— Детство. Семья. Воспитание

МЕЛИХОВ: СЕМЬЯ. ДЕТСТВО. ВОСПИТАНИЕ

(выдержки из высказываний В.П. Мелихова с форума  http://elan-kazak.ru/forum/index.php )

СМ. ТАКЖЕ:

 

  • МЕЛИХОВ: ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ КАЗАКОВ САЙТА «ВОЛЬНАЯ СТАНИЦА»(2010 г.)

 

***

Форумчанину:  Мой дед был призван в РККА в первые дни войны и прошел с боями, вырываясь из окружения до Сталинграда. Неоднократно был ранен. Бабуля даже получила похоронку и, собрав детей, в том числе и моего отца, оплакивала его. А он, во время разведки, попал в плен под Сталинградом. Из плена бежал, скитался по степи месяц, голодный и больной, потерял сознание. Случайно подобрали на поле женщины, каким-то чудом среди них оказалась знакомая казачка, которая перетащила его на хутор, а потом еле живого привезли домой. Бабушка его выходила, пряча в погребе. Как только он очухался, пришла Красная армия – допросы, избиения, хорошо не расстреляли — в части, которая освобождала Шахты, нашлись его сослуживцы, а у них все его документы и награды. Они-то и спасли ему жизнь. После того, как он выздоровел, на фронт его не взяли, а направили на восстановление шахт. В забое у него была бригада – один такой же, как и он (правда, отозванный прямо с фронта на восстановление) и 30 пленных немцев, которые через пару, тройку месяцев умирали от голода, а вместо них присылали других. 

В эти голодные дни бабуля на тормозок давала 1-2 початка вареной кукурузы, 3-4 картофелины, да бутыль звара, и вот, когда он садился перекусить, то тридцать голодных пар глаз смотрели на него и он все отдавал им, оставаясь сам голодным – потому что глядя на пленных (вспоминая и свой плен) не мог есть при умирающих от голода немцах. Бабуля об этом узнала, перестала ему давать тормозок, потому что дома были еще четверо детишек, тоже голодающих. Так дед тайком брал початок-другой кукурузы и несколько картофелин и относил в забой пленным немцам, которые порезав сырую картошку и кукурузу вместе с кочерыжкой, делили ее меж собой и ели.

Его напарник, казак из Раздорской, заложил начальству об этих проступках – деда чуть не посадили, ограничились переводом с забоя на выгрузку с вагонеток угля – а там уже работали пригнанные мадьярки. И такая же история – месяц-два и вместо двадцати женщин, умерших от перегрузки (выгрузка-то – работа только для мужиков), присылали новых.
Чтобы хоть как-то облегчить им работу, дед придумал приспособление по опрокидыванию вагонеток – и вновь донос – теперь уже от казака-мастера смены (сам он был с Богаевской). И вновь мордобой и вновь угрозы ссылкой. Заступился хохол – директор шахты – перевел на разработку нового штрека, где работали все местные.

Когда я ходил в школу, была такая традиция: на 23 февраля и 9 мая в школу приглашали ветеранов войны – родственников учащихся. Их торжественно встречали, вручали подарки, а они рассказывали о боевых буднях. Несколько раз я получал указания от классной руководительницы пригласить и своего деда. Но он никогда не соглашался, он никогда не надевал свои боевые награды. И постоянно как-то уходил на другие темы, когда я спрашивал его о войне.

Вот про немцев на шахте, мадьярок, которые умирая, оставались днями неубранными на шахтном дворе, он с горечью иногда говорил, наверное, стараясь передать то, что я еще тогда не осознавал.

Высказался он перед смертью, когда я, уже окончив институт, работал на заводе и, приехав в отпуск домой, видел как мой дедуля угасает. У него был силикоз (профессиональная болезнь шахтеров), ему был трудно дышать и при каждом кашле он выплевывал частички своих легких, забитых угольной пылью. Он, наверное, понимал, что более уже меня не увидит, и поэтому решил дать последний совет: «Держись от власти как можно дальше, не давай себе в нее втянуться, они погубят и тебя и твою душу».  Я был крайне удивлен, никогда на подобные темы он со мной не говорил. Никогда не рассказывал больше, чем, как он считал, нужно, чтобы не зарождать во мне какого-то противления тому устройству общества, в котором мы все жили. Он никогда это устройство не хвалил, но и при мне никогда не хаял. Сейчас уже припоминаю отдельные разговоры его при встречах со станичниками, но они переговаривались тогда меж собой, и в памяти это не откладывалось. 

А тут вдруг такое! Меня и раньше-то всегда удивляло и то, что он так милостиво к пленным немцам относился – ведь они фашисты, звери, а он им последнюю картофелину с дома приносил. Но то, что я услышал дальше, меня не только поразило, но прямо ошарашило – «приедешь хоронить, на кладбище медальки мои не несите, а лучше выбросить их». Я даже не сразу и понял, начал было говорить, что, мол, еще нас всех переживешь, рано на тот свет собираться. Но, не обращая внимания на мои слова, он продолжал говорить, как бы наставляя меня в долгую дорогу. Он рассказал о том, как бабушка, записанная на выселки в Сибирь, была им украдена из-под ареста и они убежали с хутора в Шахты, где он и устроился в забой; о том, как приезжали к нему на шахту его земляки, убегающие от коллективизации, и как он их скрывал у себя в землянке, а потом помогал им устраиваться на работу; как все эти годы голодовали; как умерли их первые с бабушкой дети (мой отец, рожденный в 1932 году, был первым, кто остался жив), как пережили страшный голод, когда, пока дед был на шахте, бабушка ходила по дворам и продавала все, что у них еще оставалось. Дошло до того, что продали последнюю обувь и все ходили в обметках – и в мороз и в слякоть. Он рассказывал о войне, ее ужасах, пьяных комиссарах, которые с перепою выстраивали солдат в окопах и производили «чистку» — это когда после кровопролитных боев проверялась белизна воротничков на гимнастерках. Чем он больше говорил, тем меньше я осознавал услышанное. Сознание, воспитанное идеологией Советов, просто не могло физиологически это воспринять как факты.

Я слушал и не мог не то, чтобы поверить, а просто принять. Все внутри протестовало и не впускало информацию в сознание. Она отторгалась и не запечатлевалась в памяти. Мне говорил человек такой же родной и почитаемый, как мои родители, человек, который с малолетства на все летние каникулы забирал меня с собой на хутор Варваринский и возился со мной целое лето, водя на сенокосы, в ночное на рыбалку, по своим прежним друзьям, человек, которого я очень любил и уважал – он говорил, а я не мог это принять, думая, что он говорит это со злобы за все тяготы прошлых лет.

Сейчас, вспоминая этот разговор по истечению четверти века, я так и не могу понять, что же сидело тогда во мне этакое, что же за непроницаемая мгла окутала тогда мое сознание, что я не мог воспринять сказанное одним из самых близких мне людей.  Сегодня этого ответ очевиден – многолетняя советская идеология и внешняя, за кругом семьи, среда. Эту пелену я разрывал в своем сознании потом долгие годы.  К чему столь пространное и, казалось бы, не относящееся к рассматриваемому вопросу вступление? А оно вот к чему.

Вначале я ответил, где сражался мой дед. И ни осуждать, ни упрекать я его никогда не буду – он действовал так, как диктовали обстоятельства его жизни, живя всегда по совести и чести.
Но, главное, для чего я написал это — следующее. Вы, наверняка, долгое время, изучая казачью историю и взаимоотношения казаков с Россией, изо дня в день на протяжении нескольких лет формировали свои взгляды на данные вопросы. Я сейчас не говорю, правильны они или нет. Я хочу попробовать объяснить иное. Складывающееся мировоззрение подпитывалось мнениями единомышленников, разделяющих Ваши взгляды, все это усиливалось многократно в спорах с теми, кто высказывался иначе и т.п. Постепенно начала срабатывать та же самая система идеологических шор и завес, которая не пропуская новые знания и информацию, все сильнее укрепляла прежние убеждения. И уже иное мнение для Вас просто не воспринималось (как мне в последнем разговоре с дедом). Еще раз повторюсь, сказав – попробуйте, не отрекаясь от своего мировоззрения, посмотреть на мнение других не с точки отрицания, а с точки осмысления услышанного.

Вот посудите сами, ни я, ни cossacknn ни словом не обмолвились ни на форуме, ни в беседах, об охаивании погибших в Красной Армии казаков во Вторую мировую войну. И в мыслях не было назвать их предателями! А что пишете Вы? – «Думаете, большинство казаков , у кого деды воевали за РККА, будут в восторге, узнав, что деды оказывается уже не герои, а предатели?» Мы этого не говорили и так не думаем – но Вы написали обратное. Что это, как не передергивание услышанного?
Или Ваше выражение «Понимаете, я не буду плевать в своих дедов». А кто здесь плюнул в своих дедов? Или в казачьи Роды? Если кто и обвинялись, так это те, кто, предав казачество, сам отрекся от него и ушел в интернациональное большевистское братство. Среди учеников Христа были и Иуда. Так, почитая Христа, неужто мы должны почитать и Иуду?

Или вот, в ответе cossacknn Вы пишете: «… да выясняется Ваше низкопоклонство перед вермахтом». Где он это утверждал? – он Вам так и ответил, что этого также ни в его словах, ни в его мыслях нет. Но Вы утверждаете обратное. Опять сработал уже имеющийся в сознании штамп. Ну и так далее…
То, что вы не адвокат коммунизма – это абсолютно ясно, но преуменьшать его тлетворную сущность и разлагающие действия (называя это второстепенным), на мой взгляд, такая же абсолютная ошибка, и именно в 21 веке.
Имея различную разновидность и формы, внедряемые в любые национальные движения, они неизменно приводят к уничтожению именно этого национального движения, превращая его неизменно в клановую борьбу.

Теперь о главном. О «рациональном зерне». Много в своей жизни мне пришлось сделать. Что-то получалось и сегодня стоит твердыней, что-то – нет. Вот все, что стоит и являет собой пример, выстроено бескомпромиссно – на правде. А там, где проходило с элементами приспосабливания, а порой и легкого лицемерия, создаваясь и проявившись, впоследствии рассыпалось и отмерло. Как бы тяжело не было, но единственным рациональным зерном сегодняшнего объединения может стать только правдивый, пусть нелицеприятный анализ прошедшего времени, правдивый взгляд на сегодняшнее и честные, правдивые отношения меж собой. А вот исторического опыта у нас действительно предостаточно, и уж совершать новые ошибки – значит, быть действительно глупцами. Только опыт-то этот необходимо правильно еще понять, чтобы впоследствии также правильно его применять.

И вот здесь необходимо отказаться от приятных сердцу идей, ласкающих сознания надежд, а твердо придерживаться исторической правды, не подтасовывая ее под свои взгляды и под реально существующую ситуацию. Потому как она одна, лжи бывает огромное количество с примесями той же правды в любых пропорциях.
Во всех Ваших рассуждениях красной нитью проходит деспотизм русских, приведших казаков в воинское крепостничество. Поэтому, во-первых, необходимо этот деспотизм вначале осознать, признавая, что русские имеют «диаметрально противоположные ценности» и, во-вторых, отвалившись от решения политических задач русского народа заняться собственно своими сугубо казачьими делами. И все это в продолжении замешивается на довольно жестком русофобстве. Да, действительно, в определенные моменты исторического развития, царские чиновники, а при Петре Первом и сам император, довольно жестко обошлись с волнениями казаков на Дону. Была чрезмерная жестокость и неоправданные гонения. Но вызвано это было не русским деспотизмом и тиранией, а теми жестокими временами или чиновничьим самодурством, которого хватало везде – и во Франции, и в Германии, да и во всех странах мира того времени. 

Ведь можно на мгновение отойти от уже исторически сложившейся картины мира и представить себе ситуацию, когда Россия не пошла бы на юг. Что было бы с Запорожской Сечей – польское владычество? Турецкое иго? Ведь не смогла ж она выстоять самостоятельно, когда в 1635 Польша, заключив мирный договор с Турцией, практически приступила к полномасштабному и поголовному уничтожению запорожцев. Что предприняли тогда казаки? – часть нанялась в турецкие войска, часть решила уйти в Персию, остальные, вступив меж собой в раздоры, порассыпались по всей Украине. Поднявший национально-освободительную борьбу Богдан Хмельницкий прекрасно понимал несостоятельность казаков одним ее выиграть, потому и обратился в 1654 году с просьбой о вхождении в Русское царство «чтобы быть им с землей и городами под царской великою рукой неотступно». Не «русские тираны» предложили данный союз, а сами казаки.

Или на Дону, на тот момент вполне самостоятельное донское казачество решило разбить осиное гнездо турок – Азов. И весной 1637 года город-крепость пал. До 1642 (5 лет) Азов был в руках Донских казаков , но далее удерживать его не было ни сил, ни средств и город был оставлен. И вновь, когда в 1645 году крымский царевич Давлет Гирей Нурадин пошел на Дон войной, казаки, обратившись за помощью к Москве, получили ее в виде стрельцов, с которыми и смогли отбить турок от Черкасска, а впоследствии и разгромить их. В эти же времена казаки, обращаясь к царю, писали «… Многие орды на нас похваляются, хотят под наши казачьи городки войной приходить, и наши нижние городки разорить, а у нас свинцу, ядер и зелья нет… взять кроме твоей государевой милости негде».

Не могла ни Запорожская вольница, ни вольница Донская в те времена 17-18 веков, оставаясь в прежних своих формах «вольного» управления, существовать самочинно меж создающихся централизованно структурирующихся государств. Необходимо было либо самостоятельно выстраивать ту же самую государственную машину централизованного управления и технологического обустройства, либо входить в уже готовые. В противном случае, сдержать натиски окрепших соседей было уже невозможно. Врастание Донского войска в русское государства стало самым благоприятным из всех имеющихся. Турки смели бы все до тла или превратили бы донские казачьи семьи в странствующих цыган. Ни Сеча, ни Дон не смогли, да и скорее всего, не захотели создать государственные централизованные образования, желая оставаться свободной вольницей, которая уже в 17 веке не могла существовать так же как в предшествующих веках.

Время подобного устройства безвозвратно уходило и заставляло в целях выживания предпринимать меры по реконструкции данного устройства. Ранее, по подобному принципу, рассыпалась Золотая Орда – не найдя способности в себе на государственные преобразования, она рассыпалась на осколки.

Казачество могло также распылиться в истории, превратиться в кочевое племя. Или как Некрасовцы, войти в уже существующие централизованные государственные объединения.
Не создав своего полнокровного государства и войдя в уже готовое, естественно, произошли изменения первородных основ войска, которые вызвали и восстания Разина и Булавина. Но это были отчаянные попытки, оставаясь в исходной воле и вольнице, иметь одновременно, в случае необходимости помощь от тех, кого Вы называете нацией тиранов.

Это первое. Второе – кто отчасти боролся с Разиным, Булавиным да и с Пугачевым? – в основном сами казаки и пленили их, а Булавина убили тоже казаки. Но подобные восстания были не только в России : в Чехии – гуситские войны, в Польше – добжинская крестьянская война, турецкое народное восстание под водительство Бедреддина, крестьянское восстание в Северной Италии под водительством Дольчино, великая крестьянская война в Германии Томаса Мюнцера. И все они были подавлены с неменьшей жестокостью, а то и с большей, где с живых сдирали кожу, жгли, вешали и т.п. Это были нравы того времени – жестокие, позорные, но охватывающие весь мир и грешить только на русских – это просто нелепо.

И почему сегодня моравцы, которые составляли костяк гуситских восставших крестьян, не предъявляют чехам исков о геноциде и тирании?
Выпячивая сегодня национальную неприязнь к русским и тем более, обвиняя их в деспотизме и невозможности управиться в государстве, так как это сделали все иные народы, это не только не верно, но и очень опасно. /Есть на сегодняшнем постсоветском пространстве два государства Грузия и Украина, политика которых выстроена на русофобских позициях (заметьте не на антисоветских – антибольшевистских). Что мы наблюдаем – то, что выстраивается на ненависти и лжи, неминуемо приводит к внутреннему противоборству уже самой «национальной элиты», постоянному брожению и хаосу и в последующем, к новой лжи и разложению.

Хотим мы этого или нет, нравится нам это или не нравится, но казаки с Россией срослись как сиамские близнецы, друг без друга им не жить, не выстоять и не благоденствовать. И как только отсечется какая-либо часть – неминуема гибель. И посему наш выход в единстве, противостоянию того, что губит сегодня наше Отечество, что отравляет одинаково народ и в Рязани, и в Кущевской и в Тамбове и в Усть-Хоперской. Самоизоляция и борьба за этнические интересы привести может только к таким же результатам, какие мы наблюдаем сегодня в упомянутых Украине и Грузии – самогрызне, бесконечной политической войне элит и еще большим страданием своего народа.

Теперь по поводу интеллектуальной беспомощности. Вы пишете : «Суть действий и красных и белых и нацистов, в одном – следовании ложным ценностям, которые не присущи нашему народу». Во-первых, нацистов среди казаков не было – понятно, Вы имели в виду казаков , вставших на сторону Вермахта во Вторую Мировую войну (но в любом случае, с данными терминами надо обращаться аккуратно). Во-вторых, у каждой из указанных категорий были свои ценности, за которые они бились и умирали и ложными для себя они их не считали. Таковыми назвали их Вы, но это абсолютно не значит, что они были ложными. Для казаков Дона, вставших под знамена законно избранных Атаманов, ценны были честь, верность, защита своего края, а те, кто воспринял большевистскую идею – мировая революция и «всеобъемлющее счастье». Этническая замкнутость, которую необходимо было бы защищать по Вашим предположениям, в данное время удостоилась бы такого же разгрома, как и на Украине, благодаря национально ориентированному Петлюре. Это абсолютно очевидно.

И наконец. Многие Ваши выводы, имея довольно разную природу и суть, сводятся к одиозным утверждениям по их тождественности. Ну, например, Вы пишете, что Петр Первый и Сталин для Вас суть одного, оба они вели геноцид против казаков . Не будем брать численность убиенных при подавлении восстания казаков Петром Первым и практически 35-летнее истребление казачества Сталиным и последующими большевистскими вождями.
Необоснованная жестокость Петра Первого не ставила цели тотального искоренения ни казачества, ни его традицией, ни его этнической самобытности. Да, были ограничения вольности, но необходимой для государственной целесообразности. Большевики же уничтожали, выжигая до тла, самые коренные основы казачества, саму суть, перековывая нации в безликое советское общество. Это абсолютно разная природа! Но у Вас вывод один. А это приводит к банальному упрощению всего ранее происходящего и, как следствие, упрощению в действиях сегодняшнего дня. (2009 г.; см. также полностью в Энциклопедии тему «ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА: АНАЛИТИКА. ПРИЧИНЫ…»; см. полностью на форуме здесь )

***

Форумчанин пишет: «(…) Есть народы, а именно, казаки, украинцы, поляки и многие другие, которые на генетическом уровне, не приемлют тоталитаризм. Не укладывается природный темперамент в тоталитарную схему.»
Указанные Вами принципы (…) никакого отношения к генетике не имеют. Генетическая последовательность и предрасположенность относятся исключительно к физическо-анатомическим признакам человеческого естества (тела) и никакого отношения к его духу не имеет. Генетической или расовой исключительности нет.  Но вот совершенно иное – это генетическая память, выработанная на протяжении нескольких поколений и привитая образом жизни, поведения, воспитания, нравственными и моральными ограничениями, а также общественной и политической средой, в которой данная память вырабатывалась. Генетическая память, как внутренняя субстанция поведения человека, может, как создаваться, так и, по мере размывания среды ее создающей,уничтожаться. Формируется она довольно долго, не менее 10-15 поколений, в зависимости от «интенсивности» среды, ее создающей.  А вот истирается значительно быстрей – всего за 5-6 поколений. Помните поговорку – «вначале Вы нарабатываете авторитет, а потом авторитет работает на Вас». И еще: «авторитет нарабатывается долгими усилиями, а разрушается одной допущенной ошибкой».

То же самое и с генетической памятью. Долго нарабатываемая неустанной борьбой предшествующих поколений, она смогла просуществовать в наших дедах, отцах, частично в нас. Но дальнейшей среды, в которой бы она усиливалась и поддерживалась, нет, разлагаясь со времени разрушения казачьего традиционного уклада и замены ее на совдепию колхозного жительства, она прекращает свое существование. Генетическая память естественного поведения превращается в умозаключительную память – больше похожую на энциклопедическую. Вычитали там-то, услышали то-то, все это сложили и т.п. – все это создает подмену генетической памяти, которая выражалась в полуинстинктивном поведении. Когда не нужно было доказывать, что делать, да и объяснять как, не было необходимости. Все по приказу Атамана вставали в строй, занимая каждый свою ячейку — и структура жизни, самообороны, и самоуправление — были готовы. Вот почему так быстро удалось Краснову П.Н. навести порядок в Области. Вот почему при любом восстании, в т.ч. и Верхне-Донском, повстанцы моментально по сигналу становились и военной и административной единицей. У них эта генетическая память выражалась в конкретной деятельности и поступках.

Вот в этом и есть принципиальная разница между казаками и их сегодняшними потомками. Непонимание этого приводит к грубейшей и, на мой взгляд, серьезнейшей подмене. Когда естественное поведение казака по устройству своей и войсковой жизни, выраженное только в конкретной деятельности по данному устройству, вне зависимости ни от трудностей, ни от сложившейся обстановки, заменяется на теоретизацию данной деятельности. Подменяется высокомерием и присвоением заслуг предшествующих поколений, при отсутствии собственных заслуг в данном строительстве. При нежелании, нехотении и невозможности по своей слабости воли этим заслугам и этому трудничеству соответствовать. И тогда оправдание своего безволия мы видим в иных. Эти «иные» у многих стали русскими.
Но точно также, как и само российское сообщество в свое время искало виновных вне самих себя — на стороне, и погибло, та же участь ждет и сегодняшних казаков, которые, не видя изъянов в своем сегодняшнем состоянии, винят русских в своем закабалении. И подобное положение приведет к подобной же гибели.  Поэтому не стоит самообольщаться , что генетика, заложенная в казаках, выведет нас на прямую дорогу и только по этой причине мы более сильные. Сила – в генетической памяти. У нас она стерта, поэтому дела наши теоретические, как мертвые смоквы, не приносящие плода.

Стерта и по той же самой причине, что Вы и указываете как, якобы, не являющейся главной: Цитата: «Насчет воспитания тоже правильно. Никто его не получал в том виде, как получали его наши бабки и деды. Но на обрывках информации, наше казачье начало быстро дало всходы, как только кончилась советская зима.»
Полностью с Вам не согласен. Только воспитанием и средой держится генетическая память и в соответствии с ней манера собственного поведения. При отсутствии воспитания и среды, она улетучивается. Она не дается раз и навсегда, она поддерживается неустанными стараниями последующих поколений.

Не примите это за бахвальство – но на личном примере всегда проще объяснять суть. Я уже писал, что после гражданской войны в семьях моих бабушек и дедушек остались только малолетние. Взрослые все либо погибли в 1-ю мировую, либо сгинули в гражданской. Когда начались выселки и создание колхозов, и дед и бабушка подошли уже к 25-летнему возрасту. Дед забрал бабулю и они уехали в Шахты на рудники. Там и родились и мой отец, и все мои дядья и тетушки. Там же родился и я. С момента рождения меня окружали все казаки – выходцы с Верхне-Донского округа, также как и мой дед с бабулей, подавшиеся от расказачивания в шахтеры. Они поселились не в шахтерских поселках, а создали свой – наподобии хутора, там все и проживали, вначале в землянках, затем постепенно обустраивались, строя дома, держа огороды и свое хозяйство – птицу, корову и т.п. 

С малолетства я впитывал все это окружение в собственное сознание – труд, разговоры по вечерам у печки, песни, церковные праздники, кроме этого, с 5 лет (в 1961 году дед уже был на пенсии), деда забирал меня на Дон, в хутора по своим родственникам, у которых мы останавливались, по очереди переезжая из одного хутора в другой. И везде это были не праздные посиделки, а та же, довольно сложная и целиком каждодневно занятая трудом, жизнь. И воспитание: не изучение кодекса поведения и не зубрежка правил – этим с нами не занимались. А каждодневный собственный пример поведения и наставления лозиной, когда этот пример не воспринимался. 
Я помню случай, мне было лет 12, и как всегда на летних каникулах я вновь уехал с дедом в х. Варваринский. В один из дней пошли косить сено за Дон. Проходя по колхозному полю в лес на нашу делянку, я увидел спрессованные, лежащие на поле, тюки сена, которые такие же, как мы, косаря иногда утягивали в лес и, разрезав проволоку, складывали сено в свои стожки. Опушка в этот раз нам досталась никудышная и во время косьбы дед все время приговаривал, что, мол, сена может не хватить на зиму. В обед легли отдохнуть. Дедуля заснул – а я решил сделать доброе дело. Вышел из леса, на колхозное поле, огляделся – никого нет, и схватив ближайший ко мне тюк, потащил в лес, к нам, на опушку. 

Он был довольно тяжелый – килограмм 30. Тащил волоком я его около часа. Весь измучился, но дотащил. К этому же времени проснулся дед – смотрит на меня сурово. А я жду похвалы. Но вместо похвалы – укор: ты его косил? – указывая на тюк, говорит дед. – Нет, — отвечаю. «Так а кто тебе позволил взять, тобою не сделанное?!». И пошло и поехало! В конце концов он приказал мне этот тюк оттащить назад. Тащил я его назад часа два, проклиная и это сено и этот тяжелющий тюк, и обижаясь страшно на деда.

А он переживал еще больше, так как любил меня без меры. Я чувствовал это его переживание, когда придя весь обцарапанный назад, увидел его теплые глаза и почувствовал его руку, обнявшую меня. Как часто потом это случалось по многим моим проступкам, когда неминуемое наказание и охватившая после этого горечь растворялась вот в этой теплоте. И потом уже, впитывая не младенчески подсознанием или визуально, а осознанно, уже в юношеском возрасте, я постоянно находился в состоянии строгого огораживания от недозволенного, теплоты отеческой заботы и разговоров, длящихся далеко за полночь. Мало что запомнилось от этих разговоров, но намертво впаялись в память нормы собственного поведения и отношения к поведению осуждаемому. 

Многие ли так воспитывали своих детей, судить не берусь. Но по хуторам, где мы были – видел, что не все. Было видно, как прививаются другие «ценности», другие установки. У меня было много друзей и в хуторах и в нашем поселке в Шахтах. На сегодня 80 % (!), а то и более уж нет – кто спился, кто сгинул в тюрьме, кто по дурости пропал. И это тот же вопрос – воспитание, среда и постоянно присутствующая в твоей жизни деятельность.Конечно же, есть исключения — но они исключения из правил.

И еще хотел остановится на Вашем ответе другому форумчанину :«И еще о личном. Когда общаетесь со мной держите в голове, что я не преследую никаких личных целей на Присуде. Я просто стараюсь помочь советом. Ни политикой ни какой «казачьей» деятельностью я заниматься не собираюсь. Поскольку на мой взгляд все что вы называете «казачество» все это далеко от реальной жизни.»
Безусловно, человек волен поступать так, как ему подсказывает его сердце. Реальная жизнь, это та жизнь, которая создается либо нами, либо при нашем попустительстве ее создают нам другие. И выбор за нами : каков выбор – такая и реальность. И еще: советы и «нежелания» не укрепляют генетическую память, а ее размывают. И если Вы стремитесь детям передать не только свою генетику, но и генетическую память – у Вас выбора нет, как от советов перейти к делу, а «нежелание» отбросив, браться за дело, напрягая свою волю и мобилизуя свои возможности. (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

Форумчанин пишет: «Владимир Петрович, хотелось бы затронуть вопросы образования:
1. Как вы думаете, есть ли сегодня способы противостояния мощнейшему информационному потоку, который льется на НАШИХ детей, начиная практически с самого рождения и на каких основных принципах держится воспитание в вашей семье?
2. Существует проблема, когда ребенок до школы воспитывается в семье и с самых малых лет ему закладывается некий базис с манерой поведения, ценностей и тд , но придя в школу, он часто не находит отражение своего базиса
в том, чему учат в школе, те происходит ввнутренний конфликт со всеми вытекающими последствиями… Вот реестр создает кадетские классы, где дети начинают усиленно маршировать и готовится к прохождению военной службы (правда незнаю куда они девчонок готовят). Цель их впринципе ясна. Теперь вопрос.
Какие Вы видете проблемы сегодняшнего образования (от рождения до университетов включительно) , какие пути решения Вы видите и какая конечная цель казачьего образования?
»

Уважаемый Сергей,  все, что я хотел бы Вам ответить по поводу заданных вопросов, основывается на личном опыте и на тех выводах, которые я могу сделать, наблюдая за многими семьями, окружающих нашу, а также на примере тех, кто вопросом воспитания подрастающего поколения занимался в Зарубежье – в эмигрантской среде.
Разумеется, ответ будет фрагментарный, т.к. данная тема по своей важности многопланова и объемна по содержанию. И отразить в ней все вопросы, которые необходимо для полной картины осветить, сейчас, тем более на форуме, невозможно.
Исходя из этого, могу сразу же, отвечая на Ваш первый вопрос, сказать следующее: каким бы мощнейшим информационный поток не был, он не может побороть той информации, которую впитывает ребенок в семье. Если, конечно, эта информация в семье ребенку предоставляется.  Ссылки многих на телевизионную зависимость и вытекающую отсюда информационную деградацию сознания, на мой взгляд, есть оправдание собственной безответственности родителей перед своими детьми и желание найти виноватых не в себе, а вокруг себя. Если родители, даже после утомительной работы, не заваливаются на диван и не смотрят всю ту белиберду, которая охватила все ТВ, то как может это видеть ребенок? Не смотрят родители – не смотрит и ребенок. Любая информация извне всегда краткосрочна – поэтому малоэффективна, если в семье существует постоянно действующая, своя, среда «семейного информационного» воздействия. Когда существует неразрывная связь ребенка с родителями.

Я во многих других ответах уже говорил о том, как воспитывали меня и мои родители, и мой дед с бабушкой. И уже в своей семье я стараюсь как можно ближе соответствовать этому же.
Я прекрасно понимаю, что абсолютная разноплановость среды, в которой ребенок пребывает в течение даже одного дня, возможно, и вызывает у него внутренние конфликты. Но они возникают тогда, когда то, что впитывается в него от каждой из окружающих его обстановок, равнозначно по степени восприятия и влияния. Но если домашнее воспитание сильнее всех прочих, то оно и превалирует над другими – постепенно и формируя его сознание.

У нас так получилось, что из рода в род (то же мне рассказывали и мои дед и бабушка) воспитанием , как правило, занимались не родители, а дедули и бабули. Родители всегда заняты больше работой, да еще, будучи молодыми, – разными увлечениями. Старики более степенны и сдержаны. Большую часть времени я проводил с бабушкой и дедом, они уроками со мной не занимались, они меня учили жить на земле примером своей жизни. То же самое с моими детьми — они, в большей степени проводили время уже с моими родителями, которые тоже особо за уроки их не гоняли (это была моя прерогатива), но составляли им среду обитания. То же самое происходит сейчас и с моим внуком, который большую часть времени проводит со мной. Я стараюсь заполнять все его время, чтобы то информационное поле, которое создано у нас в обществе, меньше его касалось. Спортивные секции, игры во дворе или дома, летом тоже, как в моем детстве, поездки на Дон, где он с местными казачатами проводит время не перед телевизором, а в лесу или на Дону. Безусловно, труд – в огороде, саду, по дому. Важно, чтобы ребенок был занят делом (читать – это тоже дело). В конкретно построенном шалаше, самодельном луке, оттачивается его будущая усидчивость, навыки, опыт.

Проблемы сегодняшнего воспитания? По-моему, только ленивый не высказывался на эти темы. Спектр подобных высказываний – огромен. Но, на мой взгляд, не говорится главного. Задайте вопрос любому ребенку – почему он православный, не иудей, не магометанин – а православный? Что такое быть православным? На это-то и многие родители не ответят, не то, чтобы дети. Поэтому главный вопрос сегодняшнего воспитания заключается в неверности постановки самого вопроса. Нужно не воспитание, а образование. Создание образа в сознании ребенка, которому следует соответствовать, с которого необходимо брать пример и к которому необходимо стремиться.
Поведение вследствие воспитания всегда подвержено коррозии последующих «учителей» и иной среды, которая может перевоспитать.

Образованный человек и получивший вследствие образования свой нравственный стержень, подобной коррозии практически не поддается.
Образование отличается от воспитания еще и тем, что оно выстраивается не на идеологических пристрастиях системы, в которой мы все находимся, а на правдивой и мировоззренческой информации, в которой также обязаны присутствовать и правдивые выводы.  И вот тут все наше сегодняшнее воспитание летит в тартарары от обычных школ до кадетских корпусов. Но это отдельная и очень емкая тема.

Ведь в начале своего сообщения Вы абсолютно правильно высказались «… вопросы образования». Именно эти вопросы вне церкви решить и невозможно. Создать образ без глубинного понимания того, что он создан по образу и подобию Творца, невозможно. Невозможно ни при каких условиях.
Это и есть главная проблема сегодняшнего образования. Мы сами далеки в основной массе от церкви, тем самым отделяем от церкви и своих детей. Если не понять этого основного и не изменить его, все остальное — будут только красивые слова.

И путь решения вытекает из этого же – необходимо воцерковляться самим и на собственном примере поощрять подобное же рвение у детей. И это первое.
И в этом очень хорошую форму нашли наши эмигранты в Зарубежье, создав детскую организацию «Витязей», где постоянно с детьми в лагере был священник и довольно часто приезжали к ним епископы и видные деятели эмиграции – Атаманы, офицеры и т.п. Они создавали среду и образовывали детей, и уже на этом образовании происходило воспитание. Вот почему дети эмигрантов добивались впоследствии в обществе многих высот в разных сферах — и в общественной жизни и в профессиональных кругах. И вот почему, среди мои друзей в живых остались, как я уже писал, не более 20 процентов, остальные либо спились, либо погибли.

Вот почему, одним из тех дел, которое нам стоило бы совместно сделать- это организовать свои летние лагеря по подобию или точно такие же, как «Витязи» в Зарубежье. Но многие родители этого не осознают, ссылаясь на тяжелые финансовые проблемы – но в эмиграции эти проблемы были во сто крат тяжелей, чем у нас сейчас, и находились средства, и образование детей было всегда у них на первом месте.
Я также знаю очень много семей, где сегодня родители бы отдали все, что имеют, чтобы в одном случае вылечить их уже подросшее чадо от той или иной пагубной зависимости, либо, в другом случае, изменить его нравственные качества. Но все имеет свои временные ограничения. Порой уже поздно, порой слишком уже трудно. Все должно соответствовать своему времени – ранее оно было упущено.
Поэтому, в нашем случае, образование собственных детей и внуков, только в наших руках, кивать на потоки любого рода, коверкающие их сознание, умалять собственную вину и собственную ответственность — преступно. И отсюда второй вывод – если мы хотим, чтобы наши дети не забыли, чьими потомками они являются, такие детские лагеря должны создавать мы, взрослые. Детям, кроме домашнего общения, так же важно, необходимо общение и меж собой. В данном общении вырабатывается и будущий характер, и воля, и мужество. В этом общении они набираются жизненного опыта и манеры поведения. Каковы они будут, также зависит от нашего желания приложить усилия для создания данных лагерей. (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

(…) Многие, как заклинания, твердят, что советская власть «наряду с лишениями и страданиями,кое-что дала и Вам лично и всему народу в целом». Это довольно распространенное утверждение, но на чем оно строится? Возьмем три поколения моей семьи, проживших в советский период:
дед и бабушка, соответственно 1905 и 1901 годов рождения. Чтобы бабулю при раскулачивании не выслали, дед забрал ее и уехал в Шахты, проработав там всю жизнь. Что сделала сов.власть с ним? — сорвала с родных мест, вместо любимой работы на земле заслала казака под землю, за счет чего и спаслись, пережив и голод и лишения, живя 10 лет в землянке, т.к. дом был брошен, а новый построить им не удавалось.
отец и мать, соответственно 1933 и 1932 годов рождения. Отец родился в той самой землянке, мама в разграбленной от очередной конфискации мазанке, причем оставшаяся в ней сиротой к 10 годам от роду. Т.к. отца забрали в лагерь, а ее мать умерла перед войной от истощения. И она, одна, 10-летняя девочка, отвечала уже за двоих своих младших братьев и недвижимого деда.
Ни отец, ни мама не смогли окончить школу, и не потому, что не хотели, а потому, что нужно было выживать. Поэтому и пошли сразу же после войны в шахту, где и познакомились. Так и работали до конца. На теле отца живого места не было — все посечено породой, оставляя синие рубцы. И ушли из жизни, сваленные болезнью, которые получили еще в шахте — силикоз. А до этого всю жизнь строили дом, пристраивая то одну комнатенку, то другую.
Это о том народе, в целом, о котором Вы говорите.
Далее — уже мое поколение. Чтобы учиться в институте, как и многие, я параллельно работал и тут ничего сверхъестественного нет. Так поступало большинство — т.к. прокормить и одеть студента не всякая семья могла. А вот дальше — напрямую касается Вашего утверждения. После распределения я попал на цемзавод в Подольск, который в 1980 году работал еще на оборудовании, вывезенном с Германии в 1945-м. Страшная разруха, пыль, грязь. Директором меня поставили в 1986 году и не по каким-то партийным заслугам, о которых здесь многие пишут (тогда я не был в партии), а только за одно — я делал плановый выпуск цемента в независимости ни от каких причин, пропадая на заводе сутками безвылазно. Чтобы держать завод на плаву и выполнять план на том убогом оборудовании, что было — и я, и все ИТРовцы — были в условиях не лучше простых рабочих: сами крутили гайки, латали обмуровку и т.п. Это была не работа в удовольствие, а работа на износ.

Мы начали делать реконструкцию, пройдя и через суды и проверки прокуратуры и т.п. — привели завод в порядок. Началась приватизация — и завод забрали «новые русские», как их стали называть в то время. Я ушел с завода и начал все заново, с нуля. Так что же мне, как Вы пишете, перепало и на чем я сделал состояние?  Более 10 лет адской, без преувеличения, работы на заводе, огромные усилия по его модернизации и потом работа с чистого листа совсем в другой отрасли — в строительстве. Но строительством я начал заниматься уже не в советской эпохе. Или что я эксплуатирую от советского прошлого или от ее развала? — если все, что я создал своим предприятием, начато, как уже сказано с нуля и только за счет своего труда, не пользуясь ничем приватизированным и не мной созданным.  Вот это и есть реальность.
Но по большому счету, дело, конечно, не в этом — просто необходимо, на мой взгляд, более взвешенно подходить к высказываниям и стараться уходить от тех штампов, которые применяются многими безумно. Как то — «Вас советская власть выучила, а Вы теперь ее пинаете».  Ну а что, в любой другой стране люди не учились? Или только учились в Стране Советов?  Кстати, условия для обучения молодежи в СССР были не столь благоприятны, как в других странах.

К примеру, в 1939 году выходит постановление о платном образовании в СССР, где, начиная с 8 класса, родители должны были платить 300 руб. в год за обучение в школе и 400-500 руб. за обучение в институте. В этот момент колхозник мог заработать в год только около 250 трудодней, за которые ему платили 60 коп. Общая сумму — 150 руб. в год. Мог ли колхозник послать своего ребенка учиться, если годовой его доход (и это еще при условии, что ему эти деньги выплатят) составлял половину необходимого взноса для учебы? 
Не намного лучше было положение и среди рабочих. Поэтому и рабочие не особо могли учить детей. Те же, кто мог проплатить — это были партийные и советские функционеры и так называемая культурная элита, пропагандирующие социализм в массы. Например, гонорары Погодина составляли в год 729 000 руб (сравните с 150 руб. колхозника). Создавалась сословная большевистская элита, которая впоследствии и создала элиту застоя и позже — сегодняшнюю (а платность обучения отменили только в 1956 году, через 20 лет после принятия — поэтому для поколения моих родителей учеба была недоступна).  (…) (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

УПОМИНАНИЯ:

  • (…) на мой взгляд, трагедия казачества была не в Новороссийске, который был местом трагическим для многих казаков, и не в уходе с северного фронта 28 полка, открывшем фронт красным полчищам. И не в том, что, как многие утверждают, с момента формирования Добр. Армии на Дону, которое также по их мнению спровоцировало большевиков к походу на Дон. Трагедия казачества началась с отказа от строя, с отказа от уклада, с отказа от преданий, которые спаяли казаков в единой и крепчайший монолит. И вот, чтобы вновь оно не возродилось, некоторые лица, стремящиеся узурпировать только свое понимание казачьего пути, первым делом обвиняют казачью старшину в предательстве, четко осознавая, что что именно ее сегодня необходимо охаять — ведь именно она и была цементирующим составом этого монолита, без которой никакое государственное строительство невозможно. Возможно создание ватаг, но не крепкого государствообразующего элемента. Отсюда вытекает и вторая цель Мемориала — показать тех, кто , сохранив цельность и мудрость государственного взгляда на происходящий хаос, боролись против него, утверждая на своей земле казачий порядок и жизнь.  Так же, как и показать и тех, кто эту цельность утерял, поддавшись демагогии большевизма, абсолютно лживой и порочной, вскрывая причины подобной утери, с той целью, чтобы не повторить этого сегодня.

И то, что «Хуторянин» желает написать книгу о казаках, перешедших на сторону большевиков, чтобы отразить правдивость той эпохи, — дело хорошее, но будет неполным, если он не допишет судьбу всех этих казаков и их семей после того, как то, за что они боролись, утвердилось на нашей земле. За все свое детство, проведенное в хуторах на Дону и среди казаков-одногодков деда, я ни разу не слышал воспоминаний казаков или их потомков, сражавшихся в Красной армии. То ли их уже к тому времени всех «зачистила» их «любушка советская власть», либо об этом говорить было неприлично (но скорее, первое).   Трагедия казачества началась с первого отказа защитить своего офицера, плоть от плоти своего брата-казака, от разнузданной большевистской сволочи. И хотя подобное было крайне редким явлением, крушение началось именно с этого. С предательства.(…) (2010 г.; см. полностью в Энциклопедии темы «ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА…»; «ПРЕДАТЕЛИ МНИМЫЕ И РЕАЛЬНЫЕ»; ОККУПАЦИЯ»; АРМИЯ…» и др.; см. полностью  на форуме здесь )

  • (…) Ко мне приезжали группы казаков-некрасовцев трижды – в 1990-м, 1992-м и в 2001 годах. В первых раз они были у меня около 5 дней, и времени поговорить с ними у меня было предостаточно.  Так вот, они сохранили веру, они сохранили фольклор, одежду, но как казаки они не сохранились (и это по их же словам, так как я тогда еще мало о них знал). Был утерян дух казачий, и это очень чувствовалось в общении. Я видел перед собой православных колхозников.

Вы, наверняка, знаете, что сразу же по приезду на свою историческую Родину – СССР (так заявил мне один из гостивших у меня некрасовцев) они при внешней благолепости встречи, подверглись серьезнейшим нападкам – у детей, пришедших в школы, сняли нательные кресты, ранее проводимые ими казачьи сходы запретили и т.д. А так, как работали они все в винодельческих совхозах на Ставропольщине, довольно быстро пристрастились к этому зелью и стали серьезно спиваться. Но это не все так страшно, как то, что они по собственной воле превратились в фольклорно-шутовские забавы для приезжающих фольклористов и высоких сановников. Их, как мумии, возили по всем весям и им это нравилось. Мало того, они начали конкурировать меж собой, конфликтовать, доходило до ссор, заканчивающихся взаимными оскорблениями и руганью.
Были бы они «этнически сохраненными» до такой свары меж собой не дошли бы. Я тут вновь вспомню своего деда. Он был сильный песенник, играть песни мог всю ночь, ни разу не повторившись, и были случаи, когда встревал в подпевку какой-нибудь неумеха без голоса – все начинали огрызаться на него, шушукать, а дед, как ни в чем не бывало, продолжал и никогда никого не укорял. В нем была какая-то необычайная сила притяжения, где бы мы с ним не были, никогда не было никаких ссор и распрей меж собравшимися казаками. И, я думаю, что это самое ценное в казачестве – чувство благородного и монолитного единства без чванливости и высокомерия. Оно-то и было утеряно. А в наших дедах, перемолотых, искалеченных, но еще более закаленных, осталось.
Ну а уж как турки использовали казаков, да и причины их выезда, я думаю, Вы прекрасно знаете, это было куда страшней, чем то, о чем Вы говорите по России. (…) (2009 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

  • Форумчанин пишет: «Владимир Петрвоич, скажите, как вы относитесь к алкоголю, сигаретам? И возвращаясь к вопросам образования, какое отношение необходимо вырабатывать у детей к алкоголю, сигаретам и тд?
    И как относитесь к выражению, «что мол казаки пили всегда и много… что чуть ли не отличительная черта казаков
    »  Уважаемый Сергей,  Отношение к подобным порокам у любого нормального человека, конечно же, отрицательное.  Отрицательное оно и меня.  А в отношении того, что  Цитата: «что мол казаки пили всегда и много… что чуть ли не отличительная черта казаков«- те, кто это говорят — говорят абсолютную глупость, прививаемую сегодняшними вульгарными домыслами, и тому есть огромное количество подтверждений.

Но остановлюсь лишь на тех, которые наблюдал лично в своей семье и семьях, близких к нашей. И дед, и отец, и их друзья выпивали, в основном, только по праздникам или в особо торжественные дни. Причем, всегда до той степени, что могли держать ровную речь и здравый рассудок. В любом застолье основой была совместная песня и разговоры «о жизни», а не питье до беспамятства. Не было и такого, чтобы выпить рюмку перед обедом — это считалось не совсем приличным. Все они были заняты постоянной работой и праздность в их жизни отсутствовала — потому и тратить время на выпивки и бахвальство у них в привычке не было.  При встречах стариков с дедом во время наших поездок в хутора на Дон — я хорошо помню эти встречи — воспоминания, разговоры, а если и выпьют , — тут же начинают вместе играть песни. А с раннего утра уже все на ногах и в работе.
Поэтому облик казака — это облик высоконравственный, облик труженника, облик хозяина своей жизни, а ни коим образом — пьянствующего разгильдяя. Безусловно, были и исключения, но очень редкие. (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

  • (…) Закончить же данное сообщение я хочу на позитивной ноте – рассказом о богатстве и красоте нашего Края. Занимаясь практически всю неделю с людьми, которые приезжали к нам в Еланскую, я в этот раз как-то уж очень устал, и поэтому в последний день пребывания на Дону решил поехать на рыбалку, на то место, где прошло мое детство, когда каждое лето я с дедом жил в его родном хуторе Варваринский. В паре километов от хутора протекает речка Тихая, которая чуть подальше впадает в Дон. Мы частенько пешком, встав затемно, ходили на нее рыбалить с дедом. Вот в этот раз я и решил поехать именно туда. Так же, встав затемно, но теперь уже с Еланской, которая находится где-то в 50 км от этого места, я, взяв удочки, отправился на Тихую. Приехал как раз перед зорькой.  Пока забросил удочки, прикормил место, солнце встало, и передо мной открылись картины моего детства, тот же запах полыни после утренней росы, блики на воде, шуршаший камыш – красота…
 
И первая поклёвка… Ловить я решил плотву и поэтому снасти были на среднюю рыбёшку до полу-килограмма. Но подсекая очередную плотвичку, моя удочка вдруг согнулась в три погибели и за малым не обломилась. На сидящую на крючке рыбешку накинулась приличная щука и, заглотив ее, не смогла освободиться. Маленький крючок, конечно же, не смог ее зацепить, да и тонкая леска все равно бы не выдержала веса попавшейся рыбины. Поэтому я подождал, пока она стащила с крючка рыбу и уплыла восвояси.  Благо, что с собой я привез свой рыбацкий чемоданчик, где были крючки побольше и леска потолще. Переделав две удочки под снасти для ловли щуки на живца, я забросил их в протоку. И буквально через пару минут — поклевка. Минут пять мне пришлось повозиться с вываживанием пойманной щуки, которая все время запутывала снасть в растущих у берега лилиях, но уйти ей не удалось и она оказалась в садке. Через 10 минут вторая поклевка и вновь щука в садке. Ловя параллельно и плотву и щуку на живца, не заметил, как время катилось к обеду. Кроме плотвы попадалась и калинка, и красноперка, и довольно крупный до полу-килограмма карась. Видя, что в садке уже довольно много рыбы, я решил закончить рыбалку и поехать домой, забросив в последний раз удочку с живцом на щуку. Пока собирал все снасти и вещи, перенося их к машине, увидел, как началась поклевка. Подбежав к удочке и подсекая ее, я подумал, что зацепился за что-то на дне, т.к .леска почти не поддалась вверх. И тут резкий толчок вбок – попалось что-то большое и сильное. Вначале я решил, что это сом – такие случаи были, когда на живца попадался усатый хозяин заводи. Но потом выяснилось, что это была довольно большая щука.  Минут 15 я не мог с ней сладить, то подводя ее к берегу, то вновь отпуская ее от себя, чтобы не порвать леску. Но в конце концов и она оказалась на берегу.

Достав весь улов, я решил на обратном пути заехать на песчаную косу Дона, что у хутора Варваринского, где мы с детворой проводили все дни напролет и, наверное, уже в последний раз в этом году искупаться в Дону. Вода была изумительной.

мимо этой белой кручи мы постоянно с детворой проходили, когда шли к Дону

наша золотая коса у х. Варваринского

(…)   Говорят, что день, проведенный на рыбалке, в общее время жизни не засчитывается. Наверное, это верно, т.к. всю тяжесть предшествующих дней за этот день на Тихой – как рукой сняло. (2013 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

 

СМ. ТАКЖЕ :

  • КАЗАЧЕСТВО
  • СОЗДАНИЕ ПАРТИИ
  • МЕМОРИАЛ
  •   и др.

P.s. страницы Энциклопедии находятся в постоянном пополнении и обновлении по мере размещения новых сообщения В.П. Мелихова на форуме.