поиск по сайту


Проекты CRM Документы


Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования


— Казачество: будущее казачества; возрождение казачества

Данная тема перекликается со множеством других тем Энциклопедии, будучи, так или иначе, основной в позиции В.П. Мелихова

БУДУЩЕЕ КАЗАЧЕСТВА. ВОЗРОЖДЕНИЕ КАЗАЧЕСТВА 

(выдержки высказываний В.П. Мелихова с форума  http://elan-kazak.ru/ )

***

Есть ли выход, да и есть ли будущее у самого казачества? Я думаю, что – да, и это не утопия. А для этого вначале необходимо соединение здоровых, умных и деятельных сил. Но для этого вновь нужно, как и в первом случае, вначале сознание правильно выстроенное, способное созидать, а не только критиковать и разрушать. И вновь здесь необходимы образы для подражания – а это и есть то, что мы делаем в Мемориале.  (2009 г. )

***

  Во многих разделах форума неоднократно поднимались вопросы о том, как должны выглядеть сегодняшние действия казаков.
Какова цель этих действий и каковы задачи, требующие своего решения в достижении поставленной цели?

В данном разделе я сжато подытожу всё, ранее (в течение трех лет) сказанное, чтобы не уходить от главного и его не размывать очередными выводами, анализами и предположениями.

Если казачий народ представить в виде кряжистого дуба, то его корневой системой, питающей все дерево, является Православная Вера, тот духовный облик, который заложен в ее догматах и то нравственное и этическое поведение, которое из них вытекает.

Центральный мощный ствол , удерживающий на себе всю крону, состоящую из множественности веток и веточек – это казачье народовластие, не разделенное на партийно-идеологические пристрастия, а исходящее от всего народа и способное через государственное ответственное разумение вычленить в своем сообществе наиболее достойных его представителей, которым и вручается власть. Система власти и управления, возложенная на лучших среди равных и является центральным стволом этого древа, питающегося нравственными нормами поведения через свою корневую систему, стоящую на Православной Вере.
Вся остальная крона в каждой своей веточке – это национальная культура, обычаи, хозяйственный облик жизни и многое многое другое, что испокон называлось казачьим укладом.

Как можно восстановить этот казачий уклад без корней и ствола? Занимаясь кроной, перебирая и стараясь оживлять то одну, то другую засохшую веточку, абсолютно не способную распустить листья и воспроизвести плод? Эта работа бесплодна, и ведет только к трате времени и жизни в иллюзии, что может быть, что-то и получится.

Что делать?

Вначале надо понять то, что заложено в часто употребляемое нами выражение: «Слава Богу, что мы — казаки». Не себя мы в этом хвалим, а Бога, что он нам в рождении вдохнул душу, которая и сделала нас казаками. И поэтому первое, что необходимо – уйти, отречься от той аморальности, от той бездуховности, в которой мы живем, в соответствии с которой совершаем те или иные поступки, и в соответствии с которой общаемся друг с другом так, что порой лютые враги общаются меж собой более терпимо.

Во-вторых, понять предназначение и смысл того ствола, на который опирается вся крона,называемая казачьим укладом жизни. Ствол – это политическая культура и вытекающее из нее казачье народовластие. Их нет на наших землях и пока их не будет, не будет никакой другой культуры, не будет казачьего уклада, не будет и справедливого его устройства.

За что боролись казаки в гражданскую, о чем мечтали и к чему были направлены их устремления в изгнании? – не к созданию дружин, помогающих полиции в дежурствах, не к созданию ансамблей и исторических клубов.

Все их мысли были устремлены к восстановлению справедливой власти в России и на казачьих землях. Власти, дающей то, что являлось основой народовластия – выборы лучших, духовно-ответственных представителей народа, подотчетных своему народу и равных ему во всех отношениях. Не властителей и диктаторов, не олигархических группировок и идеологических сообществ, а достойных, профессионально грамотных, способных к эффективному управлению, своих представителей.
У которых служение своему Отечеству и своему народу не соотносится с личной выгодой и личным обогащением.

Но как восстановить этот «ствол»?
И возможно ли подобное в современных условиях?

На мой взгляд, возможно. Трудно, посвящая этому все силы и старания, но можно.
Необходимо уйти от позиции провозглашаемых желаний и несбыточных иллюзий. Необходимо в соответствии с действующими в РФ Конституцией и законами организовать общественно-политическую силу, которая своей целью должна взять за основу ограждение общества и каждой личности в нем от посягательств на их права и приложение усилий по обустройству как можно лучшей жизни для общества и каждой личности в отдельности.

Сегодня мы видим прямо противоположное, а именно: несоразмерное распределение прав и преимуществ между частями общества. С одной стороны — клановые сообщества с неограниченными правами, возможностями и привилегиями; а с другой стороны – абсолютное большинство граждан, лишенных и прав и возможностей самостоятельной самореализации.

Уже сегодня созданная среда в обществе съедает своим всевластием силовых структур самое лучшее и более инициативное, что в данном обществе возникает. Это еще дальше понижает нравственное состояние общества, вынуждая его жить по их «понятиям» — все далее уходя от принципов законности и права. Создается благотворная среда для развития всех человеческих пороков, выражающихся все в большем «озверении» общества, в котором будут жить наши дети и внуки. Разве этого мы хотим для них? Или думаем, что сможем их огородить от этого «зверства» забором семьи? Не удастся.

Поэтому выход один – создание общественно-политической силы, способной привести к власти достойных людей, и совместно с ними преобразование жизни в регионах на тех принципах и основах, на которых стояла жизнь наших предков.

В связи с этим есть ряд вопросов, которые необходимо обсудить и осознать уже сейчас:
1. Созданный оргкомитет — чисто технический и состоит из людей, которые будут готовит проведение конференций и — впоследствии — учредительного съезда. После чего оргкомитет прекратит свое существование.
2. Оргкомитет получает свою регистрацию на следующей неделе. И после этого будет открыт его расчетный счет, на котором будут аккумулированы средства от пожертвований, необходимых для организации и проведения конференций и самого учредительного съезда.
В соответствии с этим, все, кто заинтересован в осуществлении намечаемых мероприятий, могут осуществлять пожертвования на этот счет. О порядке перечислений будет написано дополнительно.
Взносы могут быть в размере от 100 рублей до 45 000 от одного человека.
3. При регистрации оргкомитета название партии указано предварительное. Поэтому, просьба ко всем, присылать свои варианты названия, которые размещены на форуме в отдельной теме http://forum.elan-kazak.ru/t1452-topic и по которым хотелось бы провести обсуждение.

И последнее. Данным обращением я никого не уговариваю встать на защиту своих интересов и преобразования своей жизни.
Я предлагаю этот выбор, который каждый сам должен и обязан сделать лично для себя. Либо он соединяет свои силы с силами других, либо довольствуется тем, что сегодня торжествует.

Я не собираю данное общество и под себя для каких-то своих личностных интересов. Кто будет его лидером – решит конференция и ее участники.

Никто не собирал казаков на Круг Спасения Дона. Они самостоятельно собрались на него – по своей воле и по своему государственному складу ума, понимая, что, кроме них самих, их вопросы решать некому.
Данная инициатива вызвана множественностью просьб начать данное объединение.

Но если казаки к этому объединению и собиранию силы не готовы, тянуть за уши, уговаривать и призывать к действию я никого не буду.
Мы обращаемся и ко всем народам, населяющим Российскую Федерацию, примкнуть к нашему движения, памятуя о старой поговорке: «народы России желают по-казачьи жить».  (см.  полностью в Энциклопедии тему: Создание партии. Цели;  см. на форуме полностью на форуме здесь )

***

 

Аналитический материал В.П. Мелихова, размещенный в №№ 1,2 Альманаха «Донские казаки в борьбе с большевиками» (2009-2010 гг.)

КАЗАЧЕСТВО: жизнь после смерти?!..

Владимир Петрович Мелихов.

 

Всякий раз, когда я слышу казачью песню, в памяти всплывают картины детства, образы любимых мной людей — деда, отца, бабушки, матери, всех родичей и их друзей, собиравшихся вместе по праздникам в доме моего деда, игравших те же самые песни. Разные у них были певческие способности, но каждый был, по-своему, своеобразен и неповторим.

 

  И вот, когда после неторопливых разговоров и нескольких выпитых рюмок кто-то первый затягивал песню, ее, чуть погодя, подхватывали другие. Первые секунды это была разноголосица (как настройка инструментов музыкантами в оркестровой яме – каждый настраивал свой, не обращая внимания на другие звуки). Затем голоса постепенно выстраивались – не подстраивались к какому-либо одному голосу, а именно выстраивались в какую-то неведомую мне многоголосую мозаику и вдруг становились общим созвучьем. И в этот момент происходило какое-то чудо – просто мурашки пробегали по телу: зычно, монолитно и мощно звучала песня, невольно заставляя присоединиться к ней и меня и других малышей, мурлыкавших себе под нос не всегда понятные слова. Не знаю, как у других, но в этот момент все мое естество наполнялось гордостью от того, что я причастен к этому величавому действу, происходящему на моих глазах, и от того, что я отпрыск именно таких людей.

     Это были казаки – то поколение, которое воспитывалось в казачьих хуторах и станицах, оставшись без родителей в годы лихолетья, и доживавшее свой век в советской эпохе. Их твердость духа и внутренняя сила не сломились и не надорвались под жуткими тяготами прожитых лет. Жилистые, с печальными, но горящими благородным светом, лицами, такими они запомнились и останутся в сознании до конца моей жизни.

    Таких лиц уже нет — наши отцы, и мы сами, родившиеся в социалистическом обществе, где пролетариям не надлежало иметь Отечества, утратили этот благородный свет любви к своей земле. И голосов таких нет — лишившись стариков, мы уже петь так не могли. Каждый тянул своим голосом, а гармонии, общего, дополняющего друг друга и выстраивающегося в единое монолитное, звучания — не получалось. Те же слова, тот же мотив, а мурашки по телу не бегали…

    Почему я вспомнил именно об этом, рассуждая, казалось бы, на столь серьезную тему, как возможность возрождения (воскрешения или воссоздания) казачества? Ведь нашим дедам такие рассуждения и в голову не приходили – они были казаками и жили так же, как жили их предки, а при «советах» вынужденно приспосабливались к власти, имевшей целью их уничтожение . Они старались выжить в том аду и продолжить свой род, преодолевая все невзгоды, без ропота и малодушия. Они также, как и их отцы и деды продолжали борьбу – борьбу за жизнь и спасение своих душ. И в этой борьбе им помогало одно – казачье братство и веками воспитанная твердость духа. Вот почему их песни, их повседневная жизнь, являлись для нас, детей, каким-то не совсем осознанным, но ясно осязаемым, исходящим из глубины их сердец, явлением, невидимыми нитями притягивающими и манящими.Способны ли мы сегодня соединиться в такую же многозвучную, но монолитную мозаику голосов?

    Способны ли продолжить свои, уже казачьи роды, где наши дети и внуки также впитают в себя те крупицы нравственного подвига наших предков, которые помогают сегодня нам выжить и сохранить себя?Чтобы ответить на эти вопросы, вначале необходимо понять, кто мы сегодня, что за общество мы построили, и что мы должны возрождать или создавать заново.

     Сегодня, лукаво называя наше общество демократическим, преследуется идеология общеизвестных принципов демократии, а именно: меньшинство должно подчиниться большинству. Но в постсоветском обществе – большинство, инфицированноесоветскими догмами восприятия мира и себя в этом мире, несет в себе все те пороки, которые были свойственны прошлой коммунистической эпохе – безбожие, демагогия, лицемерие, ложь, нетерпимость и злоба.

     Лишенное «партийного контроля» и «морального кодекса строителя коммунизма», оно вне зависимости от занимаемой социальной ниши и находясь в состоянии общественного безволия способно только стремиться к пресыщению своих материальных потребностей, не задумываясь о христианской сущности человеческого бытия. Христианская жизнь для многих стала не осознанной нормой поведения и жизни, а всего лишь ритуалом, заменившим обязательность присутствия на партсобрании, обязанностью прийти в Храм по воскресениям и праздничным дням.

     Принявший, на первых порах, «человеческое лицо», а в последующем «демократизировавшийся» советский режим, не обозначил предшествующую советскую эпоху как антироссийскую, не признал, что СССР — это не Россия, а ее антипод. Четко заявленная преемственность с Совдепией, принятая не столько из-за внутреннего требования общества, сколько по настоянию внешних представителей «нового мироустроительного порядка», не желавших вскрывать тайны становления большевистской власти и установления принципов мирового разделения после Второй мировой войны, оставило в неприкосновенности советчину в сознании и совпатриотизм в менталитете общества. Не разрушенная ложь стала подпитываться крупицами правды, сплавляясь в новое лживое мировоззрение, еще более коварное, нежели предшествующее.

     Общество накопило огромный багаж внутренней агрессии, она собиралась по каплям — за весь период безбожного владычества и основательно дополнилась в перестроечное время. И сегодня мы постоянно воюем друг с другом. Выбившиеся из этой, постсоветской, среды лидеры крайне категоричны, стремятся исключительно примитивной демагогией представить собственные планы по достижению цели, при этом подавляя других сомневающихся в правильности подобного плана.

     Общество на примере первых революционеров, впитавших «их подвиг» со школьной скамьи, само по себе революционно, а не эволюционно, творческие дела других клеймятся понятием слабоволия и непрофессионализма. Мы абсолютно не слышим друг друга, выискивая в словах оппонента вражью суть или дилетантизм. А поэтому постоянно разбиваемся на противоборствующие, враждебные лагеря. У нас не хватает христианской терпимости к собрату.

     В подобном обществе нет места параллельно идущим идеям и устремлениям. С революционным запалом одна часть общества стремится подчинить себе другую, применяя тот же испытанный арсенал средств – государственного подавления, общественного осуждения, обвинения во всевозможных фобиях.

      Нами в большей степени управляет не мудрость, основанная на преданиях христианского жительства и анализа ошибок предшествующих поколений, а инстинкты. Инстинкты понуждают нас, особо не анализируя возникающие ситуации, не вникая в суть существующих проблем, высказывать суждения на абсолютно разные темы молниеносно, исходя только из своего, порой ущемленного, мировоззрения — по-партийному: революционный суд скорый, но справедливый. Если ты не со мной – ты наш враг.

     Вспомните каждый свою молодость, когда собравшись ватагой, мы хорохорились друг перед дружкой, доказывая свою правоту. Не принимались никакие доводы и убеждения. Крайняя категоричность, повышенная эмоциональность, желание подавить оппонента, если не словом, то кулаком – это процесс нашего роста, который с годами обтачивается и видоизменяется в более позитивное поведение рассудительности и способности анализировать ситуации, складывающиеся вокруг. Это же относится и ко взаимоотношениям в обществе. А они на сегодняшний день таковы, что напоминают как раз то поведение юношеского периода межличностных взаимоотношений.

     Непрекращающаяся грызня у одних, самобичевание у других, вздутый на пустом месте авторитет у третьих. Эта борьба еще более истощает интеллектуальные и физические ресурсы общества, которое все быстрее и больше превращается в пассивное, ничего не желающее сообщество лиц, стремящихся только к потреблению. Общество впадает в «гипноз» повального равнодушия и непричастности к происходящему.

     Утрачивается способность трезво и объективно оценивать обстановку, принимать оптимальные решения и, не колеблясь, проводить их в жизнь. Критичность ситуации и ее пагубность не оценивается должным образом, наступает безропотное подчинение сложившимся (созданным) условиям и нежелание им противостоять. Либо крайняя агрессивность — выплескивающаяся в необходимость изыскания врагае своих бед. И перенос на него собственной никчемности и неспособности эти условия изменить.

     Постоянное нагнетание отрицательных эмоций в повседневной жизни, с которыми сталкивается каждый гражданин нашего общества, внедряет в сознание чувство безысходности и уныния. Коррупция, чиновничья и милицейская вседозволенность, абсолютное пренебрежение правами, а порой и их прямое попирание властьимущими, заставляют нас искать пути приспособленчества, невольного признания собственного бесправия и бессилия (то же, что и в советской эпохе). Мы в очередной раз ищем пути выживания, в меру своих сил пути сохранения рода, тратя на это свои последние силы и душевные и физические.

     Но находиться долго в таком состоянии невозможно: либо накопленная ранее и увеличенная многократно сегодня внутренняя агрессия прорвется наружу, и соединившись с умело подготовленными призывами, вновь начнет разрушать все правое и неправое, либо общество основываясь инстинктом самосохранения замкнется в своем развитии, откажется от своего права на справедливость, творческую инициативу, отстаивание своего мнения, своего выбора. И тогда оноперейдет в полную вассальную зависимость от системы, которая в свою очередь превратится в банальную диктатуру, т.к. подобным обществом иначе и не управляют. И все вновь придет на круги своя – вновь потрясения и распад с последствиями куда более серьезными, чем в 17-м или в 91-м годах прошлого века.

     Горстка наиболее активных членов общества способна сегодня лишь поднять эту проблему, еще меньшая кучка людей – ее всесторонне обсудить. И уже практически нет тех, кто готов решать эту проблему действием, напрягая свои усилия и консолидируя средства. Большинство живет надеждой, что это сделают другие, или ситуация изменится сама по себе.

     Казалось бы, очевидность происходящего, если не у большинства, то хотя бы у какой-то малой его части, должна вызвать естественный протест, должна спровоцировать консолидацию сил для противодействия все более быстро приближающейся развязке. Но отсутствие данной консолидации как раз есть реальность той болезни в обществе, о которой мы говорили выше. Что же получается? Замкнутый круг? — Общество идет к погибели, а сопротивляться этому не может, потому что оно и погибает из-за отсутствия в себе данного сопротивления.

     Не совсем так. Мы предполагаем, а Господь располагает. И России это касается в особенности. Потому как только у нас существует поговорка «и один в поле воин». Но таких «одних» в России много, только, действительно, они одни и сами по себе. Проповедующие одну и ту же идею или устремленность, лидеры тех или иных движений разобщены болезнью роста – убежденностью в собственной исключительности и в правильности выбранных тактических и стратегических планов. Бес прячется в мелочах, понуждая поднятые знамена развеваться в каждой, отдельно созданной, ячейке. Анализу происходящего уж было много посвящено разговоров и высказываний, повторяться здесь по этому поводу не уместно. Но на одном моменте все же стоит остановиться более подробно. Это проблема национального самоопределения и идентификации в российском обществе. Особо остро касается она и казаков.

    На первых порах, получив из рук Первого Президента России Ельцина Б.Н. право на демократические принципы самоуправления, стали «стихийно» создаваться всевозможные казачьи общества, целью которых являлось возрождение казачества. Никто не понимал, что стоит за этим возрождением и что именно необходимо возрождать, но генетическая тяга к самоуправлению, к справедливой жизни и главенству права и закона, сидевшие в казачьем сознании, подталкивали их к действиям.Как правило, инициаторами подобных сообществ выступали либо бывшие партийные функционеры, либо имеющие средства и влияние руководители предприятий, либо, поддерживаемые администрациями территорий, функционеры. Кто бы и как бы не понимал возрождение, но абсолютно все без исключения отвергли единственный на тот момент правильный шаг — правопреемственный путь от сохранившегося в Зарубежье Всевеликого Войска Донского.

     Все создавалось на базе постсоветского патриотизма и еще советских методов организационного воплощения. Результат не заставил долго ждать. Последовавшие после первых объединительных кругов, круги «разъединительные», разорвали единое (в первом порыве) казачество на противоборствующие лагеря. Те, в свою очередь, стали искать идеологические подоплеки данных разрывов, а это привело уже не только к разобщенности по личной привязанности к тому или иному Атаману, либо выдвинутой им идеи, но и к идеологическому противостоянию, т.е. к раздроблению казаков из общей консолидирующейся массы в группировки и группки по партийным признакам.

     Такое раздробление существует и поныне, но уже в более обостренной форме, последовавшей из-за политики российского руководства в части начала процесса создания новой российской нации. Если предше-ствующая власть 80 лет трудилась над созданием советского народа — нового народа новой страны – СССР и довольно успешно в этом продвинулась, то, взращенная на советском правопреемстве, российская власть решила особо не напрягать свои усилия в национально-государственном устройстве, переняв совдеповский метод данного устройства.

     Теперь предстояло советский народ перевести в разряд россиян, где всем народностям, обозначившимся отдельно (через своих Президентов и парламенты), предложили стать таковыми, только русскими. Но даже те, кто считали себя русскими казаками, не захотели называться неким расплывчатым словом «россияне», с непонятными, приготовленными для них общечеловеческими ценностями. В очередной раз российское руководство заговорило о многонациональной РФ, дав особый статус национальным образованиям и автономиям, при этом полностью отказав в таком статусе русским.

     Лозунг многонациональности РФ (как и многонациональности СССР) предусматривает не просто конституционно подтверждаемую своеобразность развития нацобразований в РФ (свой Президент, парламент, правительство), но и «особое» финансирование данных территорий. И вновь всем, кроме русских. Почему?

     Почему Президент Франции не говорит о многонациональной Франции, несмотря на то, что этнический состав Франции – 40 процентов французы, провансальцы — 20 %, бретонцы — 10,4 %, эльзасцы – 3,3 %, французские баски — 1,3 % и т.д.?

     Почему премьер-министр Англии не говорит о многонациональной Англии, этнический состав которой на сегодняшний день следующий: англичане 65 %, шотландцы – 9,6 %, валлийцы 4,6 %, северо-ирландцы – 1,8 % и т.д.?

     Почему так же не говорят в Испании, где баски, галисийцы, каталонцы превышают половину населения страны?

     Не говорит об этом и канцлер Германии, где немцев около 80 %, а остальные — около трех десятков этнических групп.

    В России же, по данным последней переписи из 145,2 млн. человек – 115,89 млн. чел. русских. А это 88,8 % от общей численности населения! Тогда какая же это многонацио-нальная страна? Ведь стране присваивается статус многонациональной не потому, что в ней проживает множество этнических и национальных групп. Многонациональной она является тогда, когда населяющие ее национальные группы количественно не разнятся друг от друга, создавая общее государственное образование. Если же какой-либо проживающий на его территории народ составляет более половины населения, то данное государство по международным нормам считается моноэтническим и все последующие конституционные и законодательные акты исходят именно из этого.

    Везде! Но не в Российской Федерации. Происходит вольно или невольно искоренение в русских людях национального самосознания, национального единства. И также, как в период советского владычества, сегодня русский народ с этим мирится, еще более углубляясь в национальное беспамятство и нигилизм.

    Полностью отсутствует национальная солидарность, разбивающаяся идеологическими и партийными пристрастиями. Нация продолжает расщепляться по религиозной приверженности внутри православного мира, по социальному положению, по «льготам», близости одной только касты к российскому руководству.

    Параллельно разваливающемуся национальному состоянию русских, в национальных автономиях РФ происходит прямо противоположное: усиливается консолидация национального состава данных территорий, их культурно-национальное развитие, историческое, и вследствие этого, идет стремительная культурная изоляция от остальной части. Национальная же идентичность русских, способная, после развала СССР, сформироваться на ценностях, идеалах и героических примерах предшествующей эпохи развития Российской Империи и борьбы с поработившим Россию большевизмом, не реализовалась. А произошло прямо противоположное — именно среди русских сильнее всего укоренилось советское прошлое и именно русские, с трудом преодолевая советскую идентичность, до сего дня с ностальгией вспоминают о советском периоде и советском народе.

     Подобное состояние колеблющегося в нравственной оценке своей истории народа, незамедлительно сказывается и на его национальном единстве, которого сегодня, по сути, просто нет. Русский народ не сплочен в единении национального строительства, а разделен политическими, религиозными и идеологическими вожделениями. Это, в свою очередь, позволяет многим все более настойчиво утверждать со всех сторон, что большевистская власть идентична власти русских. И, как следствие политику советской власти отождествлять с политикой советскойРоссии, политикой русского народа.

    Таким образом, национальное устройство, активно осуществляемое в нац. республиках РФ, полностью отсутствует среди самих русских. И основой этого служит кажущаяся пассивность российской власти в вопросах национально-государственного строительства страны. Кажущаяся – потому что не только общество, но и само Российское государство по-прежнему более советское, чем национально-ориентированное.

     Но многие, видя это, не желают становиться биологической особью планируемого россиянина, оторванного от национальной истории, Отечества, нравственных и духовных ценностей, создаваемых и охраняемых пред-шествующими поколениями. Не желают этого и казаки.

     И тогда каждое из более-менее активных сообществ, не принимающих подобного развития дел, ищет выход.

     Один из таких выходов многие казаки видят в этническом объединении, позволившем бы не только объединиться, но и отделиться от формируемого «россиянства», базой которого станут в очередной раз русские, значит, и казаки, растворенные в интернациональном сообществе при постоянно растущем национальном единстве всех прочих народов, населяющих Россию.И коли русские желают этого растворения, то казаки нет. Первые шаги для совместных действий национально-ориентированных русских и казаков в недопущении подобного разложения русского народа были осуществлены еще в начале 90-х годов. Это и проведение русского национального собора и последующее создание Союза Русского Народа и ряд иных совместных движений. Эти шаги поддержки в обществе не получили, причем, последующие события еще и раскололи упомянутые движения на отдельные противоборствующие структуры. Такая ситуация в казачьей среде понудила многих искать пути национального самосохранения самостоятельно, путем отторжения от своего сообщества необольшевистской идеологии, внедряемой икультивируемой в обществе россиян. Однако, подобная «самоизоляция» от разлагающего интернационализма в российском обществе приняла весьма своеобразные формы, которые из позитивных и нравственно-обоснованных, еще до реализации превратились в сепаратистские, заранее обрекающие на очередную борьбу и противостояние в обществе. Еще не четко выработанные идеи национального самоопределения казачества приняли резко деструктивные формы, как бы заранее дискредитируя и загоняя в подготовленные рамки дело будущего национального возрождения казачества. Поэтому для рассмотрения вопроса о том, что же из себя представляет настоящее и будущее возрождение казачества, необходимо рассмотреть текущее состояние дел во всех имеющихся на сегодня направлениях. Разумеется, это мой субъективный взгляд, основанный не на программных заявлениях тех или иных лидеров, а на том фактическом материале и результатах, достигнутых данными движениями.

      1. Организованное в настоящее время – реестровое казачество. Истоки данной организации лежат в начале общественной инициативы казаков на уровне территориальных образований согласно войсковой принадлежности – донское, кубанское, терское и т.п.Впоследствии эти организации плавно перешли под контроль администрации областей и уж затем Совета по делам казачества при Президенте РФ. Весь путь становления реестрового казачества предусматривался властью как управляемая структура, объединяющая граждан, считающих себя казаками. Это объединение под руководством государственных органов вполне объяснимо тем безудержным ростом в пределах одной и той же области атаманов и обществ, ими создаваемых. Постепенно, из поддерживаемых организационно и финансово сообществ, осталось одно, в крайнем случае, два.Понятны устремления и Атаманов попасть под патронат власти, так каксозданные общества из-за размытости, а порой и отсутствия четко выстроенных программ и конечной цели, не могли без этой поддержки существовать. Такой тандем, разумеется, был взаимовыгоден: государство предоставляло достаточные финансовые средства для существования общества, общество в свою очередь обязывалось быть лояльным к существующей системе. Недаром все атаманы входили в партийные списки партий власти либо им помогали на всем протяжении их существования. Впоследствии требования со стороны власти ужесточились и понудили реестровых атаманов взять на себя не только функции лояльных обществ, но и активных сторонников выстраиваемой партийной поддержки существующей системы и заодно функции «смотрящих» за «общественной стабильностью» в подконтрольной территории, борьбы с инакомыслием.Не имея четко осознаваемых целей, критериев возрождения, ни государство, ни реестровые казачьи общества не способны дать казакам ответы на многие жизненно важные вопросы, и поэтому превращают данные общества в пародию на казачество, к казачеству никакого отношения не имеющее.

     Конечная цель подобного тандема – это постепенное угасание национальной самоидентичности у казаков, растворение ее за счет пришлого элемента и превращение обществав политическую структуру, охватывающую казачьи территории. В данной ситуации происходит подмена не только понятий, но и самой сути казачества, где все издревле созданные национальные ценности, обычаи, идеалы и традиции, формировавшиеся у казаков столетиями, перемалываются в бесформенные принципы советско-российской идентичности. Конечный итог данного правления – полное самоуничтожение казачества и подмена его неоказачеством, имеющим, возможно, схожую внешнюю оболочку, но внутренне абсолютно к казакам не относящуюся.

     2. Общественные организации, среди которых самой крупной и влиятельной является «Союз казаков России». Созданное группой энтузиастов из потомков казаков, общество первоначально ставило целью объединение всех казаков, рассеянных на территории РФ, и казачьих обществ на традиционных землях прежних казачьих войск. Однако данное объединение было воспринято атаманами казачьих обществ на Дону и Кубани крайне отрицательно и несостоявшееся объединение превратилось в довольно серьезное противостояние, вылившееся в борьбу за казаков по «перетягиванию» их в свои общества. Государственная система на каждом из этапов развития данного общества по-разному относилась к нему: от прямой поддержки до полного отрицания. Но на первое заседание Совета по делам казачества при Президентне РФ Верховный Атаман Союза казаков России полковник П.Ф. Задорожный был приглашен наравне с реестровыми Атаманами.Правда, там возникла не совсем приличная ситуация, когда В.П. Водолацкий тут же на Совете заявил : «Зачем пригласили в состав Совета общественных казаков? … Они постоянно на митингах и забастовках. Они против Правительства и Президента. Я уже устал бороться с общественным казачеством».Зря так говорил Виктор Петрович — «Союз казаков России» никогда не был ни против правительства, ни против Президента, ни против «генеральной линии», наоборот, всячески их поддерживал. Но дело здесь даже не в том, кто кого поддерживает, вопрос в ином – что возрождает в казачестве «Союз казаков России» и есть ли у него будущее. Объединяя в своих рядах всех казаков, негативно относящихся к реестру, по абсолютно ясным причинам, СКР, на мой взгляд, ничего конструктивного взамен не предлагает: тот же набор, что у реестра, только при ином составе казаков – национально-патриотическое воспитание молодежи, оздоровление нравственности в обществе и т.п. призывы и лозунги.

     Периодически, то уменьшаясь, то увеличиваясь количественно, СКР в общем-то объединяет довольно много казачьих обществ внутри РФ и за ее пределами (Украина, Беларусь, Казахстан), но при этом, Союз подвержен той же болезни, что и реестр – не имея четко обозначенного плана дальнейшего развития, существовать без поддержки государства не может и поэтому ищет пути взаимной необходимости и взаимных услуг. А поэтому и перспективы данного союза, да как и всех остальных общественных организаций подобного типа, практически такие же, как и у реестра. Происходит возрождение внешнего облика с патриотическим набором элементов, провозглашаемых множеством иных патриотических организаций в РФ. Подобные организации существуют от силы 2-3 поколения, а далее — пустота. Пример тому – подобные общества в эмиграции. Таким образом, общественные организации своим конечным итогом будут иметь то же забвение и постепенную самоликвидацию.Сейчас оба эти направления нужны государству, т.к. объединяют большинство казаков, попадающих под полное руководство и водительство «смотрящих». Но по мере размывания и разочарования казачьей массы в этих движениях произойдетлибо подмена самого понятия – казак, либо полная ликвидация подобных обществ. Это только вопрос времени и длительности периода кипения крови в казачьих жилах.

     3. Казачьи национальные движения. Имеют довольно обширный спектр идеологических программ и тактических шагов. Различны они и по сути. Вот, например, высказывания зам. Атамана ВВД Воронина: «Я согласен с Водолацким, который еще 10 лет назад громко сказал: Я считаю, что казаки – народ! Я в этом уверен! А ученые пусть спорят. На то они и ученые». Именно Водолацкий добился включения в переписные листы национальности «казак». И в следующую перепись населения нас уже не обдурят, как в предыдущую. А пытаться дурить будут. Так зачем им помогать? Ну, объявили республику. Ну, выбрали президента. И что, кроме вреда? Республики не объявляют. Республики создают. Народ не провозглашают. Народом становятся. А что до признания, так работать надо, а не воздух сотрясать. И визит Патриарха Кирилла, и слова, сказанные им, говорят о том, что мы есть, что нас видят, что на нас надеются. Но и недруги наши это видят. И предпринимают свои шаги. На этот раз – это Юдин и кампания. И это пройдет. А народ казачий был, есть и будет. Слава Богу, что мы казаки!». Это с одной стороны. А с другой – тот же смысл, но в более радикальном изложении некоторых казаков: казаки, как народ уничтожаемый русской экспансией, после Петровской реформы подверглись небывалому геноциду и последующей ассимиляции в Российскую Империю как составной части русского народа.

     Спектр взглядов по данному вопросу, как я уже сказал, очень широк, но в основе своей может быть поделен на 4 части.

     3.1.Казаки, считающие себя народом, который совместно с великороссами, малороссами и белороссами создал русскую нацию, которая, казаками расширив границы своего владения, создала впоследствии Российскую Империю.

     3.2. Казаки, считающие себя этнической группой в составе русского народа со своей отличительной самобытностью, бытовым и нравственным укладом жизни, традициями, идеалами и, что немаловажно, героическим эпосом.

     3.3. Казаки, считающие себя народом, стремящиеся к национальной автономии наравне с другими народами, населяющими РФ. Здесь нет антагонизма к русским, как и к иным народам РФ. Но в полной мере присутствует желание устроить общественное управление и жизнь на территории, исходя из национальных особенностей и ранее приобретенного многовекового опыта самоуправления территорий Казачьих Войск.

     3.4.Казаки, считающие себя отдельным народом, никоим образом не схожим с русскими и другими народами РФ. Со своими характерными отличительными чертами. Порой прямо противоположными характеру и менталитету русских. Видящих в русских основу постоянной экспансии на казачью самобытность и государственность и главных виновников их уничтожения. Часть данных казаков считает, что большевизм – это чисто русское явление, являющееся логическим продолжением имперской тирании, другая часть видит большевизм как ответную реакцию обездоленной части русского народа на тиранию разлагающейся верхушки.

     Среди этих основных групп, разумеется, есть еще большее количество как бы подгрупп с перетеканием тех или иных взглядов. Но особую важность представляет не это, а следующее – есть ли у этих, довольно различных по идеологической направленности взглядов, общее? На мой взгляд, есть. И первое – это то, о чем мы говорили вначале. Объявив РФ многонациональным государством (что, как мы ранее выяснили, является неверным), народы, населяющие Россию, получили право национальной идентичности и самоуправления, что позволило интенсивно развивать национальную культуру и национальную самобытность всем народам, кроме русских. Русским же, совместно с казаками, отвели роль очередного постсоветского эксперимента по превращению советской общности в бесформенную биологическую массу россиян.Второе – это четкое осознание и понимание того, что предшествующие казачьи объединения и движения выхолащивают суть казачества, подменяют его внутреннее содержание, внешней малосодержательной формой.

     Третье – нежелание смиряться с всевозрастающим беспределом, творимым системой в отношении общества. Генетически воспринявшие главные принципы казачьего самоуправления — чувство совести, справедливости и чести, — внутренне казаки не могут смириться с царящим в обществе бесправием, рабским подчинением и диктатурой чиновничьего аппарата.

     А вот далее уже идут довольно серьезные разногласия, которые не только перечеркивают ранее указанные сходства, но и не позволяют данной категории казаков объединиться в сообщество единомышленников. Поэтому, как правило, все они объединены в незначительные группы приверженцев того или иного взгляда, но если исходить из конечной цели, то это не столь важно. Важно определить то, что является принципиальным – и здесь необходимо быть очень ответственным.

     Выстраивать свои взгляды и далее поступки на лжи недопустимо, потому как вся эта пирамида со временем рассыплется и исчезнет. Недопустима и полуправда, так как самая коварная ложь та, которая содержит элементы правды.

     Что может стать фундаментом и основой начала взаимоотношений данной группы казаков?

     1.Осознание, что русский народ не является врагом казачества. Да, в исторической эпохе развития и казачества и Российской Империи было многое, что не вызывает восхищения – но исторические периоды с куда большими трагедиями охватывали все страны и народы в формирую-щемся мире государств и империй. Геноцид казачества в кровавые революционные годы осуществлял не «северный сосед», а международный интернационал большевистских главарей, узурпировавших власть в России с целью уничтожения православной Империи. И русский народ подвергся не меньшему геноциду, чем казачество. И примеров тому – множество. Один из которых – подавление Тамбовского восстания: расстрелы целых деревень, уничтожение заложников, от грудных детей до древних стариков, зверства при выселении и заключение в концлагеря лиц, проживающих в восставших районах, уничтожение всех съестных припасов и организация голода. Жестокость, которая не имела места ни в одной стране мира за весь XX-й век.

     2.Непримиримость к новой формирующейся необольшевистской системе государственного устройства РФ, где подлость, подкуп и бесправие общества становятся основой будущей диктатуры партийного аппарата выстраиваемой вертикали власти.

     3.Создание казачьего самоуправления на отдельно взятой территории в рамках существующего законодательства, но принципиально отличающегося от коррупционнодиктаторской сущности сегодняшних систем управления.

     Если три эти устремления осознанно примутся вышеупомянутыми группами казаков, то будущая их деятельность может воссоздать казачество и сохранить то, что и является его внутренней сущностью, а не внешней формой.

     Все остальное, на мой взгляд, обречено на провал. Опять пройдет 2-3 поколения, (а одно уже проходит), и эти идеи растворятся в искусственно формируемом хаосе общечеловеческих ценностей и устремлений. Надеяться, что государство, создав Совет по делам казачества, сможет выработать программы по возрождению казачества, не приходится. Потому что весь предшествующий период данных разработок, показывает, что основной их целью является отстранение казачьих движений от реального государственного строительства и на-правление его во внешние малоэффективные формы многочисленных общественных организаций, которые со временем отомрут.

     И если бы я ошибался, то руководство страны еще вчера, видя огромный потенциал еще сохранившийся у потомков казаков, использовало бы его совсем в ином качестве, нежели сегодня. Сегодня не стоит как в древности вопрос увеличения территории (дай Бог с этой управиться), не стоит так остро и вопрос внешней военной угрозы (имеющийся ядерно-ракетный щит — сильное сдерживающее начало). Но вот угроза ползучей инородной экспансии – налицо. Не теряя фактически территорий в нашей стране, мы практически отдаем их – целые районы страны заселяются инородным элементом с угрожающей быстротой. Земли Дальнего Востока, Хабаровский край, территории вдоль Казахстанской границы, российские южные границы. Это все земли бывших 12-ти казачьих войск, опоясывавших порубежье Российской Империи. Некогда заселенные казаками и русскими переселенцами, сегодня они «завоеваны» выходцами с сопредельных территорий.

     Что могло бы данной экспансии противостоять? Воссоздание структуры казачьих войск. Не столько военизированных поселений, охраняющих границы, сколько автономных наци-ональных казачьих областей с приданием им особого статуса приграничных округов. Согласно которому местное население, как и все остальные граждане РФ, проходит военную службу, но в своих подразделениях и далее, до определенного возраста, находится в статусе резервистов с наличием в собственном доме полного комплекта вооружения. На данных территориях устраивается и особый режим экономическо-хозяйственной деятельности, способствующий динамичному развитию данных автономий.

     Для них, на основании статуса приграничных, внедряются законодательно закрепленные нормы гражданского управления — приблизительно такие же, которые были приняты Войсковыми кругами в 18-м году, с верховным управительством Атаманской властью. Будь сделано это еще в 90-х, не было бы и чеченских войн, не было бы и полного засилья китайцев на востоке, не было бы тех, уже искрящихся, противоречий на Дону и Кубани. Да, созданные по такому принципу автономии явили бы пример не только гражданской дисциплины и порядка, но и положили бы конец спланированной управляемости приватизационного распределения общественной собственности. А вот это уже недопустимо довольно влиятельным кругам, засевшим в московских кабинетах. Вот и потекли потоки беженцев с Терека, начался исход с Востока. Но место пусто не бывает, и уже новые народы заселяют территории, столь обильно политые казацкой и русской кровью.

     Однако, мыслить утраченными шансами — удел слабовольных. Надо не стонать о судьбе, а ее вершить. Ставка изобретателей Интернационала и их «совпатриотов»-последователей — на пассивность и дезинформиро-ванность общества. Они прекрасно понимают: при распаде разума и совести не может родиться ни истинное правосознание, ни творчески необходимый духовный потенциал, побуждающий человека к позитивному действию.

     Поэтому перейдем к основному нашему вопросу – а что же необходимо возрождать в казачестве, как должен выглядеть этот процесс?

      Как уже говорилось выше, первым и очевидным условием данного возрождения является определение объединяющих начал среди довольно разношерстных идей, царящих в сознании казаков. Я указал их и, если они примутся, то, не обращая внимания на сегодняшнюю принадлежность отдельных казаков к тому или иному сообществу или движению, необходимо заявить, что является в возрождении главным, а что решится само собой после достижения этого главного.

     На мой взгляд, этим главным является то, что не претерпело бы изменений за истекший период, если бы Казачьи Войска остались неуничтоженными, а казаки не подверглись бы тому ужасающему геноциду, который совершился в прошлом веке.

     То, что оставалось бы основой, несмотря на технический прогресс прошедшего столетия и новые тенденции в военном обустройстве российских вооруженных сил. То, что позволило казачеству выдерживать тяжелейшие удары судьбы и возрождаться не единожды на протяжении своей истории. То, что в трагический момент падения России яркой вспышкой осветило надвигающийся мрак и противостояло ему три тяжелейших года. Это уникальная, только казачеству свойственная, выпестованная столетиями и всеми поколениями внедряесистема управления в казачьих областях. Система, переплавившая в себе гражданское, общественное и военное управление в единую волю народа. В единый сплав христианской морали, нравственной чистоты и эффективного административного управления.

     Эта система зиждилась не на демагогических рассуждениях, она основывалась на жестких критериях отбора лиц, становящихся во главе хуторов, станиц Войска. Они отбирались из равных себе, но конкретными делами показавших свою способность быть первыми среди равных. Они были плоть от плоти своими, впитавшими дух и родовую память своего народа. Свою силу они черпали в прошлой могучей и достойной жизни своих предков. Брали из нее лучшее, чтобы устоять средь соблазнов и зла окружающего их мира.

     Они не стремились изменить мир, их задачей было достойно жить в уже существующем. Они являли собой смысл жизни, который мы сегодня не только утратили, но и не способны вернуться к нему через его понимание и осознание. И смыслом этим яв-лялось для них сосредоточение государственной, хозяйственной, бытовой и военной жизни, чрез свою волю и свободу с волей Божьей, ответственность пред Ним за свои поступки. И эта, непритворная, ответственность невидимыми скрепами соединяла казаков в народ, спаянный в неразрушаемую глыбу, подчиненную Атаманской воле. И не было здесь ни зависти одних, ни гордыни других. Здесь была та симфония, которая без фальши выстраивала каждую клеточку общегосударственного устройства своим звучанием. Как казачья песня своим многоголосьем. И как только рушилась эта симфония, либо проникала фальшь, рушилось все устройство целиком, хороня под собой и правых и виноватых.

     Возрождение самоуправления у казаков — это единственная цель, способная привести казачество к логическому восстановлению не только этнического сообщества людей, нои к хозяйственному и общественному строительству, впитавшему в себя весь предшествующий опыт существовавших ранее казачьих областей.

     Все остальное возродится от этого.

     Любая иная цель – это тактическая программа для утешения амбиций тех или иных идеологов в казачьей среде. Это трата времени на взаимную критику и изыскания пути, в конечном итоге, ходящими по кругу людьми. Многие скажут, что это или утопия или демагогия, в лучшем случае, фантазия. На мой взгляд, утопией и фантазией мы занимались последние 20 лет, утопиями и фантазиями многие из нас занимаются и сейчас. Это все, впрочем, совершенно понятно, и не может быть осуждаемо, потому что трудно признать свой путь ошибочным, свои идеи нежизнеспособными, принять другой взгляд, принять то предложение, которое тебе либо мало понятно, либо неприемлемо по ряду устоявшихся в сознании стереотипов.

     Если мы хотим остаться в этом мире не бесформенной биомассой и постоянно стонущей толпой, мы должны встать на путь воссоздания системы самоорганизации и управления на землях Присуда.

     Не в Москве или в Московской области, не в уютных кабинетах или перед мониторами компьютеров, а на земле наших предков, рядом с теми, кто остался в живых на этих землях. С теми, кто, как и мы, развращенные совдепией и сегодняшним пресловутым чиновничьим беспределом, еще живут и выживают, со своими изъянами и страстями, с пока еще невоцерковленным сознанием и мечущимися идеями, но жаждущими справедливости и порядка, нравственного поведения и общественного устройства.

     И, повторюсь, единственно-необходимым условием, без которого невозможно достижение поставленной цели, является единение всех здоровых сил (и казаков, и национально-ориентированных русских), которые способны не только говорить или обсуждать пути возрождения, но и встать на него. Принять этот путь не как оказание помощи абстрактному достижению цели каким-то сообществом людей, а как личный жизненный выбор, необходимый самому себе. Как последний шанс к достойной жизни!

     Что же касается того, как это можно осуществить и каков путь реализации данной цели, поговорим об этом в следующем выпуске Альманаха.

КАЗАЧЕСТВО. ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ?!

(окончание, начало в № 1).

 

Чтобы продолжить разговор, начатый в первом выпуске Альманаха, зададим себе следующие вопросы и постараемся на них беспристрастно ответить:

            1.  Существует ли среди казаков единство  его большей части? Нет. И это факт.

            2.  Есть ли разница между положением казака в начале 90-х прошлого века и сегодня, по прошествии 20 лет? Нет. И это тоже факт.

            3.  Можно ли увидеть результат деятельности любого из существующих движений или созданных структур? Нет. Кроме единичных случаев в отдельно взятых сообществах и общинах.

            4.  Существует ли среди всевозможных групп казаков цель, всеми поддерживаемая? Нет. Она не сформулирована. А если и есть что-то общее, то оно подвержено разному толкованию.

            5.  Существует ли в казачьей среде человек, пользующийся всеобщим признанием и доверием? Нет. Есть более или менее активные казаки в каждой из множества существующих групп, разделенных по территориальному и идеологическому принципу.

            6.  Существует ли общественная среда, в которой все вышеуказанное «отсутствие» могло бы сформироваться и постепенно выкристаллизоваться в монолитность единомышленников? Нет. Ее не существует.

            7.   И наконец, существует ли организационное и профессионально готовое ядро, способное направить казаков на защиту своих интересов, когда и цель и пути достижения данной цели смогут быть сформулированы. Мой ответ – нет.

Избрание Атаманом Подольской станицы. 1992 г.

 

Если читатель согласен с ответами на поставленные выше вопросы, то зададимся последним. Как, кто и каким образом может существенно изменить ситуацию, в которой мы все находимся? И если, все-таки, ситуацию менять придется, то какие для этого есть силы? Есть ли  у нас соратники и если есть, то кто они? Что является препятствием для достижения цели, и как это препятствие преодолеть?

Никто кроме самих казаков на эти вопросы не ответит. Все придется обмозговывать собственной головой  и делать своими руками. Сам по себе, «умный» Атаман не появится и не расскажет, как нам достичь цели. Он выйдет из среды,  — либо той, что сегодня существует, либо той, которую мы создадим. И он будет плоть от плоти этой среды.

Виня многих казаков, взявших на себя Атаманство либо лидерство, мы не осознаем, что это и есть наше зеркальное отражение. Отражение нашего нравственного, духовного и профессионального уровня. Отражение нашего уровня ответственности. В Атамане проявляется наше лицо. Так что же мы воротим свой взор от увиденного в зеркале? Выберут ли электрики-профессионалы своим бригадиром человека,  понимающего в электричестве меньше тех, с кем он работает? Конечно, нет. Выберут ли монахи из своего круга в отдаленном скиту настоятелем лицо аморальное – разумеется, нет. А вот коли собравшиеся бесстыдники да гулебщики  станут выбирать себе вожака – они, наверняка, выберут самого разгульного и самого бесстыжего. Среда выдвигает тех, кто более других отражает чаяния этой среды.

Вот почему и борьба с сегодняшними язвами в обществе абсолютно бесперспективна способами существующей системы, эти язвы породившей. Никто не победит коррупцию, когда благодаря той же коррупционной взятке  получают должности, чины и места. Никто не перестанет использовать свою должность, как источник собственного обогащения, пока страсть к обогащению в существующей среде является целью жизни. Никто не позаботиться о благосостоянии народа и его правах, пока народ будет безмолвно соглашаться с собственным бесправием и нищенским  прозябанием. Все, что мы наблюдаем и в чем живем, —  это наш внутренний мир, уровень нашей совести, нашей ответственности, нашего малодушия и безволия.

Мы можем искать врагов и списывать все свои невзгоды на них – и они действительно есть. Но наш главный враг – наша трусость, наше высокомерие и гордыня, наше желание отсидеться в стороне, пока кто-то иной не подхватит нас под руку и не поведет к лучшему. Наш главный враг – упрощенное отношение к предназначению своей жизни на земле, самостийной, далекой от Божьего промысла, цели.

Привыкнув к сварливому и недовольному отношению к окружающей нас среде, мы безропотно ей подчиняемся и противостоим ей только теоретическими высказываниями о правильности предполагаемых целей, создающих другую среду. Мы не способны заняться рутинной работой, считая это не достойным нашего призвания. Мы теряем творческую энергию созидателей, превращаясь в постоянно недовольных и обиженных изгоев на собственной земле, которую нам передали предки для сохранения и преукрашения.

Чтобы выйти из этой летаргической спячки, одновременно отбросив высокомерие и чванливость, —  нужно вернуться к глубинному пониманию того, о чем я написал в заключении статьи первого номера Альманаха – необходимости  воссоздания системы самоорганизации и управления казаков. Что я понимаю под данным воссозданием и какой смысл вкладывается мной в понятие «самоорганизации»? К сожалению, на данный момент, не тот, который ранее был свойственен казакам, когда собравшиеся выбирали из своей среды лучшего из лучших, прекрасно понимая смысл, силу и мощь строя, ими созданного казачьего организма. Нет уж тех казаков, которые беспрекословно выполняли Атаманскую Волю, осознавая, что именно эта воля сохраняет их силу и мощь. Нет и тех Атаманов, которые эту честь —  быть избранным  —  видели в огромной ответственности перед теми, кто их избрал. Потому что нет глубинного осознания с обеих сторон держания ответа пред Господом на Страшном суде за допущенную трусость, слабость, безволие и корысть.

Поэтому, говоря о воссоздании системы самоорганизации, я предусматриваю всего лишь ее незначительную часть — посильную для нас сегодняшних, какие мы есть. Что нам сегодня под силу?

Осознать, что какие бы цели, задачи и программы не ставили перед собой казаки, — отдельными группками и даже сообществами, их не решить. Осознав это, понять и принять сердцем необходимость собственных  действий, собственных дел и собственного трудничества. И пусть это будет не на пределе человеческих сил и даже не в ущерб уже сложившимся и устоявшимся быту и образу жизни. Пусть это будет осознанная толика труда, но не для себя любимого, а направленная на общее дело, которое мы определим для себя, как испытательное. Малое, но нужное для всех.

Во-первых, данная необходимость вызвана тем, что довольно часто собравшаяся группа тех или иных «единомышленников» узурпирует  право выступать от имени всего казачества, не обращая внимания на тех, кто и составляет его плоть и кровь. А во-вторых, чтобы поставленные цели исполнялись и достигались самими казаками, а не подготовленными для этих целей политическими, общественными либо другими ставленниками системы, целью которой является подконтрольность выстроенной вертикали власти всего народонаселения.

Но какова же на данный момент цель? Цель, которую так часто в разных вариантах предлагают казаки. Несмотря на довольно большое многообразие всевозможных ее видов, в основном она подразделяется на две категории:

 

Первое празднование Дня Станицы в Подольске в 1992 году

 

— возрождение казачества, как этнической общности;

— возрождение казачьих войск, как военной структуры в общероссийской государственной системе – т.е. сословной общности.

На мой взгляд, ни то, ни другое в завершающей форме реализуемой цели, сегодняшней системе российской власти не нужно. Поэтому, выбрав более безобидный вариант «сословной общности», «возрождение казачества» было направлено на общественно-безопасное поле, где любой гражданин России мог записаться в реестр и, став казаком, нести обозначенную ему службу в соответствии с Уставом. Таким образом, казачий псевдопатриотизм тихонько сполз в авантюризм, который, осуществляя уж 20 лет «бег на месте», встроился в существующую систему и стал ее частью.

Этого и стоило ожидать, так как сословный «период»  в истории казаков —  это меньшая часть всего исторического периода существования казачества. Это – во-первых. Во-вторых, сословное устройство Российской Империи несло на себя тяготы, охраняющие ее незыблемость и предназначение, свойственное только Православной Монархии. В начале прошлого века она была уничтожена, уничтожены были и ее составляющие, в том числе и сословия. Узурпировавшая территорию России и ее народы, советская власть, создала свои опоры, в основном состоящие из репрессивных структур.

Изменившись уже в конце прошлого столетия, система, для собственной устойчивости создала привилегированные кланы финансовых монстров, которые в настоящее время переводятся в политическую и административную элиту, создавая новые опоры для формирующейся системы.

Сословие возникло, как продукт определенной эпохи на базе, куда более сильной и жизнеспособной – этнической общности казаков. Изменилась эпоха, и ушло в небытие сословие. И движение вспять  невозможно – таков непреложный ход истории.

Это прекрасно понимали и те, кто, планируя «возрождение казачества», предусмотрительно рассуждали: а что же делать тогда, когда эта очевидность станет общепризнанной, даже  среди тех, кто являлся ее апологетом. Ведь непременно встанет  именно первый вопрос:   возрождение казачества как этнической общности. А если он выйдет из  регулируемого русла? И тогда это здоровое зерно, возможно, станет для системы непреодолимым препятствием в ее  амбициозных планах тотального господства над народом. И вот, чтобы будущее было предсказуемо, уже не один год на всех парах отыгрывается карта «казаки — народ». Причем, отыгрывается так умело, что сам этот народ стал грызть друг друга еще сильней, чем раньше, защищая либо сословную свою принадлежность, либо национальную.

В очередной раз здравое начало доводят до абсурда, чтобы бесконечно создаваемое мифотворчество раздробило казачью общность на множество составляющих кланов, приверженцев того или иного взгляда, теперь уже в национальном самоопределении. И как только данная раздробленность достигнет своего апогея, —  когда данные кланы будут столь непримиримы, что никто и никоим образом их соединить будет не в состоянии – вот тогда и появится программа власти по национальному самоопределению казаков. С подготовленными кадрами, с вождями и лидерами, с готовой национальной элитой и с самим «подготовленным народом». «Верхушка» этого народа, как и существующие ныне «верхушки» других народов, будет намертво впаяна в существующую систему  на базе взаимных услуг и уступок среди элиты власти и элиты народа. А сам «народ» будет также тянуть свою лямку, негодуя на свою казачью жизнь.  И абсолютно ничего не измениться. Абсолютно все останется прежним. Так же одна часть казачьего народа будет прозябать в нищете и бесправии, а другая, куда более меньшая, гнобить своих же. Как гнобят сегодня казаки-предприниматели и фермеры своих же казаков, гнущих спины на их полях и стройках. Оплачивая за труд от 3 до 6 тыс. рублей и ссылаясь на низкую цену зерна, они разъезжают на дорогущих джипах и живут в огромнейших особняках. И ничего не предпринимают для  улучшения жизни своих собратьев, которые им и создают данное благоденствие.

И это будет именно так, и никак иначе, потому что в неизменности останется система. И вот сейчас наступило как раз  то время, чтобы понять, что же это за система, и почему я называю ее большевизмом, даже и сегодня, хотя и строй, якобы, изменился, да и большевики канули в лету. И почему именно она является главным препятствием для достижения любых поставленных целей, если они направлены на творческую активность самого народа, его самостоятельность и самобытность, его самоуважение и достойную жизнь.

Большевизм – это худшая из всех колониальных систем угнетения народа в стране, где они захватили власть. Это система, выкачивающая из страны творческие, интеллектуальные и природные богатства для своих, узкокорпоративных, целей. И абсолютно неважно, какова цель – мировая революция у Ленина, вождь и отец всех народов мира – у Сталина, всеобщий коммунизм – у Хрущева, либо личное обогащение – у сегодняшний политической элиты. Важно, что эта цель должна быть подтверждена желанием закабаленного народа ее исполнять. Причем, исполнять добровольно, свято веря в правильность выбранного пути, который прямехонько ведет его к погибели.  Все они говорили и говорят о необходимости мощной державы, которая действительно им нужна мощной. Но не для народа ее населяющего и не для достижения его благоденствия, а для достижения своих целей.

 

Лагерь «Витязей», организованный Мелиховым и о. Семионом

 

Это система, которая, как вампир, высасывая кровь из закабаленного народа, допускает его существование только лишь для того, чтобы проголодавшись, снова можно было бы напиться его крови. Уничтожению подлежит лишь та его часть, которая видя и понимая происходящее, старается противостоять. И здесь система безжалостна и коварна. Во всех иных случаях она лицемерно прикидывается опорой и защитницей народа.  И не дай Бог, выразить свое отрицательное к ней отношение. Она сама, и ее обезумевшие, а где и прикормленные, клевреты тут же объявят тебя предателем нац. интересов, антипатриотом и вражьим засланцем. Причем, наиболее активную роль в ошельмовывании примут как раз те, кто и считается народом.

И как в любой колониальной политике, системе важно расслоение национального единства на противоборствующие группировки. И практика приемов подобных планируемых противоборств – огромна. Тысячи вариантов, сменяющих и дополняющих друг друга.

И здесь абсолютно неверно видеть в тех, кто эти варианты пропагандирует, засланных врагов или агентов влияния. На подобное не хватит ни врагов, ни агентов (хотя и этого не стоит исключать). Важно понять, как действует механизм. А он прост – вбрасываются  идеи, схожие по содержанию, но различные по трактовке их достижения, либо их пониманию, а далее появляются адепты идеи и они уже, без всякого понуждения и агитации, срастаясь с ней, идеологически защищают ее до умопомешательства, громя всех несогласных, оберегая ее как свое малое дитя. Все выстраивается на инстинктах, на невежестве, на злобе и собственной гордыне. Но главное при этом остается всегда незыблемым – вся сила борьбы направлена не на систему, данное противоборство устроившую, а на своих соплеменников, думающих, возможно, чуть иначе, но все же соплеменников, влачащих ту же рабскую ношу, над головой которых свистит тот же кнут колониальной системы.

В одиночестве или же малыми группками, ее не одолеть. Можно встроиться в нее, став ее холуем, исполняя ее наказы по укреплению ее могущества. Можно где-то отсидеться в глуши, обрекая свое потомство на последующее рабское существование в будущем.

Но ее можно ограничить. Ограничить ее влияние на жизнь сообщества, спаянного единой волей, единым желанием и устремленностью к справедливости и порядку. Сообщества, выстраивающего, наперекор существующей, свою систему жизненных ценностей и принципов общественного развития. Это очень сложно, но возможно. И, на мой взгляд, иного пути нет.

И вот здесь-то и необходимо применение того принципа, о котором я и говорил – принципа самоорганизации казаков, осознающих опасность уже присутствующую и предвидя опасность куда большую – грядущую. Повторюсь, все, что предстоит сделать жизнеспособного – сделать придется собственными руками, собственным разумом, собственными усилиями, собственной волей и мужеством.

Сделанное системой, вплоть до признания казаков этнической группой, народом или даже отдельной расой, построившей пирамиды в Египте, —  будет метаморфозой и троянским конем в самом казачьем сообществе, раздирающими его по кускам с продолжением выяснений отношений меж казаками.

Нам придется эту самоорганизацию провести. Нам придется собраться. Вне зависимости от того, как мы относимся друг к другу  и  к тем или иным идеям, нами же и высказываемыми. Нам придется сосредоточить силы и свести их в единый порыв.

Но ради чего сосредоточивались силы и собирались казаки, ради чего избирали Атамана, куда он их вел и как выглядел строй?  Вспомним вначале ответы на поставленные вопросы в начале нашего разговора. И мы увидим, что собравшихся-то казаков и нет, нет и цели, ради которой избирается Атаман, предназначенный к водительству к данной цели, не осознается и не понимается строй и ответственность каждого в этом строю. Есть ватага вольных казаков, рассуждающих так, как им кажется, —  по собственному разумению. Есть те, кто, не смирившись с системой, надеются ее перехитрить изнутри. Есть и многие иные, которые, выдвигая предполагаемые пути достижения цели и потратив на это большую часть своей жизни, так ничего и не достигнув, предлагают соединение вокруг данных недостижимых целей.

Но есть и другие. Сильные и мужественные, душой и сердцем воспринимающие боль творящегося беззакония и беспредела. Страдающие от бессилия в одиночку победить систему и устроить жизнь ту, в которой бы царила гармония Божьего промысла и собственных поступков. Бросившие, ради своего Края, уют прежней устроенной жизни. Желающие изменить существующий беспорядок, но заплутавшие в хитросплетениях и кажущейся безысходности. Желающие жить, работать, творить и созидать на своей земле, но упирающиеся в непреступную стену бездушия и хамства, охватившее все сферы человеческого бытия.

Поэтому, обращаясь ко всем, прошу беспристрастно вникнуть в суть следующего.

На данном этапе единственно возможную достижимую цель (нами, сегодняшними, какие мы есть, со своими изъянами и несовершенством) можем поставить следующую:  формирование этнического единства казаков, не ради этнического обособления, как многим бы того хотелось, и противопоставления его российскому обществу, а отгораживание от той бесовщины, которая все более захлестывает российское общество. Изоляция от той идеологии, которая все сильней утверждается в России, уже не являющейся «Россией», где и сам русский народ становится уже совсем другим этносом – пассивно наблюдающим за торжеством силы и приспособленчества, внедряемым в сознание общества, над верховенством права и совести.

    Постсоветское самосознание не трансформировалось в национальное самосознание русской нации, наоборот, приобрело еще более уродливое свое проявление в непрестанном устремлении по усовершенствованию материальной сферы своей жизни, которые полностью сковывают человеческое сознание и волю. Цель государства, заключающаяся в ограждении общества и каждой личности в нем от посягательств на их права и в то же время в приложении усилий по обустройству как можно лучшей жизни для каждой личности, — не только не исполняется, но и заменена прямопротивоположным. А именно: несоразмерным распределением прав и преимуществ между частями общества, выделяющим из него, с одной стороны, клановые сообщества с неограниченными правами и вытекающими из них возможностями и привилегиями, и, с другой стороны, абсолютное большинство граждан, лишенных и права, и возможности самостоятельной жизни. Насаждение такого состояния в обществе приводит неминуемо к его расколу и к разрушению государства.

   Русской национальной элиты, способной противостоять этому, — нет. Есть приспособленцы. Есть еще и отдельные группы патриотов, которые так и не смогли выработать общие принципы совместной деятельности. А это уже признаки утраты национального самосознания, которое оказалось не способным извлечь уроки из предшествующих трагедий, чтобы не повторять ошибки вновь.

   Именно утрата национального самосознания русских лежала в основе краха Российской Империи.

   Утрата национального самосознания русских лежала и в основе Гражданской войны.

   Можно винить и инородцев, и заинтересованность в подобной трагедии «союзных» и враждебных держав – все это имело место. Но в чистом теле вша не заводится. Все это могло бы быть низвержено, не будь той пропасти между русским народом и высшими слоями общества, как его политической, так и культурной составляющей. Высший слой потерял свою русскость, приняв западничество как основу будущей своей личной «свободы» — свободы от обязательств и ответственности.

   И только казачество, при его государственном самосознании и зрелой гражданственности не утерявшее собственного национального самосознания, могло приступить к собственному государственному строительству в тот момент, когда все государственное вокруг рушилось.

   И именно поэтому первые бои с большевизмом возникли на казачьих землях – это не было случайностью, а вытекало из естественного уклада жизни казачества и его государственного склада ума.

   Почему, составляя всего лишь 2,5% от русского населения Империи казаки, составили 80% всех антибольшевистских сил? Да потому, что национальное сознание большинства казачества, как в его верхнем слое, так и в его основной массе, было однородно, родственно и едино. Вот поэтому-то и Атаман П.Н.Краснов, взяв в свои руки атаманскую власть, смог в течение нескольких месяцев выстроить не просто местечковое самоуправление, а государственный организм с прочным основанием, базирующимся на национальном единстве, ответственности и долге.

     Он прекрасно понимал, что национальное самосознание гражданина только тогда может быть состоявшимся, когда оно будет встроено в иерархическую схему государства. Национальное самосознание не может существовать вне этой иерархии. Носитель национального самосознания должен ощущать себя частицей государства, и только тогда это самосознание может «материализоваться» в реальность его существования.

    Если бы он был понят, если бы была понята его цель – создание образа будущей национальной России!.. Но вновь отсутствие данного понимания со стороны русского, теперь уже военного, сообщества перечеркнуло все чаяния Атамана и казачества. Перечеркнуло потому, что многие не увидели государственной зрелости и умалили достоинство казачества как государственной скрепы. Сыграло роковое невежество русского общества в отношении казаков. Для одних казаки так и представлялись как «казак на запятках», для других — как находящийся в боевой готовности рекрут, способный в одночасье быть посланным без раздумья на смерть, для третьих – как какой-то злодей, выторговывавший для себя льготы за свои услуги. И мало кто осознавал, что казачество – это, в первую очередь, сила, государство удерживающая, занимающая должное данному статусу положение. И, разрушив эту последнюю скрепу, борьба с большевизмом была обречена на поражение.

Но говоря о непонимании русским обществом казачества, необходимо четко прояснить и другое. Общество и отдельные его члены – понятия разные. Эта разность проявилась и в совместной борьбе русских добровольцев и казаков времен Гражданской войны, и в совместных лишениях вынужденной эмиграции. Тогда¸ стоя плечом к плечу и мобилизуя все свои силы для борьбы¸ среди них не было ни противоборства, ни взаимных упреков¸ а была общая кровь, пролитая за свое Отечество, спаявшая их судьбы в единое целое.

Но и тогда уже, с целью раздробить антибольшевистское единство, в казачьи умы внедрялась идеология не большевистской, а русской экспансии.

   Сегодня положение не лучше. Мало того, что уж нет тех казаков, кто и являл собой эти скрепы, сегодняшние потомки казаков подвержены разносторонним манипуляциям, одной из которых является казачий шовинизм, больше похожий на национал-большевизм. Межнациональные противоречия – излюбленнейший инструмент борьбы за власть и ресурсы. Манипулируя на вражде этнических групп в противоборстве меж собой, в «обнаружении» нанесенных друг другу обид, манипуляторы ставят задачу — не  отключить сознание, а  изменить установки, привить новые шкалы ценностей.

   Если раньше казаки боролись с главным своим врагом – большевизмом, четко осознавая, что они в этой борьбе отстаивают свою Веру, свободу, уклад жизни и свое национальное единство, то сегодня, изменяя вектор национального самосознания казачества, прививается в казачьи головы борьба с русскими, причем не с сегодняшней инертной и безнациональной властвующей элитой, а с теми, кто являлся последними защитниками русской цивилизации. Изменяя вектор будущего возможного возрождения казачества, как самого способного государствообразующего элемента, в сферу межэтнического противоборства, сегодняшней системе, господствующей в России, предоставляется очередной карт-бланш для истребления казачества. Оно уже сегодня выражается в ликвидации главных его основ. В борьбе, якобы, за признание казаков народом, замыливается то, что в настоящее время этот народ лишается своей корневой системы. Постепенно земли Донского края, да и других казачьих областей, монополизируются в руках будущих латифундистов. Казак из собственника, частного свободного хозяина, превращается в наймита, в пролетариат. Таким образом, подрывается основа той среды, в которой и создавалось национальное самосознание казачества – независимость, собственность, самоуправление, долг, звание, строй.  Мало того – подрывается и сама основа борьбы.  Раньше в основе идеи сохранения казачества и необходимости самозащиты от надвигающейся опасности лежала железная дисциплина, причем, не из-под палки, а внутренняя, добровольная, выработанная и осознанная пониманием долга как свободного человека, имеющего волю и мужество этот долг исполнять. Сегодня же проповедуется абсолютная вольность и отсутствие этого долга. Если раньше Атаманская власть признавалась единственно возможной скрепой и силой, способной привести казаков к достижению своей цели, то сегодняшние идеологи такую власть не признают вовсе, предлагая ей взамен сообщество вольных людей, приверженцев тех или иных идеологических взглядов. Рушатся последние основы строя, без которого ни одной цели казакам не добиться, а потерять придется всё, что еще можно было сохранить и преумножить.

    Поэтому, если основная масса российского общества смирилась с положением дел и с тем выстраиваемым государственным образованием, которое, объявив о своей правопреемственности от советской системы, берет за основу и ее политическую сущность, то многие казаки не желают связывать свою судьбу с этой системой.

 

Конно-трюковая группа Подольской станицы. 1992 год

 

И тогда встает вопрос: что эту систему может изменить? Либо, как можно выстроить свою систему? И возможно ли это?

На мой взгляд – возможно. Возможно и изменить систему, сегодня нас окружающую, возможно создать и свою. Но одним лишь желанием или четко выверенной программой и методами ее воплощения, этого  не осуществить. Необходимы труд, усилие воли, конкретно исполняемые дела. Начавшись с малого, но ощутимого результата, все последующие дела будут постепенно втягивать в свой оборот желающих к данному делу присоединиться. Постепенно будет созидаться среда единомышленников. И эта среда должна выстраиваться не на ненависти к «русским оккупантам», о которых так красноречиво и многоголосно рассуждают некоторые казаки и вслух и на множественных форумах, а на осознании того бедственного положения, в котором мы все находимся. На осознании зла того выстроенного колониального режима, который стравливая и разделяя не только народы, но и сам народ изнутри, без особого сопротивления решает свою узконаправленную цель, оставляя обществу роль пассивного статиста. Веками доказанная истина, что на ненависти ничего доброго выстроить невозможно, должна быть не только осознана, но и взята как непреложная аксиома в определении цели и действий по ее достижению.  Ненависть допустима только к собственным грехам.

То же самое касается и отношения русских национально-мыслящих людей к желанию казаков по формированию их этнического единства. Данное желание вызвано не ненавистью за прошедшую трагедию расказаченного народа и не из-за презрения к «рабскому повиновению», как некоторые хотят это представить. Данная цель обуславливается устремленностью не превратиться в то бездарное и безнравственное сообщество людей, образ которого уже просматривается из советской общности. Самостоятельно русский народ не смог справиться с этим бедствием в прошлом веке, не справляется он с этим и в настоящем. Нужно помочь казакам проявить свое устремление по воссозданию среды национально-ориентированных личностей.

Формирующееся этническое единство – это не этническое обособление, как многим бы того хотелось, это отгораживание от той бесовщины, которая все более захлестывает российское общество.

Это не выстраивание  стены, отгораживающей казаков от русских, а созидание твердыни, которая защитит то малое, что у нас еще осталось и не растворилось в адской смеси новоявленных построителей государства российского.

Это, если удастся, явится примером для всех, кто не пожелает склонить голову под готовящееся ярмо всеобщего смирения с подлостью, беззаконием и рабством. И, как не прискорбно  это говорить, но в текущей ситуации и при сегодняшних условиях, только казаки еще способны создать среду, где вера, честность, порядочность и мужество сможет породить и будущих народных вождей. Вождей, которые не ради богатства и корысти придут к власти, а, неся сострадание к несчастьям других,  это сострадание проявят в недюжинных способностях благоустройства своего родного Края. Подберут людей для исполнения государственной службы не по родственной или клановой близости, а по творческому потенциалу, профессиональным навыками и верности долгу перед своим Отечеством и своим народом. И это никоим образом не высокомерие и тем более не гордыня. Так же как в смутные времена гражданской междуусобицы, казаки практически всем миром встали на защиту своих устоев, выдвинув из своей среды целую плеяду беззаветно любящих и талантливейших людей, так и сегодня их потомки, надеюсь, смогут выкристаллизовать из своей среды тех, кто сможет сломить ситуацию все более нарастающего хаоса и нравственного упадка. Тех, кто устроит жизнь достойную жизни человеческой, а не подневольного раба.

Но, даже осознав вышесказанное и приняв это душой, говорить о том, что далее все пойдет гладко и ладно – преждевременно.

Привыкшие к «вольности» суждений и отстаиванию своего, близкого к сердцу, понимания «что делать», мы превратились в обычных разгильдяев, способных только с пеной у рта защищать свой взгляд, да критиковать взгляды иных, находясь все это время в теплой «домашней» обстановке. И мы не хотим менять этой, привычной и уютной, созданной для себя, среды.  Поэтому многие, активно высказывающиеся и громогласно призывающие делать то или иное, на поверку окажутся ни к чему не способными демагогами. Демагогами, связывающими своими прожектами и критикой волю и усердие других. Внедряющими своим постоянным отысканием внешних врагов и агентов влияния, уныние и слабоволие в сознание. И, чтобы отсеять зерна от плевел при поставленной цели, необходимо факт формирования этнического единства казаков с плоскости умозаключений, предположений и теоретических выкладок перенести в плоскость практических дел. Тех практических дел, которые будучи предельно не затратны, смогут охватить максимальное количество казаков, живущих не только на Присуде, но и вне его территории.

Именно подобное дело четко определит и казаков и русских, способных не только уговаривать и приводить факты, критикуя и выискивая изъяны друг у друга и меж собой, но и проявить свой творческий потенциал, способность осуществить работу, а не некий ритуал, создающий ее видимость, и совместным трудничеством достичь осязаемого результата.

Написав эти строки, прекрасно понимаю, что многие, прочитав их, воскликнут – ну вот, вновь казаки должны спасать Россию, казаки вновь используются как передовые отряды, казакам важно думать о себе и самим сохраниться – это с одной стороны. Как и с другой – вот, вновь самостийностью запахло, сегодня этническое  сообщество, завтра – этническая изоляция, а послезавтра   — Донская Республика.

Если у кого-то  это всплывает в сознании – стоит успокоиться. Ничего подобного нет. Наша всеобщая слабость такова, что сил, дай Бог, хватит только для того, чтобы спасти самих себя. Но удасться это может только в соединении всех стремящихся к данному спасению, без национальной кичливости с обеих сторон и без фобий и  мифологий, крайне отравивших сознание за прошедший период.

 

Казаки в Подольске. 1994 год

 

Так  каковым может стать то первое дело, взявшись за которое проявятся люди, жаждущие выхода из той враждебной среды, которая нас окружает? И которое может выявить тех, кто в дальнейшем составит костяк нарождающегося этнического единства, а оно и будет обрастать мясом формируемой, уже своей, среды. Среды, кристаллизуемой в крепостную стену, защищающую справедливость и право от разнузданности и колониального гнета.

На мой взгляд, таковым, самым простым, делом может явиться конференция представителей казачьих сообществ, а также представителей станиц, желающих рассмотреть вопрос, как осуществить сплочение казачества и что необходимо сделать, когда это единение произойдет, хотя бы частично. Эту конференцию можно провести в конце апреля — начале мая. О своем желании принять участие каждый может написать нам по эл.адресу или по почте, указанной в Альманахе.

Параллельно, таким же простым, но в то же время максимально охватывающим делом, может стать создание общеказачьей газеты и уже выпускаемый Альманах. Газета необходима для соединения разрозненных казачьих сообществ в общее этническое. Она нужна и для ознакомления с жизнью своих собратьев, разбросанных по всем весям. Она нужна для обсуждения тех тем, что так и остаются темами, не получая своего дальнейшего движения и развития. Она нужна для того, чтобы от обсуждения пути, на который должно встать казачество, перейти в сам поход по данному пути.

То же касается и Альманаха. История казачества, его трагедия, взлеты и падения, касается и интересует только казаков. И если в эмиграции казаки оставили огромное историческое наследие, запечатленное в журналах, альманахах, сборниках и книгах, то сегодняшнее поколение не вложило в копилку сокровищ казачьей истории и мысли практически ничего. Этот пробел, безусловно, должен быть восполнен. Восполнен тем энтузиазмом, который несет лишь малая часть сегодняшних исследователей и историков, дополненный теми подвижниками, которые, безусловно, явятся впоследствии.

Подготовка, издание и реализация  – это первая малая работа, которая ничего не требует, кроме усердия каждого, взявшегося за данное дело. Оно может успешно начаться и развиваться, вовлекая в круг сопричастных все большее число людей. Либо тихо уйти в сектор минимального тиража только для тех, кто действительно видит в этом необходимость.

Но главным в подобной практике будет совсем иное – то, на что я указывал выше. Эта деятельность выявит способных к действию, проявит их организаторские и практические способности. Эта деятельность позволит познакомить меж собой существующие общности, наладить контакт. Скоординировать и подготовить кадры для будущих, более значимых, дел. Одним из которых может явиться  в будущем и большой Круг казаков, на который прибудут не активисты того или иного лидера, а представители всего казачества с каждого хутора, станицы, с  общины, разбросанных по всей территории РФ.

Таким общим делом впоследствии могут стать и многие другие дела, и первейшим из которых должна стать уже практическая деятельность по созданию здоровой и эффективной экономики казаками на казачьих землях. Концентрация усилий тех, кто эти усилия в состоянии приложить, действенная помощь тем, кто эту помощь преумножит и позволит ее увеличить другим. Казаков необходимо выводить из сферы нанятых подневольных пролетариев в собственников на своей земле, собственников ресурсов этой земли, хозяев своей жизни и жизни своего потомства.

Но не сделав того малого, что я обозначил выше, за столь серьезные дела браться сегодня еще преждевременно. Но мощное дерево взращивается с малого семени. Остановимся пока на этом малом. И если даст Бог сил, попробуем вырастить из него чуть большее, что имеем.

И вновь мне думается, что некоторые, прочитавшие это, впадут в смятение. Ну вот, столь серьезное дело, как формирование этнической общности и единства, Мелихов сводит к меркантильному распространению газеток и журналов, да еще и добавят – преследуя свои интересы.

Мой интерес есть:  вывести из летаргического сна активную часть казаков, предпочитающих 20-летнему прыганию на месте, лозунгам о собственной исключительности и  нытью о бесправном положении,  создание среды,  в которой может развиваться и проявлять себя творческая инициатива самого народа. Среды, которая, собрав самых достойных, активных и искренне желающих счастья своему Отечеству и народу в нем проживающему, сможет подготовить будущий костяк и будущих Атаманов. И будут они —  плоть от плоти свои. И будут готовы к действиям, а не к обсуждениям этих действий.

Многие не устают повторять, что прошедший этап – он не напрасен, допущенные ошибки – это тот же опыт, и пройденный путь, пусть и неверный, но он — полезный. Да, возможно, но любой этап имеет временные ограничения. Нельзя пребывать в младенческом возрасте до седых волос. Необходимо взросление и дальнейшее развитие.

Преобразовать более активно нарастающую борьбу меж собой в созидательное русло народного строительства, способного сохранить то, что еще можно сохранить от былого наследия и вдохнуть жизнь в новое подрастающее поколение —   это то, что и составляет мой интерес. На  этом он и заканчивается.

То, что я наметил в своей жизни сделать,  я сделаю и без посторонней помощи. Дал бы Бог времени и сил. И это будет выглядеть  в окончательно-законченном виде на 2011 год так:  Мемориал «Донские казаки в борьбе с большевиками»;  Пантеон «Казачьему роду нет перевода»; два музея  — в Подольске и Еланской  «Казаки в антибольшевистском сопротивлении», которые откроются в этом году. Безусловно, я сердечно благодарю тех, очень немногочисленных,  жертвователей и всех тех, кто помогает мне данные музеи наполнять экспонатами. Но на широкую поддержку я и не рассчитывал – не рассчитываю я на нее и сейчас. И та малая часть соратников, — пока единственная и достаточная сила, которая позволит довести начатое дело до конца.

Важность создания данных объектов большинством не осознается, а переубеждать и агитировать  – нет на то  и у меня времени.

Но, верно, есть еще время попробовать сделать то последнее, что возможно успеть. Предложить дело, к которому, возможно,  присоединятся и другие. Тогда создастся среда не столько единомышленников, сколько устремленных в едином действии людей. Способных выполнить маленькое, а кто и большее дело. Растекаясь, оно охватит связующими нитями казаков по разбросанным на территории РФ общинам, войскам, округам, станицам и хуторам. Это уже будет этническое единство казаков, знающих друг о друге не по слухам, а о своих  Атаманах не  по их только лишь высказываниям, а реально понимающих, кто и чего стоит. Это, в свою очередь, выявит на каждой территории и в каждом сообществе тех, кто достоин их представлять в тот момент, когда мы сможем все собраться своими представителями от всего казачества на Круг, где и будем решать свое будущее.

Иное, на мой взгляд, приведет только к еще большему расслоению и самоизоляции, к еще большему рассеиванию и, в конечном итоге, забвению. И уже навсегда.

И единственными соратниками и помощниками в этом у нас —  русские национально-мыслящие люди. Других нет и никогда не будет.  И нагнетать в отношениях меж собой напряженность, ни с одной стороны, ни с другой – недопустимо. Это не просто недопустимо, но и пагубно для всех. И всякий раз, когда язык повернется вымолвить оскорбление – вспомните, Господь Бог у нас един – и каждый из нас в свое время встанет перед ним,  отвечая и за свою жизнь и за свои слова.

 

 

***

 

 

По окончании IY Всемирного Конгресса казаков, в станицу Еланскую приехали ряд делегатов, побывавших на нем – из Германии, Австрии, Англии, Австралии, Канады и т.д. Цель их приезда заключалась в ознакомлении с Мемориалом, поделиться впечатлениями о прошедшем Конгрессе и встретиться с казаками Верхнего Дона в неформальной обстановке, поговорив о том, как казаки в Российской Федерации в современных условиях предполагают решать вопрос жизнеустройства на своей земле, и какова в этом жизнеустройстве нужна поддержка казаков Зарубежья.

Кроме гостей с Зарубежья, в этот же день в Еланскую приехали представители разных казачьих организаций, а также известный всем на Дону творческий коллектив, возглавляемый Ольгой Васильевной Пономаревой из х. Мрыховский.

После ознакомления с Мемориалом, все приехавшие задали один и тот же вопрос: «почему государство и реестровые казаки ополчились против него и в чем они увидели пропаганду фашизма и экстремизм?». Еще будучи в Новочеркасске, многие из приехавших к нам просили организаторов Конгресса осуществить поездку всех зарубежных гостей в Еланскую, на что получали ответ, что данный Мемориал – частный и нужно согласование с его владельцами. На вопросы, а почему данный Мемориал подвергается гонениям, в том числе и со стороны реестра – им отвечали, что это – инициатива местной администрации и прокуратуры, которые якобы узрели в действиях Мелихова какие-то нарушения и поэтому это – всего лишь местный конфликт.

Но когда они увидели этот «местный конфликт», они были в полном недоумении: как этот конфликт не только не пресекается властью и реестром, а наоборот, еще больше разжигается и все более становится схожим с продолжающимся геноцидом казачества, но уже в современных условиях.

Я постарался объяснить на примерах тех публикаций, которые реестровики Верхнедонского округа размещали в местной газете, а также писем Коломейцева и Афанасьева, с той клеветой, которая была в них, что это – не «местный конфликт», а целенаправленное выдавливание исторической правды из самосознания народа и замена ее на современный суррогат и навешивание ярлыков, не свойственных Мемориалу.
Но понять до конца причины этих преследований, они так и не смогли, т.к. не могли уложить в своем сознании, что за то, что они увидели на Мемориале, в современной России еще могут быть преследования. Для них все увиденное и услышанное являлось основой их мировоззрения, и почему эта основа преследуется сегодняшней властью, — которая утверждала на конгрессе в своих докладах, что и у нее основа такая же, как и у собравшихся – они так и не поняли.

А на самом деле, оказывается, основа власти прямо противоположна. Значит, это – жуткое лицемерие и фальшь. И тогда, к чему призываются казаки Зарубежья? Какой положительный имидж России они могут пропагандировать в своих странах (к чему их и призывали докладчики), если у себя, власть России гнобит тех, кто стремится показать историческую правду.


Прояснив все вопросы по Мемориалу, казаки, приехавшие из-за рубежа, поделились своими впечатлениями о прошедшем конгрессе. При освещении их докладов, чтобы не искажать сказанное ими, вначале я просто дословно воспроизведу их слова, не добавляя от себя ничего.

Во-первых, они рассказали о том, с каким настроем многие делегации ехали на Конгресс и какие надежды они на него возлагали. Эти устремления находились в практическом русле и ставили практически один вопрос – закон о реабилитации казачества, предусматривающий постепенный возврат к традиционной форме административного управления на казачьих землях, восстановление территориальных образований в границах бывших казачьих войск и предоставление условий для развития экономики в них. На протяжении 20 лет данные вопросы не только не решились, но и не решаются вообще. Казачьи организации ушли от решения данных вопросов в общественную жизнь при существующей администрации, превращаясь из организации, должной представлять народ, подвергшийся жуткому геноциду, в профессиональное сообщество по поддержке правопорядка на своих землях с непонятными полномочиями и абсолютно неясной перспективой, при этом, обслуживая интересы чиновничества и противопоставляя себя всем другим казакам, живущим на своей земле.
К сожалению, этот вопрос никому из участников поднять на конгрессе не удалось.

Первый день конгресса был посвящен успокаивающим и абстрактным выступлениям руководства области и представителям президента, о значимости данного конгресса и том потенциале, который заложен в казачестве. Мало того, что все эти выступления носили общий характер и были просто-напросто нудными – их еще и не было слышно. Установленная в зале звуко-аппаратура была то ли плохо настроена, то ли вообще не годилась для данного зала, но слова выступающих в зале были не различимы и многие вообще ничего из выступлений не поняли.

Омрачился первый день конгресса еще и тем, что начался он на час позже – кто-то из руководства области президентского совета опаздывал на начало конгресса, и все ждали их появления.

Закончившийся первый день конгресса у приехавших на него казаков с Зарубежья вызвал определенное недоумение тем, что никому из приехавших не дали слова по тем вопросам, которые они старались на конгрессе поставить. На недоуменные возражения с их стороны им пообещали, что вот, завтра, будут «круглые столы», на которых они и смогут поднять данные вопросы. И не только поднять, но и принять резолюции, которые будут приложены к решениям конгресса и переданы руководству страны.

Подготовившись к следующему дню, делегаты разбились на секции по обсуждаемым вопросам. Но надежды на то, что предлагаемые темы будут всесторонне рассмотрены в присутствии делегатов съезда, не только с Зарубежья, но и тех, кто живет на казачьих землях – не оправдались.

На многих» круглых столах» присутствовали до 80 % казаков с Зарубежья и практически никого – с реестра. Получалась странная вещь : для кого, а главное, с кем – обсуждать вопросы будущего развития жизни на казачьих землях в отсутствии тех, кто там представляет казачьи организации? – это раз. А во-вторых, время, отведенное на проведение «круглых столов» было очень ограничено и, как правило, все они, под конец были скомканы и не привели к составлению тех резолюций, которые казаками были подготовлены.

С этого момента многие приехавшие уже стали высказывать вслух свои негодования по поводу проведения конгресса, сводившегося только к тому, чтобы «галопом», вскользь рассмотреть наболевшие вопросы и ничего по ним не принять, а в большей мере, бегать по автобусам, которые будут возить на всякие культурные мероприятия, обеды и приемы.

И тогда, многие казаки, приехавшие из-за рубежа, стали самостоятельно организовывать между собой встречи в гостинице, где размещались, стараясь найти в обсуждениях меж собой ответы на те вопросы, которые конгресс не стал рассматривать. Среди множества обсуждаемых вопросов встал и вопрос объединения всех казачьих организаций за рубежом в единое целое – Казачий Союз Зарубежья, который бы смог провести свой Конгресс без усердной опеки бюрократической машины, в которой погряз реестр.

Во-вторых, организовать проведение обще-казачьей конференции, на которую будут приглашаться не казаки с Зарубежья, а наоборот, казаки из Российской Федерации, чтобы встретиться не только с теми, кто представляет реестр, но и весь спектр казачьих организаций в РФ, реально занимающийся восстановлением казачьей жизни на казачьей земле.

И провести его не в Российской Федерации, а за рубежом, исключая при этом какое-либо влияние российской бюрократии. Так как многие из зарубежной делегации после конгресса заявили, что приезжать за тысячу верст только для того, чтобы услышать дежурные речи, нет никакого смысла. Да, конечно, хорошо, что мы все собрались; с теми, с кем были незнакомы – познакомились, но ни один из вопросов, с которыми мы приехали, не только не был решен, но даже и не рассматривался. В чем тогда смысл этого Конгресса?

Кроме рассказа о главных вопросах, которые не нашли своего отражения в работе конгресса, ряд гостей высказали и общее впечатление, как о поведении делегатов конгресса, так и по организации самих мероприятий. Несмотря на негативное впечатление по ряду ситуаций, говорили они не ради злорадства или обличения, а с болью в душе, понимая, что никакого возрождения, о котором говорили высокопоставленные чиновники в своих докладах, нет. Как наглядный пример, привели ситуацию по нахождению казаков в Храме во время воскресной службы. Когда через полчаса службы в Храме, кроме зарубежных казаков уже никого не было, практически все остальные ушли со службы и занимались, кто чем захочет – вокруг Храма.

Уже у нас, в Еланской, после докладов, прозвучавших из уст участников конгресса, выступили представители казачьих объединений , и я в том числе, рассказав о том, что, на мой взгляд, сегодня является основой дальнейшей деятельности казачьих организаций. Далее, еще в течение двух дней проходили встречи с приезжающими казаками и обсуждение вопросов с казаками Зарубежья.

Возвращаясь к Конгрессу : полная несуразица получилась и с итоговыми документами. По ходу пребывания гостей в Еланской, ко мне стали привозить документы конгресса.

Когда их видели участники конгресса – они с недоумением говорили о том, что их они не обсуждали и не принимали. Кто их составлял, и кто их выдал за принятые участниками конгресса документы– они понятия не имеют. Как будто все решения были приняты заранее и затем, не обсуждаясь, были оглашены как принятые.

 

 То же самое касается и резолюций «круглых столов».
Вот, совсем коротко, о прошедшем конгрессе со стороны тех, кто в нем участвовал.

Написав данное сообщение на форуме, я хотел бы обратиться к тем форумчанам, которые примут далее участие в обсуждении данной информации – не ударяться в злопыхательство и злорадство по тем негативным моментам, которые были на конгрессе.

Этого уже предостаточно и подобная позиция абсолютно бесперспективна. Я хотел бы в обсуждениях услышать то, что явилось бы основой для тех инициатив, которые огласили казаки Зарубежья в части создания Общеказачьего Союза и совместных с ними усилий по решению насущных проблем казаков, живущих в РФ. Надо уходить от бесконечного критиканства в позитивное русло практических дел. 
Свое мнение я напишу чуть позже  (2012 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

[«доброжелателю»]:       Несмотря на то, что Ваше сообщение мне не совсем понятно в ряде Ваших утверждений, все-таки попробую на них ответить.  Вы пишете: «Почитал. Интересно. Многое правда.

Но если на круглых столах почти не было реестровых, то, выходит, что виноваты в скомканности сами зарубежные гости и нереестровые казаки. Как и в том, что не были приняты резолюции.»

В чем виноваты приехавшие за тысячу верст казаки, которые никоим образом не могли готовить эти круглые столы? В том, что на них просто никто из местных реестровых казаков не явился по простой причине – им эти вопросы не интересны, потому и не пришли. Я многое не стал писать о том, что рассказали казаки из Зарубежья, тактично опустив многие вопросы поведения местных казаков на конгрессе. Так вот, отсутствие местных казаков на конференции – это не вина зарубежных гостей, а больная голова с похмелья после бурного возлияния накануне.
(…)

Далее Вы пишите: «У меня возник лишь один вопрос, что значит вопросы не поднимали? Кто должен их поднимать кроме самих участников? Почему их не подняли на круглых столах?»

Во-первых, приехавшие надеялись, что им дадут слово на самом конгрессе, где они бы и смогли поднять те вопросы, с которыми приехали, будучи наделены полномочиями от казаков этих стран. Им просто этого слова не предоставили, отдав все время помпезным речам чиновников.

Во-вторых, они предприняли шаги, уже на круглых столах, эти вопросы вновь поднять. Но с одной стороны, там были практически одни казаки с Зарубежья, а во-вторых, как только вопрос коснулся формулирования проблемы, те, кто проводил круглые столы, тут же их закрыли, пояснив, что времени больше на обсуждение эти проблем нет – поехали на очередное «культурное» мероприятие. Поэтому, вечерами в гостинице и обсуждали эти проблемы самостоятельно.

(…)

И последнее Ваше утверждение : «Путь решения вопроса о органах казачьей власти уж точно можно решить. Соберите подписи и поднимите вопрос на референдуме. У вас же очень много сторонников. Почему не хотите попробовать? Или боитесь, что на референдуме проголосуют против?»

Это на бумаге просто написать либо в разговоре обсудить. Но вот дело требует совсем иных усилий.  На форуме отчасти Вам уже ответили  в главном.

Суть не в том, как назвать и за что проголосовать. Суть лежит, как я уже не раз писал, в качественном изменении системы управления. Какой толк менять одного бездаря на другого, сменив вывеску на здании?

Это, во-первых. Во-вторых, любая работа ( а референдум – это работа) требует организации. Те организации, которые ныне существуют среди казаков, своей косностью, выражающейся либо в отрицании любой власти, либо раболепствующие перед существующей – не способны на такую работу. Иных пока нет, возможно, такое сообщество удастся создать в будущем. Тогда в нем воспитается необходимый качественный кадр, который и сможет смену вывески подкрепить и качеством содержания.
Именно о создании условий по подготовке этого качественного кадра и хотели сказать казаки с Зарубежья, которым этого сказать не удалось.  (2012 г.; см. полностью на форуме здесь)

 

***

 

Серьезность рассматриваемого вопроса требует ото всех, желающих принять участие в его обсуждении, и серьезного отношения к нему. Поэтому не будем более углубляться в межличностные выпады и искание блох друг у друга, а поговорим по сути.

Во-первых, о самом конгрессе. Зная определенную информацию о том, как готовился конгресс, хотелось бы именно с этого и начать. Качественный состав 4-го конгресса на этот раз определялся не столько реестровым руководством, сколько мидовскими работниками и администрацией президента, что тут же сказалось на той неразберихе, которая была практически до самого начала конгресса. Многие из казаков из Зарубежья так и не смогли на него попасть, потому что мыкались со своими заявками между администрацией реестра и администрацией посольств.

Не получив полномочий по приглашениям, реестр самоустранился, а мидовские работники многих пропустили.Таким образом получилось, что две категории казаков, живущих за рубежом, выпали из участия в Конгрессе.

Была еще и третья группа, которая приглашения все-таки получила, но по соображениям того, что конгресс будет более похож на бюрократическое заседание эпохи застоя, на него не поехали.

Второе: Конгресс способен был бы стать очень значимым событием — если бы организаторы конгресса ставили перед собой задачу не просто провести мероприятие для отчета перед руководством, а задачу практическую – собрать казаков со всего мира и рассмотреть насущные вопросы, заключающиеся в постановке всего трех проблем:

1) Определение основополагающих задач развития народа в современных условиях;

2) Анализ результатов работы казачьих организаций за 20 лет в достижении этих задач;

3) Определение направлений работы по достижению поставленных основополагающих задач, стоящих перед казаками для:
— находящихся в РФ;
— находящихся в Зарубежье.

Вот по этим трем вопросам и стоило бы собрать всех казаков, но не просто со всего мира, но и, в первую очередь, со всей России. И здесь нужно было, в первую очередь, выстраивать приглашение казаков не по принципу принадлежности к реестру, а по принципу существующих на сей день казачьих сообществ, которые бы выдвинули своих кандидатов на конгресс. Зачем реестр представлял казаков, живущих в России, только членами реестровых округов? (и их было довольно много — с каждого округа по 5-8 человек) – для чего? Чтобы они просто послушали, поглядели да себя показали?

Но кроме кандидатов от существующих казачьих организаций, как в России, так и за рубежом, необходимо было пригласить и тех, кто ни в каких организациях не состоит, но у которых есть что сказать по тем вопросам, о которых я уже написал выше.

Обобщая все указанные вопросы для конгресса – главной целью его должно было стать ознакомление участников со всей палитрой казачьих сил, имеющихся в казачьей среде, и выдвигаемых ими задач. Принятие, для адекватной части присутствующих, тех позиций, которые станут основой совместной деятельности.

Конечно же, были бы и маргинальные выступления, и не имеющие под собой основания, голословные, и праздные и т.п. – но казаки, собравшиеся на конгрессе, смогли бы сами , без чиновничьей подсказки, определиться в своих приоритетных задачах. И на их основе выработать план осуществления этих задач. Наносное, пафосное и нереализуемое – отбросить; здоровое и конкретное – взять за основу дальнейшей работы.

Заодно, раз и навсегда, вынести суждения по тем лидерам и организациям, которые водят свои общества по темным и бесконечным закоулкам мечтаний и несбыточных надежд.
Как раз и навсегда совместно решить вопрос отношения казаков к тем, кто по воле судьбы встал на сторону войск Вермахта, надеясь этим шагом решить вопрос освобождения своей Родины. Решить самим казакам и поставить на этом жирную точку, прекращая инспирировать на этой базе всякие инсинуации и провокации, уводящие казаков от практического воплощения поставленных задач в жизнь.

На конгресс необходимо собирать тот кадр, который качественно мог бы рассмотреть эти вопросы, а не зевать в партере и ждать, как бы поскорей пригубить заготовленное зелье для веселья и вечерних посиделок. И здесь не нужен ни охват, ни чины – здесь нужны те, кто готов предлагать план действий и осуществлять его претворение в жизнь.

Но надеяться на такое, в рамках действующей власти сегодняшней РФ, навряд ли возможно.

И тогда, если будет создаваться Союз Казаков Зарубежья, то он должен взять на себя эти функции и рассмотрение этих вопросов в той постановке, о которой я сказал выше. И уже, организовывая конгресс у себя, исключить все недостатки предшествующих, приглашая с России к себе тех, кто сможет предложить казакам те действия, которые требуют совместных усилий.

Создавать союз казаков Зарубежья без участия в нем казаков, живущих в России, на мой взгляд, абсолютно бесперспективно и беспочвенно, т.к. в данном случае те вопросы, которые должны бы стать основой, уйдут на второй план, а останутся только те, которые буду непосредственно затрагивать казаков, живущих в эмиграции. Это – первое.

Второе. Необходимо понимать: любая организация требует материального обеспечения. Проведение Конгресса в России и обеспечение реестра в полной мере идет за счет государства. Затраты по сравнению с другими тратами по схожим аспектам – мизерные и для государства не обременительные. Но для частных лиц или казачьих организаций, состоящих из тех же частных лиц, это может быть ношей неподъемной.
Поэтому, перед тем, как создавать Союз Казаков Зарубежья, необходимо очень тщательно подумать: на какие средства он будет существовать и организовывать те или иные мероприятия. То ли это будут членские взносы и тогда необходимо выяснить — будут ли они платиться; то ли это будут чьи-то пожертвования и тогда необходимо понять общие затраты и соизмерить их с предполагаемыми пожертвованиями; то ли это будет комбинированный метод. Но каковым бы он ни был, без решения этого вопроса создавать Союз Казаков Зарубежья, на мой взгляд, нельзя.
Создастся неработоспособная форма, которая дискредитирует саму идею.

Просто нужно понимать: никому, кроме казаков, это не нужно. Ни одно правительство в этом деле помощь оказывать не будет, а если и будет, то, наверняка, преследуя какой-то свой интерес. Но казаков такая помощь по рукам не должна связывать.

И еще немаловажный вопрос, о котором необходимо помнить: в настоящее время в Зарубежье находится около 5 млн.человек из РФ, приехавших туда уже после развала СССР.
Малая часть из них , оставаясь еще с тем же советским мышлением, активно участвует в общественной жизни эмиграции, проводимой посольствами РФ в этих странах. С их помощью создаются новые казачьи объединения, которые могу стать «троянским конем».

В этих вопросах необходимо очень внимательно разбираться и при создании Общеказачьего союза за рубежом не позволять этому «троянскому коню» вносить смуту и раздрай так, как это было сделано в России.
Вот почти что так я и высказал свое мнение при обсуждении вопроса с делегатами Конгресса, приехавшими в Еланскую.

То же самое написал и в письмах тем, кто просил озвучить свои мысли. Так что, уважаемый «Спецназ», на Украину казакам я тоже сегодня написал.

Безусловно, данное дело требует отдельных встреч и согласований позиций по многим вопросам. А так как мы сегодня практически все время тратим на создание политической партии, то к данному вопросу можно будет вернуться уже в рабочем ритме – зимой или к весне. Если, конечно, ничто не изменится.

Кстати, к политическому объединению казаков, поставивших целью устройство справедливой власти из лучших представителей народа на казачьих землях, все казаки Зарубежья, бывшие у нас, отнеслись одобрительно, и без той помпезной мишуры, утверждающей, что «казаки – вне политики». (2012 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

***

 

Последнее, что я хотел написать о Конгрессе, так это ответ на довольно большое количество электронных писем, пришедших в мой адрес, телефонных звонков и т.п. — в части претензий, касающихся того, что я якобы нападаю безосновательно на реестр, и если я «такой умный», то мог бы и сам организовать его и провести с теми решениями, о которых я говорил в своих сообщениях.

Вначале я хотел поблагодарить администратора форума ВВД, который убрал сообщение некоего «Михаила», разместившего на данном форуме мое сообщение (от 5 октября) о приезде участников конгресса в Еланскую, сделав дополнительно, как бы от меня, следующую приписку: «Всемирный конгресс казаков возглавили: жид Д.Н.Козак-председатель ВС и жид В.П.Водолацкий – зам.председателя ВС . Как говориться картина Репина ”Приплыли” :два дня гребли ,а лодку отвязать забыли.» И моя подпись.
Понятны стремления «Михаила» стравить казаков между собой. Но еще раз благодарю Администратора форума ВВД за справедливое действие по удалению слов, мне не принадлежащих.

Что же по существу — начну с главного. Время обмена любезностями и нахождения форм общения, когда, при остро стоящих проблемах, эти проблемы замалчивают только по причине возможной обиды для слушающих или читающих – прошло. Его у нас уже давно нет.

Вопрос стоит иначе – будет ли народ уничтожен окончательно и подменен профессией под названием «казак» или у нас еще есть последний шанс, которым мы можем воспользоваться и не распылиться под теми ударами судьбы, которые обрушились на казачество в ХХ и ХХI веках.

Поэтому, во-первых, конгресс я провести не могу из-за отсутствия тех средств, которые необходимы для его проведения. Подобное мероприятие под силу только государству, либо всему сообществу казаков, которые, сообща, смогут осуществить его проведение.

Во-вторых, почему не допустимо казакам высказывать свое мнение, которое формулируется не по злобе или ненависти к кому-либо, а исходя из понимания, что подобное мероприятие при той силе, что там была, приняло абсолютно пустые решения.

Если кто-то заявляет, что он является ответственен за какое-то дело, тем более, говоря о том, что он выступает от имени всех казаков, ну тогда и спрос с этого ответственного, со стороны казаков, должен быть соответствующим. Реестр вместе с реестровым Атаманом взял на себя эту ответственность, поэтому с них и спрашиваем.

Прятаться за взаимными упреками – не гоже. Если взял в руки булаву, будь добр ей соответствовать. Как необходимо соответствовать и всем казакам, собравшимся в реестре, казачьим интересам и чаяниям.

Что же касается самой резолюции, то, для тех, кто упрекает меня тем, что «взял бы и написал свою», — я отвечаю:
на мой взгляд, она должна была выглядеть следующим образом.

Из принятой резолюции:

Я бы написал следующее:
Признавая служение народу, Отечеству и вере православной главными задачами казачества.

В очередной раз повторяется одна и та же ошибка – во главу угла ставится не народ, а понятие Отечества, подразумевающее государство (т.к. слова «народ» в данном предложении отсутствует). Я уже не раз писал: Отечество сильно народом. И если государство работает на власть, себя охраняет и защищает, то ничего путного не выйдет, как не вышло в советское время, как не выходит и в нынешнее. Потому что за обликом Отечества, несомненно, близкого и дорогого сердцу и душе, упускается ответственность за конкретных живущих ныне людей, которые-то и хранят это Отечество и являются его основой и высшей ценностью.

Далее из принятой резолюции :

Как бы написал я:
считая самобытную казачью политическую культуру основой народовластия в казачьих землях, создавшей казачий уклад жизни.
Почему именно не песни, пляски и другие не «проясненные» « традиционные казачьи ценности», а именно ценность политического народовластия казаков является основой уклада казачьей жизни, я уже не раз объяснял, и те, кто хочет с этим ознакомиться, может посмотреть здесь ( http://forum.elan-kazak.ru/t1552-topic#25164  — ссылка на форум, заблокированный на сегодняшний день.)
Из принятой резолюции конгресса :

Стоило бы написать следующее:
Подтверждая необходимость развития и обогащения национального самосознания казаков…

Почему именно так? Да потому, что этого национального самосознания нет у взрослых, так как оно может появиться у молодежи. Кто их будет учить?

Из принятой резолюции конгресса :

Я бы исключил выражение «взаимовыгодное сотрудничество» или, в крайнем случае, заменил бы на «братское сообщество».

Также исключил бы и следующее: «и тесного взаимодействия между Русской православной церковью и Русской православной церковью за границей».

Не потому, что не считаю это главным или полагаю это для казаков второстепенным. А потому, что, на мой взгляд, это, в очередной раз, — втягивание Церкви в несвойственную ей миссию. И что хуже : создание подмены Церковью — своей личной ответственности за конкретно выполняемую работу. Церковь – мать. А с матерью не взаимодействуют, ее любят и охраняют от бед и страданий, заботясь о ней с сыновней ответственностью.

Из резолюции конгресса:

Я бы этот пункт убрал полностью, т.к. он абсолютно пустой. Экономическое сотрудничество и т.п. подвластно совсем другим законам и резолюциями не решается.

Из резолюции конгресса :

Я бы написал иначе:
Рассматривая положительный опыт службы казаков в Казачьих подразделениях Российской Империи, формирующихся по традиционному казачьему принципу набора служащих в военные соединения, соответствующие Войсковым округам.

Какой толк формировать казака-воина, который попадет в военную часть, которая его переформатирует и перевоспитает в казака-сборщика окурков на плацу или казака-унижаемого дедовщиной или дагестанскими «художниками», пишущими на спинах русских солдатиков слово «Кавказ». Военный призыв казаков, о котором уже 20 лет долдонят все, кому не лень, должен, наконец-то, формироваться в казачьи полки и иные военные соединения, где и офицеры и солдаты — из казаков, и где воинская доблесть не втаптывается в грязь пороками сегодняшней системы, а приумножается казачьим братством и взаимовыручкой.

Далее в резолюции конгресса записано :

Я бы все это убрал. Если нужно было бы поблагодарить Президента и других, написавших правительственные письма, то в конце резолюции так бы и написал : «Конгресс благодарит тех-то и тех-то за то-то и то-то».

В резолюции конгресса:

Правильный пункт, но декларативный, а поэтому абсолютно бесполезный и никчемный.

Поэтому я бы вначале провел конгресс так, чтобы этот пункт стал жизненным, а уж потом написал следующее:

Принять участие в обще-казачьем круге по рассмотрению следующих вопросов:
1) ……………
2) ……………..
3) ……………..

А вот каких вопросов — и должны были решить пленарные заседания и заседания круглых столов, на которые должны были быть приглашены делегаты ото всех казачьих сообществ и отдельные казаков, имеющие свои предложения. Причем, эти делегаты должны быть выразителями не столько тех многочисленных идей, которые щедро разбросаны по обществам, сколько основополагающих предложений, касающихся всего казачьего народа в целом.

Но об этом я уже написал в сообщении от 9 октября http://forum.elan-kazak.ru/t1639p15-topic#26345 , где указал и предполагаемые вопросы.

В обращении к Президенту и Правительству РФ, которое написано в резолюции первыми строками, по пунктам идет:
1. Распространить…
2. Проработать…
3. Рассмотреть…
4. Поручить…

Никто ничего не будет распространять, прорабатывать, рассматривать и поручать. Необходимы конкретные предложения конкретно разработанных программ и действий, которые Президент и Правительство либо примут и обеспечат их выполнение, либо отклонят. И эти конкретные программы и действия и должны были быть разработаны казаками на конгрессе и включены в резолюцию, без непонятно сформулированных приложений и каких-то надежд, что за них кто-то и что-то будет разрабатывать.

Далее в резолюции идет Обращение


Я бы убрал всё Обращение, по той же самой причине, о которой уже говорил, когда писал о Церкви вначале.
Церковь – это не госаппарат, и не структура, способствующая активизации сотрудничества и т.п.

Вообще в практике казачьих кругов до революции и в Зарубежье что-либо подобное было? Нет. Зачем втягивать Церковь в несвойственное ей действо по установлению и решению хозяйственных и политических вопросов? Она должна оставаться нашей совестью и тем индикатором, по которому необходимо эту совесть сверять.

И вновь подчеркну, говоря подобное, я не умаляю роли Церкви в жизни казаков, наоборот, ставя ее основой казачьей жизни, я не допускаю подмены личной ответственности и отсутствия этой ответственности «неэффективной» деятельностью Церкви, на которую всегда ссылаются нерадивые деятели, которые не в состоянии сами решить стоящие перед ними вопросы.

Обращение в резолюции – к казакам всего мира.
Опять тот же принцип:
1. Активнее работать…
2. Принять активное участие…
3. Проводить…
4. Хранить, развивать и приумножать…
5. –
6. Считать важным направление…
7. Способствовать реализации…
8. Способствовать активному…
Опять все дежурные слова: что значит «активно работать» и «принять активное участие»? Как и кем она, эта активность, будет измеряться?

Еще раз повторюсь, должны были быть разработаны конкретные мероприятия и конкретные дела, которые должны были быть осуществлены конкретно указанными людьми в конкретно указанные сроки. Это нужно было разработать на круглых столах и рассмотреть, поправить и принять всем на конгрессе.

И еще. «Казак без Веры – не казак» — хороший лозунг, а вот то, как он казаками исполняется, показала воскресная литургия, на которую приехали участники Конгресса и на которой через 15 минут уже никого не было. Зачем писать «способствовать», если сами не понимаете, чему? Поэтому, в этом, самом главном, вопросе не должно быть лицемерия и столь ужасного цинизма. Тогда и не будет лицемерия и цинизма в документах.

И наконец, в этой теме я хотел бы и ответить на все те высказывания, которые прозвучали во многих темах форума: о предложениях к выдвижению своей кандидатуры на пост Атамана ВВД, планируемого на осень Круга по избранию Атамана.
Да, действительно, были предложения от Атаманов реестра, некоторых глав районов и городов Ростовской и Волгоградской областей, предпринимателей области и руководителей ряда общественных организаций о выдвижении мной своей кандидатуры на этот пост.

Чтобы было понятно мое решение, я хотел вначале сказать следующее. Надо признать, из всех существующих казачьих организаций, реестр представляет собой самую большую, которая структурирована и объединяет казаков во всех округах в бывших границах ВВД. Данная структура более работоспособна, чем иные, по причине, хоть и не совсем полного, но все-таки имеющегося, государственного финансирования.

Действительно, в составе реестра есть еще и здоровые казачьи силы.
Но сообщество всегда порождает своего лидера и выдвигает его в соответствии с устремлениями этой среды, с ее обликом, с ее чаяниями и с ее целеполаганием. В особенности, это касается казачьего сообщества, в котором казаки не выдвигают своих кандидатур на пост Атамана. Пост Атамана предлагают казаку сами казаки, выбрав из своего состава того, кто в данное конкретное время с теми существующими субъективными и объективными факторами, характеризующими эпоху, способен более эффективно и с максимальной пользой для всего казачьего народа справиться и стать во главе всех казаков. Так было, когда выбирали Атаманом А.М. Каледина, П.Н. Краснова – в период смуты. Так было и в эмиграции.

То же, что творилось с выборами Атаманов в постсоветское время в РФ, более напоминало грызню враждующих и противоборствующих группировок да подковёрные игры отдельных тщеславных лидеров, использующих , в одном случае, круг своих приближенных, в другом случае – властные рычаги давления.

Результат: плачевное состояние сегодняшнего реестра. И чтобы выйти из него, казакам необходимо вернуться к исконному принципу избрания Атамана. Самим, не обращая внимания на назойливость агитаторов от бюрократии и их выборные манипуляции, выбрать среди своего состава самого достойного, на их взгляд, способного в современных условиях, в современной сложившейся обстановке, принести максимальную пользу, и выдвинуть его на пост Атамана. И, не обращая внимания ни на какие препятствия и уговоры властей, чинуш и т.п., бороться за своего кандидата в Атаманы до конца, до Победы. Только в этом случае Атаманом станет тот, кто более полно будет отражать чаяния казаков, собравшихся в реестре.

Выдвижение же просто лично своих кандидатур на Атаманский пост в очередной раз превратит Круг в бесконечную грызню меж собой с прогнозируемым результатом; а промеж этой грызни на Круг привезут таких делегатов, которые большинством голосов выберут ставленника сегодняшней системы.

Но кого казаки могут выдвинуть сами в Атаманы? Кандидатов в реестре не много, но они есть. И один из них, к примеру, П.Г. Сериков – достойный казак, показавший уже в своей работе и способности, и волю. Также и ряд других казаков. Кто сможет быть лучшим — определиться должны сами казаки, своим государственным складом ума.

Поэтому будущий Атаман реестра будет являться лицом данной организации, на которое впоследствии не стоит никому из реестра пенять, т.к. оно будет зеркальным отображением всего казачества, собравшегося в реестре. (2012 г.; см.полностью на форуме здесь 

***

 

 УПОМИНАНИЯ:

  • Цитата форумчанина: «Если Вы озабочены глобальными ценностями, то мы вынуждены заниматься такими прозаическими делами, как реконструкция национальной культуры, а именно, песенной, боевой и даже кулинароной».

Ценности не бывают ни глобальными, ни сиюминутными – они вечны и непреложны, глобальной и сиюминутной бывает выгода. Именно из этих вечных ценностей и складывается настоящее и будущее строительство. Реконструкция же национальной культуры выстраивается не только на песенной, боевой и даже кулинарной основе, а, в большей степени, на памяти о героях, носителях этой культуры, исторической памяти народа. 

В Древней Греции был трактат «Воспитание гражданина», который являлся настольным учебным пособием для всех учителей. Главным смыслом этого «учебника» являлось то, что основой воспитания будущего гражданина Греции является пример героев и вождей Греции: их пример жизненного служения своему Отечеству, их борьба и подвиги, а уж потом военно-воспитательное обучение, философское и т.п.

Что сегодня в казачьих движениях способствует такому воспитанию? Да нет ничего – Новочеркасский музей или его клон в Старочеркасской, музей в Раздорской, Азове и т.п.? – все это довольно общий взгляд на «исчезнувшую» цивилизацию: крынки, кубышки, веретено да пяльцы. Безусловно, хорошо, что они есть, но этого катастрофически недостаточно для восстановления главного, без чего никакое иное восстановление невозможно – духа, целеустремленности, служения.
Поэтому и получаются такие вот нюансы – Вы все знаете творческий песенный коллектив «Православный Дон» из Боковской – патриоты, фольклорные экспедиции, возрождение национальных корней, а вот собравшись на открытие Мемориала в 2007 году, после «сигнала» от администрации не приехали, сославшись на занятость. Великолепный наездник Богородский Е., также знаком многим как конный каскадер, казак, участвующий во многих кругах и общественной жизни казаков. Стало ему туго, он пришел ко мне – мы помогли выкупить лошадей, которых у него хотели забрать. Помогли на условии, что он организует детскую конную школу, а он, забрав уже наших лошадей, уехал в турне, да так и не приступил к занятиям с детьми. И подобных примеров можно приводить до бесконечности, причем, из личного опыта, а не по слухам. Не помогли ни песни, ни танцы, ни боевая, ни конная выучка воспитать твердость духа, честь, волю, мужество. Я никоим образом не собираюсь их в чем-то упрекать – наверное, житейские обстоятельства оказались выше провозглашаемых идеалов и того, что мы говорим в суде о героизме наших предков. Не воспитал фольклор этого чувства и необходимых черт.
И не мог воспитать, т.к. воспитываются они только в реальной (не в виртуальной) борьбе. В борьбе с конкретным произволом, с подлостью, с трусостью, с окружающей несправедливостью. Не теория борьбы и не дальняя ее цель, а сама борьба с падениями и поражениями, с подъемом и победами воспитывает характер, сплачивает народ и выводит его из рабского всезнайства и «гордячества» в творческого созидателя.

И именно способность к подобной борьбе – реальной, а не бутафорской, — выделяет казачество из всех других, и именно это качество сегодня утрачено и именно сегодня его необходимо восстанавливать. А восстановить можно на примере тех, кто с этим качеством жил, не замечая его, считая его своим естеством. Утеря воинского духа сегодня оправдывается рациональностью, раньше подобная рациональность называлась малодушием. (2009 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

  • (…)  Можно что угодно придумывать и сочинять, ища внешних и внутренних врагов. Ясно становится одно.   То, что должно сидеть в сознании гражданина РФ, определяется не свободой его выбора и ограничивающий этот выбор совестью, а диктатурой политической элиты, воцарившейся в государстве. Они боятся не Краснова П.Н., и конечно же, не того, что сами о нем напридумывали. Они боятся вот этого:

 


 

Боятся, что молодая поросль будет воспитываться не на идеях интернационального подчинения очередной идеологической утопии с безнравственным насаждением жажды всеядного потребления, а на идеях доблести, чести и чувстве собственного достоинства, достоинства в глазах Божьих, и своего народа.
И примером этому могут послужить все те, кто и представлен в Мемориале. Вот почему он им ненавистен и вот почему они его стремятся уничтожить всеми средствами.
Им ненавистна и в большей степени боязно, что казаки начинают осознавать, что можно еще устроить свою жизнь не болтовней на форумах, а работой на своей земле. Их беспокоит то начавшееся объединение казачьих сил вне амбиций их лидеров и принадлежностью к тому или иному сообществу.
За несколько дней до конференции казаки впервые совместно участвовали в Крестном ходе:

   
совместно расчистили на месте Храма в х.Варваринском десятилетиями лежащую свалку и водрузили на ее месте Крест, проведя в честь стоявшей на данном месте церкви Архангела Михаила — день хутора, не привязывая его к вымышленному для хутора дню.

Вот что их тревожит и вот почему и многие, именующие себя казачьими, форумы изо всех сил стремятся как можно больше замутить и оболгать. Но я думаю, что время и наше усердие все расставит по своим местам и отделит зерна от плевел. (2010 г.; см. полностью на форуме здесь

  • (…) Свои дела казаки должны делать своим умом и своими руками. Своей волей. И эту волю необходимо собрать в кулак, а не распылять ее в разномыслии и фантомных проектах. Пора выйти из детского ребячества и по государственному разумению взглянуть на происходящее.

Я не раз говорил, что казачий национализм, выстроенный на пренебрежении к русской истории и русскому народу, некогда единому для всех нас Отечеству, выстроенный на злословии в адрес антибольшевистских сил Русской Армии времен Российской Империи и гражданской войны – это очередной виток увода казаков от реального и необходимого творческого общественного делания в бесконечную и безрезультатную грызню меж собой. Я не раз говорил и о том, что такой казачий национализм – это беспроигрышная карта сегодняшней системы в дальнейшем уничтожении самой сути казачества. И последнее заявление Водолацкого – тому подтверждение.

Рассудите сами: полностью зависимый от системы человек, депутат от правящей партии, которая является частью этой системы, и вдруг… Обращение к казакам о переписи населения, в которой казаки обязаны записать себя как отдельный народ. Что это? Воля казака, пошедшего против системы и правящей партии в ущерб своему положению, или нечто иное?

Мы все помним инициативу Водолацкого по поводу реабилитации П.Н.Краснова. Где бы я ни был ( а был я во многих станицах), нигде казаки, находящиеся в реестре, не высказывались против этой реабилитации. Но, получив приказ «сверху», Атаманское правление реестра отменило свое желание в реабилитации П.Н.Краснова, сославшись на «мнение казаков», которое было, на самом деле, прямо противоположным. Четкая подчиненность и полная зависимость, а тут вдруг – неповиновение… Не вяжется. Значит не только позволили, но и приказали сделать такое заявление. Для чего? Многие уже стали объяснять это тем, что перехватывается инициатива. Возможно, — и я также говорил об этом, но только в ином контексте. Если система пожелает казаков ублажить, признав народом, то элиту этого народа она подготовит сама, чтобы иметь возможность в нее намертво впаяться и стать ее частью.
Но мне думается совсем иное – подобное заявление, безусловно, вызовет тот же эффект борьбы внутри казачьего сообщества, как это произошло ранее между реестром и общественниками. Только теперь будут сражаться между собой за свою принадлежность к народу, исходя из того, а что же это за народ, кто имеет право им называться и каково его отношение к России. И вот, уже как минимум 2 лагеря противостояния организованы. Вялотекущая борьба сегодня, уже готова, судя по всему, перейти в непримиримое противостояние завтра. А на это уйдет еще с десяток лет. Время вполне достаточное, чтобы на Дону и других казачьих землях провести инвентаризацию собственности и земель и лишить казаков основы их жизнедеятельности, превратив их в пролетариат. И покатится весь казачий народ по городам и весям, растворяясь в россиянах на бескрайних просторах РФ…                                                                                                                                     Я недавно приехал с Дона. Среди прочих встреч, запомнилась встреча с казаками в станице Каргинской. Запомнилась по двум вопросам, поднятым на встрече.

Один казак рассказал про своего сына, который, будучи малым, с восторгом одевал казачью справу и ходил с батей на круги, участвовал в общественной жизни станицы. За эти двадцать лет подрос, женился и уехал с семьей со станицы. Уезжая, сказал отцу, что все это казачество – бирюльки, что казаки не могут устроить своей жизни, наладить работу и быт – «поеду туда, где платят».

А другой казак заявил, что ничего и не получится, что фермеров задавили невыносимыми условиями по кредитованию и сбытом готовой продукции, а соединить силы для совместной, более эффективной, деятельности они не могут, потому как договориться меж собой сложно, а порой и невозможно. «И казачье сообщество тут не помощник, — говорил он, — никто этими вопросами заниматься не желает. Поэтому год-другой позанимаюсь и тоже брошу». И т.д. и т.п.

Лет десять, не больше, и у казаков выбьют основу того, что их сделало казаками. И эти десять лет как раз и проведем в спорах и грызне. В отыскании и выхватывании цитат, малоподтвержденных фактов, чтобы и дальше утешать собственное самолюбие неформальных лидеров…

Конечно же, поднятые на той встрече вопросы мало интересуют тех, кто уже давно не связан судьбой с землей Присуда и с жизнью казаков на ней. Не важно для них – будет ли казак на своей земле хозяином, либо таким же нанятым, а по-сути крепостным, работником. Потому что общественно-политическая жизнь на местах как не выстраивалась ранее, так и не выстраивается она и сейчас. Им представляется, что одним признанием казаков народом все проблемы решатся сами по себе.  Не решатся. (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

СМ. ТАКЖЕ :

  • ВЛАСТЬ
  • ОБЪЕДИНЕНИЕ СИЛ
  • СОЗДАНИЕ ПАРТИИ
  • и др.

P.s. страницы Энциклопедии находятся в постоянном пополнении и обновлении по мере размещения новых сообщения В.П. Мелихова на форуме.

Новости Волгоград по материалам сайта. На сайте http://energoprofi23.ru теплый пол электрический.