах городов Минеральные Воды и Махачкала ими был осуществлён захват уже четырёх самолётов...
На территории Чечни стали находить прибежище и преступники других национальностей, совершившие теракты на Северном Кавказе и в прочих регионах страны, в том числе связанные с захватом заложников и воздушных судов. 27 марта 1992 года вооружённая группа адыгейцев захватила сотрудников милиции и бригаду рабочих из Минвод, выдвинув требования освободить из-под стражи арестованных в Армавире сообщников, предоставление самолёта и экипажа для вылета в Турцию. Позже они нашли укрытие в Чечне, где не понесли никакого наказания и оказались на свободе…
Ежемесячно с грозненского аэропорта без всякого контроля совершалось до 150 несанкционированных загранрейсов. Фактически любой груз, любой преступник, из любой точки России и СНГ приехав в Чечню, мог легко вылететь в любую страну, где его уже никто не разыщет…».
Аналогичную картину криминального беспредела, исходящего из суверенной Ичкерии (или из равноправного субъекта Российской Федерации?) дают нам и материалы Парламентской Комиссии по исследованию причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской Республике:
«Значительный финансовый ущерб был нанесён России за счёт прямого грабежа Грозненского отделения Северо-Кавказской железной дороги. За 1991 год нападению подверглись 559 поездов с полным или частичным разграблением около 4000 вагонов и контейнеров на сумму 11,5 млрд. рублей. За восемь месяцев 1994 года совершено 120 вооружённых нападений, в результате которых разграблено 1156 вагонов и 527 контейнеров. Убытки составили более 11 млрд. рублей. В 1992 – 1994 годах при грабежах железнодорожных составов погибло 26 железнодорожников.
По данным МВД, чеченские преступные группировки практически монополизировали нелегальный рынок сбыта наркотических средств во многих регионах России и, в первую очередь, на Дальнем Востоке, в Москве, в Пскове, в Санкт-Петербурге и других крупных городах России.
Ключевое значение в сфере наркобизнеса имел Шалинский район Чечни, где до января 1995 года действовала главная производственно-техническая база по выработке сильнодействующего наркотика – героина высокого качества, его расфасовке, упаковке и хранению на имеющихся складах. Наркотик реализовывался по России и за границу через Ливию, Йемен, Румынию, Прибалтику, Абхазию и Азербайджан.
Преступные деньги успешно поддерживали криминальный режим Чечни, который всё более укреплялся под прикрытием федеральной власти. Возрастала его финансовая и военная мощь».
При этом федеральная власть непосредственно вооружала чеченских боевиков, о чём мы ещё расскажем ниже более подробно. А здесь мы отметим ещё один аспект финансирования преступного дудаевского режима. Аспект, пожалуй, самый циничный и имеющий непосредственное отношение к нашей теме. Махинации с «авизо», торговля нефтепродуктами, рэкет и другие преступные промыслы на выезде – все эти источники обогащения находились в руках достаточно узкой группы людей в мятежной Ичкерии. А как же рядовые боевики – главная опора дудаевского режима? Им на откуп было отдано русскоязычное население Чечни и прилегающих к ней регионов – Ингушетии, Дагестана, Ставропольского края, куда чеченские боевики совершали налёты с целью грабежей и захвата рабов и заложников для получения выкупа.
Как констатировала Парламентская Комиссия по исследованию причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской республике, главным предметом вожделения бандитов были дома, квартиры, автомашины. Кроме того, у русских жителей Чечни и сопредельных территорий отбирали деньги, скот, другое имущество. По приблизительным подсчётам члена Парламентской Комиссии депутата М. Бурлакова, отвечавшего в Комиссии за расследование нарушений прав граждан на территории Чечни, в период с 1991 по 1994 годы у русских и русскоязычных жителей Чечни было отнято более ста тысяч квартир и домовладений.
Когда горе касается одного человека – это трагедия, когда сотен тысяч людей – это уже статистика. В тревожные дни осени 1994 года в прифронтовом Моздоке автор этих строк случайно встретил свою бывшую студентку, назовём её Натальей. Лет восемь назад он писала у меня дипломную работу. Я с трудом узнал её, грязную, оборванную, с нечесаными прядями седых волос, роющуюся в баке с мусором. История её типична для русских людей, попавших в чеченский ад. Весной 93-го года, когда чеченские «демократы» ещё вовсю сотрудничали со своими московскими товарищами, один из полевых защитников свободы и независимости Ичкерии потребовал от неё отдать ордер на квартиру и убираться в Россию. Наталья, естественно, отказалась выполнить это требование представителя новой власти Ичкерии. Тогда этот господин офицер ичкерийской армии сотоварищи решил показательно наказать оккупантку. Ночной порой они нанесли ей визит и без лишних сантиментов пристрелили мужа, а двум её детям отрезали головы. Теперь, повредившись в уме, вдова ищет головы своих деток, бродя по городам и сёлам Северного Кавказа. Она сказала мне, что если найдёт головы, которые куда-то унесли в ту ночь бандиты, то пришьёт их обратно к телам детей и они оживут и будут снова вместе с нею. И в доказательство серьёзности своих намерений, показала иголку с ниткой, припрятанную в её лохмотьях.
Ах, господа президенты и министры, новые магнаты и генералы, играющие в политику, вам не снится по ночам седая женщина, бредущая по пыльной дороге в поисках своих убитых вами детей?
Другим «местным» источником обогащения дудаевских боевиков, помимо грабежей, захвата квартир и домовладений, стало использование рабского труда. Парламентской Комиссией были выявлены многочисленные факты обращения в рабство русских жителей Чечни, Ингушетии, Дагестана, а также захвата заложников с целью получения выкупа.
Вот рассказ Александра Михеева, который полтора года прожил на положении раба у чеченцев в землянке, где парашей служила выкопанная в полу яма, а постелью охапка грязной соломы.
«В мае 93-го, отслужив на флоте, Саша возвращался из Полярного домой, в свою родную Ивановку Кошкинского района Самарской области…. Добравшись до столицы вместе с сослуживцем, они взяли билеты до родных краёв и решили немного расслабиться в ресторане Киевского вокзала. Обмыть дембель. Не успели и ополовинить бутылку водки, как рядом появились кавказцы.
– А, Морфлот гуляет! Мы вас угощаем от имени всего чеченского народа.
Они поставили две бутылки, принесли закуску, стаканы.
– Крепкий парень, – заметил один, сверкая золотым ртом. – Таким надо на плантации работать!
– Я и работаю, – улыбнулся Михеев. – На тракторе.
– Послушай, ты же на вес золота! Джигит!
Чеченцы принесли ещё водки. Гулять, так гулять! Александр хватил полстакана и словно провалился в чёрную яму….
Моряк открыл глаза и обнаружил себя в купе на нижней полке. Облегчённо вздохнул, значит, всё в порядке, едет домой. Но почему так болит тело, словно его побили палками?
– Очухался дорогой? – с верхней полки свесился его вчерашний собутыльник. Чеченец вытащил "макаров” и улыбнулся:
– Ты наш пленник. Ругаться будешь – обижусь и застрелю.
Вскоре в купе появились сообщники горца, такие же головорезы. Их было трое, все имели ножи и пистолеты. Общались на своём языке. Но благодаря тому, что в разговоре проскакивало немало русских слов, Михеев уловил, что едет в Грозный. А в соседнем купе "путешествует” его братан Андрей.
Всё стало ясно по прибытии в Грозный. К ним подошли два чеченца. Они осмотрели моряка как рабочую силу: пробовали мускулы, гнули голову. Потом, поторговавшись, достали деньги и отсчитали 35 тысяч рублей. Покупателям передали и документы демобилизованного моряка.
– Видишь? – один из них раскрыл военный билет.
– Больше не увидишь.
И поднёс к билету пламя зажигалки.
В Жигулях, куда его посадили, было ещё двое джигитов.
– Хорош товар, – радостно сказал один, теребя папаху у себя на коленках. – Послушай и запомни: хорошо работать будешь, – кормить будем, плохо – резать будем…
Бригада невольников, собранных со всего бывшего Союза, обрабатывала плантацию мака. Они пололи и собирали урожай, варили опиум, потом пахали и сеяли и снова пололи. От рассвета до заката, часов по 18 в сутки, изо дня в день. Каждый вечер затворники подвергались экзекуции, после чего им давали по миске манки, размоченной в воде….
Потом моряка перепродали другому хозяину, потом другому.
В третий раз его сторговали прямо в центре станицы. Новым хозяином стал человек авторитетный для здешних чеченцев.
– Меня поселили на Заводской улице, – рассказал бывший моряк, – в доме № 80. Хозяин был большим "курбаши” – заведовал мельницей. Он мне сразу сказал, что если попытаюсь бежать, то обратно к себе не возьмёт. Просто убьет как собаку.
Знаете, я не был чем-то необычным среди чеченцев. Практически в каждом богатом доме живут такие же мученики. Многие из них уже отчаялись вернуться к прежней жизни, находятся в рабстве 3-4 года.
– В первый же день, – говорит Александр, – хозяин ввел меня в курс дела: «Русская скотина будет ухаживать за чеченской скотиной». И долго смеялся, довольный собственной остротой…»
А вот ещё свидетельство командира одной из частей ВВ, взятое нами из книги, изданной под патронажем министра внутренних дел России, генерала армии Анатолия Куликова.
«Белый раб в чёрной ночи. Его привезли в расположение части, чтобы утром отправить на фильтрационный пункт. Бич, бомж, белый раб – о них российские газеты писали как о "кавказских пленниках”. Мы встречали таких в каждой командировке. Фёдор из-под Воронежа пахал на хозяев-кавказцев аж с 1977 года, работорговцы отловили его в Сочи. Володя из Макеевки приехал подзаработать на "фазенде” ингуша прошлым летом. Хотел строить, а его заставили собирать коноплю. Ещё парочку довелось видеть в поезде – милиционер сопровождал их, обнаруженных в горах, до ближайшего отделения милиции на российской территории, чтобы спасти от местных бывших хозяев. Горестное зрелище – эти белые рабы. "Русские свиньи”, так называют их рабовладельцы, – падшие люди, униженные и оскорблённые. Их нынче тьма-тьмущая на любом вокзале, в любом большом и малом российском городе.
Десятки таких встречали мы и в кавказских горах…».
За людей, захваченных в Чечне и разных регионах Российской Федерации, похитители всегда старались получить выкуп от родственников и друзей «кавказских пленников». Если же выкуп получить не удавалось, тогда захваченный человек становился рабом и поступал на один из невольничьих рынков. Такие рынки совершенно открыто функционировали в Грозном (на «Бароновке» и близ площади «Минутка»), в Шалях, в Ведено, в Шатое и в Гехах.
«Что такое заложник? – Читаем мы в упоминавшейся уже книге Павла Хлебникова. – Это – раб, которого можно выкупать. А чеченцы давно торгуют рабами. И у себя в Чечне брали рабов, и на границе с Чечнёй брали. Я знаю несколько случаев из последней войны…. Вот чеченский боевик в окопе полгода находится, и чисто физиологически он всё равно должен как-то удовлетворить себя, правильно? А тут – в Ставропольском крае – женщины. Почему не забрать? Ему понравилась одна, он с ней переспит, а потом другому передаст, и так начинается её рабство.
Подумаешь, это же не человек – это русская. Чеченцы и богатых чеченцев брали в заложники, но с русскими обращались более жестоко. Они на рынке в Грозном, на Минутке, продавали рабов. Все это знали».
Но помимо «внутренней» работорговли в Чечне процветал и экспорт «живого товара». «Большое распространение получили похищение детей и молодых женщин с последующей отправкой их в зарубежные страны в обмен на валюту. В связи с этим резко увеличилось количество граждан пропавших без вести».
Средневековая дикость и жестокость варваров махровым цветом распустились в «свободной» Ичкерии. Но московская власть не только закрывала глаза на чудовищную волну преступности, захлестнувшую бывшую автономную республику и разливавшуюся от предгорий Кавказа по всей России, но и всячески, и морально и материально, поддерживала национально-криминальный режим Дудаева и его соратников. И до зубов вооружила незаконные формирования отставного советского генерала новейшим оружием, подготовив этим гражданскую войну – самую кровопролитную на территории бывшего СССР со времён окончания Второй Мировой.
Зачем это нужно было новой «демократической» власти в Российской Федерации – разговор особый. И мы ещё вернёмся к нему, рассказав вначале, как Кремль вооружал своего будущего противника.
http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/burla ... 7-1-0-4807
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:35

За период с 1991 года по 1994 год включительно Дудаев провёл 6 мобилизаций военных запаса и призывов молодёжи в вооружённые силы. Согласно Закону об обороне ЧР от 24.12.91 г., была введена обязательная служба для всех граждан Чечни мужского пола. На срочную службу призывались юноши в возрасте от 19 до 26 лет.
Уже в июне 1992 года численность регулярных войск Чеченской республики Ичкерия достигала 15 тысяч человек. Вооружённые силы Ичкерии состояли из бронетанковых подразделений, мотопехоты, артиллерии и авиации. Основой вооружённых сил являлась так называемая Национальная гвардия, возглавляемая братьями Арсанукаевыми. Ильяс Арсанукаев – командир Национальной гвардии, Абу Арсанукаев – начальник личной охраны Дудаева[1]. Верховным главнокомандующим вооружёнными силами Чечни являлся президент республики, бывший генерал-майор стратегической авиации Советского Союза Джохар Дудаев. Он же возглавлял Совет обороны Ичкерии, созданный по его указу ещё 10 ноября 1991 года.
К началу военных действий в декабре 1994 года, призвав резервистов и сформировав местные «отряды обороны», Дудаев довёл численность вооружённых формирований до 40 – 45 тысяч человек. Только в Грозном к концу декабря 1994 года, по свидетельству генерала Геннадия Трошева, было сосредоточено более 10 тысяч хорошо обученных и подготовленных боевиков Дудаева, имевших на вооружении до 25 танков, 30 боевых машин пехоты (БМП) и бронетранспортёров (БТР), до 80 артиллерийских орудий (122-миллиметровые гаубицы Д-30) и миномётов.
Как могла произойти такая концентрация вооружённых сил в мятежной республике, которую руководители Российской Федерации на протяжении четырёх лет упорно считали всего лишь регионом России? И знали ли Президент Российской Федерации Борис Ельцин, Правительство России и компетентные федеральные ведомства о военных приготовлениях Дудаева? Вот вопросы, которые имеют непосредственное отношение к нашей теме и которые не желают освещать ни участники тех недавних трагических событий в нашей истории, ни нынешняя российская власть, вобравшая в себя многие персоны, управлявшие государством в 90-е годы ХХ столетия.
Конечно руководители России (а ещё ранее Советского Союза) знали о милитаризации криминальной Чечни. И не только знали, но и принимали активное участие в вооружении боевиков Дудаева. Об этом имеется множество свидетельских показаний и документов, подтверждающих военное сотрудничество федеральной власти с мятежной Ичкерией.
Для чего же власть в России вооружала сепаратистов Чечни? Тому было множество причин, главными из которых, на разных временных отрезках, были следующие.
1. В противостоянии Союзной и Российской властей и те и другие рассчитывали использовать чеченских боевиков в случае вооружённого конфликта – 1990 – 1991 годы.
2. Чеченские отряды использовались в локальных кавказских войнах в 1992 – 1993 годы. Наиболее ярким примером является война в Абхазии, где чеченские боевики (при покровительстве России) внесли существенный вклад в победу Ардзинбы.
3. В противостоянии Президента Ельцина и Верховного Совета под председательством Хасбулатова и та и другая сторона рассчитывали на вооружённую помощь Ичкерии – 1993 год.
4. Через Чечню осуществлялась нелегальная торговля оружием, приносившая доходы как силовикам, так и некоторым другим финансовым структурам – 1992 – 1994 годы.
5. Чеченские «вооружённые силы» поставляли боевиков при криминальных «разборках» между различными финансово-промышленными группировками, делившими государственную собственность в Российской Федерации – на протяжении всего периода с 1991 по 1995 годы.
Были и другие причины «личного» и «идеологического» характера. Например, влиятельная часть нарождавшегося правящего класса в Российской Федерации опасались усиления русских национальных и леворадикальных движений. Эта часть «элиты» всерьёз рассматривала возможность использования чеченских боевиков в качестве карательной силы против возможных народных волнений. Именно поэтому руководство России не только закрывало глаза на вакханалию русофобии в республиках Северного Кавказа, и особенно в Чечне, но и активно способствовало этому через подконтрольные СМИ, различные «экспертные сообщества», административную поддержку сепаратистов и т. д. О политике разжигания ненависти к русским в «национальных» республиках мы ещё расскажем ниже более подробно.
Но, так или иначе, именно федеральная власть вооружила армию Ичкерии и, начав операцию по наведению «конституционного порядка» в Чеченской республике, сполна расплатилась кровью российских солдат и мирных жителей Чечни за свою подлую политику.
В Чечне, Ингушетии, Дагестане, в других кавказских республиках оружие было всегда. Но это были охотничьи ружья, в крайнем случае пистолеты; стволов автоматического оружья были считанные единицы, либо украденные из воинских частей, либо переданные из отделений милиции под видом утерянных, либо откопанные на полях сражений Второй Мировой войны. Этого оружия было явно недостаточно для тех целей, для которых предназначались отряды боевиков, начавшие формироваться в республиках Северного Кавказа с 1989 года. И вот, приблизительно с конца 1990 года представители Союзной и Федеральной власти всерьёз занялись вооружением боевых подразделений, объединённых поначалу в так называемую Армию Конфедерации горских народов.
Имеются свидетельские показания, что партию из 20 крупнокалиберных пулемётов завезли в Чечню в канун Нового 1991 года представители Межрегиональной группы Верховного Совета СССР, пользуясь депутатской неприкосновенностью. В апреле 1991 года в Чечню начало поступать оружие – автоматы, пулемёты, гранатомёты – из районов вооружённых столкновений в Карабахе. По некоторым свидетельским показаниям, эти поставки курировал Аркадий Вольский, бывший в то время полномочным комендантом Карабаха.
И уже в июле 1991 года Иса Арсемиков, возглавлявший поначалу вооружённые силы Конфедерации горских народов, говорил автору этих строк, что Чечено-Ингушетия располагает собственной армией численностью в две тысячи человек, полностью укомплектованной автоматическим стрелковым оружием. По его же словам, создать эту армию помогли «товарищи» из Эстонии, Латвии и Грузии, а также некоторые депутаты из Верховного Совета СССР, среди которых Иса назвал Анатолия Собчака и Галину Старовойтову.
Это «первичное» вооружение позволяло Зелимхану Яндарбиеву и его соратникам из Вайнахской Демократической партии чувствовать себя достаточно уверенно в дни Августовских событий 1991 года и даже послать в Москву на помощь Верховному Совету РСФСР отряд боевиков численностью в 30 человек. К слову сказать, в этом отряде получил первый «боевой» опыт Шамиль Басаев, ставший впоследствии одном из самых влиятельных полевых командиров в Чечне.
Сразу после падения ГКЧП реальная власть в Чечне переходит к Общенациональному Конгрессу чеченского народа (ОКЧН), лидерами которого стали Дудаев и Яндарбиев. И они уже в августе 1991 года, с полного одобрения Верховного Совета РСФСР, начинают формирование Национальной гвардии, ставшей ядром вооружённых сил Ичкерии. Тогда эти вооружённые отряды считались защитниками молодой российской демократии, и лишь значительно позже, когда российская «демократия» возмужала, они были названы бандформированиями.
Вот, что по этому поводу читаем мы в Заключении Парламентской Комиссии:
«Взяв курс на построение независимого суверенного государства, Дудаев начал предпринимать меры к созданию собственных вооружённых сил. В основу их были положена Национальная гвардия исполкома Общенационального Конгресса чеченского народа, сформированная в августе 1991 года. Уже тогда у гвардейцев было большое количество автоматов и пистолетов, несколько пулемётов.
Немного позже в так называемую гвардию влились свыше тысячи уголовников, выпущенных приказом Дудаева из Наурской и Грозненской тюрем. При этом президент Чечни, бывший коммунист, заявил им: "Вы жертвы коммунистического режима”. А ведь там были убийцы, насильники и воры…. Таким образом, применительно к Чечне определение "криминальный режим” имеет под собой вполне реальную основу».
По мере укрепления власти Дудаева и устранения влияния в республике прежней партийно-советской правящей «элиты» во главе с Доку Завгаевым c полного одобрения победившего в Москве Верховного Совета РСФСР, боевики ОКЧН приступили к масштабному захвату оружия из воинских частей, расположенных на территории Чеченской республики. В Заключении Парламентской Комиссии читаем:
«…Ночью 11 октября 1991 года экстремистами были предприняты первые попытки проникновения на территорию некоторых воинских частей. В дальнейшем подобные провокации производились регулярно. Дудаевцы нападали на часовых, охраняющих военные объекты, угоняли автомобили, похищали оружие, наносили физические оскорбления офицерам, прапорщикам и военнослужащим срочной службы. Так было положено начало процессу разоружения, но не чеченской, а российской армии.
Отсутствие адекватной реакции со стороны федеральных властей поощряло Дудаева к ещё более вызывающим действиям. Его указом от 26 ноября 1991 года было определено, что всё вооружение, военная техника и имущество воинских частей России на территории Чечни принадлежит Чеченской Республике и не подлежит вывозу с её территории. Указом предписывалось так же проводить подготовку личного состава национальной гвардии и призывного контингента при воинских частях России, расположенных на территории Чечни. В этот период численность национальной гвардии вместе с ополчением составляла 62 тысячи человек…»
От себя добавлю, что такая численность «дудаевцев» в конце 1991 года записана в Заключении Парламентской Комиссии со слов чеченцев и сильно завышена. На самом деле, к концу 1991 года Дудаев располагал вооружённым контингентом, реально не превышающим 3-х тысяч человек, имеющих в своём распоряжении только стрелковое оружие. Ни вооружить, ни обучить 62 тыс. человек Дудаев тогда никак не мог.
Поэтому более чем очевидно, что федеральная власть могла совершенно беспрепятственно, по меньшей мере, вывезти из Чечни тяжёлое вооружение частей Советской (Российской) армии. Но Президент России, как главнокомандующий вооружёнными силами Федерации, приказа о вывозе вооружения из мятежной республики не отдал. Это было тягчайшее преступление, повлекшее десятки и даже сотни тысяч смертей. Преступление сознательное, продуманное – «царь Борис», отдавший страну на разграбление своим «приближённым», боялся своего народа, и рассчитывал в случае социального взрыва бросить на его подавление «кавказских орлов» из гвардии Дудаева.
О конфиденциальных договорённостях между Кремлём и «Президентским дворцом» в Грозном по согласованным действиям на случай «контрреволюционных выступлений реакционных сил» в России автору этих строк рассказывал бывший доцент кафедры молекулярной физики Грозненского университета, ставший командующим Вооружёнными силами Конфедерации горских народов, Иса Арсемиков. Поэтому федеральная власть лишь имитировала противодействие вооружению Ичкерии, а по сути дела поощряла дудаевские банды к захвату военного имущества бывшей Советской Армии на территории Чеченской республики[2].
Как это происходило в 91 – 92 годах, можно прочитать в Заключении Парламентской Комиссии.
«… В начале декабря 1991 года в Грозный была направлена делегация во главе с первым заместителем Министра обороны СССР генералом Грачёвым. Во время переговоров Джохар Дудаев обещал оказать помощь российским частям при выводе из Чечни при условии, что часть вооружения и военной техники будет передана ему. – Типичный приём рэкетиров, когда на коммерсанта "наезжают шестёрки”, а потом приходит их босс и предлагает за долю в бизнесе оградить незадачливого предпринимателя от посягательств бандитов.
В условиях полного игнорирования Дудаевым российских властей Министерством обороны СССР было принято пораженческое решение о расформировании 173 Особого учебного центра на территории Чечни к 10 марта 1992 г. Об этом была направлена директива Генерального штаба Вооружённых сил России от 4 января 1992 года. В последующем срок расформирования был перенесён на 1 июня 1992 года, но сути "мирной” капитуляции это не меняло.
И началось открытое разграбление российской армии. Только с 6 по 9 февраля 1992 года в Грозном был разгромлен 566 полк ВВ МВД России, захвачены расположения 4-х воинских частей, начались нападения на военные городки 173 ОУЦ. В результате было похищено свыше 4-х тысяч единиц стрелкового оружия, около 3 млн. штук боеприпасов, 186 единиц автомобильной техники и другое имущество.
19 февраля 1992 года в Грозненском гарнизонном госпитале склады с имуществом были взяты под охрану боевиками. Продолжались нападения на военные части. Только за первые три месяца 1992 года было отмечено более 60 нападений на военнослужащих, в результате которых 6 человек получили тяжёлые ранения, ограблено 25 квартир офицеров, захвачено помимо стрелкового оружия 5 бронемашин пехоты, 2 бронетранспортёра и другое вооружение.
16 марта 1992 года обязанности Министра обороны России возложил на себя Президент Б. Н. Ельцин. 3 апреля 1992 года его первым заместителем был назначен генерал Грачёв. После этого все вопросы, касающиеся личного состава вооружённых сил, вооружения и техники решались только этими лицами.
(Именно в этот период состоялись секретные переговоры доверенных лиц Ельцина с Дудаевым о возможной помощи последнего в случае обострения политической ситуации в Российской Федерации, о которых мне рассказал Иса Арсемиков. Ельцин боялся противодействия его политике со стороны военных.)
В это время захват вооружения и военной техники боевиками Дудаева продолжался. К маю 1992 года ими было захвачено 80% единиц техники и 75% единиц стрелкового оружия. Захват военных городков, складов с оружием и материальными средствами, как правило, осуществлялся по схеме: впереди женщины и дети, за ними боевики с оружием.
Окончательную точку в передаче оружия Дудаеву поставил министр обороны России Павел Грачёв. Он направил в штаб Северо-Кавказского военного округа шифр-телеграмму следующего содержания:
Командующему войсками СКВО (лично)
На № 3/495ш от 20.05.92 г.
Разрешаю передать Чеченской Республике из наличия 173 ОЗЦ боевую технику, вооружение, имущество и запасы материальных средств в размерах:
– боевую технику и вооружение – 50%,
– боеприпасы – 2 бк.,
– инженерные боеприпасы – 1 – 2%.
Автомобильную, специальную технику, имущество и запасы материальных средств реализовать по остаточной стоимости на месте.
Оставленных при выводе российских войск из Чечни и переданных дудаевцам с ведома военного руководства России всех видов вооружений оказалось достаточно для оснащения 4-х (а по некоторым данным – 7-ми) развёрнутых армейских дивизий.
И уж совсем не поддаётся рациональному объяснению и оправданию передача дудаевскому режиму оружия, вывезенного из Монголии...»
Напротив, передача вооружений вывозимых из стран бывшего Социалистического лагеря боевикам Дудаева вполне логична и оправдана в рамках той политики, которую проводило в России правительство Ельцина – Гайдара. Они всё ещё боялись народных волнений из-за стремительного обнищания огромных масс и баснословного обогащения кучки приближённых «царя Бориса»[3]. Тем более что в Верховном Совете России к этому времени начала складываться оппозиция Ельцину, которая вполне могла возглавить недовольство народа. В этих условиях боевики Дудаева могли стать решающей картой в большой политической игре.
То, что Ельцин боялся свержения своей власти народным восстанием, подтверждается его собственными многочисленными высказываниями на этот счёт.
Например, такое: «Бывшая империя не исчезает просто так. Она готовит нам всё новые и новые катаклизмы. Она воспроизводит новых бойцов, фанатов, лидеров в погонах или без них. Империя мстит за свою гибель…».
Конечно, скорее всего, никаких формальных договоров о взаимопомощи между Кремлём и Грозным не подписывалось, но доверительные отношения президентов России и Ичкерии легко усматриваются из различных документов конца 1992 – начала 1993 годов. Например, из письма Дудаева, попавшего в Парламентскую Комиссию:
«NOXCHJN RESPUBLICA
PRESIDENT
Президенту Российской Федерации
Уважаемый Борис Николаевич!
Отдавая дань глубокого уважения Вам за мужество, проявленное как в период трагических событий в Балтийских Республиках, так и в период ГКЧП, считаю своим долгом, по мере моих возможностей, способствовать избранному Вами курсу демократических преобразований и реформ в России.
Предстоящий референдум 25 апреля 1993 года , на мой взгляд, хотя и является важным политическим событием в России, его результаты могут дать лишь отрицательный эффект, даже если при самом голосовании за доверие Президенту выскажется абсолютное большинство.
Обладая обширной и, поверьте, достоверной информацией о той работе, которую проводят противники жизнеспособной исполнительной власти в России, а также тех исторических реформ, за которые Вы самоотверженно боретесь, хотел бы предостеречь Вас от возможности дальнейшего нарастания противостояния в Российской Федерации, могущего привести к непредсказуемым и непоправимым последствиям.
Хочу предложить Вашему вниманию для серьёзного анализа прогностические результаты референдума и постреферендумную стратегию действий.
Предположим, что в результате референдума Президент РФ получит полное доверие народа. Означает ли это, что Верховный Совет РФ и Съезд самораспустятся? Конечно же, нет.
А если Президент РФ подпишет Указ о роспуске ВС РФ и Съезда, то эти органы представительной власти включатся в яростную борьбу. И для этого уже запущены некоторые механизмы: прежде всего, отказ от участия в референдуме целых регионов, особенно в республиках, входящих в состав России; прибавьте к этому голоса сторонников Верховного Совета и Съезда; далее, преимущественное положение многочисленного депутатского корпуса для проведения агитационнопропагандистской компании; плюс к этому единство и солидарность Верховных Советов всех уровней.
А если же вследствие такой контрработы Президент РФ не получит необходимого для доверия количества голосов? Означает ли это, что из-под него "уходит правовой базис” и он вынужден сдать позиции? На мой взгляд, это будет неразумно и вот почему.
Борьба между двумя ветвями власти может активизировать третьи силы, особенно казачество, которое получило от Президента привилегированные полномочия.
Затем, – и это произойдёт при любых результатах референдума, – против Президента РФ будут направлены обвинения в развале Российской Федерации – России, если хоть одна область или Республика отклонят (не примут) участие в референдуме или же казачество выступит как самостоятельная сила.
Поэтому, если выбирать из двух зол, то наименьшим мне видится роспуск Верховного Совета и назначение Парламента с одновременным проведением референдума по принятию новой Конституции в сентябре 1993 года. Голосуя за новую Конституцию, в которой чётко разграниченные функции и основополагающие принципы могут меняться только всенародным референдумом, вновь избранный Парламент будет вынужден строго следовать новой Конституции России.
Разработку Конституции может проводить Конституционный суд с участием представителей от республик, входящих в состав Российской Федерации. Период времени до очередных Парламентских выборов и Референдума по принятию новой Конституции можно эффективно использовать со всей полнотой Вашей власти для проведения экономических реформ, что найдёт понимание и поддержку у Запада.
Возвращаясь к референдуму 25 апреля 1993 года, влечёт ли он юридически-правовые последствия и необходимость готового решения? Есть ли право у Президента РФ распустить Верховный Совет РФ и Съезд? Безусловно, да!
Во-первых, такое право даёт Президенту РФ нелегитимность по многим признакам существующих органов представительной власти, а также дважды сменившийся статус государства.
Во-вторых, в юриспруденции допускается оправдание менее тяжкого преступления, не влекущего юридических последствий, если оно содеяно в целях предотвращения более тяжкого преступления.
Правда, как водится в войсках – уж коли решение принято и если даже оно неверное, то разумнее и целесообразнее доводить его до конца, чем останавливаться на полпути и принимать новое…
А если это так, то для пользы дела Президентская команда должна провести соответствующую работу и исключить:
– отклонение от участия в референдуме ряда областей, краёв и республик Российской Федерации;
– выступление казачества и иных третьих сил как самостоятельных;
– принятие новой Конституции Верховным Советом или Съездом.
При этом следует размежевать интересы Верховного Совета и Съезда РФ из одной упряжки. Например, распуская вначале только Верховный совет, оставить полномочия Съезда на период обсуждения в первом чтении проекта новой Конституции и Положения о Парламентской деятельности, но право созыва Съезда оставить за Президентом РФ, а ведение Съезда – за Вице-президентом.
Возможны, конечно, и другие варианты, но очень актуально определиться с юридическими последствиями результатов референдума, как только прояснится прогностическая картина накануне референдума.
Являясь сторонником социально-экономических преобразований, проводимых в России, хочу заверить Вас в полной поддержке со своей стороны.
Искренне желаю Вам удачи, а России – процветания.
ДЖОХАР ДУДАЕВ 11.04.93 г.»

Это весьма примечательное письмо. Во-первых, Ельцин в своём противостоянии с Верховным Советом разыграл в сентябре – октябре 1993 года сценарий, любезно подсказанный ему президентом Ичкерии. Во-вторых, из самого тона письма видны тесные деловые и даже тёплые, доверительные отношения между президентами Российской Федерации и Ичкерии. Наконец, в-третьих, и это важно для нашей тематики, Джохар Дудаев предупреждает Ельцина о нежелательности усиления роли казачества и других «третьих сил» во время его противостояния с Верховным Советом. Президент мятежной Ичкерии понимал, что распаду единого Российского государства и беззастенчивому грабежу государственной (общенародной) собственности может помешать только организованное сопротивление русского народа («третьей силы» по терминологии Дудаева) и его служилого сословия – казачества.
Но это, сознательно или интуитивно, понимал и Борис Ельцин, сделавший в своей борьбе за власть в Российской Федерации ставку на национальные меньшинства, которым он ещё в начале своего пути к вершинам политического олимпа пообещал: «Берите столько суверенитета, сколько переварите».
Понимали это и соратники Первого Президента «демократической» России, которые сделали русофобию и подавление любых русских национальных политических организаций стержнем внутренней политики в Российской Федерации. Одновременно приветствуя развитие национальных политических организаций других народов России и поощряя дискриминацию, этнические чистки и террор против русских в «национальных» республиках. Об этом свидетельствуют факты, которые мы приведём следующем разделе.
Но прежде хотелось бы отметить ещё один аспект «оружейного флирта» Москвы и Грозного. Торговля оружием – один из самых прибыльных видов бизнеса во всём мире.
«В последние два года (1993 – 1994) чеченские группировки активизировали деятельность в сфере незаконной торговли оружием и наркотиками. Они практически монополизировали нелегальный рынок сбыта оружия и наркотических средств во многих регионах России. Их влияние особенно заметно на Дальнем Востоке, в Московской области и в городах Москва, Псков, Санкт-Петербург.
В настоящее время расследуется ряд уголовных дел, связанных с контрабандой оружия. Через фирмы, зарегистрированные в США и в Западной Европе, оформлялась покупка оружия и боеприпасов, производимых российскими предприятиями. Оплата производилась как наличными рублями, так и по перечислениям в валюте. Однако оружие в страны, указанные в таможенных документах, не попадало, а направлялась в горячие точки СНГ и в Чечню».
А из Чечни транспортными самолётами частных авиакомпаний оружие российского производства разлеталась по миру, принося колоссальные доходы «оружейным баронам», и генералам и чиновникам, курирующим доходный бизнес торговли смертью.

[1] Абу Арсунакаев «везде успел»:
- в 1991-1994 гг. начальник личной охраны и службы безопасности Президента ЧР-Ичкерии. Фактически возглавлял личную контрразведку и тайную полицию Д.Дудаева. По непроверенным данным, причастен к организации убийств противников режима. Не разлучался с президентом до самой его смерти. Еще при жизни Дудаева Арсанукаев был награжден высшим ичкерийским орденом «Честь нации». После гибели своего патрона в 1996 году Арсанукаев стал первым замгенпрокурора Ичкерии, а в 1999 году Аслан Масхадов, оценив его преданность, назначил его главой оперативного штаба при президенте ЧРИ;
- после задержания российскими военными: «Мы его из ямы спасли! — говорит Руслан [Ямадаев]. — Знаешь, как было? Я включаю телевизор, вижу: ведут Абу, и я узнаю это место. Я туда еду, захожу к Абу, говорю: мы тебя спасем. И спасли!»;
- после конфликта Ямадаевых с Рамзаном Кадыровым: ««Пока Сулим Ямадаев командует батальоном, в нем не будет порядка»,— уверен бывший спецназовец. В таком же духе высказался офицер Абу Арсанукаев, прослуживший в ямадаевском батальоне семь лет. «В России не должно быть подразделений, которые нарушают законы»,— заявил господин Арсанукаев»;
- преданный кадыровец: «Тут же, на «Веге», в штатском — бывший замглавы батальона Абу Арсанукаев. — Я теперь советник Рамзана, — скромно говорит Абу» - прим.ред.

[2] из интервью Бислана Гантемирова, экс- начальника национальной гвардии Дудаева, экс-главкома Вооруженных сил антидудаевской оппозиции, экс-мэра Грозного:
«Оружие в Чечне было оставлено не без помощи Бурбулиса и Павла Грачева... Часть оружия перебросили в Абхазию на гражданских самолетах…»;
«Без военной «крыши» ни одна коммерческая структура не могла попасть в Чечню»;
«о судьбе старых российских денег, доставленных в Чечню самолетами из Эстонии. Их было 18 тонн. Куда они делись? Ими занимался министр юстиции Чечни Имаев - впоследствии председатель нашего Центробанка, генеральный прокурор Чечни. В одном из боев он попал к нам в плен. Через три дня по требованию ФСБ я был вынужден его освободить. Я доставил его на вертолете в Моздок и передал российским специалистам. Через 11 дней он оказался опять у Дудаева, в Чечне»;
«Аркадия Голода, гражданина Израиля, через которого перекачивали деньги за границу под предлогом закупки лекарств, порекомендовал не кто иной, как бывший министр МВД Анатолий Куликов»;
«События в Буденновске -- это борьба за кресло министра МВД. Надо было «подставить» Ерина, а привести Куликова»;
«Кто стоял у истоков этой денежной реки? - Барсуков, Коржаков, Куликов, Грачев. Они были главными, но только это нигде не афишировалось. Весь финансовый механизм запускался в действие только по их указке. В первую очередь, конечно, все зависело от Коржакова» - прим.ред.

[3] «Кто-то наверху не очень хотел победы над Дудаевым. Например, часть боеприпасов, которые поставлялись оппозиции, оказалась непригодной. То ли они были выварены в воде, то ли в керосине. Такая же ситуация складывалась и с партией одноразовых гранатометов. Едва стрелок только приводил гранатомет в боевое положение, как происходил подрыв». Такая же ситуация сложилась и с зенитными орудиями, 10 штук которых поступило в Знаменское. Механизмы стрельбы у всех этих орудий подозрительным образом были собраны неправильно, стрелять из них было невозможно. Это в очередной раз подтвердило информацию спецслужб о наличии в Москве некой третьей силы, группы людей, не желавших поражения мятежного генерала.
Ксерокопию подробного плана предстоящего штурма Грозного Дудаев по факсу получил из Аппарата президента России. Это выяснилось после встречи представителя президента России по вопросам урегулирования конфликта в Чечне в 1994–1995 годах Аркадия Вольского с Дудаевым: «Он мне передал в руки бумагу, которая здесь, в Москве, шла с особым грифом, которая никак у него не должна была быть. Это была бумага, циркулировавшая только между нашими двумя руководителями. Я говорю: «Я не возьму это, Джохар. Зачем мне это нужно? Достаточно того, что я посмотрел». «Нет, вы возьмите, - отвечает Дудаев, - и передайте Борису Николаевичу, которого я искренне уважаю. Передайте, кто у него рядом, передайте, что я получаю такие документы раньше, чем он» (И.Прокопенко, «Чеченский капкан: между предательством и героизмом» ) - прим.ред.
http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/burla ... 7-1-0-4822
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:44

Летом 1991 года в Грозный приезжала Галина Старовойтова, и в здании первого корпуса Чечено-Ингушского госуниверситета она встречалась с активистами Вайнахской Демократической партии. В актовый зал, где проходила эта встреча, посторонних не пускали – здесь мэтр новой политики давала мастер-класс своим вайнахским товарищам по борьбе с империей зла, и негоже было чужакам слушать откровения апостола российской демократии. Но Иса Арсемиков, доцент кафедры молекулярной физики и один из функционеров Общенационального Конгресса чеченского народа, давний мой приятель, провёл меня на эту встречу с депутатом Верховного Совета СССР.
– Что нужно делать, – спросили высокую гостью, – чтобы добиться свободы и завоевать, наконец, независимость, о которой горцы мечтали ещё со времён имама Шамиля?
– Убивайте русских! – посоветовала Галина Васильевна своим соратникам по Великой Демократической Революции. – Пусть земля горит под ногами оккупантов. Чем больше русских будут убивать на улицах Грозного, тем быстрее станет свободной священная земля чеченцев и ингушей.
Иса Арсемиков, пригласивший меня на эту встречу со знаменитым депутатом нового парламента СССР, был явно смущен таким откровенным заявлением московского политика.
– Это она в иносказательном смысле, – шепнул мне доцент кафедры молекулярной физики, – мол, шовинистов и комуняк поприжать пора.
Но товарищ, задавший депутату сакраментальный вопрос: «Что делать?», понял Галину Васильевну отнюдь не иносказательно.
– За такую политическую деятельность, – заметил он, – можно и за решётку угодить. Будет земля вайнахов свободна или нет, а за убийство лет на пятнадцать сам свободу потеряешь.
– Личный риск, конечно, неизбежен в любой революции, – ответила знаменитая демократка, – но у нас он сведён к минимуму. Там, – и Галина Васильевна указала куда-то вбок и немного вверх, то ли за кулисы актового зала, то ли в сторону златоглавой столицы тонущего Союза – уже решили поделить последнюю империю ХХ века на тридцать – сорок цивилизованных демократических государств. И когда СССР уйдёт в историю, вряд ли кто будет разбираться, кто там кого убил. А если кого и осудят, до того, как Союза не станет, так потом всё равно отпустят – на то это и революция. «Темницы рухнут и свобода, вас встретит радостно у входа, и братья меч вам отдадут» – Завершила народная депутатка свою пламенную речь словами поэта – певца свободы….
Может быть, Галина Старовойтова преувеличивала, утверждая, что правители СССР уже вынесли приговор государству, во главе которого они оказались волею злого рока? Увы! Влиятельный член нового парламента Советского Союза знала наверняка то, о чём говорила своим соратникам в актовом зале Чечено-Ингушского госуниверситета. Не прошло и года, как в Беловежской Пуще «царь» Борис и его подельники поставили последнюю точку в недолгой, но бурной истории Союза Советских Социалистических Республик.
К этому трагическому финалу «новые демократы» из ЦК КПСС и обкомов шли упорно и целеустремлённо. Сейчас трудно определить, когда измена «делу Ленина» свила себе гнездо на самых верхних этажах советской власти и правители Страны Советов решили демонтировать тысячелетнюю державу, в которой их отцы и деды обманом и террором захватили власть в семнадцатом году двадцатого столетия. Возможно, это произошло с приходом в Кремль «великого реформатора» Михаила Горбачёва, а возможно и раньше, когда «калиф на час» и ценитель джаза Юрий Андропов подвёл мир к самой грани термоядерной катастрофы. Но, так или иначе, решение о разделе СССР было принято руководством коммунистической партии, обладавшей в Советском Союзе неограниченной властью.
Дети и внуки партийных функционеров времён Сталина и Хрущёва, составляющие правящий класс советского общества в восьмидесятые годы прошедшего века, с завистью смотрели на роскошные виллы, дорогие автомобили, шикарные светские рауты мировой элиты за кордоном социалистического лагеря. Они тоже хотели стать частью этой мировой элиты. Им были тесны рамки прежней коммунистической демагогии, и они отбросили её как изношенную старую одежду. А заодно решили поделить и страну со всем её «общенародным» богатством – негоже ведь новым членам мировой элиты оставаться без солидного капитала. Добить страну, оставленную им в наследство их отцами и дедами. Как пророчески написал Николай Бердяев: «Самая зловещая фигура в России – это не фигура старого коммуниста, а фигура молодого человека, внука тех, кто делал революцию».
Весной 1992 года один молодой человек, в недалёком прошлом выпускник Чечено-Ингушского университета, перебравшийся затем в Москву и занявшийся в первопрестольной «нефтяным бизнесом», – одним словом, начинающий олигарх, – передал эмиссарам Дудаева крупную сумму в валюте.
– Зачем ты это делаешь? – спросил у молодого бизнесмена присутствовавший при этой «спонсорской акции» его товарищ, когда посланцы президента Ичкерии покинули офис нефтеторговца. – Ведь на эти деньги будет куплено оружие для сепаратистов, и из него потом будут стрелять в наших солдат.
– А я для этого и дал деньги. – ответил своему товарищу бывший студент ЧИГУ. – Я не хочу, чтобы страна с названием "Россия” оставалась на политической карте мира. Чтобы потом никто не надумал отнять у меня капиталы, которые я сейчас зарабатываю. Как говориться – нет государства, не будет и проблем с национализацией…
Что или кто мог бы помешать планам предателей, угнездившихся на самой вершине пирамиды власти советской империи, и надумавших эту самую империю демонтировать? Это могла бы, например, сделать 18-ти миллионная Коммунистическая партия – «ум, честь и совесть» Советского Союза. Но за семьдесят лет КПСС стала послушным орудием своих вождей. Как в анекдоте «времён застоя»:
– Отклонялись ли вы от линии партии?
– Отклонялся, но вместе с линией.
Распаду государства могла бы противостоять армия. Но генералитет и весь офицерский корпус был всего лишь «вооружённым отрядом партии» и должен был бездумно выполнять Её волю. Это же можно сказать и в отношении КГБ, представлявшейся непосвящённым могущественным хранителем советской империи.
Единственным объективным и реальным препятствием раздела государства был русский народ, простые русские люди, чьи предки и создали державу, раскинувшую свои границы от Балтики до Тихого океана. В начале ХХ века большевики-интернационалисты развернули массовый террор против русских, чтобы перекроить Российскую Империю в Союз Советских Социалистических Республик; в конце этого трагического для России столетия внуки и правнуки архитекторов «нерушимого союза братских народов» снова взяли на вооружение русофобию и террор против русских, чтобы демонтировать теперь уже СССР по административным границам, прочерченным на карте российской империи вождями великой социалистической революции.
Убивайте русских! – это вовсе не метафора, это боевой лозунг системных врагов государства Российского – внуков и правнуков тех, кто по циничному выражению Троцкого «задрал подол Матушке-России» в семнадцатом году, кто сладострастно расстреливал русских дворян и священников, купцов и промышленников, офицеров и чиновников, кто морил голодом русских крестьян и перетирал в лагерную пыль миллионы «зловредных носителей великодержавного русского национализма».
И лозунг этот – убивайте русских – был подхвачен во всех национальных республиках бывшего Советского Союза. Русских убивали, грабили, выгоняли из своих домов и квартир. А в Москве делали вид, что не замечают этнические чистки и террор «молодых демократий» в бывших братских республиках. Их лидеры встречались на саммитах СНГ, обнимались по старой советской традиции и вели умные разговоры об экономической интеграции – как бы половчее разделить между собой наследство советской империи. И ни разу на этих встречах на «высшем уровне» не вспоминали о тех, кого убили, ограбили или выгнали из собственного дома.
Да что там: на «высшем уровне» Федеральная миграционная служба, в обязанности которой входило выяснение обстоятельств выезда бывших граждан СССР из «независимых республик» и предоставление статуса беженцев, требовала от русских, приезжавших в Россию, справку, подтверждающую факты насилия, ущемления прав и угрозу жизни. Причём справку эту должны были выдать выезжающему власти той республики, откуда этот человек выезжал – верх цинизма и бюрократической наглости! А для русских, бегущих из бывших автономий, вообще не предусматривался статус беженца, его заменили некоторым суррогатом под названием «вынужденных переселенцев». Но и этот суррогатный статус получала лишь малая часть русских, покидавших Чеченскую Республику, а беженцы из Ингушетии, Дагестана, Карачаево-Черкесии, других «национальных» республик вообще не получали никакого статуса и никакой поддержки от государства. А между тем, потоки беженцев (той или иной интенсивности) были практически из всех республик Северного Кавказа.
И конечно, процессы вытеснения русских из республик Северного Кавказа не был тайной для федеральной власти. Вот фрагмент из информационно-аналитической записки Миннаца России.
«…О положении русского населения Ингушетии свидетельствуют даже официальные отчёты Временной администрации в зоне Осетино-ингушского конфликта.
В ходе подготовки настоящего материала состоялись встречи и беседы работников ВГК РФ с жителями, священнослужителями, сотрудниками администрации Сунженского района различных национальностей и теми русскими и "русскоязычными” гражданами, которые вынужденно покинули места своего проживания в Малгобекском районе и в настоящее время проживают на территории Северной Осетии.
Во время встреч и бесед люди убедительно просили не называть их имён и не ссылаться на них во избежание возможных эксцессов с их родственниками и с ними самими, что объясняется укоренившимся в их сознании страхом от пережитого и за будущее.
По данным Всесоюзной переписи 1989 г., на территории нынешней Ингушетии проживало 25 тысяч русских. Из них с января 1989 года по июнь 1992 года из Ингушетии выехало 8 – 10 тысяч русских. Выезд их был вызван нестабильностью обстановки и имевшими место конфликтами на межнациональной основе (например, в ст. Троицкая в 29.04.91 г.).
Динамика изменения численности русского населения станиц Сунженского района на начало 1991 г. и конец 1995 г. отражена в приводимой ниже таблице.
Тенденция оттока русского и русскоязычного населения из Республики Ингушетия сохранялась в течение 1995 года, наблюдается она и по сей день. По официальным сведениям, на 1 мая 1996 года в Республике Ингушетия проживают 7,5 тысяч человек русскоязычного населения из 25 тысяч человек, проживавших в 1989 году. Причём мигрируют трудоспособные категории населения. Так, в настоящее время во всех школах республики работают менее 100 русских преподавателей (при том, что до 1991 года их было больше половины); в школах станицы Орждоникидзевская обучается только два русских ученика, в станице Троицкая – ни одного…
В станице Вознесенской Малгобекского района из 4256 русских, проживавших в 1991 г., в настоящее время осталось только 16 семей. Возраст оставшихся членов этих семей составляет от 56 лет и старше, остальные вынужденно покинули станицу…
В республике действует негласное правило: ингуши более 5 – 6 млн. рублей (в неденоминированных рублях) не дают за дом русской семьи в случае его продажи. Это затрудняет и даже делает невозможным переезд продающего домовладение на новое место жительства.
В этой связи показательны следующие примеры. В конце 1995 г. одна из русских семей в связи с предстоящим выездом решила продать приватизированную двухкомнатную квартиру, дачу и огородный участок в г. Малгобеке. За всё это ей было предложено 2 млн.руб.
Только после подключения к делу авторитетных старейшин-ингушей из г. Назрани удалось получить 6 млн. руб. Причём имущество и деньги вывозились из Малгобека ночью, тайно, в несколько приёмов, так как велика была вероятность ограбления в пути своими бывшими соседями.
В ст. Троицкой распространена практика, когда домовладения и приусадебные участки выезжающих русских домовладельцев понуждают передавать новым владельцам ингушской национальности по распискам и без соответствующего нотариального оформления…. В этом и других населённых пунктах отмечены случаи "продажи” недвижимости под угрозой применения насилия за 200 тыс. – 1 млн. рублей. Тем, кто не соглашается на такую сделку, следуют угрозы, и их могут ожидать самые непредсказуемые последствия, в том числе опасные для их жизни и здоровья.
При подготовке настоящей информации сотрудники ВГК РФ неоднократно сталкивались с нежеланием русских граждан откровенно говорить о своём бедственном положении из-за боязни за себя и своих близких. У многих из них на памяти трагедия, произошедшая с Л. Кирамлиди – жительницей станицы Ассиновской, которая была повешена и её труп был заминирован преступниками после её встречи и беседы с членами Парламентской Комиссии…
Сотрудникам ВГК РФ во время работы в ст. Троицкой и Орджоникидзевской лица ингушской национальности неоднократно угрожали (в том числе и оружием) и настойчиво "советовали” не появляться более в этих местах...».
Пропагандистский ингушский фильм «Салам-алейкум, ингуши!» . Из описания: «документальный фильм об этнической чистке в Пригородном районе в октябре-ноябре 1992 г., авторы и режиссеры-постановщики: Ратмир Льянов и Суламбек Мамилов». В фильме: ельцинские панегирики ингушскому народу , пара кадров о Российской Армии, охаивания ингушами осетин и Армии и т.д. На картинке: «демократический десант» осенью 1990 года в Ингушетию.
Сравнивая списки тех, кто покинул Ингушетию в начале 90-х годов, со списками тех, кто обрёл новое место жительство в других регионах Российской Федерации, мы видим существенное количественное расхождение: республику покинуло больше людей, чем добралось до нового места жительства. Куда же исчезли эти «лишние люди»? По свидетельству уехавших из Ингушетии русскоязычных граждан, в те годы массовой миграции нередки были случаи, когда выезжавших из республики людей - с деньгами за проданное домовладение и имущество убивали по дороге к новому месту жительства. Были и такие, кто просто бесследно исчезал на территории республики, а потом в дома или квартиры «пропавших без вести» заселялись ингушские семьи. Общая численность разницы между выбывшими из республики и прибывшими на новое место жительство составляет ≈ 4,5 – 5 тыс. человек. С большой вероятностью этих людей можно считать погибшими от рук бандитов или проданными в рабство в отдалённые горные районы бывших автономных и союзных республик Кавказа.
Конечно, Ингушетия не идёт ни в какое сравнение с Чечнёй ни по масштабам террора против русского населения, ни по жестокости проводимых на её территории этнических чисток. В цитируемой выше аналитической записке Миннаца России мы читаем:
«… О терроре в Чеченской республике написано много («Белая книга» ФСБ, «Криминальный режим» МВД, «Заключение Парламентской Комиссии» (Государственная Дума), «Испытание Чечнёй» – А. Нуйкина и т.д. и т. п.) Однако до сих пор авторы подобных публикаций стараются обходить тот факт, что террор в Чеченской республике определялся именно этническим признаком – против русских.
Справедливости ради надо сказать, что террор касался не только русских, но и так называемого "русскоязычного” населения республики. Однако этот термин не отражает сущности происходящих процессов – этнических чисток и этнотеррористической политики. Своим остриём эта политика была направлена именно против русских, и представители всех других национальностей, будь то украинцы, греки, поляки или евреи, для чеченских национал-экстремистов были именно "русскими”. Недаром Джохар Дудаев придумал даже термин «руссизм» для обозначения объекта национальной ненависти...
О масштабах трагедии русского населения в Чеченской республике говорят цифры "гражданских потерь”, зафиксированные Парламентской Комиссией по исследованию причин и обстоятельств возникновения кризисной ситуации в Чеченской Республики:
«… До прихода к власти Дудаева русские в Чечне составляли 30% населения (в Грозном русские составляли 55%, еще порядка 10% - другие, «нечеченские» национальности, - прим. ред.). За период его правления из Чечни выехало более 200 тысяч человек из 850-ти тысячного населения. Естественно, в подавляющем большинстве это были русские… »
Депутат Государственной Думы М. Бурлаков, член Парламентской Комиссии, отвечавший за расследование нарушений прав гражданского населения на территории Чечни, представил в Парламентскую Комиссию более точные цифры "гражданских потерь”.
За период с августа 1991 года по август 1994 года убыль русского (и русскоязычного) населения на территории Чечни составило ≈ 220 – 223 тысячи человек. При этом около 200 тысяч человек нашли своё новое место жительства в других регионах Российской Федерации. Таким образом, более 20 тысяч человек были убиты бандитами или проданы в рабство.
Эти цифры – 200 тысяч беженцев и 20 – 22 тысячи убитых до начала военных действий в Чеченской Республике подтверждаются и из других источниками, в том числе выборочной статистикой правоохранительных органов и данными Генерального штаба, озвученными накануне "второй чеченской войны” в 1999 году. Завет "демократов новой формации” – убивайте русских! – в полной мере был выполнен в Чеченской Республике.
Но Чечено-Ингушетия была лишь вершиной, апофеозом национальной политики в Российской Федерации. Политики, остриё которой было направлено на подавление русского самосознания, на этнические чистки в "национальных республиках”, на дискриминацию русского населения во всех сферах социальной, общественной и политической жизни страны. И эта политика в самых ярких своих оттенках проявлялась - не только в Чечне и Ингушетии, но и практически во всех республиках Северного Кавказа. И здесь мы опять сошлёмся на цитирующуюся уже информационно-аналитическую справку Миннаца России.
«…Ситуация на Нижнем Тереке едва ли будет системно представлена и осознана, если не выделить из потока причинно-следственных связей ключевые моменты, определяющие общее направление развития ситуации, ведущей в случае непринятия кардинальных мер к хаосу и гражданской войне.
Прежде всего выделим этнодемографический фактор, чётко, без какого-либо сокрытия покажем направление миграционных процессов и последствия быстро меняющегося этнического состава населения региона.
Сегодня в двадцати населённых пунктах района нет ни одного русского, хотя прежде (до 1989 г.) именно русские являлись здесь подавляющим большинством. Полное вытеснение русского, казачьего населения произошло из сёл Ясная Поляна, Серебряковка, Урожайное, Макаровское, Козыревское, Абазовское, М. Задоевка, Цветковка, Михеевское, Лопуховка, Виноградное…
«Русские – говорилось на одном из сходов граждан Кизляра – живут хуже всех потому, что их обложили рэкетиры, различные разбойные группировки. Не потому ли среди русских мало кто решается открыть своё дело? Нас, коренных жителей, горцы вытесняют открыто и нагло»
События 24 июня 1993 года были восприняты русскими и казаками как «сценарий геноцида православного населения», очень напоминающий прелюдию драмы, разыгравшейся на Сунже в 1991 году – те же наезды автомашин, угрозы, запугивания и то же безмолвствование и бездействие правоохранительных органов. Там (на Сунже) это завершилось кровопролитием и почти полным исходом русского казачьего населения из обжитых мест .
Это материалы 1995 года. С тех пор ситуация резко обострилась. В станице Курская Ставропольского края 23 августа 1997 г. на совете атаманов Терского казачьего войска казаки, приехавшие из Дагестана, рассказывали своим товарищам о том, что жизнь там для русских, для казаков стала просто невыносимой. Убийства, изнасилования, похищения людей, угоны автомобилей стали рядовым явлением в отношении русского населения Дагестана…
На этом же совете атаманов казаки Терско-Малкинского округа констатировали факты террора в отношении русских и в Кабардино-Балкарии. Отмечалось, что положение заметно обострилось за последние 5 – 6 месяцев. И в частности, в связи с "нормализацией” отношений с Чеченской Республикой после Хасавюртовских Соглашений и значительным притоком чеченского населения в республику. Угрозы русским повторить «чеченский террор» стали рядовым явлением в станицах Кабардино-Балкарии…
В Карачаево-Черкесии в отношении русского и казачьего населения идут неприкрытые этнические чистки. Вот строки из письма атамана Балтапашинского казачьего округа:
«…Эх, Саша, Саша! Вовремя ты успел отплыть, а у нас пошёл полный беспредел…. Снимается с мест уже коренной народ, который живёт здесь не одно поколение. Люди полностью разуверились в возможности перемен. На русских руководителей идёт настоящая охота. Даже весьма солидным людям, как, например, директору хладокомбината, у которого солидные связи с Израилем и в Москве, и то предложили продать дом, так как русские в этом месте жить просто не должны. Они хотят там рядом мечеть ставить. А других просто выгоняют нагло. А что творится за пределами Черкесска – просто кошмар. Руководителям районов впрямую уже говорят, что «устроят русским Чечню» и что их надо убивать…
По сведениям казаков Балтапашинского казачьего округа, только осенью 1997 года в ст. Зеленчукская убиты семь казаков; в ст. Исправная похищен казачий атаман и депутат Народного Собрания КЧР Стригин Владимир и его шофёр Панченко….
Вынужденный отток русского населения происходит и из республики Северная Осетия-Алания (вопреки распространённому мнению, что уж в «православной Осетии с положением русских всё в порядке). Из информации сотрудников Временной администрации зоны Осетино-ингушского конфликта:
«… Общие проблемы русского и русскоязычного населения характерны и для республики Северная Осетия-Алания. Здесь на официальном уровне звучат традиционные здравницы в честь многонационального народа Осетии, и дело обстоит, на первый взгляд, таким образом, что вроде бы в республике царят мир и межнациональное благополучие. Однако на практике это далеко не так. Русское население республики стало чувствовать себя очень неуютно на бытовом уровне, испытывает затруднение в вопросах трудоустройства, продвижения по работе, при устройстве детей на учёбу. Если ещё 3 – 4 года назад имело место примерно паритетное представительство во всех сферах жизни республики, то сейчас это становится редким исключением….
Например, в 1996 г. из числа поступивших в Северо-Осетинский госуниверситет, осетины составляют 76%, русские – 16%...
Анализ миграции русской общины Северной Осетии никто не проводил. По-видимому, власти и учёные не видят в этом проблемы. Между тем, статистика свидетельствует: … в целом за последние 7 лет убыль русского населения из республики составляет 34 тыс. человек. Причём, официальная статистика не учитывает, что уехало коренное русское население, а прибыло большое количество военнослужащих (58 армия, 99 ДОН, 26 бригада МВД). Это позволяет считать, что "угрожающего” оттока русских из республики нет…»
Официальные инстанции как всегда пытаются "сглаживать” реальную ситуацию; на самом же деле с миграцией русских из республики ситуация намного хуже, а положение "некоренного” населения Северной Осетии-Алании гораздо трагичнее, чем это представляется в отчётах Временной администрации. Об этом говорилось, например, на совете атаманов Терского казачьего войска в Пятигорске в конце июля 1997 года. Приводились факты насильственного выселения русских и казаков, похищения людей, угона автомобилей, изнасилований. Причём по преступлениям в отношении русских правоохранительные органы республики, как правило, даже не возбуждают уголовных дел.
Следует отметить также, что за последнее время обострились такие негативные явления, как захват заложников и киднепинг (похищение детей с целью выкупа). Причём территория таких преступлений охватывает практически всю территорию Северного Кавказа. Отвратительным явлением, порождённым этническими конфликтами, является рабство и работорговля. Рабство распространяется не только на территории Чеченской республики, но и в Дагестане, Ингушетии, в Северной Осетии-Алании, отмечены отдельные случаи и на территории Карачаево-Черкесии и Кабардино-Балкарии. Среди рабов подавляющее большинство русские и русскоязычные (украинцы, греки, евреи). В рабство обращают "за долги” или просто, уводя насильно в горные и отдалённые аулы и посёлки.
Таким образом можно констатировать, что в республиках Северного Кавказа проходят явные или скрытые этнические чистки против русского (и русскоязычного) населения, это приводит к его быстрому оттоку и существенному изменению этнического баланса…
Простой анализ показывает, что миграция русского населения из республик Северного Кавказа имеет не экономический, а этнический характер и вызвана дискриминацией, правовой и социальной незащищённостью, а порой и угрозой своей безопасности и безопасности родных…»
Такие материалы регулярно поступали и в Правительство, и в Администрацию Президента. Однако верховная власть в Российской Федерации оставалась глуха к проблемам русских. Для высших чиновников «многонациональной» Российской Федерации русский народ просто отсутствовал в природе – чеченцы, ингуши, осетины (тут даже целых три народа-племени: дигорцы, иронцы, кударцы), даргинцы, аварцы, лезгины, ногайцы, кумыки и т.д., даже корейцы и немцы – всё это коренные народы России, все они имеют свои национальные особенности, права и представительство в органах власти. Вот только русских нет, в крайнем случае, есть «русскоязычные» граждане – статистические единицы для отчётов в бумагообороте государственной машины. А раз нет такого народа, то и никаких прав у него, разумеется, быть не может – какие права, например, могут быть у половцев или печенегов? И уж тем более даже смешно говорить о каких-то правах русских в национальных республиках – там они просто оккупанты, которых давно надо было «вышвырнуть» с территорий, захваченных проклятой Российской Империей.
То, что именно такое отношение к русским характерно для национальной политики Российской Федерации, подтверждается всей политической и административной практикой власти. И здесь мы приведём лишь один, но показательный пример административной практики ущемления прав русского населения, изгнанного из Чеченской республики, как теперь говорят, в «лихие» девяностые годы.
Когда верховное руководство Российской Федерации приняло решение начать широкомасштабную военную операцию против режима Дудаева, то для обоснования своих действий власть была вынуждена озвучить и опубликовать некоторые факты нарушений прав гражданского населения в Чеченской республике, в том числе и по национальному признаку.
Президент Ельцин в своём послании Федеральному Собранию в феврале 1995 года сообщает, что:
За три года на территории Чечни было совершено более двух тысяч умышленных убийств (цифры, конечно, занижены), по которым должно было вестись, но не велось следствие…
Преступный дудаевский режим нарушил базовые нормы Конституции Российской Федерации, включая почти все статьи главы 1 «Основы конституционного строя», многие статьи главы 2 «Права и свободы человека и гражданина…»
И далее Президент поясняет, какие нормы Конституции России были нарушены в Чеченской республике:
«…В соответствии со статьёй 13 российской Конституции, на территории России запрещена и находится вне закона деятельность, направленная на «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, подрыв безопасности государства, создание вооружённых формирований, разжигание социальной, расовой, национальной и религиозной розни».
А в Заключении Генеральной прокуратуры Российской Федерации прямо отмечается, что: «…На территории Чеченской Республики в результате проводимой Дудаевым Д. М. и его окружением политики происходит разжигание социальной, национальной, религиозной вражды и розни, что повлекло откровенную дискриминацию русскоязычного населения, подвергнувшегося оскорблениям, угрозам расправы, прямому насилию, унижению достоинства, противоправному изъятию личного имущества и в силу этого вынужденного покинуть территорию республики…»
Материалы о массовых нарушениях прав русского населения и терроре именно по национальному признаку на территории Чечни с 1991 по 1995 год публикуются (хотя и ограниченным тиражом) в изданиях МВД и ФСК России.
Но вот, к маю 1995 года, федеральные войска вытесняют боевиков Дудаева в горные районы и берут под контроль Грозный, Гудермес, Аргун и большинство населённых пунктов республики. И руководство Российской Федерации заявляет о начале процесса восстановления разрушенной в результате военных действий инфраструктуры Чечни и реабилитации её населения. И тут, власть напрочь забывает о русских беженцах, права которых она якобы и собиралась защищать, вводя войска на территорию Чеченской республики.
Временное Положение о компенсационных выплатах и других социальных гарантиях гражданам Российской Федерации, пострадавшим в результате вооружённого конфликта в Чеченской Республике от 20.05.1995 г., подписанное Первым заместителем Председателя Правительства России О.Н. Сосковцом, предусматривает, что;
«…Выплата денежных компенсаций производится органами исполнительной власти Чеченской Республики на местах гражданам, оставшимся (возвратившимся) на территории Чеченской Республики, за счёт средств федерального бюджета, выделяемых на реализацию программы восстановления экономики и социальной сферы Чеченской Республики.
Гражданам, покинувшим территорию Чеченской Республики безвозвратно, выплата компенсаций производится (внимание!) по заключению специальной комиссии при Правительстве Национального Возрождения Чеченской Республики за счёт средств федерального бюджета, выделяемых на эти цели…»
Верх цинизма! Разве не понимали чиновники из правительственных кабинетов и Первый заместитель Председателя Правительства Олег Сосковец, что русские люди, бежавшие от чеченского террора, не вернутся в воюющую республику собирать справки, чтобы (может быть) получить мизерную компенсацию за отнятое у них имущество и жильё? И разве непонятно, что никакое «Правительство Национального Возрождения Чеченской Республики» не выдаст русскому беженцу документ о том, что у него чеченцы отобрали жильё и имущество?
Чтобы понять, как «Временное Положение» Сосковца воспринимали русские (и русскоязычные) люди, бежавшие из дудаевского ада, мы приведём несколько фрагментов статьи «Русские в Чечне: заложники смерти», опубликованной в журнале «Российская Федерация».
«…Прошлым летом бывший первый вице-премьер Сосковец подписал Временное положение о компенсационных выплатах пострадавшим "при восстановлении конституционного порядка в Чечне”. Это просто страшный документ. Фактически он оплачивает не потери, а национальность пострадавшего.
Формулировки, естественно, другие, но суть такова. Большие, просто огромные возмещения полагаются тем, кто остаётся в Чечне. Во много раз меньше – тем, кто уезжает безвозвратно. Остаются в Чечне, понятно, чеченцы, мечтают убежать – русские…
Ненормальна и сама система принятия решения о компенсациях. Беженцы из Чечни подавали необходимые документы в миграционные службы по месту проживания. Затем почта доставляла бумаги в Грозный, где их рассматривала специальная комиссия. Такой порядок должен был исключить мошенничество. На практике же всё вышло с точностью до наоборот. Беженцы месяцами не получали ответа на свои письма и возвращались в Грозный, надеясь ускорить рассмотрение документов и получение средств. Но нередко попадали в руки бандитов, гибли в новых боях за город. Людей вынудили ехать на встречу с собственной смертью….
Беженцу не приходится выбирать: жизнь или кошелёк. Для них кошелёк, компенсации – и есть жизнь…»
И, подводя итог деятельности правительства России по реабилитации граждан пострадавшим от режима Дудаева, автор статьи приводит выдержку из справки Аналитического центра Русской Общины.
«За год Комиссия удовлетворила 166 заявлений беженцев о компенсации. Получили деньги пока 25 семей (это из 250 тысяч русских, навсегда покинувших Чечню с 1991 по 1996 годы!) Разрыв в компенсации чеченской (оставшимся в Чечне) и русской (безвозвратно выехавшим) достигает 15-ти кратной величины.
Известны факты выплаты чеченским семьям 980, 578, 453 миллионов рублей…. Ещё в мае Община обратилась в Госдуму с просьбой объяснить столь странный подход Правительства России. Писали письма, обращения в Совет Федерации, в Министерство по делам национальностей и федеративным отношениям, в Правительство, Президенту. Результат – полное равнодушие. В лучшем случае получали отписку:
…Ваше заявление направлено в Федеральную миграционную службу. Думается, её и создали специально как отстойник для бед и плача…. Ответ руководителя миграционной службы Татьяны Регент неизменен: нет и нет. Для Регент и её руководящих коллег мы – обуза. Да ещё кровавая обуза – вокруг нас кровь и смерть. Нас все чураются, словно мы призраки из подземелий и развалин…»
«Временное положение» Сосковца действовало до апреля 1997 года, даже тогда, когда боевики Яндарбиева и Масхадова уже взяли Грозный, и генерал Лебедь подписал Хасавюртовские Соглашения – акт о капитуляции Российской Федерации. 30 апреля 1997 года Виктор Степанович Черномырдин издал новое постановление Правительства Российской Федерации «О Порядке выплаты компенсаций за утраченное жильё и/или имущество гражданам, пострадавшим в результате разрешения кризиса в Чеченской Республике и покинувшим её безвозвратно».
В этом новом шедевре бюрократического крючкотворства чёрным по белому записано:
«Право на получение компенсации имеют граждане, утратившие на территории Чеченской Республики жильё и/или личное имущество, безвозвратно покинувшие Чеченскую Республику и вставшие на учёт в территориальном органе миграционной службы в период с 12 декабря 1994 г. по 23 ноября 1996 г., при условии снятия с регистрационного учёта всех членов семьи по прежнему месту жительства и их отказа от жилья на территории Чеченской Республики…»
Таким образом, по логике Виктора Черномырдина до 12 декабря 1994 года, то есть до момента, когда федеральные войска вступили на территорию Чечни, в этой мятежной республики была тишь да благодать. И русских не убивали, не грабили, не изгоняли из своих домов и квартир. Зачем же тогда было вводить войска в мирную и демократическую республику? Да и после того, как из Ичкерии ушли федеральные «оккупационные» войска, там снова воцарился мир и порядок.
По свидетельству граждан, выехавших из Чечни до начала военных действий, бежавших под угрозой насилия и обратившихся в миграционные органы после выхода Постановления Правительства России № 510, они зачастую получали такой ответ: «Когда вы уехали из Чечни, там ещё войны не было. А все рассказы о притеснениях со стороны чеченцев – ваши фантазии. Чем вы это подтвердить можете? Вас же не убили в Чечне…»
Да и требования Порядка выплаты компенсаций иначе как издевательским назвать трудно. Чего стоит например такое требование: «…К заявлению прилагаются подлинники документов, подтверждающих право владения или пользования жильём (выписка из домовой книги, копии финансового лицевого счёта, договор купли-продажи, ордер…)»
Виктор Степанович Черномырдин, очевидно, считает, что бандиты, отнимавшие жильё и имущество, в обязательном порядке выдавали своим жертвам справки об «изъятых ценностях», ну и конечно, должны были оставлять ограбленным документы, чтобы миграционная служба могла впоследствии выплатить компенсации пострадавшим.
Такое убеждение председатель правительства России, по всей видимости, вынес из опыта общения с Шамилём Басаевым, когда в прямом эфире объяснял полевому командиру, чтобы он «говорил громче» из захваченной буденовской больницы.
И конечно, Федеральная миграционная служба после окончания «операции по наведению конституционного порядка» всячески занижала численность русских беженцев из Чеченской республики.
Вообще, тема нарушений прав русского населения в бывших республиках Советского Союза после подписания Хасавюртовских Соглашений попала под неофициальный запрет и в СМИ, и в бумагообороте федеральных ведомств. Масхадов, так же как в начале 90-х Дудаев, стал легитимным президентом, и федеральная власть делала вид, что в Чечне мир, спокойствие и правопорядок. Официальной стала точка зрения, высказанная бывшим министром экономики и финансов дудаевского правительства Таймазом Абубакаровым:
«…Сегодня русские бегут уже отовсюду, включая Россию, и не потому наверное, что их целенаправленно травят… Случившееся повсеместно в СНГ ухудшение условий жизни они переводят почему-то в плоскость примитивных политических спекуляций вокруг так называемого «русского национального фактора…», «Такая логика поведения, как известно, характерна для представителей имперских наций вообще и колониальных администраций, в частности…»
И далее, бывший декан экономического факультета ЧИГУ, сколотивший первоначальный капитал тотальной коррупцией вместе с этой самой колониальной администрацией в конце 80-х годов, пишет: «…В пояснении нуждается также вопрос о масштабах исхода русскоязычного населения из Чечни. Сложившееся в российском обществе представление о численности беженцев из Чеченской Республики является в какой-то мере результатом преднамеренной дезинформации и не соответствует реальной картине».
И далее, сравнивая цифры о количестве беженцев из Чечни, публикуемые «Московским Комсомольцем» во время военных действий и после Хасавюртовских Соглашений, Абубакаров заключает:
«Тут одно из двух: либо большинство русскоязычных беженцев вернулось обратно в "ненавистную” Чечню, либо их реальная численность, как мы и предполагали, была изначально искажена с тем, чтобы сформировать в обществе негативное отношение к Чеченской Республике и её президенту Дудаеву. Если всё это не так и фактическая численность вынужденных переселенцев из Чечни выше официально зарегистрированной, то напрашивается вывод о крайнем лицемерии российских властей, которые своими неуклюжими действиями в Чечне вызвали сначала проблему беженцев, а затем стали отбиваться от них, как от назойливых мух, в том числе и путём искажения данных о беженцах, но на этот раз в сторону их занижения. В любом случае налицо грязное политиканство...»
Даже Таймаз Тайсумович Абубакаров, которого уж никак нельзя заподозрить в симпатиях к русским, усматривает «грязное политиканство» в позиции федеральной власти по вопросу о беженцах из Чеченской республики.
О терроре против русских в Чечне снова заговорили лишь в конце 1999 г., когда в горах Кавказа снова обострилась ситуация, и в повестку дня стал вопрос о новых военных операциях против Ичкерии. Федеральной власти вновь понадобилось «моральное обоснование» своей политики.
http://rys-arhipelag.ucoz.ru/publ/burla ... 7-1-0-4834
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 31 дек 2013, 10:52

Россия не для русских

В последние годы в СМИ стала популярна тема нарастания в Российской Федерации «радикального русского национализма», «русского шовинизма» и даже «русского фашизма». Либеральная пресса и СМИ, подконтрольные «вертикали власти», с притворным ужасом сообщили, что, по опросам самых авторитетных социологических служб, более 60% населения России одобряют тезис «Россия для русских». В этом политические аналитики, обозреватели и журналисты усмотрели опасность для демократии в Российской Федерации и даже угрозу для мира во всём мире, вознамерившись провести аналогии между Россией конца ХХ и начала XXI века и Германией тридцатых годов
(кстати, часть выражений Великих Русских деятелей признаны современными судами «экстремистскими» - в том числе слова императора Александра III «Россия для русских и по-русски»)
Что же страшного усмотрели ангажированные манипуляторы «общественным мнением» в тезисе «Россия для русских»? Более 80% населения России составляют русские, и эти люди (в своём большинстве, по свидетельству социологических служб) стали считать Российскую Федерацию своим государством – Россия для русских. Что в этом плохого? Разве этот тезис отрицает законное право других коренных народов проживать на территории Российской Федерации и считать Россию своим домом? Конечно, нет. По всем законам логики альтернативой тезиса «Россия для русских» является тезис «Россия не для русских».
И, видимо, именно этот тезис по душе тем, кто пишет об угрозе радикального русского национализма, пугает обывателя грядущей фашистской диктатурой и призывает власть давить репрессиями любые ростки русского самосознания, как это делали правители России на протяжении всего ХХ века.
Россия не для русских! – этот принцип стал стержнем внутренней политики страны, девяносто лет назад гордо называвшейся Российской Империей. Большевики, пришедшие к власти в России после революции 1917 года, с фанатичным упорством осуществляли практику русофобии, и все правители от Ленина и Троцкого до Горбачева и Ельцина в меру своих возможностей и способностей стремились искоренять всё русское с территории великого государства, созданного этим народом. Мы не будем анализировать здесь мотивацию правителей, ненавидящих государствообразующий народ страны, которой волею судеб довелось им править.
Тем паче, что корни этой ненависти были различными у всех правителей империи и, как правило, уходили в область мистики и трансцендентальных установок ущербной психики. Это тематика психологов и эзотериков. Мы же лишь констатируем факты нашей истории последнего столетия.
О массовом истреблении русских офицеров, русских купцов, русских предпринимателей, русских чиновников и русских священнослужителей в годы Гражданской войны написано столько, что нам нет смысла повторять здесь страшные свидетельства переживших ужас первой волны геноцида русского населения поверженной Империи. По разным оценкам, за время Гражданской войны было истреблено от трёх до десяти миллионов русских людей только за их принадлежность к «контрреволюционным» сословиям – даже образованность русского человека уже была смертным грехом для комиссаров в кожаных куртках, творящих великий террор на залитой кровью русской земле.
Дед мой, Василий Никитович Осин, рассказывал, как в пензенскую деревеньку вошёл конный отряд красных. Комиссар отряда Лазарь Эфрон с наганом в руке пожаловал в приходскую школу, где местный дьячок учил грамоте деревенских ребятишек.
– Грамоте учишь, поповский прихвостень? – Спросил учителя представитель новой власти. И дети со страхом и любопытством глядели на чёрный наган в руке красного комиссара.
– Читать и писать разумею, тому и этих чад малых учу. – Ответствовал дьячок.
– Тогда пиши. – И комиссар повёл дулом в сторону классной доски.
– Что писать-то?
– Именем Революции, – процедил Лазарь Эфрон, – пустить в расход прислужника помещиков и буржуев…
И грянул выстрел, и упал деревенский грамотей с простреленной головой посреди учеников своих.
– Видите, чертенята, – сказал комиссар притихшей детворе, – не помог ваш Бог служке своему. Потому как власть наша сильнее вашего русского Бога, запомните это на всю жизнь свою. – И, сунув наган в кобуру, Лазарь Эфрон вышел из деревенской школы на пыльную улицу, где красноармеец держал в поводу лошадь красного комиссара…
Но чудовищная ненависть большевиков к русскому населению страны, где им коварством и террором удалось захватить власть, имела и оборотную сторону. Приток добровольцев в белые армии явился прямым следствием ненависти большевиков к русскому населению страны. А когда 25 апреля 1920 года Польша начала военные действия против Советской России и уже 6 мая войска Пилсудского заняли Киев, большевистские вожди поняли, что русский народ не желает воевать за «власть комиссаров». Чтобы склонить настроение «трудящихся русских масс» на свою сторону, Тухачевский издал приказ по Первой конной армии:
«Красные солдаты! Пробил час расплаты.
Наши войска по всему фронту переходят в наступление. Сотни тысяч бойцов изготовились к страшному для врага удару. Великий поединок решит судьбу войны русского народа с польскими насильниками. Войска красного знамени и войска хищного белого орла стоят перед смертельной схваткой. Прежде чем броситься на врагов, проникнитесь смелостью и решимостью. Перед наступлением наполните сердце своё гневом и беспощадностью, мстите за сожжённый Борисов, поруганный Киев, разгромленный Полоцк, мстите за все издевательства польской шляхты над революционным русским народом и нашей страной…»
И это написал Тухачевский, по приказам которого расстреливали русских офицеров только за то, что они, оставаясь верными присяге, отказывались сорвать свои погоны и награды с Германской войны; брали заложниками жён и детей русских крестьян, ушедших воевать за свою землю; топили в баржах русских монахов, отказавшихся отдать свои святыни комиссарам, которые реквизировали монастырское имущество на дело мировой революции. Но в трудную минуту этот красный командир вспомнил о русском народе! Потом так случалось не раз.
В годы Великой Отечественной войны товарищ Сталин воззвал к национальным чувствам русского народа - когда железные челюсти вермахта готовы были сомкнуться на горле Державы… (о трансформации публичного отношения Сталина к Русскому национализму см. подробнее в материале «Геноцид Русского народа в зеркале демографии»).
Даже Борис Ельцин, первым запустивший в политический оборот гнусный термин «русский фашизм», в период борьбы с Горбачёвым за власть не считал зазорным встречаться с национально-патриотическим объединением «Память» и с русскими казачьими общинами. И только после своей окончательной победы заклеймил все эти организации как «фашистские».
Это уже стало традицией большевистских вождей от Ленина до Ельцина – в трудную минуту апеллировать к национальным чувствам русского народа, чтобы потом давить всеми средствами любые ростки национального самосознания русских.
Сразу после победы в Гражданской войне молодая Советская власть делит единую Российскую Империю на «национальные республики», провозгласив в 1922 году странное государственное образование – Союз Республик – Государство государств. Полтора десятка «Союзных республик», образованных на значительных территориях поверженной Российской Империи, получили названия по именам некоторых народов и племён, проживавших в этих местах. Внутри этих союзных республик мудрые коммунистические вожди нарезали территории для так называемых «автономных республик», «автономных областей», «национальных округов» и т.д. И все эти вновь образованные «национальные государства» провозглашались суверенными и независимыми. Причём подавляющее большинство народов и племён, получивших собственные страны из рук победивших большевиков, вообще никогда ранее не создавали своих государственных образований.
Но в этом матрёшечном Союзе для русской нации не было предусмотрено никакой государственности. Русские, по замыслу большевиков, должны были стать расходным материалом, удобрением для новых национальных государств великого коммунистического содружества. Именно Ленин и его соратники по коммунистическому переустройству Российской Империи являются реальными отцами-основателями прибалтийских республик, которых до социалистической революции 1917 года никогда не было на политической карте Мира – ни при господстве на берегах Балтийского моря германских государств, ни при шведской гегемонии, ни в послепетровское время, когда восточное побережье Балтики вошло в состав Российского государства.
Это же можно сказать и практически обо всех республиках бывшего СССР. Эти новые страны, большие и маленькие, являются порождением ленинской национальной политики, стержнем которой была дерусификация поверженной большевиками Российской Империи. И что бы ни говорили сейчас лидеры этих республик о своей приверженности западной демократии, все они крёстные внуки «дедушки Ленина» и верные продолжатели его антирусской политики. Вот уж поистине «дело Ленина живёт и побеждает» в республиках бывшего СССР, как бы стыдливо ни прятали они своё происхождение от «великого вождя мирового пролетариата».
Но созданные большевиками в 1922 году национальные республики были нежизнеспособными, и началось их искусственное оживление. Границы их перекраивались, исконно русские города и области объявлялись территориями новых национально-государственных образований. Так… территорией Казахстана стали казачьи земли Южного Урала, Никита Хрущёв включил Крым в состав Украины, а ставропольские районы за Тереком – в состав Чечено-Ингушской автономной республики и т.д. Миллионы русских людей, обращённых в рабов, возводили промышленность национальных республик, строили каналы, поднимали целину. Рабами были, конечно, и другие народы «свободных» республик, но основная тяжесть обеспечения жизнеспособности новых социалистических государств в составе нерушимого Союза легла на плечи русского народа, истощая его духовно и физически.
Русские учителя, врачи, учёные, инженеры, рабочие поднимали глухие окраины бывшей империи. По воле партии большевиков лучшие силы русского народа методично выдавливались для «орошения» национальных республик, для «рассвета наций и народностей» Союза Советских Социалистических Республик. Сколько поломанных судеб, растоптанной чести, несостоявшихся достижений русской культуры и науки потонули в глухих аулах и кишлаках? Кто ответит за сотни тысяч выпускников и выпускниц университетов, педагогических и медицинских институтов и училищ, направленных «по распределению» на произвол местных ханов и беков? Это их потомки сейчас стали изгоями «ближнего зарубежья», заложниками раздела СССР, кровавой жертвой, принесённой правителями на алтарь ненависти к народам России.
Революция 1991 – 1993 годов завершила то, что в 1917 году задумали большевики. Национальные республики, только задуманные и спроектированные в 1922 году, стали реальными государствами, а их русское население – бесправным нацменьшинством. «Русские, не уезжайте. Нам нужны рабы» – Такие надписи на заборах и стенах домов можно было увидеть в Грозном, Алма-Ате, в городах и столицах союзных и автономных республик бывшего Нерушимого Союза братских народов.
Но и в той части бывшей Российской Империи, которая после раздела СССР стала называться Россией или Российской Федерацией, русские люди не обрели своей государственности. Правители России оставили на её территории те же национальные государственные образования, которые большевики начертали на карте бывшей Империи в начале ХХ века. Только статус этих «национальных государств» стал существенно выше: вместо автономий эти «национальные территории» стали называться республиками – суверенными государствами внутри нового матрёшечного государства, именуемого Российской Федерацией. Эти «государства» должны повторить путь бывших Союзных республик СССР: напитавшись соками материнской Федерации и окрепнув политически, этнически и экономически, завершить раздел некогда единой могущественной Империи.
А где же место русским? Им отведена роль «белых индейцев»: замещение коренного населения мигрантами с передачей им экономических и политических рычагов управления, власть транснациональных корпораций на остатках территории с целью контроля над природными ресурсами и резервации для остатков вымирающего этноса. Это не мрачная антиутопия и не досужие вымыслы конспирологов или политиков, разыгрывающих «русскую карту». Это реальная практика духовных наследников большевиков, захвативших обманом и террором в начале двадцатого столетия власть в Российской Империи при поддержке транснационального капитала.
Здесь мы рассмотрим лишь одну грань антирусской политической практики – подавление социально-политической активности общественных объединений, декларирующих защиту интересов русского этноса. Оставив в стороне экономический, религиозный и культурный аспекты внутренней политики дерусификации Российской Федерации и лишь слегка коснувшись пропагандистского обеспечения этой политики.
В западных демократиях, взятых за образец новой российской властью, вполне легально существуют различные националистические партии, а их представители заседают в парламентах цивилизованных европейских стран. Это обеспечивает баланс интересов различных групп населения той или иной страны, интересов, имеющих не только экономические корни в дихотомии «бедные – богатые», но и этнические, культурные и религиозные истоки.
В России же, 60% населения которой (по оценкам социологических служб) поддерживают тезис «Россия для русских», нет политической партии, ставящей одной из своих целей и задач защиту интересов государствообразующего этноса. Парадокс? Отнюдь нет! Это результат антирусской политики «духовных внуков» Ленина и Троцкого. Нации, подлежащей уничтожению, негоже иметь политические организации, защищающие её законные интересы. И для этой цели подходят любые средства – от террора и административного произвола до шумных пропагандистских кампаний об угрозе страшного «русского фашизма» и «исконной ксенофобии русских людей». Каждый раз, когда возникала какая-либо общественная или политическая организация, декларирующая хотя бы приверженность интересам русского этноса, – даже не важно какого характера: политического, социального, религиозного или культурного, – такая организация сразу объявляется через СМИ «черносотенной», «экстремистской», «ксенофобской», «фашистской» и т.д., и против неё начинается активная кампания административного, «силового» и пропагандистского давления. В результате этого прессинга со стороны государственного аппарата такая организация либо вообще исчезала, либо вырождалась до пустой оболочки, расцвеченной пышными фразами и напыщенной демагогией профессиональных «вождей» и провокаторов.
Примеров здесь сотни, от общероссийских политических объединений до региональных организаций узкой направленности. Даже перечисление названий этих русских организаций, раздавленных прессом государственной русофобии, займёт не один десяток страниц, поэтому мы ограничимся здесь лишь несколькими «модельными» примерами .
В самом начале 90-х годов две всероссийские организации претендовали на лидерство в «русском движении»: Всероссийское патриотическое общество «Память» Дмитрия Васильева и Либерально-демократическая партия России, председателем которой был Владимир Жириновский. Эти организации в дальнейших событиях имели разную политическую судьбу, но обе они являют примеры методологии действий власти по борьбе с русским национальным движением.
Мы уже упоминали выше о контактах Бориса Ельцина со всероссийским патриотическим обществом «Память» и с казачьими общинами в период его конфронтации с Михаилом Горбачёвым. В борьбе за власть не до «мелочей», всё, что способствует успеху целесообразно и допустимо. И во время ГКЧП общество «Память» встало на сторону Ельцина. В ночь с 19 по 20 августа на улицах городов России появились листовки такого содержания: «Нет ГКЧП!», «Русские люди, помните о красном терроре», «Долой ГКЧП!», «Язов сожрёт вас сразу», «Русские люди – за Президента России», «С Пуго вам будет туго» и т.д., которые расклеивали на дверях подъездов и на досках объявлений активисты общества «Память». Но после своей победы над руководством СССР Борис Николаевич вдруг прозревает:
«Политика – дело тяжёлое, иногда страшное, но всё же человеческое, – заявляет бывший член Политбюро ЦК КПСС, ставший в результате интриг и демагогии Президентом Российской Федерации – «царём Борисом Всея Руси». – В ней те же законы, что и в жизни. И у политика должна быть брезгливость, чистоплотность, не должен он ради высокой идеи пачкаться в грязи… ».
Больше Борис Николаевич не нуждается в поддержке «маргиналов» и «черносотенцев» из общества «Память» и других русских организаций. Против руководителей и активистов этих организаций начинается травля в СМИ, административные запреты, увольнения с работы, аресты «за разжигание межнациональной розни», одним словом весь арсенал средств давления, отработанный ещё КГБ в годы застоя для борьбы с антисоветчиками и диссидентами. И в течение двух лет патриотическое общество «Память» сходит с большой политической арены России.
А «царь Борис» делает теперь ставку на «молодых реформаторов» и «удачливых бизнесменов» – надежду демократического переустройства России и демонтажа социалистического уклада экономики. И надо признать, что Борис Николаевич сделал для себя удачный выбор. Из молодых реформаторов вырос так называемый «политический класс» России, высшая бюрократическая прослойка, кочующая из одних министерских кабинетов в другие, и из одной «партии власти» в другую: от «Выбора России» Гайдара в «Наш дом Россия» Черномырдина, потом в «Единство» Березовского и в «Отечество – вся Россия» Лужкова и Шаймиева и, наконец, в «Единую Россию» Бориса Грызлова и «Справедливую Россию» Сергея Миронова. А из удачливых бизнесменов начала «лихих девяностых» поднялись олигархи – властители нефтегазовых и металлургических империй, надежда и опора «экономической мощи» Российской Федерации. И они, эти новые хозяева России, остались верны своему сюзерену, сохранив ему власть в 1996 году и неприкосновенность после отставки в начале нового века.
Совсем другая судьба была у Либерально-демократической партии России. В начале девяностых годов в эту партию вступило много русских людей, неравнодушных к судьбе своего народа. Они поверили демагогии Владимира Жириновского, заявлявшего при каждом удобном случае: «Я буду защищать русских на всей территории страны». Это звучало актуально в самом начале девяностых, когда во всех республиках распадающегося СССР русофобия стала знаменем новых национальных правительств. И Жириновский – искусный оратор, чувствующий запросы большинства населения – активно эксплуатировал русский вопрос в своей политической пропаганде. Чтобы оценить ловкость и силу этой пропаганды, мы приведём лишь один фрагмент из речи Владимира Вольфовича, на митинге в 1992 году.
«…Мешают русские везде – мешают в Латвии, в Средней Азии, в Казахстане. Назарбаев с удовольствием потеснил бы русских, а то вздумали там праздновать годовщину создания русских городов. Земля-то, мол, казахская, а города русские. Диссонанс получается. Действительно, города создали русские, я сам родился там. И город Верный (Алма-Ата) основали русские казаки в 1854 году; там не было казахов…. Там русская церковь стоит, там лежат русские, и построили города русские. И космос, и ядерную энергетику, и метро, и заводы – всё они сделали, а теперь они – оккупанты. Теперь они, создав европейский мегаполис там, должны уйти, как варвары, как скифы…. Сделали национализм своим оружием во всех регионах за пределами Российской Федерации. И поэтому сегодня, когда мы пытаемся очень робко, очень скромно поставить вопрос о защите, в том числе русских, не в первую очередь, даже сама постановка вопроса вызывает у них бешеную злобу. Это, оказывается, уже фашизм. Уже о собственном народе, о собственной нации, о России говорить нельзя, потому что тут же вспоминают Гитлера, он тоже так говорил-мол, и вспоминают Германию 32-го года…»
Жириновский в августе 1991 года поддержал ГКЧП, но, быстро сориентировавшись в сложившейся ситуации, уже никогда более не выступал лично против Бориса Ельцина, обвиняя во всём негативном «окружение»” Президента России. И в сентябре 1993 года занял выжидательную позицию, наблюдая, кто победит в смертельной схватке Верховного Совета и команды Ельцина.
Тем не менее, в декабре 1993 года ЛДПР, благодаря ораторскому искусству Жириновского, разыгрывающего «русскую карту», и массовой работе на местах активистов партии, с большим отрывом победила на парламентских выборах в Государственную Думу. Это не на шутку напугало Ельцина и его соратников. И снова, как в начале ХХ века, лозунг борьбы с русским национализмом становится главным стержнем внутренней политики Российской Федерации.
«Одним из немногих руководителей политических партий, поддержавших путч, был Владимир Жириновский – писал Ельцин в своей книге «Записки Президента» – Он сделал это на одном из митингов ещё 19 августа. Он был последователен: либерал-демократы всегда выступали за российскую империю, за железные границы СССР, за наведение порядка военными методами….
Пользуясь поводом, хочу – забегая далеко-далеко вперёд, вообще за рамки этой книги – сказать следующее: на выборах 1993 года Жириновский откроет нам такие социально-психологические, нравственные болячки нашего общества, о которых мы и не подозревали. И одна из них – отсутствие у многих русских иммунитета к фашизму…
В таком сложном и замученном политикой обществе, как наше, «бешеный» вождь с фашистской или полуфашистской установкой всегда имеет немало шансов. А если другие политики в провале – этому человеку «зелёный свет». Ведь при разваливающейся экономике невежество, дикость и темнота распространяются с необычайной быстротой…».
Но, определив «русский национализм» главным врагом, в Кремле оценили лояльность лидера ЛДПР. И для борьбы с «русскими фашистами» из этой партии политтехнологи президентского пула – Георгий Сатаров, Виктор Илюшин и др. решили сменить методику, предложив Владимиру Жириновскому в обмен на поддержку со стороны администрации Президента провести чистки рядов своей партии. Лидер ЛДПР, давно искавший «конструктивного сотрудничества» с Кремлём, охотно откликнулся на эту инициативу соратников Ельцина. Благо момент был подходящий для демонстрации этого самого «конструктивного сотрудничества» – депутаты Государственной Думы первого созыва, отработав два года, отпущенные им по Конституции, уходили в отставку и партии готовились к новым парламентским выборам. Вот Жириновскому и предложили очистить списки кандидатов в депутаты нового созыва от самых одиозных и несговорчивых депутатов из первого созыва.
От редакции. В 1989 году по инициативе КГБ была создана «партия, имитировавшая наличие демократии и многопартийного плюрализма». Для её руководства был подобран «сын юриста»,который клоунскими манерами как нельзя лучше подходил на роль «демократа». В рамках «управляемой демократии» (в т.ч. через компрометирующие сведения), руководство КГБ-ФСБ поручило ему интересную роль: дикредитировать устами «блаженного клоуна» все здравые насущные идеи. Впрочем, об этом «первом спойлере» в открытом доступе существует множество материалов, которые не видим смысла повторять.
Разве что отметим, что создание «управляемой демократии» по сути имеет аналоги в истории ОГПУ по созданию легендированной организации при опереции «Синдикат-2» (нейтрализация подполья преимущественно «социалистов-революционеров»).
Но Владимир Вольфович и здесь проявил свой незаурядный талант политика. Зная популярность некоторых их депутатов его фракции в регионах, он поначалу включил их в списки кандидатов в депутаты на первые позиции региональных списков – пусть, мол, агитируют за его партию. И лишь в последний момент накануне выборов вычеркнул неугодные Кремлю фамилии из числа депутатов нового созыва Государственной Думы. Такой манёвр, разумеется, был абсолютно незаконным с точки зрения избирательного права и действовавшего в то время выборного законодательства. Но это не смутило ни Центризбирком, ни Верховный Суд, призванный следить за законностью во время избирательной кампании, ни тем паче самого Владимира Вольфовича, который таким способом добивался своей заветной цели: войти в круг политиков, полезных новой власти, и конвертировать эфемерный капитал политической популярности в твёрдую валюту. При том же и сами манипуляции со списками кандидатов в депутаты сулили Жириновскому прямую выгоду: при формировании списков Владимир Вольфович на вторые и трети места в региональных списках поставил людей, сделавших солидный вклад в казну Председателя партии, твёрдо пообещав этим «спонсорам» провести их в депутаты Государственной Думы нового созыва. Исполняя поручение Кремля о «зачистке» партийной фракции, лидер ЛДПР одновременно выполнял взятые на себя обязательства перед своими благодетелями.
Вы скажите, что это коррупция? Ничего подобного, просто политический бизнес, ноу-хау в политтехнологиях демократической России, взятое в последствии многими политиками и лидерами парламентских партий на вооружение. К тому же, продемонстрировав Кремлю свою лояльность, Жириновский рассчитывал освободиться от порядком поднадоевшего ему имиджа «экстремиста» и «русского фашиста», поменяв его на репутацию респектабельного политика, хотя и несколько эпатажного и экстравагантного. И лишь включаясь в новые избирательные кампании, этот корифей политической мимикрии снова вытаскивает, как фокусник из рукава, старые лозунги начала девяностых – «Мы за русских, мы за бедных». Но для Кремля он уже давно «свой парень» – оживляет избирательные кампании, оттягивает голоса у коммунистов и имитирует наличие в России «националистической партии», как во всех цивилизованных странах развитой демократии. Впрочем, довольно о Жириновском, наш сюжет о положении русских в России, а не о «сыне юриста», сделавшем удачный гешефт на «русском вопросе».
Итак, с середины 90-х годов, когда с «Память» сошла с политической арены, а ЛДПР, как в сюрреалистическом романе Кафки, превратилась в большую гусеницу, живущую под кроватью «царя Бориса», на первый план среди русских политических организаций вышло «Русское Национальное Единство» Александра Баркашова, отпочковавшееся от общества «Память» ещё в 1990 году. Разумеется, и эта организация всеми «демократическими» СМИ была названа «фашистской», «экстремистской», «ксенофобской» и «шовинистической». В сентябре 1993 года Баркашов встал на сторону Верховного Совета, и активисты РНЕ сыграли существенную роль в организации обороны «Белого Дома».
«…Именно у стен Белого Дома – писал Борис Ельцин, в цитируемой уже книге «Записки Президента» – прошли своё боевое крещение русские фашисты…. Именно от Белого Дома шли импульсы, толкающие людей на самое страшное – поджигать, убивать, громить. Русский бунт, бессмысленный и беспощадный, здесь провоцировали, готовили, тщательно планировали. И делали это под прикрытием высокого звания «политической оппозиции».
После амнистии участникам событий 1991 и 1993 годов, которой Государственная Дума первого созыва ознаменовала начало своей работы, Баркашов ориентировал деятельность РНЕ в основном на пропаганду идей возрождения национального духа, на организационную работу в регионах и на патриотическое воспитание молодёжи. По всей стране создавались «самодеятельные» клубы подготовки допризывников к службе в армии. И надо сказать, что юноши, прошедшие «школу молодого бойца» в этих клубах, впоследствии показали высокое мужество, стойкость и отличную боевую выучку в Чеченских кампаниях 1994 – 1996 и 1999 – 2001 годов. Кропотливая и методичная работа активистов РНЕ в регионах России и «тактика малых дел» дала свои результаты, и к концу 1997 года эта организации имела уже десятки тысяч членов и отделения в большинстве субъектов Российской Федерации.
От редакции: Сложно сказать о степени понимания происходящего самим Баркашовым, но именно неоднократное дефилирование одетых в черные рубашки его отряда, с характерной эмблемой на рукавах, дало повод для иностранных СМИ и туземной «либеральной общественности» начать говорить о «рвущихся к власти фашистах». Собственно, на «мировую общественность» наплевать, но символ свастики и зигование, к сожалению, настолько дискредирированы в нашем сознании, что их использование нужно назвать как минимум – «неумной». Если не откровенно провокативной.
И не важно, использовали руководство РНЕ «втемную» или это была «осмысленная провокация» - очевидно, что это была многоходовка с «антиспойлером» - ради того, чтобы можно было «предъявить отморозков». И в этом смысле история с последующим провалом регистрации партии – такой же ход, чтобы посеять в рядах русских патриотов уныние и аппатию (в точной рекомендации с рецептами «Трехсторонней комисии»).
Если проводить аналогии в истории ОГПУ по созданию легендированных операций, то РНЕ можно сравнить с направленной на ликвидацию монархического подполья операций «Трест» (проводимой параллельно с операции «Синдикат-2» по нейтрализации «эсеров»)
В 1998 году в России в очередной раз меняется избирательное законодательство – теперь к выборам в Государственную Думу допускаются лишь те общественные объединения, которые прошли перерегистрацию в Минюсте за год до начала избирательной кампании. И руководство РНЕ намечает провести съезд своей организации с тем, чтобы, пройдя регистрацию в органах юстиции, выдвинуть кандидатов в депутаты Государственной Думы на предстоящих выборах.
Разумеется, Борис Ельцин и его соратники не могут допустить участие русской организации в выборах Парламента России. Слишком памятен им успех ЛДПР в декабре 1993 года под лозунгами защиты прав и законных интересов русских. А социологические опросы однозначно показывали, что «русский вопрос» остаётся актуальным в России конца девяностых, обостряясь тотальным обнищанием основной массы населения и позорным поражением в Чеченской войне. Русское Национальное Единство может не только повторить, но и перекрыть успех ЛДПР 93-го года. Этого допустить никак нельзя, тем паче, что в РНЕ нет такого сговорчивого лидера, как Владимир Жириновский, готового на любые компромиссы ради личной выгоды.
Своевременные приветствие и символика, не правда ли?
И Юрий Лужков за два дня до открытия съезда РНЕ запрещает его проведение в арендованном спортивном комплексе. «Я не могу допустить шабаш русских отморозков в столице России», – заявил мэр Москвы, мотивируя свой запрет съезда всероссийской общественной организации. В день съезда Русского Национального Единства к месту его проведения были стянуты все силы столичного ОМОНа и значительные отряды милиции, а на соседних зданиях расставлены снайперы, готовые стрелять в делегатов, буде те не согласятся с решением мэра и попытаются все-таки провести свой съезд.
Разумеется, такие действия Лужкова нарушали не только конституционные свободы граждан на мирные собрания и деятельность не запрещённых судом общественных организаций, но и фундаментальные права на активное и пассивное участие любого гражданина России в выборах законодательной власти страны. Даже Владимир Путин, бывший тогда руководителем ФСБ, признал неправомерность действий столичного мэра – съезд всероссийской общественной организации мог запретить только Верховный суд России.
Но Лужкову закон не писан, он сам хозяин столицы, и недосуг ему ждать каких-то решений суда. Раз он решил, что не допустит «шабаша русских отморозков в столице России» – значит, так тому и быть. И здесь ещё такой любопытный нюанс: в тот же день, на который был намечен съезд РНЕ, сам Юрий Михайлович собирался провести съезд формируемой им партии «Отечество». На этот съезд было приглашено пятьсот делегатов и гостей, а на съезд РНЕ со всей России съехалось семь тысяч только делегатов. Счёт явно не в пользу мэра Москвы.
После запрета съезда Русского Национального Единства численность этой организации стала падать. Многие активисты стали выходить из РНЕ, мотивируя это тем, что в России нет возможности отстаивать права русских легитимным путём и демократическими парламентскими методами, власть в стране антирусская и антинародная. А потому нужны другие методы борьбы за свои права и законные интересы. И на глазах у всех был пример Чечни, боевики которой не только завоевали политическое признание федеральной власти для своей республики, но и безнаказанно творили что хотели во многих регионах России. С этого времени в Российской Федерации стала прорастать сеть русских радикально-националистических организаций, предпочитающих неправовые методы защиты интересов русских в России. В стране медленно, но верно стала набирать обороты межнациональная напряжённость. И дальнейшие действия власти только усиливали эту негативную тенденцию. Правоохранительные органы и суды разных инстанций практически во всех конфликтах между русскими и представителями других народностей занимали сторону последних. Правительство упорно не признавало факты этнических чисток и массовых убийств русского населения в бывших союзных республиках СССР и автономиях России и даже отказывало в праве на компенсацию беженцам из дудаевской Ичкерии, покинувшим эту республику до начала военных действий. А любые общественные организации, ставящие целью защиту законных прав и интересов русских, сразу объявлялись ксенофобскими, экстремистскими и фашистскими.
Осенью 1999 года сторонники легитимных парламентских методов политической защиты прав русских образовывают избирательное объединение СПАС. Это объединение, в соответствии со всеми нормами избирательного законодательства, проводит свой съезд, сдаёт списки кандидатов в депутаты Государственной Думы, вносит залог, и Центризбирком включает это избирательное объединение в число участников избирательной кампании 1999 года. Дальнейшие события, однако, приобретают почти анекдотический характер. Кремлёвские кураторы выборов в Госдуму вдруг обнаруживают в списках избирательного объединения СПАС нежелательные персоналии, в том числе тех, кого в своё время «вычистил» из депутатских списков верный Ельцину Владимир Жириновский. Это вызывает скандал в «благородном семействе» демократов в Кремле, на Краснопресненской набережной и на Охотном Ряду. И «царь Борис» даёт личное указание Минюсту любыми путями снять это избирательное объединение с избирательной гонки. А тем временем кампания по выборам депутатов Государственной Думы набирает обороты, и уже начинается агитация и телевизионные дебаты претендентов на места в Российском Парламенте. Первые социологические опросы демонстрируют быстрый рост рейтинга избирательного объединения СПАС.
В этой обстановке конфуза и скандала Минюст России принимает героическое решение подать в один из районных судов Москвы иск на свои собственные действия, якобы Министерство Юстиции Российской Федерации год назад неправильно зарегистрировало общественную организацию СПАС, образовавшую к выборам в Государственную Думу избирательное объединение с таким же названием. Районный суд выносит решение о неправомерности действий Минюста годичной давности, и на этом основании Центризбирком снимает избирательное объединение СПАС с выборов в Государственную Думу Российской Федерации – нечего, мол, делать в Парламенте России русским «отморозкам и маргиналам», которые год назад умудрились обмануть даже Министерство юстиции и жульническим образом зарегистрировать свою «фашистскую» организацию. Разумеется, даже избирательный залог им возвращать нецелесообразно, участвуют они в выборах или нет, всё равно «русские отморозки и маргиналы» потратят эти деньги на свои экстремистские цели.
Тогда вся «демократическая общественность» аплодировала такому мудрому решению Минюста, райсуда и Центризбиркома, не допустивших «русских фашистов» в стены Парламента Российской Федерации. Это потом, когда уже к ним самим новая власть стала применять методы административного произвола, отработанного на русских национально-патриотических организациях, возмущению либералов и демократов не будет предела – «Власть давит оппозицию», «Тоталитаризм наступает на гражданские права и политические свободы», «Конец демократии в России» и т.д. и т.п. Как же так, их, поборников правового государства, оттесняют от законного представительства демократической общественности в Государственной Думе! Ах, господа демократы, закон это такая субстанция, что если её начинать подменять политической целесообразностью, то уже не будет предела «правовому нигилизму». Забыли вы историю, когда в тридцатые годы под молот политической целесообразности попали те, кто творил красный террор в двадцатые годы. Революция имеет обычай пожирать своих детей. И разгоны «маршей несогласных» – лишь первые сполохи грядущих перемен. Колесо Истории совершает свой эпохальный поворот.
Однако ликвидацией избирательного объединения СПАС вытеснение русских национально-патриотических организаций с политического поля парламентской политики ещё не завершилось.
В 2000 году ряд общественных объединений образуют движение «Русское Возрождение», которое ставит своей целью в меняющейся после ухода Ельцина политической обстановке возвращение русских организаций в легитимную политику. Инициаторы создания «Русского Возрождения» отдавали себе отчёт, что устранение русских организаций из легитимной политики приведёт Россию в конечном итоге к катастрофе. С одной стороны, потерявшие доверие к демократическим институтам власти и ушедшие за рамки правового поля неформальные и нелегальные национальные объединения неизбежно радикализуются, усиливая межнациональную и социальную напряжённость в российском обществе.
С другой стороны, в широких массах будут расти отторжение власти как антинародной и антинациональной, апатия к любым внешним и внутренним угрозам самому существованию государства.
И на фоне углубляющегося социального расслоения и подавления прав и законных интересов государствообразующего этноса любой, сколь угодно малый, катаклизм может послужить детонатором масштабных потрясений и полного распада государства. В термодинамике такое состояние сложных систем называется неустойчивым равновесием, и история являет нам множество примеров внезапной и на первый взгляд беспричинной гибели великих государств, где власть и народ разделила пропасть антагонизма.
Изменить такое неустойчивое состояние российского общества может только участие в демократических институтах власти русских национально-патриотических организаций, представляющих в том числе интересы государствообразующего этноса. Понимая это, коллективное руководство «Русского Возрождения» в 2001 году принимает решение участвовать в формировании новой политической партии – Партии Национального Возрождения «Народная Воля». В этом процессе приняли участие ещё три организации: СПАС, отстранённый от выборов в 1999 году, Союз Реалистов и РОС (Российский общенародный союз) во главе с бывшим депутатом Верховного Совета РСФСР и двух созывов Государственной Думы России Сергеем Бабуриным.
Надежду на успех этого партийного проекта давало новое законодательство о политических партиях, вводящее количественный ценз – не менее десяти тысяч членов партии, распределённых по большей части субъектов Российской Федерации. Такое ограничение убирало с политического поля партии-карлики которые, пользуясь ангажированностью СМИ и поддержкой околокремлёвских политтехнологов, представлялись избирателям как значительная политическая сила.
С другой стороны, новый президент декларировал решимость укрепить партийную демократию, предоставив широким слоям населения возможность иметь представительство в Государственной Думе посредством сильных партий с чёткой идеологией и ясными программными установками. И надо отдать должное президентским партийным реформам – выборы в Государственную Думу могли дать устойчивую политическую конструкцию в парламенте России, в которой партия национально-патриотической направленности получила бы достаточно большую фракцию. Но эта позитивная тенденция была сорвана усилиями влиятельной группировки в руководстве России, которая продолжает считать, что русские не имеют права на защиту своих законных прав и интересов, что Российская Федерация должна стать «плавильным котлом» для выращивания новой нации «россиян» и любое проявление русского национализма должно быть подавлено самыми радикальными методами.
Эти фанатики русофобии забыли уроки недавней истории: коммунистические вожди СССР уже ставили эксперимент по созданию «новой исторической общности людей – советского народа». Этот эксперимент закончился распадом нерушимого Союза.
Для ликвидации новой «угрозы русского фашизма» политтехнологи кремлёвского пула в кампании 2003 года выбирают методику, которую можно назвать «технологией предательства лидеров». Эта методика уже была апробирована ими в середине девяностых на Либерально-демократической партии Владимира Жириновского. В кабинетах бывшего ЦК КПСС на старой площади разрабатывается операция «Товарищ», в которой на роль новых иуд выбирают Сергея Бабурина, Сергея Глазьева и Дмитрия Рогозина. Опуская детали всей операции «Товарищ» – это сюжет целой новеллы из современной политической жизни России, – мы сразу перейдём к её финалу.
Избирательный блок «Родина» был образован из трёх политических партий: Партии национального возрождения «Народная Воля» С. Бабурина, Партии Российских Регионов Д. Рогозина и Социалистической Единой партии России (Духовное Наследие) С. Глазьева. На этих съездах был сформирован единый список кандидатов в депутаты Государственной Думы четвёртого созыва от этого блока, который утвердила конференция блока. Федеральный закон о выборах депутатов Государственной Думы запрещал любые изменения федерального списка кандидатов в депутаты. Но кремлёвским политтехнологам закон не писан. В канун подачи списков в Центризбирком Дмитрия Рогозина вызвал к себе руководитель Администрации Президента Александр Волошин и в ультимативной форме потребовал убрать из списка ряд нежелательных кандидатур.
Чтобы не быть обвинённым в необъективности или предвзятости при изложении событий прошлой избирательной кампании, я процитирую здесь Ольгу Сагарёву, бывшего пресс-секретаря Дмитрия Рогозина.
«…Звонок от него (Рогозина) раздался в 13-00, - он был на пути на Каланчёвку, ЦИК отменялся, а всех членов Высшего Совета (блока «Родина») надо было срочно на этой самой Каланчёвке собрать. В Кремле Дмитрию Олеговичу, насколько мы все поняли, дали «по голове», – тамошние специалисты прочитали списки «Родины» внимательнее, чем наши собственные лидеры….
Именно Александр Стальевич Волошин, как я понимаю, в недвусмысленной форме попросил Рогозина немедленно сделать так, чтобы этих людей ни в каких списках не было. За что ему большое человеческое спасибо от всех нас – так как до этого дня обратить внимание наших горе-предводителей на невозможность включения в избирательные списки экстремистов ни у кого не получалось, хотя многие пытались. А уж найти технические и юридические изъяны, слава Богу, можно было в документах любого кандидата, особенно если этот кандидат от нашего блока...
ЦИК, правда, как выяснилось, не совсем отменялся. Он в тот день собрался, и блок наш для участия в выборах зарегистрировал. Но мы все сделали вид, что ничего такого не произошло, так как федеральные списки блока в тот самый момент резались и кромсались на Каланчёвке…
Вот что писала об этом в тот день Газета.ру в статье с характерным названием «Родина в опасности»: «Сегодня ЦИК зарегистрировал предвыборный блок «Родина». Из-за того, что внутри этого блока постоянно ссорятся, глазьевцы не смогли вовремя принести Вешнякову свой федеральный список. В итоге ЦИК заверение списка отложил, но сам блок допустил к выборам». Больше ни одна партия или объединение, если мне не изменяет память, отдельно от собственных списков не регистрировалась».
К этому особо нечего прибавить. Великий юрист Вешняков допускает к выборам в Парламент России кандидатов, списка которых ещё нет в природе, эти списки «в тот самый момент резались и кромсались на Каланчёвке». Всего из списков блока «Родина» было вычеркнуто 72 кандидата в депутаты Государственной Думы! Более грубое нарушение избирательного законодательства, более циничное попрание фундаментального конституционного права граждан избирать и быть избранными трудно себе представить!
Но, «все сделали вид, что ничего такого не произошло» – и новоявленные иуды, «горе-предводители» блока «Родина» - Бабурин, Глазьев и Рогозин, и Центризбирком, обязанный неукоснительно соблюдать выборное законодательство, и Верховный Суд России, призванный надзирать за соблюдением этой самой законности во время федеральной избирательной кампании и защищать конституционные права граждан. Эти высокие инстанции просто проигнорировали обращения «ликвидированных» Волошиным кандидатов в депутаты Парламента России. И только Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин отреагировал на этот беспрецедентный политический скандал. Но отреагировал весьма своеобразно, в присущей ему манере «нетривиальных политических ходов» – через неделю после начала избирательной кампании в Госдуму он уволил Александра Стальевича с поста главы своей Администрации. Как говорится – нет человека на прежнем месте, и нет проблем с его махинациями.
Дальнейшее всем хорошо известно. Блок «Родина» получил значительный процент голосов и сформировал достаточно большую фракцию в Государственной Думе четвёртого созыва. Страна у нас большая, и на местах активисты общественных организаций, делегировавших своих кандидатов в списки «Родины» не сразу узнали о «судьбоносном решении» Александра Волошина и «горе-предводителей» блока «Родина» и продолжали добросовестно работать на общую победу этого блока.
И обеспечили-таки ему громкий успех. Чтобы не говорили в СМИ о «харизме» Дмитрия Рогозина, «креативных способностях» Сергея Глазьева и «политическом опыте» Сергея Бабурина, победу блока «Родина» на парламентских выборах обеспечили многочисленные русские общественные организации, кандидатов от которых «зачистили» вожди «Родины».
А что же сами эти вожди? Придя в Парламент России, они тут же забыли о тех, кому были обязаны своей победой. Ни один из актуальных вопросов национальной и социальной политики не только не был решён новоиспечёнными избранниками народа, но даже не был вынесен ими на обсуждение Государственной Думы. У них были дела поинтересней – делить портфели и кресла и интриговать в высших сферах политического бомонда в надежде на дальнейшую карьеру после окончания своих депутатских полномочий. И финал бесславного депутатства блока с громким названием «Родина» вполне закономерен. Перессорившиеся лидеры и депутаты раскололи фракцию на части, которые были поглощены новыми причудливыми политтехнологическими конструкциями, придуманными «мудрецами» в кремлёвских кабинетах.
Но главное своё задание «горе-предводители» блока «Родина» выполнили: русский народ снова, в который уже раз, не получил своего представительства в Парламенте России. Россия не для русских!
От редакции: Задача «операции Товарищ» - создание «управляемого патриотизма» для «умеренных и думающих» людей, используя при этом личные амбиции «вождей партии». Характерно, что даже в этом плане кремлевские оккупанты ликвидировали «Родину» после того, как она стала приобретать все большую популярность. Если кто помнит, поводом для ликвидации «Родины» стал запуска рекламного ролика «Очистим Москву от мусора» - когда намусоривших мигрантов заставляют убрать раскидываемые ими огрызки.
Что характерно, этот лозунг являлся прямой калькой лозунга избирательной кампании Николя Саркози, ставшего президентом Франции: "Очистим пригороды Парижа от отбросов". Перефразируя римскую поговорку, получается «Что дозволено еврею, то не позволено русскому».
Итак, из этих трех операций по созданию «спойлеров» следует один вывод - патриоты не идти на соглашательские соглашения с режимом иудо-компрадоров, задача которых только в одном – сохранить свою личную власть.
После провала национальной политики, через несколько лет режим Кремль вновь вытянул тех же персонажей, используя их для подпорки своего режима. Как это сделали?
Рогозин скатился к позорному оправданию создания Путиным базы НАТО в Ульяновске и выпуску автоматов Калашникова с израильскими запчастями.
Из Бабурина сделали «мученика» - с шумным скандалом уволив его с должности ректора ВУЗа, и, вероятно, некторое время придержат на «скамейке запасных» - посколько даже «управляемый русский националист» совершенно неприемлим для жидокомпрадории.
Глазьева, к которому, кстати, мы относимся хорошо, очевидно используют в качестве «иллюзии надежды на смену курса». Характерно, что появление информации о его возможном назначении на пост главы Центробанка, настолько взбесила компрадорию, что история написания Глазьевым программы по восстановления национальной экономики совместно с РАН – закончилось… ликвидаций РАН.
Мы не знаем, сколько ещё времени отпущено судьбой и терпением народа на то, чтобы правители России поняли: уничтожая русское самосознание государствообразующего этноса, его национальный характер и сакральный дух русского народа, они ведут к гибели и распаду само государство, веками создаваемое нашими предками. «Время пока терпит» – как сказал герой одного популярного фильма о советском разведчике. Но Время это может закончиться внезапно и катастрофично.
http://communitarian.ru/publikacii/geno ... _30122013/
Имеющий уши, да услышит...

Аватара пользователя
Харбин
Сообщения: 1496
Зарегистрирован: 03 окт 2013, 11:40
Откуда: Омск
Контактная информация:

Re: Геноцид русского народа в Чечне

Сообщение Харбин » 27 янв 2014, 19:28

Почти 20 лет назад тысячи русских бежали из Чечни, спасаясь от развернувшихся там военных действий. Часть из них оказалась в Петербурге. Переселенцы получили смехотворную компенсацию и до сих сталкиваются с тем, что в родной стране их унижают или просто не замечают.
Свидетели бомбардировок Грозного рассказывают: в 1994 году времени на сбор имущества не было. Не редки случаи, когда люди уезжали налегке, в домашней одежде. И хорошо, если с документами. С надеждой продать дома и квартиры пришлось распрощаться. Как рассказывают бывшие жители Грозного, на улицах тогда появились надписи "Не покупайте квартиры у Маши, они все равно будут наши".
Теперь это жилье или разрушено, или уже стало чужой собственностью. "У меня дом был, здоровенный, кирпичный, но его занял чеченец. Я написал Путину, администрация президента отсылает меня к Кадырову, а Кадыров разве выгонит чеченца из дома? Вот и сплю у детей на раскладушке", — говорит на очередном собрании переселенцев приехавший из Грозного пенсионер Владимир Кулешов.
Похожие истории могут рассказать десятки переселенцев, бежавших от войны в Петербург — к родственникам, знакомым. Однако на территории собственной страны россияне столкнулись с бюрократическими препонами. После присвоения статуса вынужденного переселенца несколько десятков нуждающихся поселили в коммунальные квартиры дома на улице Репищева. В основном это были пожилые люди, матери-одиночки. "Даже телевидение приезжало, когда мне вручали ключи", — вспоминает жительница дома Ольга.
Но через несколько лет по решению суда приставы начали буквально выбрасывать людей на улицу. "В декабре 1997 года нам стали выдавать денежную компенсацию за оставленное в Чечне жилье, до 120 тысяч на семью. Люди хотели хоть что-то получить от государства. О том, что после получения компенсации нас лишат статуса, тогда никто не говорил. Скорее, скорее, вдруг больше давать не будут! А потом случился дефолт", — вспоминает председатель петербургского Общества вынужденных переселенцев из Чеченской республики Валентина Блудкина.
После финансового кризиса выделенные государством деньги стали казаться насмешкой. Однако, согласно постановлению правительства № 510 от 30 апреля 1997 года, граждан, получивших компенсацию, лишили статуса временного переселенца. Следовательно, пропали и основания занимать комнату в подконтрольном ФМС доме на Репищева.
"А ведь когда нам давали эти комнаты, нас заставили отказаться от приватизированного жилья в Грозном. Сказали — если сейчас не подпишите этот документ, мы вам ничего не дадим", — отмечает Алла Арбузова, которая 20 лет назад бежала из Чечни, будучи беременной.
По суду ей чуть ли не единственной из всех удалось восстановить статус переселенца и таким образом сохранить комнату в коммуналке. "Но у меня временная регистрация, с ней меня никто всерьез не воспринимает. Кредит не взять, на работу нормальную не устроиться. Если заболеешь — все за свой счет. Моего второго ребенка два года не хотели регистрировать, так как он родился не во время военных действий. Миграционная служба относится к нам, как к бандитам. И настолько это унизительно — приходить туда со всеми справками два раза в год", — рассказывает женщина.
Однако многие бывшие жители Чечни оказались в более сложной ситуации. Несмотря на то, что спустя несколько лет после выдачи компенсаций лишать статуса переселенца запретили, почти все приезжие все-таки оказались без заветного документа. Основанием стала банальная бюрократия — вовремя не принесли бумаги в УФМС.
"Сначала нам дали статус на пять лет и говорили, что это временное жилье потом будет нашим. Мы все успокоились, обрадовались. Пять лет проходит — и ничего. Нас не приглашали для продления статуса — это сейчас каждый год зовут. А потом выяснялось, что многие давно лишены статуса переселенца. И пошли суды за судами", — вспоминает Валентина Блудкина.
Как рассказывают переселенцы, суд не посчитал уважительной причиной даже то, что некоторые пенсионеры физически не могли принести документы в миграционную службу. Из-за этого 70-80-летние люди оказывались выброшенными на улицу и были вынуждены жить в нечеловеческих условиях. "Представьте себе, что к вам каждый месяц приходит пристав и спрашивает, собрал ли ты вещи? Мы не вылезали из судов, но ничего сделать не смогли — закон есть закон", — разводят руками граждане.
Каждый из них за несколько лет накопил по несколько папок переписки со всеми власть имущими: от местной администрации до канцелярии президента. Но никаких подвижек в деле не намечается. В одном из последних писем сказано, что срок исполнения поручения президента о разработке нового порядка оказания господдержки гражданам, утратившим жилье во время кризиса в Чеченской республике, продлен до мая 2014 года. Хотя об этом продлении они слышат не в первый и не во второй раз.
Многие престарелые люди уже умерли, так и не дождавшись разрешения жилищного вопроса. Кто-то просто перестал надеяться на помощь от государства или смог самостоятельно устроить свою жизнь. По словам Валентины Блудкиной, в жилье сейчас нуждаются около 50 переселенцев из Чечни.
Проблемой всех вынужденных переселенцев, оказавшихся в Петербурге, уже два года занимается депутат ЗакСа Марина Шишкина. С ее подачи городской парламент направил обращение к руководителю ФМС России Олегу Ромодановскому с просьбой ускорить выведение двух домов из состава специализированного жилищного фонда ведомства. Если бы это жилье перешло в городскую собственность, переселенцы в дальнейшем смогли бы приватизировать свои комнаты.
"И ФМС готова отдать это жилье городу, на него никто не претендует. Но мы столкнулись с ужасной волокитой. Оказывается, невозможно найти юридический механизм перевода жилья. Губернатор мне ответил, что это не входит в полномочия субъекта федерации, то есть нужен федеральный закон. Мы его готовим, но представляете, сколько времени это займет? Мы идем законным, формальным путем, в надежде, что власть все-таки одумается", — отмечает Шишкина.
По мнению самих переселенцев, в России просто не хотят признавать существование такой категории граждан как русские беженцы из Чечни. Как будто "наверху" надеяться, что проблема рассосется сама собой, словно ее и не было. Поэтому нет и политической воли для решения наболевшего вопроса.
Почти все переселенцы с ностальгией вспоминают Грозный, и уверяют, что по своей воле оттуда бы никто не уехал. Но теперь упоминание этого города в паспорте приводит к унижениям. "У меня полицейский спросил: "А почему у тебя фамилия русская?". Теперь приходится доказывать, что я не чеченка", — вздыхает Алла Арбузова.
Однако возвращаться на малую родину спустя 20 лет никто не собирается — в Чечне теперь другая жизнь. "Мы пытались вернуться. Нам настойчиво рекомендовали принять ислам, учить чеченский язык. Там мы не нужны, потому что мы русские, а здесь не нужны, потому что мы чеченцы. Хотя мы граждане одной страны и имеем такие же права", — заключает одна из бывших жительниц Грозного.
http://rusimperia.info/catalog/3852.html

phpBB [video]
Имеющий уши, да услышит...

Ответить

Вернуться в «БОЛЬШЕВИСТСКИЙ ВАНДАЛИЗМ ВЧЕРА И СЕГОДНЯ»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость