поиск по сайту


Проекты CRM Документы


Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования


Начало Гражданской войны: от большевистского переворота до Брестского мира.

Общая социально-экономическая и политическая ситуация в России к осени 1917 г. предельно обострилась. Рост военных расходов, бешеная инфляция (с февраля рубль обесценился в 7 раз), падение дисциплины на фронте и в тылу в сочетании с нарастанием ожиданий и требований масс, подогреваемых революционной пропагандой, вели к снижению предпринимательской активности и жизненного уровня населения. Полупарализованная железнодорожная сеть не могла обеспечить нормального снабжения промышленности и регулярной доставки продовольствия, в результате производство останавливалось, а нехватка продуктов снабжения в крупных городах усиливала недовольство и социальную напряженность. В сентябре — октябре число бастовавших выросло в 7-8 раз по сравнению с весной и составило 2,4 млн. чел. Армия, разложенная «демократизацией» и агитацией большевиков, окончательно выходила из повиновения командования. Небывалого размаха достигло дезертирство, давшее новый импульс массовым крестьянским выступлениям, охватившим 90 % уездов европейской России, самовольным захватам помещичьих земель и уравнительным разделам имущества крестьян-единоличников. Власти решительно осудили «аграрные беспорядки» и пытались с ними бороться, но безуспешно. Большевики же наоборот подталкивали крестьян к самостоятельному решению земельного вопроса. Страна все ближе подходила к экономическому краху. Усиливались и национальные движения, центробежные силы разрывали Россию (к независимости стремились Украина, Финляндия, тюркские народы). Временное правительство все больше лишалось социальной поддержки, тогда как силы большевистской партии непрерывно росли.

   В начале сентября 1917 г. еще находившийся в подполье Ленин предложил меньшевикам и эсерам компромисс. От левоцентристских партий требовалось взять всю власть и передать ее советам, а большевики отказывались от немедленной социалистической революции (после большевизации советов крупнейших городов власть и так перешла бы к ним). Однако видя неготовность своих оппонентов к такому шагу и одновременно большевизацию масс, 15 (28) сентября он направил ЦК РСДРП(б) письма («Большевики должны взять власть» и «Марксизм и восстание»), в которых доказывал, что в стране сложились условия для успешного переворота и требовал, чтобы партия большевиков призвала народ к немедленному восстанию: «Ждать «формального» большинства у большевиков наивно: ни одна революция этого не ждет. И Керенский и К не ждут, а готовят сдачу Питера… История не простит нам, если мы не возьмем власти теперь».

Никто из членов ЦК в тот момент Ленина не поддержал, так как еще слишком свежи были воспоминания о неудачном июльском выступлении, и все понимали, что большевики еще недостаточно сильны и могут победить только под флагом борьбы за власть советов. Некоторые надеялись на то, что власть социалистам отдаст Предпарламент. Письма Ленина были сожжены, чтобы не будоражить массы, и ЦК принял решение ждать II съезда советов. Л.Д. Троцкий, ставший к тому времени фактически вторым человеком в партии, считал, что в случае передачи съездом власти советам разгон Временного правительства станет легкой технической задачей. Однако Ленин настойчиво доказывал необходимость восстания, и эта настойчивость постепенно подтачивала линию на мирное развитие революции. 7 (20) октября 1917 г. по инициативе Троцкого 53 депутата-большевика покинули зал Совета республики (Предпарламента). Это событие, ставшее явным свидетельством отказа большевиков от поиска компромисса с властями можно считать началом пролога Октябрьской революции.

В тот же день в Петроград тайно вернулся Ленин, и с его приездом соотношение сил в руководстве большевистской партии изменилось. На заседании ЦК 10 (23) октября Ленину удалось добиться принятия решения о подготовке к вооруженному восстанию. Из 12 присутствовавших членов ЦК лишь двое голосовали против – Л.Б. Каменев и Г.Е. Зиновьев, которые  полагали, что большевики не имеют достаточной поддержки среди населения страны (впоследствии это подтвердили выборы в Учредительное собрание), они не смогут построить настоящий социализм и только дискредитируют социалистическую идею. Для оперативного руководства партией было создано Политическое бюро (Политбюро) ЦК в составе: В.И. Ленин, Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, Л.Д. Троцкий, Г.Я. Сокольников, А.С. Бубнов.

   12 (25) октября 1917 г., несмотря на противодействие меньшевиков и эсеров, Петроградский совет, под предлогом защиты Петрограда от предполагаемой сдачи немцам, положил начало созданию Военно-революционного комитета (ВРК), который стал легальным штабом подготовки восстания. Официальной целью ВРК была лишь защита Петросовета и «завоеваний революции» от любых посягательств, прежде всего от возможного наступления немцев. В состав бюро ВРК вошли три большевика: В.А. Антонов-Овсеенко, Н.И. Подвойский, А.Д. Садовский и два левых эсера:  П.Е. Лазимир и Г.Н. Сухарьков. Некоторые члены ВРК были убеждены, что максимум, чего собирается добиться Военно-революционный комитет — это передача власти советам, в которых были представлены все социалистические партии. Подлинным же центром принятия решений по подготовке вооруженного выступления стал Военно-революционный центр (ВРЦ), созданный 16 (29) октября, куда вошли только большевики: А.С. Бубнов, Ф.Э. Дзержинский, Я.М. Свердлов, И.В. Сталин, М.С. Урицкий. Только они знали об истинной цели готовившегося восстания — захвате власти партией большевиков.

ВРК вел непрерывную агитацию в войсках и постепенно добился того, что части Петроградского гарнизона (160 тыс. чел. в столице и еще 85 тыс. в пригородах) либо перешли на его сторону (меньшинство), либо (подавляющее большинство) гарантировали нейтралитет. Целиком на стороне ВРК был Балтийский флот, однако из более 80 тыс. матросов, в выступлении приняли участие от 5 до 10 тыс. Наконец, в распоряжении ВРК имелось свыше 20 тыс. красногвардейцев, число которых в ходе восстания удвоилось.

Временное правительство теоретически могло рассчитывать на 40-45 тыс. чел. – юнкеров, офицеров, казаков и добровольцев из ударных батальонов. Однако из-за падения популярности Керенского в военных кругах после корниловского выступления большая часть этих сил на защиту правительства не выступила. Даже часть юнкеров и казаки (1-й, 4-й и 14-й Донские полки) объявили о своем нейтралитете. В результате в дни вооруженного восстания в Петрограде Временное правительство располагало крайне ничтожными силами.

Между тем, 18 (31) октября в редактировавшейся А.М. Горьким газете «Новая жизнь» была опубликована статья Каменева, которая осуждала идею вооруженного восстания и, тем самым фактически раскрывала планы большевиков. Ленин пришел в бешенство и настаивал на исключении Каменева и Зиновьева из ЦК, но не набрал большинства голосов. 21 октября (3 ноября) ВРК объявил, что без его утверждения ни одно распоряжение по Петроградскому гарнизону, от кого бы оно не исходило, не должно считаться действительным. Керенский в ультимативной форме потребовал отмены этого решения и не получив ответа, 24 октября (6 ноября) силами юнкеров разгромил и опечатал типографию большевиков (впрочем последние тут же заняли и открыли ее снова). Штаб Петроградского округа запретил войскам гарнизона выполнять распоряжения ВРК и приказал арестовать его комиссаров, однако этого сделано не было.

В тот же день вышедший из подполья Ленин направил членам ЦК письмо, в котором говорилось: «Товарищи!… положение донельзя критическое. Яснее ясного, что… промедление в восстании смерти подобно… Нельзя ждать!! Можно потерять все!… Было бы гибелью… ждать колеблющегося голосования 25 октября (т.е. на II съезде советов), народ вправе и обязан решать подобные вопросы не голосованием, а силой…» Вечером 24 октября (6 ноября) верные большевикам части перешли в наступление. Ночью, при помощи введенного в Неву крейсера «Аврора» был сведен Николаевский мост, разведенный, как и другие мосты, по приказу Временного правительства, чтобы отрезать центр города от рабочих окраин. На Неве встали прибывшие из Кронштадта корабли Балтийского флота с десантом из большевистски настроенных матросов. Выполняя решение ВРК о воспрепятствовании возможной переброске с фронта верных Временному правительству войск, моряки подвели к станции Лигово на буксирах старый броненосец «Заря свободы», артиллерия которого была в состоянии уничтожить воинские эшелоны еще на подступах к городу. Уже к утру 25 октября (7 ноября) важнейшие объекты города почти без сопротивления были захвачены отрядами ВРК. Днем 25-го войска ВРК окружили Мариинский дворец и разогнали заседавший там Предпарламент. При этом многие петроградцы даже не подозревали о происходящих в городе событиях. Накануне работали предприятия, театры, рестораны, город, в основном, жил обычной жизнью.

  В 10 часов утра 25 октября (7 ноября) Ленин написал обращение ВРК «К гражданам России», в котором объявлялось о низложении Временного правительства и переходе власти в руки Военно-революционного комитета. Это заявление (до открытия II съезда советов) было настоящим государственным переворотом, делая неизбежным разрыв между большевиками и другими политическими партиями. Во второй половине дня, выступая на сессии Петросовета, Ленин заявил: «Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой так долго говорили большевики, свершилась. Угнетенные массы сами создадут власть. В корне будет разбит старый государственный аппарат и будет создан новый аппарат управления в лице советских организаций. Отныне наступает новая полоса в истории России, и данная, третья русская революция должна в своем конечном итоге привести к победе социализма».

Однако победа большевиков оставалась неполной, пока в Зимнем дворце еще заседало Временное правительство. Правда, Керенского там не было, — он еще утром отправился за подкреплением в штаб Северного фронта. В 19 часов Временному правительству был предъявлен ультиматум о сдаче. После его отклонения в 21.40 был произведен холостой выстрел из орудия с крейсера «Аврора», а два часа спустя начался артобстрел Зимнего дворца из Петропавловской крепости. В перерывах между выстрелами отряды Красной гвардии попытались проникнуть во дворец через один из входов, однако, столкнувшись внутри с вооруженными юнкерами, немедленно сдались.

В то время в Зимнем дворце находились 2-я Петергофская (310 чел.), 1-я и 2-я (352 чел.) Ораниенбаумские школы прапорщиков, школа прапорщиков Северного фронта (4 роты), Петроградская школа прапорщиков инженерных войск (батальон), часть 3-го отряда добровольцев-инвалидов из георгиевских кавалеров (чуть более 40 чел.), 1 рота 2-го Петроградского (женского) стрелкового батальона (224 чел.), 50-60 случайных офицеров, 1 бронеавтомобиль (испорчен и без экипажа) и 2 орудия Михайловского артиллерийского училища (приведены в негодность). Часть подразделений, номинально составлявших гарнизон дворца, вернулась в казармы. Таким образом, Временное правительство могло рассчитывать на силы численностью не более 2000 человек.

Юнкера и ударницы оборонялись как в самом дворце, так и на баррикадах перед ним. Однако постепенно их боевой дух падал, а во дворец через различные неохраняемые подъезды стали просачиваться красногвардейцы, матросы и солдаты. Первыми внутрь через окна со стороны Эрмитажа проникли матросы и солдаты Павловского полка, остальные вошли через открытые ворота. В результате в 2 часа ночи 26 октября (8 ноября) Зимний дворец был занят восставшими. Арестованных министров препроводили в Петропавловскую крепость. Некоторые юнкера были убиты, многие женщины – изнасилованы и также убиты (в казармах Павловского полка), остальные либо были арестованы, либо организованно вернулись в казармы, либо рассеялись по городу. Имущество дворца подверглось частичному разграблению. Восставшие потеряли в перестрелке пятерых убитыми и несколько ранеными, однако некоторые из ворвавшихся во дворец солдат, матросов и красногвардейцев погибли от алкогольного отравления, добравшись до дворцовых винных погребов. Общее же количество жертв в ходе вооруженных столкновений 24-26 октября составило по данным большевиков 46 убитых и 50 раненых.

На II съезде советов, открывшемся в Смольном вечером 25 октября (из 650 делегатов – 390 большевиков и 150 левых эсеров), после провала попытки избежать кровопролития и создать общедемократическое или однородное социалистическое правительство, Ю.О. Мартов (Цедербаум) и стоявшие за ним меньшевики, эсеры и бундовцы (еврейская социал-демократическая партия), осудив «военный заговор, организованный за спиной советов», в знак протеста ушли со съезда. После этого съезд, на котором остались только большевики и левые эсеры, утвердил состав временного (до созыва Учредительного собрания) советского правительства — Совета народных комиссаров (Совнаркома), в который вошли исключительно большевики. Состав СНК: Председатель — В.И. Ленин (Ульянов), нарком внутренних дел — А.И. Рыков, земледелия — В.П. Милютин, труда — А.Г. Шляпников, торговли и промышленности — В.П. Ногин, по иностранным делам — Л.Д. Троцкий (Бронштейн), финансов — И.И. Скворцов (Степанов), просвещения — А.В. Луначарский, по делам национальностей — И.В. Сталин (Джугашвили), комитет по военным и морским делам — В.А. Антонов (Овсеенко), Н.В. Крыленко и П.Е. Дыбенко и др.

Съезд избрал также новый состав Всероссийского Центрального Исполнительного комитета (ВЦИК). Первым его председателем стал Л.Б. Каменев, которого 8 (21) ноября 1917 г. сменил Я.М. Свердлов. Во ВЦИК были избраны 67 большевиков и 29 левых эсеров. 20 мест было оставлено для меньшевиков и эсеров, если бы они пожелали вернуться на съезд. Несмотря на то, что большевикам удалось создать высшие органы государственной власти, им необходимо было еще закрепиться на захваченных позициях. Не имея надежных позиций за пределами крупных промышленных центров, в достижении своих целей они могли рассчитывать на успех лишь в случае принятия решений, адресованных тем социальным группам, которые пока не поддерживали большевизм, прежде всего широким массам крестьянства.

Вечером 26 октября (8 ноября) после доклада Ленина съезд принял Декрет о мире, в котором предлагалось «всем воюющим народам и их правительствам начать немедленно переговоры о справедливом, демократическом мире» без аннексий и контрибуций. Кроме того, новое правительство заявило об отказе от принципов тайной дипломатии и постановило опубликовать секретные договоры, заключенные императорским и Временным правительствами. Этот декрет был адресован не столько правительствам, сколько народам воюющих стран и должен был, по замыслу большевиков, вызвать в воюющих странах волнения достаточные для заключения мира, а может быть и начала мировой революции. Фактически же, этот декрет остался незамеченным общественным мнением воюющих стран. Однако, вне зависимости от международной реакции, он резко усиливал позиции большевиков в солдатской среде, мечтавшей о скорейшем окончании войны.

Для того, чтобы заручиться поддержкой самого многочисленного в России класса — крестьянства – Ленин в тот же день вынес на утверждение съезда Декрет о земле, концепция которого была фактически списана у эсеров. Он предусматривал переход помещичьих и иных земель в распоряжение крестьянских комитетов и уездных крестьянских советов впредь до окончательного решения всех земельных вопросов Учредительным собранием. В Декрет был включен «Наказ о земле», составленный в августе 1917 г. редакцией «Известий» на основе 242 крестьянских наказов. Согласно Наказу, частная собственность на землю отменялась, земля объявлялась «всенародным достоянием» и подлежала (за исключением отдельных показательных хозяйств) уравнительному разделу между крестьянами по трудовой потребительской норме.

2 (15) ноября к этим первым декретам советской власти добавился еще один документ, значительно укрепивший влияние большевиков на национальных окраинах – «Декларация прав народов России», провозглашавшая отмену всех национальных и религиозных привилегий и ограничений, а также право наций, входивших в состав Российской империи, на «самоопределение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства». Это право, несомненно, угрожало целостности новой России, но это не сильно заботило большевиков, так как, во-первых, только такая политика позволяла им надеяться на успех в тех обширных районах России, где, как правило, отсутствовал промышленный пролетариат, а, во-вторых, в эти месяцы большевики жили ожиданием скорой мировой революции, которая сделает все государственные границы фикцией.

В те самые часы, когда в Петрограде шел II съезд советов, Керенский, вырвавшись утром 25 октября (7 ноября) из осажденного Зимнего дворца, прибыл в штаб Северного фронта. Здесь ему удалось заручиться формальной поддержкой командира 3-го конного корпуса генерала П.Н. Краснова, который, не испытывая никаких симпатий к главе Временного правительства, тем не менее, решил поддержать его в борьбе с большевиками. В распоряжении Краснова к тому моменту имелось всего 700 казаков и несколько орудий, с которыми 27 октября (9 ноября) он занял Гатчину, а на следующий день – Царское Село. Дополнительную поддержку Керенский обещал обеспечить за счет расквартированных в этом районе пехотных полков, однако его агитация среди солдат не возымела успеха. В результате Краснов начал наступление на Петроград, имея под своим началом 9 неполных казачьих сотен (1300 всадников или 700 стрелков) с 18 орудиями, 1 бронепоездом и 1 броневиком.

В самом Петрограде в ночь на 26 октября (8 ноября) был создан Комитет спасения родины и революции (председатель – эсер Н.Д. Авксентьев), в который вошли представители всех политических сил от кадетов до меньшевиков, выступавших против вооруженного захвата власти большевиками: представители городской думы, эсеро-меньшевистских ЦИК советов 1-го созыва и Исполкома Всероссийского совета крестьянских депутатов, ушедшие со II съезда советов члены фракций меньшевиков и эсеров, представители почтово-телеграфного союза, Центрофлота, Предпарламента и других организаций. Бывший командующий войсками Петроградского военного округа полковник Г.П. Полковников объявил себя командующим «войсками спасения» и издал приказ войскам гарнизона, которым запрещалось исполнять приказы ВРК и предписывалось арестовать его комиссаров, а также прислать представителей от всех воинских частей в Николаевское инженерное училище (Инженерный замок), где находились руководители восстания.

В ночь на 29 октября (11 ноября) юнкера Николаевского инженерного училища захватили Михайловский манеж и угнали оттуда несколько броневиков, овладели городской телефонной станцией, отключили Смольный, затем заняли гостиницу «Астория» и начали разоружать на улицах красногвардейцев и революционных солдат. Юнкера Владимирского военного училища разоружили караул, охранявший училище, и арестовали комиссаров ВРК. Однако, несмотря на эти успехи, восстание не получило поддержки войск гарнизона, даже далеко не все военные училища приняли в нем участие. ВРК выпустил воззвание к населению столицы, объявив Петроград на осадном положении. Уже к 11 часам утра отрядами красногвардейцев и революционных солдат была освобождена телефонная станция и окружен Инженерный замок. Значительная часть юнкеров разбежалась, оставшиеся были к 5 часам вечера разоружены и отправлены в Петропавловскую крепость. Во Владимирском училище, которое подверглось артиллерийскому обстрелу, было убито и ранено около 200 юнкеров. Многие стали жертвами зверских расправ, творимых революционными солдатами и матросами.

30 октября (12 ноября) в районе Пулковских высот завязались бои между казаками 3-го конного корпуса и брошенными против них частями Петроградского гарнизона, поддержанными матросами и красногвардейцами. Численное превосходство последних не позволило Краснову добиться успеха, и казаки были вынуждены отступить. 1 (14) ноября большевистские части заняли Гатчину. Начались переговоры между Красновым и возглавлявшим революционные части матросом П.Е. Дыбенко, который требовал выдачи Керенского, соглашаясь передать казакам в обмен на него Ленина и Троцкого. Пока шли переговоры, Керенский бежал, переодевшись матросом, а Краснов был вызван в Петроград и арестован (на следующий день он был освобожден по требованию комитета 1-й Донской казачьей дивизии). Потери со стороны казаков в ходе этих боев составили 3 чел. убитыми и 28 ранеными; их противники потеряли 38 чел. убитыми и 115 ранеными.

В эти же дни большевики оказались под сильнейшим политическим давлением, вызвавшим серьезный раскол в руководстве партии. Когда выяснилось, что новый режим выражает волю большевистской партии, а не советов, часть приверженцев восстания резко изменила свою позицию. В результате большевики остались в абсолютной политической изоляции. Руководство социалистической оппозицией взял на себя влиятельный и сплоченный Всероссийский исполнительный комитет железнодорожников (Викжель), в котором большевики всегда были в меньшинстве. Угрожая забастовкой на железных дорогах, Викжель 29 октября (11 ноября) потребовал создать «однородное социалистическое правительство», в которое бы вошли представители всех социалистических партий.

В ходе переговоров большевики согласились на расширение «базы правительства» и изменение его состава, и даже склонялись к исключению из него Ленина и Троцкого. Однако, избавившись от угрозы со стороны войск Краснова, Ленин выступил против продолжения переговоров, которые были прекращены после принятого 2 (15) ноября ультимативного заявления ЦК большевиков. Два дня спустя в знак протеста против «поддержания чисто большевистского правительства с помощью террора» подали в отставку 11 членов Совнаркома и 5 членов ЦК (Г.Е. Зиновьев, Л.Б. Каменев, А.И. Рыков, В.П. Ногин и В.П. Милютин). Этот правительственный кризис был преодолен только в начале декабря, когда после долгих дискуссий в состав СНК вошли левые эсеры.

После победы большевистского восстания в Петрограде революция начала распространяться по всей стране, причем, в 79 из 97 крупных городов советская власть утвердилась мирным путем. Период с 25 октября 1917 г. по февраль 1918 г. Ленин назвал «триумфальным шествием советской власти», и это определение закрепилось затем в советской историографии. Однако в ряде мест большевикам было оказано серьезное сопротивление. На протяжении указанного периода вспышки вооруженной борьбы, в ходе которых погибли десятки и сотни людей, происходили в Казани, Киеве, Ростове, Смоленске, Харькове, Омске, Иркутске и ряде других городов. Наиболее упорное сопротивление большевикам оказали юнкера и воинские части в Москве.

Подготовкой вооруженного восстания в Москве занимался созданный 22 октября (4 ноября) Московским комитетом РСДРП(б) Боевой партийный центр. В распоряжении образованного 25 октября (7 ноября) Московского военно-революционного комитета (МВРК) находилось свыше 80 тыс. войск гарнизона (из примерно 100 тыс. чел.), отряды красногвардейцев на протяжении восстания составляли от 6 до 30 тыс. В тот же день, когда был образован МВРК, Московская городская дума для противодействия восстанию избрала Комитет общественной безопасности (КОБ) во главе с городским головой правым эсером В.В. Рудневым и командующим войсками Московского военного округа полковником К.И. Рябцевым. Верные КОБ силы составили 2 военных училища, 4 школы прапорщиков, старшие классы 4 кадетских корпусов, к которым следует добавить около 700 офицеров, как из гарнизонных частей, так и прибывших с фронта. В ходе боев силы КОБ пополнились за счет сформированных из числа студентов, гимназистов, добровольцев нескольких отрядов Белой гвардии и 150 ударников с фронта (всего до 4,5 тыс. чел.). Основные очаги сопротивления большевикам находились в центре города, в то время как красногвардейцы и солдаты контролировали рабочие окраины и вокзалы.

26 октября (8 ноября) МВРК попытался установить контроль над Кремлем, направив туда своих комиссаров, и вывезти из Арсенала оружие для красногвардейцев, что было частично и сделано. Вскоре Кремль был окружен юнкерами, и по настоянию вернувшегося из Петрограда председателя Моссовета В.П. Ногина МВРК и КОБ вступили в переговоры о мирном соглашении, в ходе которых обе стороны пытались выиграть время для сосредоточения сил. Вечером 27 ноября (9 ноября) полковник Рябцев предъявил ультиматум, потребовав роспуска ВРК и вывода из Кремля всех революционных частей, в ответ на что Боевой партийный центр приказал вызвать революционные полки к Моссовету, а рабочим районам подготовиться к наступлению. Вооруженные столкновения начались с попытки роты «двинцев» (бывших заключенных Двинской военной тюрьмы, переведенных в Москву и освобожденных накануне восстания) пробиться из Замоскворечья к Моссовету через выставленное на Красной площади оцепление юнкеров. Ранним утром 28 октября (10 ноября) юнкера заняли Кремль, разогнав солдат кремлевского гарнизона и расстреляв нескольких из них. Революционные отряды в тот же день начали наступление от окраин к центру города и к вечеру полностью блокировали центр.

КОБ рассчитывал на прибытие верных частей с фронта, однако во многих городах центра России власть к тому времени была уже в руках советов, и все попытки воинских эшелонов прорваться к Москве оказались безуспешными, в то время как ВРК получил подкрепление из близлежащих городов и даже из Петрограда – всего до 5 тыс. чел. В течение 29 октября – 1 ноября (11-14 ноября) силы ВРК установили контроль практически над всем центром, а 1 (14) ноября начали обстрел Кремля, куда перебрался КОБ, из тяжелых орудий со стороны Воробьевых гор, Крымского вала и Таганки. Обстрел продолжался весь следующий день, причинив значительные разрушения. Утром 2 (15) ноября начались переговоры о капитуляции КОБ, однако ожесточенные бои шли на протяжении дня и всей ночи. Утром 3 (16) ноября революционные отряды вступили в Кремль, а днем разоружили Александровское военное училище. В ходе боев большевики потеряли около 1000 человек, потери частей, верных КОБ, неизвестны.

Расстановка сил в Киеве к концу октября 1917 г. включала три основных элемента. Находившийся под влиянием большевиков Киевский совет рабочих и солдатских депутатов и созданный при нем ревком располагали примерно 7 тыс. чел., включая сюда воинские части гарнизона и отряды Красной гвардии. Центральную российскую власть представлял штаб Киевского военного округа, опиравшийся на военные училища, школы прапорщиков, казаков и войска, вызванные с Юго-Западного фронта, — всего свыше 12 тыс. чел. В качестве «третьей силы» выступала созданная 4 (17) марта 1917 г. Центральная рада, представленная  украинскими социалистическими партиями и располагавшая значительными военными силами – около 18 тыс. солдат и офицеров «украинизированных» и вновь сформированных национальных частей.

Вечером 28 октября (10 ноября) отряд юнкеров и казаков окружил Мариинский дворец и арестовал находившийся там ревком, однако на следующий день на совещании представителей заводов и воинских частей был создан новый ревком, начавший вооруженное восстание, центром которого стал завод «Арсенал». Восставшие солдаты 3-го авиапарка атаковали Николаевское военное училище, овладели артиллерийским складом на Печерске и гарнизонной гауптвахтой, освободив из-под ареста 350 революционных солдат. Арсенальцы отбили несколько атак правительственных войск, в то время как в рабочих районах города в тылу юнкеров действовали красногвардейские отряды.

30 октября (12 ноября) восстание было поддержано забастовкой, охватившей свыше 20 тыс. рабочих всех промышленных предприятий, железной дороги, трамвая, водопровода. В тот же день революционным отрядам удалось взять штурмом военное училище и Бутышевскую школу прапорщиков, разгромив главные опорные пункты врага. В ночь на 1 (14) ноября командование округа бежало из Киева, однако вошедшие накануне в город части, подконтрольные  Центральной раде, заняли правительственные учреждения, вокзал, почту, телефон. Захватив, таким образом, власть в городе, 7 (20) ноября Центральная рада провозгласила образование Украинской Народной Республики (УНР) в составе России, а себя объявила её верховным органом.

После падения Временного правительства и исчезновения Керенского обязанности верховного главнокомандующего принял на себя начальник штаба Ставки генерал-лейтенант Н.Н. Духонин, призвавший фронт сохранять спокойствие, надеясь на изоляцию большевиков в Петрограде и их скорый крах. 7 (20) ноября Совнарком потребовал от него немедленно начать переговоры с австро-германским командованием о перемирии. Духонин отказался выполнить это требование, мотивируя тем, что такие переговоры не относятся к его компетенции, в результате чего был обвинен в саботаже и 9 (22) ноября отстранен от должности. На его место был назначен большевик прапорщик Н.В. Крыленко, который выехал в Могилев с отрядом революционных солдат и матросов. Не дожидаясь его прибытия, Духонин освободил содержавшихся под арестом в Быхове Л.Г. Корнилова и его соратников по августовскому выступлению, однако сам отказался покинуть Ставку и 20 ноября (3 декабря) был растерзан толпой солдат и матросов на вокзале в Могилеве.

Взяв под контроль Ставку, большевики приступили к активной ликвидации бывшей Российской Императорской армии. Во всех воинских частях и соединениях власть переходила к временным ревкомам и повсеместно вводилась выборность командного состава. 30 ноября (13 декабря) по всем войскам было разослано временное положение о демократизации армии, согласно которому упразднялись офицерские чины, ордена и знаки различия. Это положение закрепили декреты СНК от 16 (29) декабря «Об уравнении всех военнослужащих в правах» и «О выборном начале и организации власти в армии». Все это привело к ускорению процесса развала вооруженных сил Российской Империи, начавшегося еще в марте 1917 г., и к окончательной их ликвидации к весне 1918 г.

Быстрая победа советской власти на огромной территории свидетельствовала как о поддержке выдвинутых большевиками лозунгов (во всяком случае, в крупных городах, где были сосредоточены заводы и гарнизоны), так и о слабости противников. Одним из немногих центров сопротивления большевикам стала область Войска Донского. 25 октября (7 ноября) донской атаман генерал от кавалерии А.М. Каледин установил в области военное положение, а на следующий день заявил о верности Временному правительству. Установив контакты с украинской Центральной радой, Ставкой, Кубанским, Терским и Оренбургским войсковыми правительствами, он предпринял попытку сплочения всех антибольшевистских сил.

На Дон стали съезжаться офицеры, юнкера, кадеты, студенты, гимназисты, ударники, стремившиеся к продолжению борьбы. Здесь же оказались лидеры кадетов и монархистов — П.Н. Милюков, П.Б. Струве, М.В. Родзянко и другие. 2 (15) ноября в Новочеркасск из Петрограда прибыл генерал М.В. Алексеев, который начал работу по созданию добровольческих частей. Эту дату принято считать днем зарождения Добровольческой армии. Каледин, встретившись в тот же день с Алексеевым, согласился предоставить добровольцам временное убежище, но опасаясь осложнения ситуации в связи с возвращением на Дон распропагандированных большевиками казачьих полков, просил при первой возможности покинуть пределы Дона.

Восставшие против власти донского атамана рабочие, солдаты и матросы Черноморского флота захватили 26 ноября (9 декабря) Таганрог и Ростов. Для борьбы с ними у Каледина практически не было верных частей (лишь сотня казаков, две батареи и отряды юнкеров, кадетов и студентов), и он обратился за помощью к Алексееву. Добровольцы Алексеевской организации (660 чел.) выступили на Ростов и после тяжелых боев 2 (15) декабря вместе с поддержавшими их в итоге казачьими частями  (всего свыше 6,6 тыс. штыков и шашек, 12 орудий и 4 броневика) овладели городом. Вернувшись затем в Новочеркасск, добровольческие отряды продолжали расти и к 5 (18) декабря насчитывали 1800 чел.

6 (19) декабря в Новочеркасск прибыл генерал Л.Г. Корнилов. В результате переговоров между Алексеевым, Корниловым и Калединым был образован триумвират: вся полнота власти военной и гражданской на территории области Войска Донского сосредотачивалась в руках Каледина, командование Добровольческой армией (как стала именоваться с 24 декабря (6 января 1918 г.) Алексеевская организация) вручалось Корнилову, а вопросы общегосударственной внутренней и внешней политики и финансов – Алексееву. 27 декабря (9 января) штаб Добрармии опубликовал воззвание, в котором добровольцы обязались стоять на страже «гражданской свободы», «в условиях которой хозяин земли русской, ее народ, выявит через посредство свободно избранного Учредительного Собрания державную волю свою». В тот же день Добрармия передислоцировалась в Ростов.

Между тем, для борьбы с Калединым и Центральной радой большевиками был создан Южный революционный фронт под командованием В.А. Антонова-Овсеенко со штабом в Харькове. 25 декабря 1917 г. (7 января 1918 г.) советские войска начали наступление от Горловки (отряд Р.Ф. Сиверса – свыше 1200 штыков и сабель), Луганска (отряд Ю.В. Саблина – 1900 штыков) и Воронежа (отряд Г.К. Петрова – 3000 штыков). Для борьбы с ними в распоряжении Каледина имелись находившиеся в процессе формирования части Добровольческой армии (около 2000 чел.) и донские партизанские отряды (около 400 чел.). Последние состояли в основном из учащейся молодежи, в то время как уставшие от войны и распропагандированные большевиками казаки-фронтовики отказались поддержать атамана.

Не имея возможности обеспечить прикрытие Донской области со всех угрожаемых направлений, добровольческие и партизанские части были вынуждены маневрировать по внутренним железнодорожным коммуникациям. Наступление советских частей также осуществлялось вдоль железных дорог, по которым они двигались от станции к станции, преодолевая сопротивление противника и постепенно устанавливая свой контроль над областью. Такой способ ведения боевых действий вошел в историю как «эшелонная война».

Между тем, 10-11 (23-24) января 1918 г. в ст. Каменской состоялся съезд фронтового казачества, образовавший Донской военно-революционный комитет во главе с бывшим подхорунжим Ф.Г. Подтелковым и объявивший правительство Каледина низложенным. Началось активное формирование красных казачьих отрядов под руководством бывшего войскового старшины Н.М. Голубова. Однако партизанский отряд под командованием есаула (затем полковника) В.М. Чернецова при поддержке офицерских рот Добровольческой армии 17 (30) января занял Каменскую, нанеся одновременно под ст. Лихой сильный удар по колонне Саблина и отбросив ее на запад, а затем начал преследование отходивших на соединение с колонной Петрова сил Донревкома. Чернецовцам удалось с боем овладеть ст. Гнилая, но 21 января (3 февраля) они были разбиты соединенными силами революционных казаков и красногвардейцев и рассеялись. Чернецов попал в плен и был зарублен Подтелковым.

Одержав эту победу, колонны Петрова и Саблина, взаимодействуя с казачьей бригадой Донревкома, двинулись на Новочеркасск. 28 января (10 февраля) в воззвании к казакам Каледин был вынужден признать: «Развал строевых частей достиг последнего предела… в некоторых полках Донецкого округа Удостоверены факты продажи казаками своих офицеров большевикам за денежное вознаграждение». Не имея в своем распоряжении сил, достаточных для того, чтобы остановить наступление большевиков (на всем фронте оставалось лишь 147 штыков), 29 января (11 февраля) атаман объявил правительству: «Положение наше безнадежно. Население не только нас не поддерживает, но настроено нам враждебно. Сил у нас нет, и сопротивление бесполезно. Я не хочу лишних жертв, лишнего кровопролития; предлагаю сложить свои полномочия и передать власть в другие руки… Свои полномочия Войскового атамана я с себя слагаю». В тот же день он застрелился.

Избранный после самоубийства Каледина войсковым атаманом генерал-майор А.М. Назаров в течение некоторого времени оказывал сопротивление имевшимися в его распоряжении ничтожными силами партизанских отрядов и станичных ополчений. Подчиняясь решению Войскового круга, он не оставил свой пост и пытался вступить в переговоры с Голубовым об условиях сдачи, надеясь спасти Новочеркасск от погромов. Однако 12 (25) февраля Голубов, провозгласивший себя «красным атаманом» занял Новочеркасск, разогнал Войсковой круг и арестовал Назарова, который вскоре был расстрелян. Сводный добровольческий казачий отряд походного атамана генерал-майора П.Х. Попова (свыше 1700 чел.) успел уйти в Сальские степи, питая надежды на «отрезвление» казаков и возможность продолжения борьбы за освобождение Дона.

Осознавая безнадежность продолжения дальнейшей борьбы на Дону, командование оборонявшейся в районе Таганрога и Ростова Добровольческой армии приняло решение выступить на Екатеринодар для соединения с частями Кубанского войскового правительства. 9 (22) февраля Добровольческая армия, насчитывавшая около 3,7 тыс. человек, в том числе 2350 офицеров и генералов, оставила Ростов и двинулась на Кубань, в ставший знаменитым Первый Кубанский (или Ледяной) поход. В эти дни генерал М.В. Алексеев писал своим близким: «Мы уходим в степи. Можем вернуться, только если будет милость Божья. Но нужно зажечь светоч, чтобы была хоть одна светлая точка среди охватившей Россию тьмы».

  Одновременно с наступлением на Дон большевики развернули боевые действия против Центральной рады. Еще 11-12 (24-25) декабря 1917 г. они провели в Харькове съезд советов Украины, который провозгласил Украину Республикой Советов и призвал трудящихся к борьбе с радой. 5(18) января 1918 г. украинские советские войска при поддержке революционных отрядов из центральных губерний России начали наступление на Киев, развивавшееся по двум операционным направлениям. На полтавском направлении действовали отряды под командованием бывших подполковников М.А. Муравьева и А.И. Егорова (с резервами – более 5 тыс. штыков и сабель, 7 орудий, 3 броневика и 2 бронепоезда), на черниговском – 1-я Минская революционная армия бывшего поручика Р.И. Берзина (3,5 тыс. солдат и матросов, 12 орудий, 2 броневика и 1 бронепоезд) и Московский отряд особого назначения А.А. Знаменского (1300 штыков, 6 орудий). Этим силам Центральная рада могла противопоставить на бумаге 16,7 тыс. чел., из которых вполне надежными были 6,5 тыс. (в т.ч. два гайдамацких куреня – «Красных гайдамаков» из солдат-фронтовиков и «Черных гайдамаков» из юнкеров, Студенческий курень, курень Сечевых стрельцов, курень «смерти», иррегулярные отряды «вольного казачества», два военных училища).

Революционные войска еще были далеко от Киева, когда совет рабочих и солдатских депутатов совместно с представителями фабзавкомов и профсоюзов решил начать в городе восстание и образовал ревком. Восстание началось в ночь на 16 (29) января, его главным опорным пунктом вновь стал завод «Арсенал». К рабочим присоединились некоторые воинские части, в результате чего численность повстанцев достигла 6 тыс. человек. Восстание охватило весь Киев, однако после нескольких дней упорной борьбы оно было подавлено правительством Центральной рады, перебросившим с фронта дополнительные силы. Израсходовав боеприпасы и запасы продовольствия, арсенальцы 22 января (4 февраля) по решению ревкома прекратили борьбу; часть их тайными ходами ушла с территории завода на соединение с советскими войсками. Малочисленные украинские части (менее 2 тыс. чел., 15 орудий и 1 броневик) оказали серьезное сопротивление подошедшим к Киеву войскам Муравьева, и город был взят 27 января (9 февраля) лишь после ожесточенной бомбардировки (с применением химических снарядов) и упорных уличных боев. Накануне правительство и Центральная рада бежали в Житомир. Захватив Киев, Муравьев организовал в городе классовый террор, уничтожив за неделю от двух до трех тысяч киевлян (среди них – около тысячи офицеров и генералов).

Между тем на Южном Урале борьбу с большевиками возглавил атаман Оренбургского казачьего войска и глава войскового правительства полковник А.И. Дутов. Уже 26 октября (8 ноября) он издал приказ, в котором указывал на преступность и недопустимость захвата власти большевиками, а затем объявил Оренбург и губернию на военном положении. В ночь на 15(28) ноября по настоянию Дутова казаки и юнкера арестовали членов Оренбургского совета, готовивших восстание, разгромили местный ВРК и разоружили пробольшевистски настроенный гарнизон. Началось формирование добровольческих отрядов из офицеров и учащейся молодежи, а также казачьих дружин в станицах. К январю 1918 г. части Дутова, поддержанные башкирскими и казахскими отрядами, контролировали Оренбург, Троицк и Верхнеуральск, нарушив железнодорожное сообщение между центральными губерниями, Сибирью и Средней Азией.

Руководство боевыми действиями против Дутова было поручено чрезвычайному комиссару ВЦИК и СНК по Средней Азии и Западной Сибири П.А. Кобозеву. На Южный Урал был переброшен из Петрограда Сводный Северный летучий отряд революционных солдат 17-го Сибирского стрелкового полка и балтийских матросов под командованием мичмана С.Д. Павлова, направлены красногвардейские отряды из Самары, Екатеринбурга, Перми, Уфы и других городов Урала. 16(29) января революционные отряды нанесли Дутову серьёзное поражение под Каргалой, а 18(31) января с помощью восставших рабочих заняли Оренбург. Под натиском превосходящего противника Дутов с войсковым правительством и небольшим офицерским отрядом ушел в Верхнеуральск, а затем в Тургайские степи.

     Осуществив государственный переворот и сформировав правительство, большевики, тем не менее, не решились сразу выступить против популярнейшей в самых широких кругах общества идеи созыва Учредительного собрания, призванного дать стране постоянную и легитимную власть. Однако Ленин считал, что необходимо по возможности отсрочить выборы и изменить избирательный закон таким образом, чтобы не допустить никакого представительства в собрании буржуазных партий. Тем не менее, выборы состоялись, в результате чего больше всего голосов (40,5%) получили эсеры. На втором месте с огромным отрывом шли большевики (24%), затем кадеты и правые (17%), меньшевики (2,6%) и народные социалисты (чуть более 1%). Если учесть, что большинство прошедших в Учредительное собрание партий готовы были блокироваться против большевиков, то шансов узаконить свои декреты у последних почти не было. В результате, практически сразу после обнародования итогов выборов большевики заявили, что не будут считать себя связанными решениями собрания и начали кампанию давления и травли.

23 ноября (6 декабря) 1917 г. были арестованы члены Всероссийской по делам о выборах в Учредительное собрание комиссии (Всевыборы), отказавшиеся подтасовать результаты голосования; во главе комиссии СНК назначил М.С. Урицкого. 28 ноября (11 декабря) большевистское правительство обвинило кадетов в подготовке переворота и фактически запретило партию, арестовав большинство ее руководителей. 20 декабря (2 января) СНК постановил открыть Учредительное собрание 5 (18) января 1918 г. при наличии кворума в 400 депутатов (из избранных 715). В день открытия в Петрограде прошла массовая демонстрация с лозунгом «Вся власть Учредительному собранию!», расстрелянная большевиками. Открывшееся заседание проходило в сознательно организованной чрезвычайной обстановке: Таврический дворец был наводнен вооруженными солдатами и матросами, поддерживавшими большевиков.

     Делегаты Учредительного собрания выбрали председателем эсера В.М. Чернова, а не М.А. Спиридонову (лидера левых эсеров), поддерживаемую большевиками. Большинство депутатов уклонилось от обсуждения предложенной Я.М. Свердловым от имени ВЦИК «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа», были отменены декреты советской власти. Тогда на заседании СНК большевики приняли принципиальное решение о роспуске Учредительного собрания. В том же духе высказался и ВЦИК. В первом часу ночи 6 (19) января Таврический дворец покинули большевики и левые эсеры, лишив тем самым собрание необходимого кворума. Тем не менее, решено было продолжать заседание из-за обоснованных опасений, что если участники собрания разойдутся на ночь, то утром их уже не впустят во дворец. Однако в 4.40 утра начальник караула Таврического дворца матрос-анархист А.Г. Железняков объявил о прекращении заседания, поскольку «караул устал». В тот же день Совнарком принял декрет о роспуске Учредительного собрания. Это означало окончательное установление в стране большевистской диктатуры, которая быстро подмяла под себя и советы. ВЦИК из постоянно действующего органа превратился в периодически созываемый (раз в 2 месяца), он потерял право аннулировать «срочные» декреты Совнаркома. Постоянно действовал лишь Президиум ВЦИК, полностью контролировавшийся большевиками.

  До зимы 1918 г. большевики связывали выход России из войны с мировой революцией. Однако реальность развеяла эти иллюзии. Обращение к воюющим государствам с предложением мирных переговоров не получило отклика. 4 (17) декабря 1917 г. советское правительство заключило перемирие с немцами, которое серьезно укрепило его внутриполитическое положение, но начавшиеся 9 (22) декабря в Брест-Литовске переговоры большевики любыми способами затягивали, используя их, главным образом, в пропагандистских целях. Руководивший советской делегацией нарком иностранных дел Л.Д. Троцкий потребовал от немецкой делегации «мира без аннексий и контрибуций», на что немцы дали понять, что, по их мнению, на территориях Российской империи, занятых австро-германскими войсками (Галиция, Литва, Латвия, Эстония, Польша) народы уже выразили свою волю в пользу Германии. Совнарком принял решение затягивать переговоры, стремясь привлечь к ним Антанту и, главным образом, надеясь на мировую революцию или, хотя бы, революцию в Германии. Было принято решение о перерыве в переговорах. 5 (18) января 1918 г. Германия предъявила России ультиматум, требуя уступить территорию примерно в 150 тыс. кв. км. (Польшу, часть Прибалтики и Белоруссии).

При обсуждении ультиматума в ЦК РСДРП(б) столкнулись три позиции: Ленин настаивал на немедленном заключении во имя «спасения революции» мира на немецких условиях. Группа «левых коммунистов» во главе с Н.И. Бухариным отвергала подобный выход из положения и выступала за революционную войну и «всеобщую защиту русской земли и мирового пролетариата», что стало бы новым стимулом к европейской революции. Наконец, Троцкий предложил промежуточный вариант: не подписывать позорного мира, но и не продолжать войну, так как (по его мнению) немцы все равно не способны нанести России значительный ущерб из-за того, что у них в стране вот-вот вспыхнет революция, а армию распустить по домам. Сторонники Ленина в ЦК партии оказались в меньшинстве. За войну с Германией выступали и левые эсеры. Троцкий в Брест-Литовске отказался подписывать мир на немецких условиях, но заявил, что считает состояние войны прекращенным, и, объявив о роспуске русской армии, 28 января (10 февраля) прервал переговоры и отбыл в Петроград.

   Не получив удовлетворительного ответа на свой ультиматум, 18 февраля немцы перешли в наступление. Остановить или хотя бы задержать его было совершенно нечем. Старая русская армия была уничтожена самими же большевиками, а новая Красная Армия, которую предполагалось формировать на добровольных началах, находилась в зачаточном состоянии. Почти не встречая сопротивления, германские войска в эшелонах следовали по железной дороге, занимая одну станцию за другой. В ночь с 18 на 19 февраля большевистское руководство приняло немецкие условия, однако наступление продолжалось. 23 февраля немцы предъявили новый ультиматум с еще более тяжелыми условиями мира. 25 февраля после ожесточенных боев с красногвардейцами и латышскими частями они заняли Псков, а на следующий день – Ревель.  Брошенные против них из Петрограда отряды революционных матросов под командованием Дыбенко бежали, оставив Нарву. В таких условиях Ленин был вынужден фактически поставить ультиматум собственной партии, угрожая в случае непринятия его точки зрения выйти из ее рядов (а также и из СНК) и начать агитацию против РСДРП(б). В результате ЦК принял решение о немедленном заключении мира (7 — за, 4 — против, 4 — воздержались), и 3 марта 1918 г. в Брест-Литовске был заключен мир, знаменовавший собой бесславный выход России из Первой мировой войны.

Согласно условиям договора от Советской России отходили Польша, Прибалтика, часть Белоруссии, Ардаган, Карс и Батум в Закавказье. Украина (по соглашению с Центральной радой фактически оккупированная немцами) и Финляндия признавались независимыми. Россия обязывалась демобилизовать армию и флот и выплатить огромную контрибуцию в 6 млрд. золотых марок. Мирный договор был одобрен VII (чрезвычайным) съездом РСДРП (б) (6-8 марта) и ратифицирован IV съездом советов (14-16 марта). В знак протеста против заключения мира левые эсеры после съезда советов вышли из состава правительства. Как бы то ни было, но заключив «похабный мир» с немцами, большевикам удалось преодолеть очередной политический кризис и сосредоточиться на строительстве нового государственного аппарата и укреплении своей власти. Однако уже вскоре их деятельность в этом направлении привела к дальнейшему обострению противоречий в обществе и эскалации Гражданской войны.