ОККУПАЦИЯ. ОККУПАЦИОННЫЙ РЕЖИМ: ГЕРМАНИЯ И СССР

ОККУПАЦИЯ. ОККУПАЦИОННЫЙ РЕЖИМ: ГЕРМАНИЯ И СССР. Аналитика.

(выдержки из высказываний В.П. Мелихова с форума  http://elan-kazak.ru/forum/index.php ),

 

СМ. ТАКЖЕ:

 

  • Система советская
  • Власть
  • Общество
  • Армия
  • и др.

 

 

Из обсуждения в теме «Отношение к советскому прошлому русского народа»:  В ходе обсуждения данной темы, параллельно поднялся ряд сопутствующих вопросов, которые также имеют разносторонние толкования и понятия. К сожалению, в последующих комментариях они все переплелись, так и не оформившись в законченные выводы.  Поэтому я и решил написать свой комментарий по данным вопросам, которые можно было бы квалифицировать следующим образом:

Первое: во многих комментариях присутствуют аналитические сравнения советской эпохи и сегодняшнего дня, как двух абсолютно разных общественных формаций на территории России. Так ли это?

Но вначале хотелось бы обратить внимание, на мой взгляд, на довольно важный аспект. Время советской эпохи с 1917 по 1990 г.г. – это не только жизнь русских людей в СССР, это еще жизнь русских и вне его пределов. И отбрасывать эту жизнь, либо не учитывать ее – недопустимо. Да, они жили, не имея своего государства, в странах, принадлежащих другим народам, но они имели свою многогранную общественную и политическую жизнь, в которой отражались и их мировоззрение, и их менталитет, и их политические устремления. Таким образом, рассматривать нужно три системы: русские в СССР, русские в РФ и русский мир в Зарубежье. Это также касается казаков и казачьего мира.

То, что представляла собой советская власть, уже неоднократно обсуждалось и в этой теме и в других темах форума. Повторюсь лишь в главном:

— советская власть по территории бывшей Российской Империи устанавливалась практически беспрепятственно, русский народ ее принимал либо был безразличен, не оказывая сколько-нибудь активного сопротивления (сейчас не будем вновь прояснять причины и тайные пружины – это к данной теме не относится). Исключением явились народы, имевшие до вхождения в Российскую Империю свои государственные образования – Польша, Финляндия и казаки – вначале Донская и Оренбургская казачьи области, а в последствие и другие.

Безусловно, в антибольшевистской борьбе с первых же ее дней участвовали и русские офицеры, вернее сказать, часть офицеров Русской Армии. Вот это и были все те, кто не принял и не признал советскую власть сразу.

Так что Империю — свое государство — тоже мало кто встал защищать, если приводить аналогию, высказанную Panasonicoм по защите СССР во время ее распада.

Гражданская война в полном своем разгаре, антибольшевистские восстания и крестьян и рабочих произошли чуть позже, когда протрезвевшие от хмеля обещанных большевиками благ, народ почувствовал все эти блага на собственной шкуре. Но и проснувшихся было недостаточно, чтобы победить воцарившуюся «диктатуру пролетариата».

Потому что диктатура эта не была пролетарской, а носила характер террористический и была диктатурой спаянных железной дисциплиной террористов.

Все их действия, методы и приемы очень напоминают любой террористический акт сегодняшнего времени.

Возьмем любой (из последнего десятилетия) — что мы видим в каждом из них? – небольшая группа организованных, четко спланировавших свою операцию, лиц, захватывают в десятки раз превышающих по численности заложников. В первый час проявляют максимальную жестокость, подавляя волю к сопротивлению и вызывая в сердцах животный страх. Более активных и еще способных к сопротивлению либо на глазах у всех пытают либо уничтожают, вселяя еще большую покорность у оставшихся. А далее начинаются поблажки, — и у заложников, вместо ожесточения к своим поработителям, возникает так называемый «стокгольмский синдром» — т.е. симпатии к тем, кто их мучает и уничтожает. Это происходит всегда – будь-то один человек, группа, общность или целое государство.

Советское правительство в полной мере это все претворило в жизнь, применяя террористическую идеологию в отношении всего народа.

Первое десятилетие – жесточайший террор, доходящий до садизма (примеров тому – огромное количество).

Второе десятилетие – уничтожение тех, кто в результате этого террора стал просто садистом и ни к чему дальнейшему был не пригоден (т.н. ленинская гвардия) и всех тех представителей народа, которые могли бы оказать сопротивление режиму при благоприятных условиях, помноженные на коэффициент случайного невыявления. Поэтому до 1941 года в районные НКВД спускали нормы «выявления» предателей, изменников и агентов иностранных спецслужб для последующего их уничтожения. Весь этот террор проводился наглядно, демонстративно, подавляя волю и вызывая страх у оставшихся в общей массе «заложников».

И оно это в общем-то и не скрывало. Вот публикация в казахской газете «Сталин жолы» (1935 г. 7.XI. № 121), где приводится хвалебная статья в честь организатора покушения на Атамана дутова Ходжамьярова с цитированием текста на наградном оружии.

 И таких надписей, грамот, приказов, где награждение проводят за террористический акт – не счесть.

 Таким образом, к середине 50-х необходимость в продолжающемся уничтожении русского народа уже иссякла. Процентная экзекуция среди крестьян, рабочих, интеллигенции, ученых, военных и политработников привела к тому, что все категории всех слоев советского общества были уже подавлены и безвольны.

 И это подавление и безволие выразилось не в том, что народ безмолвствовал, либо не осознавал, что происходило, а в том, что сопротивляться он уже был не в состоянии, он не мог действовать. Злословить на кухне – да, рассказывать анекдоты – пожалуйста, злобливо поносить окружающих – да ради Бога, но никаких действий в объединении усилий подобных себе совершить не мог. А далее наступил «стокгольмский синдром», когда палачи оправдывались временем, обстоятельством и т.д. и т.п. Но сочувствие террористам не означает оказание им помощи. Оправдание – да, но не активная помощь. И вот, когда режим рухнул, «заложники» просто разошлись по своим углам.

Но рухнувший режим не предусматривал наличие вакуума в государственном устройстве. И он был заполнен не представителями народа, который к этому времени уже действовать не мог, а представителями оставшейся более активной части рухнувшего режима, им воспитанного. Им же заложившим мировоззренческую и нравственную основу – «диктатуру террористов».

Главнейшей заслугой последующей постбольшевистской власти, как и сегодняшней, состоит в том, что, являясь плоть от плоти наследницей и выкормышем советской системы, она позиционирует себя якобы совершенно иной – властью обновленной России. Именно ради этого заблуждения среди общества и свернут был суд над КПСС, именно ради утверждения данного заблуждения существует ныне и КПРФ. Эту иллюзию укрепляли и укрепляют, в особенности в ельцинскую эпоху, многотысячные марши анпиловцев и других коммунистических и социалистических группировок и обществ (кто знает, сколько стоят подобные мероприятия – поймут: спонтанного и добровольного там не было ничего. Все оплачивалось довольно щедро).

Важно было напрочь застить глаза, чтобы в «обновленной» России не разглядеть ту же большевистскую диктатуру, где главным является тот же принцип – уничтожение личности, порабощение народа и превращение его в послушных, а затем и сочувствующих, заложников, у которых через определенное время вновь взыграет «стокгольмский синдром».

Вопрос изменяющегося отношения к частной собственности, либо замена интернационального воспитания на толерантное, как и иные аспекты, столь разные в советское время и время сегодняшнее – также иллюзия. Первично не это – первична колонизация народа и паразитирование, как на нем, так и на том достоянии страны, которое он смог в свое время собрать, создав территориальное государство. При этом уничтожая в нем все нравственные ценности и ориентиры, присущие его предкам.

Поэтому на первом этапе ВЧК заменила братва, которая намного меньше стрелялась меж собой, а больше отстреливала неугодных, и не только ей, но и местной администрации. Причем, по жестокости применяемых методов – мало чем уступала прежней. Результат – около половины людей, способных создать новую экономику, из страны уехала, другая — забилась по углам, довольствуясь палаткой на рынке или педикюрным салоном. «Настоящий же» бизнес крышевали ребята в погонах, за малую долю выращивая новый политический класс. При этом одновременно подчищая тех, кто в этот класс попасть не должен. Параллельно выстраивалась вертикаль власти – синоним диктатуры. Выстроив ее, система сдержек и угроз была заменена на абсолютно подневольную, повязанную непрерывным обогащением, административную и милицейскую вертикаль власти, приняв облик якобы не бандитского диктата, а подобия государственного устройства.

Но замашки-то остались прежними, поэтому триллионы бюджета уходят на поддержание этой вертикали в виде продолжающегося позволения его безнаказанного грабежа, либо «кормления» от поставленного на должность чиновника или силовика.

А народ, все это видя, бездействует.

Не молчит, нет! – с кем не начни разговор, сразу же: «какой бардак!», «да как же им не стыдно!». Но действовать не может – хоть убейся. И вот уже заходят в твой дом иные и уже отбирают у тебя тебе принадлежащее и гонят тебя с того места, где ты живешь, а ты только жутко ругаешься и ругая все и вся, все же подвигаешься, уступая место без сопротивления.

И примеров тому – тьма: исход русских и казаков с Северного Кавказа, диктат нац. общин в ряде армейских подразделений и самое главное – абсолютное бесправие на своей земле перед чиновничье-милицейской системой.

Итак, в моем понимании, сегодняшняя власть, утвердившаяся в стране, — не иначе, как выросшая другая голова у того же красного дракона, вместо не срубленной, а сгнившей.

Сгнила потому, что никто не хотел ее очищать от плесени бесплатно, на внедряемом ранее в массы энтузиазме, либо жестком терроре. Террор отошел, энтузиазм иссяк, голова подгнила и отвалилась. Выросла новая, энтузиазм заменили материальной заинтересованностью, передав общенациональную собственность в руки тех, кто эту голову будет облизывать от плесени. Террор заменили на ложную демократию, в которой говорить можно все, а действовать только в четко ограниченных рамках и то, с дозволения, в противном случае – «демократические процедуры» бесконечных проверок, судов, изматывающих придумок и наговоров – все «по-демократически». Не нравится – обращайтесь в суд.

И здесь я категорически не согласен с теми, кто говорит, что через пару лет или через пять лет будет падение этого режима. Так говорили в 20-х, когда абсурдность власти была у всех перед глазами. Но он выстоял и окреп еще сильней.

Вопрос не во власти, вопрос в народе, смирившимся с этой властью. Она будет процветать и усиливаться все сильнее, порабощая волю и сознание и все активнее воздействовать на обеспечение бездвижимости в обществе.

Конечно же, когда-то и эта голова подгниет, потому как облизыватели так же пожелают, чтобы лизали и их. Но тогда отвалившись, на ее месте вырастет третья и уже с иными мотивациями для тех, кто ее будет вновь драить до блеска. И так будет бесконечно. Пока народ не примет на себя бремя действия, бремя ответственности, бремя жертвенного служения и если не перед Отечеством, то хотя бы перед своим личным потомством.

Вследствие оставшегося в неизменности тела дракона и всего лишь сменившейся на время его головы, проблемы в народе остались абсолютно неизменными, — что в 20-х, что в 50-х, что в 80-х, что сегодня. Вот только выражаются они по-разному. Кто-то ностальгирует по советской якобы справедливой жизни, кто-то стремится от этой категории людей откреститься, называя их сов. рабами и взамен предлагает нацизм, как образчик национального возрождения. Кто-то уповает на Бога, при этом сам и палец об палец не ударяет, даже если и Господь оказывает эту помощь, давая кому-то ум, кому-то волю, а кому-то и достаток. А кто-то и Бога если не отрицает, но и не видит в нем То, без Чего и сделать то ни что не в состоянии. Но все это объединено, при порой диаметральной противоположности, в общие ожидания, — либо чуда, либо катаклизма, из которого, уж наверняка, мы выйдем победителями. То есть все откладывается на потом, на более благоприятные моменты, на взращивание национального самосознания, на смену поколений, на …, на благоприятное расположение звезд, в конце концов.

А сегодняшняя жизнь, как бы она не была и противна и тягостна, никого не беспокоит. Мы ее критикуем, но не стремимся изменить. Это и есть сегодняшние русские, это и есть сегодняшнее поколение потомков казаков. Мы бездеятельные, а потому и не способные достичь цели. Задачи поставить можем, не можем и не имеем сил их решать. Вот это и есть главное достижение большевизма. Подобное было и в Российской Империи – не будь этого, не было бы и последующей катастрофы.

Рассмотрите общественно-политическую ситуацию в Российской Империи 1916-1917 гг. Огромное количество политических направлений, создаваемых партий и движений. Среди правых сил бесконечное противостояние друг с другом и постоянная грызня. Демагогия и благодушие, постоянные стенания о недостатках существующего строя и стремление к «народному счастью и свободе». А результатом явилась победа хоть и малочисленной, но наиболее сплоченной и организованной в железную дисциплину социалистов-демократов (эсеры) и социал-демократов (большевики). Из которых последние, также будучи в меньшинстве по отношению к эсерам, но за счет более четкой сплоченности смогли перебороть и их. Конечно же, этому способствовало довольно большое число сопутствующих факторов. Но главное состояло только в двух аспектах – русский народ был раздроблен на множественные группы и подгруппы по идеологическим пристрастиям и, противодействуя друг другу, они не смогли противостоять сплоченному и организованному меньшинству. Результат – меньшинство у власти, противостоять ему некому, т.к. все раздроблено, рассеяно и не объединено. И второе — политической силы, способной оказать противодействие – нет. Начался диктат меньшинства, использующий систему государственного устройства приспособленного для уничтожения разрозненных и продолжающих противостоять друг другу слоев населения.

Но в Российской Империи были те казаки, которые создали Всевеликое Войско Донское и Донскую Армию, в ней были офицеры, которые ушли в Ледяной поход и зажгли свечу будущего собирания Русской Армии. В ней были рабочие Воткинского и Ижевского заводов, создавших Ижевско-Воткинскую дивизию. В ней были терцы, кубанцы, уральцы и т.д. и т.п.

Вот они-то и их потомки оказались впоследствии вне территории России. В России остались только их могилы. Живые же создали Русские мир в Зарубежье. И там не было физического уничтожения тела и нравственного порабощения души. Хотя жизнь для подавляющего большинства была так же тяжела. Но, воспитанные в другой нравственной среде, и в том, что всегда являлось основой жизни русского человека – Православной Вере, русская эмиграция не распылилась, а смогла создать на чужой земле облик России и русской жизни. Как был также воссоздан и Казачий мир с войсковыми правительствами и казачьими станицами, разбросанными по всему миру. Конечно же, все было довольно сложно в этом устройстве, были и противостояния и межличностные, и идейные, и идеологическая борьба, но эти аспекты относятся к другой теме. Важно сознать другое – Россия существовала в сердцах и умах этих людей. Многое из совершенных ошибок критически пересматривалось, вырабатывалась тактика и стратегия дальнейшей борьбы с оккупировавшей Россию властью. Вся жизнь большинства была пропитана той грядущей борьбой за освобождение Родины. И в этом не было желания мести, как кто-то здесь писал. Месть — понятие довольно узкое и личное. Они же жили понятиями более государственными, чем личными. Для них идея освобождения России не была материальна, а являлось понятием нравственным, духовным. Вот почему я и убежден в том, что никаких ошибок, тем более предательства, участвуя во Второй мировой войне на стороне Вермахта, они не допускали, исходя из своего нравственного и морального облика.

И это – второй аспект, который был затронут в обсуждаемой теме и который также вызвал самые разные суждения. Но эти суждения более рациональны, нежели оценочны по нравственным и моральным критериям. Почитайте воспоминания участников тех событий – от простых солдат до генералов. Так писать «изменники и предатели» не могут. Боль за Родину, жертвенность и пренебрежение личным благополучием свойственна только людям высоких нравственных идеалов. Вот, говоря о солдатах Красной Армии, погибших во Вторую мировую, «Дон» сам же написал: на смерть добровольно просто так не идут, значит, было что-то большее. Тогда, почему к бойцам Красной Армии это «большее» применимо, а русским добровольцам и казакам, идущим так же на смерть, в понятии освобождения Отечества – отказано?

Что понуждало их бросать только что устроенную жизнь на чужбине, какой-никакой достигнутый достаток, семьи и добровольно (не по призыву или из-под палки) идти на смерть? Мы сегодня не можем выйти на улицу, чтобы сказать – «нет беспределу!». А они шли в неизвестность, четко осознавая свою правоту и веру в возможность освобождения Родины.

Совсем иные вопросы, — как их использовала нац.-социал.верхушка Германии, как русские добровольцы и казаки относились к ней. Не нужно все сваливать в кучу. В данном вопросе – оценка поведения тех лиц, которые вошли в состав Вермахта, должна быть нравственная, оценивающая моральный облик этих людей. Вот из многочисленных документов того времени хочу привести в пример Записную Книжку одного молодого казака, который записывал все песни, которые пели его сослуживцы на фронте  (см. СКАНЫ СТРАНИЦ здесь )

Это явно противоположно тем, кто пел, вставая «проклятьем заклейменный» да еще с «кипящим возмущенным разумом».

Что же касается поведения советской власти в отношении народа, над которым она властвовала. и оккупационного режима германских войск, — что также поднималось в данной теме, то необходимо также рассматривать данный вопрос, не смешивая разные понятия в одну общую кучу и, как следствие, — оценку. Тогда будет более понятная и объективная картина.

Примеров уже приводилось множество, и я не буду далее повторять их, остановлюсь лишь на том, что любая власть оставляет свой след в конкретных распоряжениях и документах той эпохи, которую мы рассматриваем.

Возьмем сборник вышедших документов от германского оккупационного режима, где сразу же были обозначены «правила» взаимоотношения крестьян на оккупированных территориях и оккупационных властей.

 

Из приказа видно, что от каждой имеющейся курицы в хозяйстве, крестьянин должен сдать в виде налога 30 яиц в год. При том, что курица в среднем в год несет около 250 штук и более, то это будет 12% от общего количества.

По картофелю: средняя урожайность того времени составляла 200 центнеров с гектара (в Белоруссии значительно выше), но возьмем среднюю. То есть белорусский крестьянин собирал с гектара 20000 кг (т.е. 20 тонн), а отдавал в виде налога оккупантам 120 кг – меньше 0,6 % от урожая. Пусть в условиях военного времени урожайность была вполовину меньше 10т/га, но и тогда налог был бы 1,2 % с урожая.

Ну, а что делала родная советская власть, видно из следующих писем, отправляемых в Красную Армию родственникам, служащим в ней:

 

15 июня 1946. Отправитель: Киселев П.Я., с. Новое Зубарево, Старосиндровского района. Получатель: Киселев С.Я., п.п. 85281. «Все посохло, наверное, будет голод. Да еще налоги донимают. Как приходят, так и берут все, что увидят. Сеня, я считаю это хулиганством. Пришли, выгнали Настю из дома и начали ломать замок от сундука, вытаскивают, что найдут и берут. Нашли три яйца и взяли…»

2 июня 1946 г. Отправитель Катков Е.Ф., с. Стрелецкая Слобода, Рузаевского района. Получатель Ащеульев М.П., п.п. 55798. «Как мне тяжело, мне нет никакой помощи. Нам, победителям, которые пришли с фронта, даже не дают усадьбы, где бы мы посадили картошку. Дали по 5 сотых, которые под домом, говорят, что ваши жены мало работали в колхозе, а у меня две девочки ходили все лето, а за работу ничего не дали. А сейчас за козу давай деньги, потому что она ходит по колхозной земле. А разве на фронте воевали только колхозники, а мы где были? Вот что ведется у нас в деревне. Кто поднесет, тому и земли дадут. Себе берут, сколько хотят, как раньше помещики арендовали».

20 июля 1946 г. Отправитель Батова В.Л., д. Патра Старосиндровского района. Получатель Батов Н.Л., г. Вилок, в.ч. 2229 «Д». «Пришли к нам Сериков Тишка – денежный агент и сельский председатель, мы им показывали твою и Костину справки, они ничего не признают, начали ломать сундук. Вынул Сериков из сундука Костину одежду и говорит «Давай деньги», а у нас нет. Мы заняли 150 руб., он 50 руб. записал в пеню, а 100 руб. в налог. Вот, Коля, что они здесь делают. Мама сидела ни жива, ни мертва. Как увидим, начальники идут, так нас и лихорадка трясет… Как деньги придут, так их с почты берут, не дают даже в руки, а получим – домой приходят и выпросят».

2 июня 1946 г. Отправитель Морозова А., с. Новлей Болдовского района. Получатель: Морозов И.В., п.п. 20528. «Жизнь наша невыносимая. Огород мне вначале дали, а теперь не дают, им жалко 0,15 га. Наши сельские руководители не думают ни о чем. Они, как гады, приехали сюда и издеваются над женщинами. Эх, ведь только Сталин не знает об этом, что тут творится. У кого мужья геройски погибли, им не только помощь, а наоборот, над ними издеваются. Начальники только собирают пол-литра да взятки»…

ЦГА РМ. Ф.р-228. Оп.3. Д.2. Л.428-431.

Такие же примеры можно привести по рабочим, служащим, интеллигенции, работавшим на оккупированных территориях. Тот же Корольков, иллюстрировавший «Тихий Дон», и иллюстрации которого признаны лучшими, не стал оставаться в Ростове, а вместе с отступающими немцами покинул его и ушел с ними на Запад.

Но более всего разительные отличия двух режимов видны в отношении к ученым-творцам будущей мощи своей страны.

Вот недавно прошли юбилейные торжества, посвященные первому полету человека в космос. Даже сегодня, упомянув всех, забыли о самом главном человеке – исследователе и теоретике космических путешествий – Александре Игнатьевиче Шаргей (Кондратюк).

Почему американцы первыми высадились на Луну? – да потому, что Кондратюк, затравленный советской властью, всю жизнь вынужден был скитаться, был арестован по причине того, что построил самое большое деревянное зернохранилище без единого гвоздя на 10000 тонн зерна! И советская власть за это объявила его вредителем, так как предположила, что зерно погибнет под обломками этого «мастодонта». При допросе и вышибании показании у него выбили все зубы, вгоняли иголки под ногти. А это хранилище простояло 70 лет и не рухнуло, и разобрали его уже в 2000-х годах из-за ветхости деревянных материалов. Он же разработал конструкцию самого высокого ветряка в Крыму, и именно конструкции данного ветряка были заложены в основу Останкинской телебашни, но при строительстве имени Александра Игнатьевича даже никто не упоминал. Но главное, то, что он рассчитал траекторию полета к Луне, систему прилунения капсулы с космонавтом и дальнейший отлет на землю. Эта траектория в дальнейшем так и была названа «трассой Кондратюка», которой и воспользовались американцы, найдя в Библиотеке Конгресса его книгу, которую он издал на свои деньги малым тиражом, и которую академическое советское сообщество отвергло.  Расчеты в данной книге и легли в основу лунной программы НАСА –«Аполлон»

И только после возвращения с Луны, когда американский астронавт Нил Армстронг рассказал, кто явился основой успеха, и пожелал побывать в доме, где жил Кондратюк, Советы узнали о том, кто жил в стране и что они пропустили мимо своих мозгов, естественно, при этом к визиту Армстронга отремонтировав захолустный дом и срочно сделав в нем музей.  Сам же Александр Игнатьевич погиб на войне в 1942 г. – хотя, погиб он или нет – имеются только догадки. Так как нет ни его могилы, ни более точных записей в его личном деле.

А судьба Вавилова Николая Ивановича, выдающегося ученого-генетика, стоявшего на пороге мировых открытий по обеспечению населения Земли воспроизводимыми продуктами питания. В 1940 – арестован, в 1941 – приговорен к расстрелу. Не расстреляли, а сморили голодом в 1943 году в тюрьме. Человек, который мог избавить мир от голода, сам умер от истощения.

А судьбы десятков, сотен и тысяч иных ученых, которые смогли бы вывести нашу страну на небывалые высоты научного и технического прогресса! — кто смог – сбежал, львиную долю расстреляли, часть бросили в шарашки. И единицам удалось внедрить свои достижения в практику. Относились ли так немцы к своим? Относились ли так оккупанты к ученым, оставшимся на оккупированных территориях?

Таким образом, если отбросить все эмоции и взглянуть на вопрос с практической точки зрения, то ни одна категория населения при оккупации хуже бы не жила.

Но если рассматривать вопрос в ретроспективе: а была бы оккупация благотворней той жизни, что наступила для советских людей после окончания войны при советской власти, то можно ответить, что — навряд ли.

Германская оккупация – это не только внедряемый военной властью порядок, это еще и идеология национал-социалистической партии Германии, которая предусматривала только идеологию расового превосходства германского народа над всеми другими народами мира, в т.ч. и в отношении русских.

И рабочие, и колхозники, и ученые, наверняка, материально жили бы лучше. Но были ли бы национальные ВУЗы, университеты, где русские дети смогли бы получать образование и формировать национальную, научную и интеллектуальную элиту страны? Я думаю, навряд ли. И это доказывает тот факт, как и с каким трудом формировались национальные подразделения в частях Вермахта, когда любое упоминание об освобождении России, о Русской Армии жестоко пресекалось функционерами нацистской партии и самим Гитлером. Конечно, многие германские генералы были на стороне русских и казачьих добровольческих подразделений и активно им помогали в формировании, но они были ограничены партийным давлением, что в мирное время было бы еще большим и более беспринципным. Поэтому германская оккупация после войны, на мой взгляд, не позволила бы формироваться будущим поколениям России в повышении своего научного и интеллектуального потенциала, оставаясь в положении колониально-порабощенного народа. Возможно, были бы и исключения – казаки, к которым отношение было немного иным, да и скорее всего – национальные окраины. Но центральные российские территории, в том числе Украина и Крым, были бы колонизированы переселенцами с Германии и русский народ обслуживал бы их, сам не развиваясь, и не имея возможности для этого развития.

Противостоять или сбросить данную оккупацию было бы невозможно. Русские военные организации были бы после войны однозначно распущены. Те, кто сопротивлялся, оказался бы в концентрационных лагерях. И пример тому – та же ситуация с русской военной эмиграцией в Европе перед войной с СССР.   Объединяющего начала и политической силы народ бы создать не смог, так как он этого не может создать и сегодня.

Что же касается других вопросов, поднятых в данной теме, то хотел бы остановиться на рядке высказываний. Вот «Дон» пишет: «Я не был поклонником советской власти. Я и тогда и сейчас сторонник Державы, но в виде социализма. Можете назвать это Монархо- социализм,если слышали»

Социализм – это такая же красивая обертка, с внутренним малозаметным ядом, как и коммунизм. Между прочим, первые, подобные «Державники» были именно социалистами – социал-демократическая рабочая партия (впоследствии большевики), социалисты-революционеры (эсеры), которые под липкими для мух лозунгами о социальной справедливости, уничтожили существующую справедливость Российской Империи и потопили народ в крови и страданиях.

Все беды сегодняшней Европы – это итог правления социалистов и их правительств. Именно они заполонили европейские страны мигрантами с Востока и Африки, чтобы из них сделать себе электорат. Именно они заставили коренные народы работать на многосемейных инородцев через социальные налоги и пособия. Именно они сейчас уничтожают национальные производства, непомерными социальными налогами понуждая национальный бизнес бежать в Китай, Индию и другие страны .

И именно из-за них ни во Франции, ни в Германии Вы не услышите звона колоколов в Храмах, так как ими они были запрещены – производя с 50 годов дехристианизацию всей Европы. Они придумали международные судилища над национальными лидерами, которые выпадают из их толерантного мировоззрения.  И они же держали в изоляции страны, в которых формировались национальные независимые правительства – Испания, Чили и т.д.

Социализм, как его не назови – это предтеча диктата меньшинства над нацией, это популизм в счет здравого рассудка, это постепенное разложение. И примером тому служит Швеция с ее шведской моделью социализма. Еще учась в Академии Народного Хозяйства при Совмине СССР, на втором курсе наша группа была отправлена именно в Швецию для ознакомления с этим шведским социализмом. Ознакомление проходило в Скандинавской Академии промышленного бизнеса, где преподаватели являлись шведской экономической профессурой. И уже тогда они с ужасом отзывались об этом их шведском социализме. Говоря нам, что его нужно не изучать, а уничтожать, пока Швеция не скатилась в бездну. Они приводили в пример падение трудовой дисциплины, снижение профессионального уровня работающих и ничем не оправданные социальные требования неподтвержденные эффективностью производства. Говорили о надвигающемся крахе самых крупных шведских предприятий, как концерна «Вольво» и авиакомпании SAS. Это был конец 80-х. И что только не делало правительство, но к концу 90-х «Вольво», будучи национальным символом Швеции, прекратило свое существование и было продано компании«Форд», лишившись национальной самостоятельности. А уже позже было продано китайской компании, гордость шведского автопрома перекочевала в китайские руки, выгнав на улицу тысячи работавших. И все это – «благодаря» шведскому социализму. Та же участь настигла и компанию SAS. В 2001 году для поддержания компании, в ее капитал вошли правительства Норвегии и Дании, но ситуация по работоспособности SAS не улучшилась. И только продав 50 % на торгах частным инвесторам, компания смогла уцелеть, но при этом, также лишилась национальной принадлежности. Об этой трагедии шведская профессура нам говорила еще в конце 80-х, предсказывая именно такой ход событий шведского социализма. Все подтвердилось абсолютно точно, как они предсказывали.

 

И последнее, касающееся социализма. Вот, что писал в журнале «30 дней» (М. 1930 г. № 8, стр. 66) популярный социалист Джек (Яков Моисеевич) Алтаузен:

Я предлагаю

Минина расплавить,

Пожарского.

Зачем им пъедестал?

Довольно нам двух лавочников славить,

Их за прилавками

Октябрь застал.

Случайно им

Мы не свернули шею.

Я знаю, это было бы подстать.

Подумаешь,

Они спасли Рассею!

А может, лучше было б не спасать?

И еще кто-то написал, что нормальная жизнь была в 70, 80-х годах и она вполне устраивала бы всех и сегодня. – Возможно. Но что можно сказать о тех, кто в этих годах видит самое страшное, а многие уже и не видят, так как давно мертвы.

Афганистан – 1979-1989 годы – сколько гробов приняли матери, жены, дети? Сколько калек? Сколько поломанных судеб? И за что? И как отнеслась к афганцам сов. власть? Изречение – «мы вас туда не посылали» — продукт не 90-х, а семидесятых и восьмидесятых, когда ко мне на завод приходили молодые ребята и просто выли, что им устроиться на работу и получить жилье практически невозможно. Об этом можно говорить много, но многое уже известно. Просто напоминаю о том, что счастливым это время было не для всех – кому как «повезло».

Чернобыль – 26 апреля 1986 года. Мало того, что людей бросали на ликвидацию без должной защиты, так и выселили только 10-километровую зону, а не 30 км, как того требовалось. Не уведомили близлежащие районы о радиоактивной опасности, все праздновали Первомай под радиоактивными осадками. И как отнеслись к ликвидаторам и пораженным? До сего дня от них отбрыкиваются, как от прокаженных. У меня был товарищ – вот его награда за ликвидацию – грамота.

1987. грамота за ликвидацию чернобыльской аварии.

 

В начале 2000-х он умер от малокровия. И никто не оказал, кроме друзей, помощи ни в похоронах, ни в поддержке семьи. И до этого не было никакой помощи. Умер он от «благословенных» восьмидесятых.

Не соглашусь я и с высказыванием Panasonicа, который написал, правда, не в этой теме, в другой, следующее: «Вы зря поднимаете здесь вопрос веры Односум. У основной массы форумчан вы не найдете поддержки в этой полемике. (…) Я бы в дальнейшем советовал бы вам воздерживаться от обсуждения вопросов связанных с православием. Надоел ненужный бесперспективный флуд.»

 Без Веры, без Православного мировоззрения, без Христианской морали любой национализм может привести к оголтелому нацизму, как вот в этой ситуации с Артемом Ануфриевым и Никитой Лыткиным, которым только по 18 лет. Не давая ссылку на страницу, хочу привести выдержки из нее:

«Мы – боги, решаем, кому жить, а кому умереть»

«Ольга Липчинская – 14.04.2011

«В нашей группе не место позерам. Допускаются только те, кто вершит судьбы быдла либо только собирается начать серьезные действия. Если ты настроен решительно – тебе сюда». Это цитата из переписки в соцсети ВКонтакте. Прошлой осенью там образовалась группа (объединение пользователей, которые общаются на одну тему) с длинным пафосным названием – «Мы боги, мы решаем, кому жить, а кому умереть»! В группу записались 13 человек. Писали они друг другу вещи странные, страшные. Например: «Такие, как мы, не только детей убивают. Мы и родителей заодно грохаем». «Убивать весело! Пока не проверял. Но думаю что это так и есть»… К записям прилагалось видео со сценами убийств»…

«Мужчина убит около трансформаторной будки…», «Женщину зарезали около елки…», «Напали на беременную женщину с ребенком лет пяти. Нападавший бил по голове…» и так далее.»

«Любимой темой для обсуждения была такая вот нехитрая мысль: обычные люди – овощи, быдло, а те, кто их убивает – боги, стало быть.

Вот, к примеру, сетевой диалог Артема Ануфриева с неким Юрой.

Ануфриев:

-Ты бы хоть дворника грохнул.

Юра:

-И чего я этим добьюсь?

Ануфриев:

-Ну ты же пока что даже дворника убить не можешь, так?

Юра:

-Зачем мне сидеть за дворника и портить свою жизнь?

Ануфриев:

-Во-первых, это тренировка. Подготовка психики. Во-вторых, можно убить и не отсидеть.»

И вот результат – видео. http://kp.ru/video/445349/

И в заключении еще раз хотел коснуться двух высказываний «Дона». Мы уже вели с ним беседу с полгода назад, но каждый остался при своем мнении и раз уж он вновь написал, я вынужден вновь ответить. «Дон» пишет: «Значит если не они были предателями,то предателями являлись наши деды(в том числе и Ваши тоже)»

«А на мой взгляд совок-это тот,ктороый в прошлом всегда видит только мусор,и его вечно тянет разрушить все старое… выбросить на помойку… вместе с водой вышвырнуть и младенца. Наверное совки,готовы и сейчас радостно улыбаться,видя на улицах своих городов новых тевтонов под Натовскими стягами… как-же,как-же…Нужно добить большевистскую гадину,при этом развалив и уничтожив Россию.»

По первому высказыванию. Как это напоминает детские забавы некоторых родителей, спрашивающих у своих детей – кого ты любишь больше – маму или папу? Идиотизм этого вопроса заключается в том, что назови любого – получается, что не названного ты не любишь. В таких ситуациях дети, как правило, оказываются умней родителей и просто начинают рыдать. Подобное высказывание, на мой взгляд, такая же глупость.

Что касается последующего, — то оно очень напоминает первое, хотя и касается совсем иного вопроса. Но главное здесь другое – упоминание о развале и уничтожении России. Так она уже развалена наполовину и практически уничтожена и ни чем иным, а тем, что так нравилось Вам, «Дон» — 70-ми и 80-ми. И сегодня уничтожается теми, кто был в эти годы воспитан советской властью.

Мы абсолютно уже не понимаем того, что Россия, русский народ, казаки давно уже не несут той нравственной, идеологической и интеллектуальной основы, которая была в них сто лет назад. Мы же не утверждаем, что древние эллины – это сегодняшние греки, а древние римляне – сегодняшние итальянцы, как и булгары не являются нонешними болгарами. Происходит малозаметная метаморфоза, замещающая суть названием – это и есть большевизм. Поэтому-то Вы и проводите вновь абсолютно неверное тождество: мол, те, кто хочет избавиться от большевизма, обязательно являются участниками развала и уничтожения России. Поэтому, следуя Вашей логике, настоящий патриот тот, кто эту «гадину» трогать не будет, а как-то приспособится к ней до ее следующего смертельного укуса. (2011 г.; см. полностью на форуме здесь )

***
 
Из обсуждений в теме «Диалоги о Второй мировой войне»:  Написать в данном разделе форума что-либо новое из того, что ранее на эту же тему уже мной неоднократно писалось, казалось бы, нечего. По всем, опять поднятым, вопросам ответы были. Но видно, все-таки стоит обобщить ранее сказанное, раз снова эта тема вызвала столь горячий спор, причем, вновь уводя внимание от главного.

Вот Вы, Сергей Эдуардович (Хуторянин) в одном из своих сообщений привели в пример из «Казакии» пост «Вот они ваши кумиры» , разместив фото и дополнительно написав свои комментарии.  Цитата: «Ну и как раз по теме, о простых арийских парнях несущих в Россию европейское просвещение.  Вот они ваши кумиры. http://forum.kazakia.info/viewtopic.php … 489d#p3891

«Прокурор. Среди расстреливаемых были женщины и дети?
Риц. Да, я помню, что была женщина с ребенком. Женщина, пытаясь спасти ребенка, прикрыла его своим телом, но это не помогло, так как пули пронизали ее и ребенка.
Прокурор. Следовательно, на этот мерзкий путь, на путь расстрелов ни в чем не повинных людей, вы стали по собственной воле, ибо вас к этому никто не понуждал?
Риц. Да, я действительно в этом должен признаться.

Впрочем ознакомившись с идеолгией рассейских нибелунгов, понимаю что, они подумают. Типа совков и расстреливают, а мы не совки мы высшая расса, настоящие русские люди наследники Власова, а на фото жидо — коммуняки. Вопрос. И ребенок тоже?
Ну и за Нижне — Чирскую почитайте. Или среди детей точно казаков не было? Вы проверяли? Очевидцы воевавшие на Воронежском фронте говорят о колодцах забитыми детьми. Кстати перелом в сознании советских солдат, начался с момента возвращения своих земель. Тогда они узнали и о судьбе местногонаселения и о пленных.»

Я не могу предположить, что Вы впали в ту же истерику, уже дошедшую до психоза, как у тамошних завсегдатаев. С ними-то все ясно — направляя свои недюжинные способности на то, чтобы создать имя Мемориалу как рассаднику фашизма и антисемитизма, но разбиваясь о реакцию тех, кто его посещает, которые этого «рассадника» не видят — это вызывает у них дикую злобу от бестолковости своей «работы» — а отсюда такие крайности.
Вы же пишете, что хотите разобраться. А если хотите разобраться, то к чему эти Ваши приписки?
Цитата: «Впрочем ознакомившись с идеолгией рассейских нибелунгов, понимаю что, они подумают. Типа совков и расстреливают, а мы не совки мы высшая расса, настоящие русские люди наследники Власова, а на фото жидо — коммуняки. Вопрос. И ребенок тоже?»

Неужели Вы думаете, что данное фото вызывает у любого нормального человека, подобную Вашей, описанную реакцию? Убийство беззащитных людей, тем более женщин и детей — тягчайшее преступление, кем бы оно не совершалось и какие бы цели не преследовало.

Но не только на это я хотел бы обратить Ваше внимание. Ведь все последующие объяснения и попытки объяснить читающим об НКВД, заградотрядах, как о естественной для любой иной страны системе , якобы, противодействующей развалу Армии и государственного устройства, на мой взгляд, также, как и в первом случае, уводят от главного, в плоскость необходимости выбора, если ты против заградотрядов и НКВД — значит, ты за тех, кто расстреливает женщину с ребенком. А это уже вольное или невольное желание загнать несогласного с Вашими доводами в примитивность вывода — либо ты с нами, либо ты против нас и ты — враг. Хотя в последующих сообщениях Вы пишете сами: Цитата: «… что думающие люди, любят разбираться во всем сами. Даже в том случае, если «правда» подкреплена монументальной пропагандой».»
Так вот и давайте отбросим эту пропаганду и разберемся во всем по порядку.

1.По выложенной Вами фотографии я уже сказал — подобная сцена — это мерзость и подлость. И так скажет любой присутствующий на данном форуме, какой бы идеологии он не придерживался.

2.О том, как вело себя НКВД в отношении таких же детей и женщин — фотографий у меня нет. Но есть архивные документы( ЦА ФСБ России. Ф.2. Оп.8. Д. 120. Л. 154-160; опубл. Исторический архив. 2005. № 5. с. 78-81; ЦА ФСБ России. Ф.2. Оп.8. Д. 120. Л. 123-126; опубл. Исторический архив. 2005. № 5. с. 76-78; ЦА ФСБ России. Ф.2. Оп.8. Д. 116. Л. 102-112; опубл. Исторический архив. 2005. № 5. с. 70-76 и др.) и воспоминания Киселева-Громова, сотрудника ИСО лагерей НКВД. Читаем: «Выселяемые крестьянские семьи перевозились в товарных вагонах с наглухо заваренными окнами без печи в зиму и без какой-либо вентиляционной отдушины летом. В пути следования ссылаемые стоят на ногах, ибо такая теснота, что им нельзя ни лечь, ни сесть. На каждой станции чекисты из ИСО лезут в вагоны и делают проверки, при этом часто в панике и темноте остаются задавленными не один ребенок. Мертвые тельца детей выбрасывать из вагонов не позволяют. Всех должны пересчитать в пункте прибытия ….. От станции прибытия колонна пешком в любую погоду отправляется в пункт переселения. Часть замерзает по дороге, другая умирает в самих пунктах высылки от голода и непосильного труда»…
«Повсеместно в женских лагерях практиковалось принудительное понуждение осужденных женщин к сожительству с сотрудниками лагеря. … Результатом являлась либо венерическая болезнь либо беременность, а чаще и то и другое. 
Родившихся детей и их матерей переправляли в отдельную зону, за 30 км пешком. .. Зимой они идут в трескучий мороз и в снежную вьюгу, одетые в одежду из мешков и держа на руках своих младенцев, завернутых в тряпье. Порывы ветра пронизывают и их самих, и несчастных детей. Кто дойдет — помещаются в барак, где вместо постели еловые ветки, прикрытые грязными мешками.
В отчаянии многие женщины своих детей умерщвляют, выбрасывают в лес, в уборные, вслед кончая и сами жизнь… Многие сами сходят с ума…»

О подобных и более ужасных преступлениях в отношении детей и женщин можно приводить множественные факты. Но при этом они всегда будут отличаться от приведенной Вами фотографии тем, что немец, вскинувший винтовку — пришел на чужую землю, он оккупант, он захватчик, по общепринятой трактовке, он, пользуясь военными действиями на оккупированной территории, творит свой гнусный произвол. Но кто тогда тот, кто творит произвол еще более жестокий и мерзкий на территории и с гражданами своей страны? Из логики —такой же оккупант, только более мерзкий и беспощадный, который считает, что он — хозяин этой страны, а ее население — его рабы с которыми позволительно делать все, что взбредет в его больную голову.

Вот, в другом сообщении, Вы пишете, что не осуждаем же мы американцев, пытающих арабов в своих закрытых тюрьмах. Но, во-первых, осуждают, и не только мы, но и сами американцы — поэтому и были назначены слушания и часть военных лишились своих постов. Но вновь, американцы же не издеваются над своими американцами, а применяют это к другому народу. А вот что делали сотрудники НКВД в С.Л.О.Н.е.
«…В штабе избиение продолжилось, но уже восемь чекистов били их поочередно прикладами, ногами, палками. Один из бивших Соловьев Александр, дошел до того, что когда устал бить палкой и плетью, упал на одного из несчастных и грыз его зубами. Все устали, вспотели, чтобы «освежиться» пили воду, вытирали пот и принимались избивать дальше… Оба избиваемых в тот же день умерли».

«… я услышал душераздирающие крики. Захожу в комнату Евстратова и вижу: Евстратов и секретарь ячейки Дернов Роман бьют, что есть сил одного заключенного — Евстратов увесистой доской с гвоздями, а Дернов плетью. Все лицо заключенного сплошь было залито кровью».

Назовите мне хотя бы одну из подобных организаций, которая бы в своей стране со своим народом сотворяла бы такое.

Предугадывая Ваш ответ, что Вы вели речь только о военном времени и о роли НКВД в части «дисциплинирования» советской армии, хочу сказать следующее. Во-первых, заградотряды в основном, формировались из бывших лагерных сотрудников НКВД в наказание за допущенные проступки и недочеты (а порой и за прямые преступления), допущенные во время своей «службы» в лагерях. Поэтому все охранники лагерей, стремясь выслужиться перед своим начальством, беспощадно издевались над заключенными, чтобы избежать их посылки на фронт, хотя их фронт был фронтом в тылу наступающих частей. При этом частенько стреляли никуда не стремящихся убежать заключенных, перетаскивая их в лес, а затем, писавших в рапорте, что проявил бдительность и застрелил сбегающего.
Поэтому контингент заградотрядов был таковым, что стоять бок о бок с солдатами в окопах или идти шеренгами в наступление он особо не желал — главной их целью было вернуться вновь в лагерь. А для этого нужно было проявить рвение — они его и проявляли еще большей жестокостью, и теперь уже не с заключенными лагерей, а с солдатами на фронте.

Во-вторых, то, что Вы назвали единичным случаем, по которому нельзя судить о всей системе в целом — абсолютное заблуждение. Приведенный пример «Сибиряком-Красноярцем» — это тысячная доля того, что творилось. Из этой тысячи еще один пример из воспоминаний участника ВОВ С. Михеенкова «В донесениях не сообщалось» (стр. 50): «Старшина с тяжелыми боями вывел свое подразделение из окружения. В части его забрали особисты и уже через 2 часа вывели, поставили перед строем и расстреляли. Основанием послужила брошенная, разбитая пушка. Если бы погиб при выходе из окружения — считался бы героем, павшим за Родину, выжил — предатель».

И подобное было не исключением, а правилом. Почитайте мемуары тех же немцев, американцев, французов, англичан, да всех, кто писал о войне — вышедшие из окружения с боями, убежавшие из плена всегда принимались в своих частях, как герои, кроме советской армии — где пришедшие подвергались не только унижениям и издевательствам, но порой и пыткам и избиениям, и нередко приговаривались к смерти или отсылке в штрафбаты.

Ни в одной армии мира подобного жестокого и бесчеловечного отношения к своему Солдату не было.

Вы пишете  Цитата: « в любой армии мира существует система, которая карает трусов и предателей, дабы сохранить жизни тысячам и сотням тысяч». 
Да, действительно, они существуют и они оправданы такой необходимостью, но оправданы именно необходимостью защиты своей страны и своего народа от внешнего врага.
Та же система, которая существовала в Советской стране, карала не столько трусов и предателей, сколько тысячи и сотни тысяч своего народа не для его защиты, а для защиты своей идеологии, защиты возможности и далее грызть зубами, когда устанут бить ноги и лупить палкой с гвоздями по тем несчастным, которые в стране останутся после войны.

Я думаю, Вы не будете из сказанного мной Выше тут же обвинять меня в восхвалении нацизма, как этому уподобляются другие. Мне он абсолютно безразличен. Потому что более всего меня интересует то, что происходит в моей стране.

 
И обвинять в трусости и паникерстве полстраны, оправдывая тем самым необходимость действий НКВД «упуская» при этом из вида ту нечеловеческую жестокость и масштаб их деятельности, в том числе и в годы 2-й Мировой войны, значит, оправдывать трусость, бездарность и бесчеловечность той системы, которую возвели большевики в России, которая за свою сохранность во все времена своего существования обрекала на гибель и страдания народ, который закабалила невиданным доселе террором и угнетением. Вот посмотрите на эти таблицы потерь:

ПОТЕРИ СТОРОН В ХОДЕ ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ (30.11.1939-12.03.1940) В ВОЙНЕ С ФИНЛЯНДИЕЙ
………………………………………..СССР _________ Финляндия
Убито и пропало без вести……..131 476 _________ 22 830
Ранено и обморожено…………… 264 808 _________ 43 557
Всего, чел………………………….. 396 284__________66 387
Танки ………………………………..653______________50
Самолеты…………………………….406______________62

ПОТЕРИ СТОРОН К 31.12.1941 в ВОВ

………………………………………..СССР______________Вермахт
Личный состав, чел.__________5 979 134____________847 773*
Орудия и минометы___________104 000_____________12 827
Танки_______________________23 200______________2 859
Самолеты____________________21 200______________4 400

Вместе с войсками союзников — 1 133 766 чел.

Не все погибшие были трусами и предателями. А к этому приплюсуйте еще и куда большее количество уничтоженных в лагерях, в переселенческих зонах, в зонах высылок. Умерших от голода в своих куренях и избах.
И обратите внимание на то количество техники, которое было уничтожено и которое просто бросалось отступающими красными частями. А ведь эта техника была создана за счет лишений и непосильного труда всего народа. Они не доедали, трудились до изнеможения, чтобы в Красной армии были танки и самолеты, чтобы их могли защитить — и все эти страдания — даром!

 
Созданная система НКВД, где бы она не действовала, предусматривала только одну цель — уничтожение наиболее инициативной части населения и превращение оставшейся части в послушное орудие системы, готовой идти туда, куда они прикажут, не обременяясь ни понятием совести, ни понятием долга, ни состраданием. 
 
И если вновь вернуться к детям и женщинам, то только по переселенцам (не считая ГУЛАГов и других спецзаведений), можно увидеть, какова была «любовь» этой системы:
статистика рождаемости и смертности спецпереселенцев:

1932 г.: родилось 18 053; умерло 89 754 человек.
1933 г.: родилось 17 082; умерло 151 601 человек.
1934 г.: родилось 14 033; умерло 40 012 человек.
Источник: ГАРФ. Ф. 9479. Оп.1. Д. 89. Л. 208-210.

Умершие-то, в большей мере, и были малолетние дети да дети-малютки, родившиеся на поселении, т.к. Декретных отпусков ни до родов, ни после не давали. Рожали прямо на просеках в лесу. Умирали и роженицы от тяжелой работы и голода.

А основу этому положила вот эта «Записка уполномоченного по организации и устройству лагерей ВЧК Председателю ВЧК Ф.Э. Дзержинскому об устройстве Северных колоний ВЧК» от 24 января 1922 г. 
(ЦА ФСБ России. Ф.1. Оп.6. Д.28. Л.3-6 об. ).

На 4-х листах деловито описано, что освоение богатств Севера требует только принудительного труда, который может быть осуществлен целенаправленно политикой его осуществления через создаваемые ГУЛАГи и спецпоселения для лиц, не принявших сов.власть, как явно, так и скрыто. А для скрытых были уже придуманы «разнарядки», которые рассылались по областям в части количественно необходимого объема осужденных для пополнения данных лагерей. Поэтому судили не за преступления перед сов.властью, а по плану, необходимому для пополнения лагерей и спецпоселений.
Люди, работающие в этой системе и на этих принципах, не могли быть другими в других условиях, и на войне, в том числе. 

А посему все, что я делаю по Мемориалу, имеет целью недопущение повторения подобного, через объяснение случившегося. Это одна из тех целей, о которых Вы интересовались задаваясь вопросом о целях Мемориала.

Вторая, заключается в обсуждаемой в этой же теме форума проблеме, которую озвучили и Вы, и «Жид», и «Дон» — это проблема «простых» казаков, ушедших с фронта или перешедших к красным.
Начну с того, с чем полностью согласен по высказыванию «Жида», которые апеллируя «Константину», написал: Цитата:«Вы наверное как минимум жили в то время. Или провели глубокий историкополитический и психологический анализ той эпохи». К сожалению, до этого полностью изменив смыслу своего же высказывания, когда написал:«Русским-нерусям»: — Это Вы русские неруси, во главе в вашими «героями-белоцельцами-революционерами» предали и свергли Николая-2, предали и погубили Россиию, втянув в эту бесовскую пучину казачий народ»

Написал так, как будто действительно, провел не только историко-политический и психологический анализ той эпохи, но и жил в ней, наблюдая воочию, как «русские неруси» предавали и свергали Государя Императора Николая II, становясь впоследствии «героями-белодельцами-революционерами».

Вот в этом и есть все наши беды: когда нам нужно кого-то оправдать, то ли по личному пристрастию, то ли по личной идеологической приверженности — мы ссылаемся на сложности эпох и неразумность «простоты». А если же по тем же причинам мы хотим кого-либо принизить, тут же готовые глубокомысленные выводы, абсолютно игнорирующие действительно существовавшие и объективные и субъективные причины.
Здесь необходима нравственная оценка поступка и видение духовного образа человека, этот поступок совершившего. 

Так вот, на мой взгляд, трагедия казачества была не в Новороссийске, который был местом трагическим для многих казаков, и не в уходе с северного фронта 28 полка, открывшем фронт красным полчищам. И не в том, что, как многие утверждают, с момента формирования Добр. Армии на Дону, которое также по их мнению спровоцировало большевиков к походу на Дон.
Трагедия казачества началась с отказа от строя, с отказа от уклада, с отказа от преданий, которые спаяли казаков в единой и крепчайший монолит. И вот, чтобы вновь оно не возродилось, некоторые лица, стремящиеся узурпировать только свое понимание казачьего пути, первым делом обвиняют казачью старшину в предательстве, четко осознавая, что что именно ее сегодня необходимо охаять — ведь именно она и была цементирующим составом этого монолита, без которой никакое государственное строительство невозможно. Возможно создание ватаг, но не крепкого государствообразующего элемента. Отсюда вытекает и вторая цель Мемориала — показать тех, кто , сохранив цельность и мудрость государственного взгляда на происходящий хаос, боролись против него, утверждая на своей земле казачий порядок и жизнь.

Так же, как и показать и тех, кто эту цельность утерял, поддавшись демагогии большевизма, абсолютно лживой и порочной, вскрывая причины подобной утери, с той целью, чтобы не повторить этого сегодня.
И то, что «Хуторянин» желает написать книгу о казаках, перешедших на сторону большевиков, чтобы отразить правдивость той эпохи, — дело хорошее, но будет неполным, если он не допишет судьбу всех этих казаков и их семей после того, как то, за что они боролись, утвердилось на нашей земле.
За все свое детство, проведенное в хуторах на Дону и среди казаков-одногодков деда, я ни разу не слышал воспоминаний казаков или их потомков, сражавшихся в Красной армии. То ли их уже к тому времени всех «зачистила» их «любушка советская власть», либо об этом говорить было неприлично (но скорее, первое). 
Трагедия казачества началась с первого отказа защитить своего офицера, плоть от плоти своего брата-казака, от разнузданной большевистской сволочи. И хотя подобное было крайне редким явлением, крушение началось именно с этого. С предательства.

И наконец, третья цель — собрать среди казаков людей, способных к поступку, а не проступку.
Вот Вы, «Оренбург»пишете, обращаясь к Прохожему Цитата: «Боитесь, значит, говорить, чтоб ненароком чего лишнего не сболтнуть и остаться без горячего. Опалы хозяина боитесь».
Ну скажите на милость, даже, если Вы «простой казак», как часто себя именуете, неужто не видна та ехидность и злонамеренное желание унизить человека подобным выражением. И ведь Вы, прекрасно это понимая, — пишете. Значит, пишете осознанную гадость, преследуя именно цель эту гадость написать. Или некий Болдырев, который на всех форумах трындит о Мелихове, нажившемся на разграбленном заводе, где я был директором. Неоднократно отвечал сам, как я попал на завод, как я стал на нем директором, как ушел и как создал свое предприятие — нет, целенаправленная ложь. Неужто он не понимает, что пишет, ведь не дитя малое. Понимает — и потому пишет.

Так вот, подобные Вам люди, способны защитить ту идею, которую провозглашаю не я, а Вы сами, какие бы они ни были?
Никогда, потому как низость и подлость натуры, чем бы она не прикрывалась, всегда будет препятствием в Вашем деле, за что бы Вы не взялись. Вы предложили посмотреть в зеркало, а я Вам предлагаю заглянуть в свою душу и наедине с самим собой задать вопрос — «поступаю ли я по чести и совести»? Возможно еще, Ваша совесть и отзовется.

Ну а вот, что пишет «Жид»: «:Вся беда в том, что идет не объединение народа по нац. Признаку, а его раздербанивание по политическим взглядам».
Сегодня ничего и никуда не идет, а все катится назад. И подобные стенания сродни тем же, что были и раньше — «казаков хотят сделать пушечным мясом», «заставить идти спасать Русь» и т.д. И т.п.
Если я неправ, назовите этих объединителей и покажите, где и кого они объединили.

Нет этого, потому как в программной брошюре казаков, желающих узурпировать именно свой взгляд на будущее казачество в разделе Принципы Вольно-казачьего движения пишется:«Те казачьи организации, которые не разделяют и не следуют данным принципам, являются организациями вольно или невольно деструктивными, а значит подлежащими игнорированию, а в случае агрессивной политики — вытеснению участниками вольно-казачьего движения с политического поля борьбы всеми доступными средствами».

Вот и все объединение по национальному единству — поле это все-таки политическое — а значит, и идеологическое, как ни крути. Но вот главная задача в данном поле — это всеми доступными (надо полагать, что за недолгим они найдут и другие) средствами бороться с теми, кто с ними не согласен. Вот это и есть то дело, которым сегодня Вы и подобные Вам занимаетесь. 

И последнее, на чем бы я хотел остановить внимание, так это на высказывании «Дона» относительно Родины:«К тому, что не надо любить или не любить Родину-наличием полныхз полок в продмаге»

Вы правы, Родина не в продмаге. Но и не в том (разумеется, это на мой взгляд), в чем считаете ее Вы.

Вот так объясняли понятие Родины те, кто считал ее советской. До 1934 года понятия «Родина» в СССР не было вообще — оно нигде не употреблялось и даже не писалось. К 1934 году были уже полностью использованы в уголовном деле все термины, по которым определялась вина подсудимых — саботаж, контррев.деятельность, шпионаж и т.д.и т.п. А сажать нужно было и тех, кто к этому причастен не был, и лучше вместе с родственниками. И вот в этот момент появляется практически одновременно — вначале понятие «Советская Родина» с появлением статьи об этом в «Известиях» и тут же Постановление ЦИК СНК РСФСР, о дополнении уголовного кодекса РСФСР об измене Родине.

Родиной, согласно этому постановлению (пункт 58-1а) , считается территория и государственные тайны.  С этого понимания Родины началось массовое доносительство, унесшее тысячи безвинных жертв и изломавшее жизни миллионам. Вот с этим понятием Родины мы живем и поныне. А оно другое.

В свое время Ильин писал: «Родина есть нечто от духа и для духа». Советский строй уничтожал всеми силами этот дух, тем самым уничтожая в душе и понятие Родины, подсовывая взамен гнилой суррогат.
Безусловно, у каждого человека свое представление о Родине. Разный смысл можно вкладывать в это понятие. Но, несмотря на всю разность взглядов, неизменно мы будем подходить не к государственным институтам власти и даже не к общественному строю, которые не могут являться Родиной из-за их сменяемости, а к сообществу родных людей, сопричастности своей и их судеб в общей социальной среде. Это комплекс переживаний, воззрений и идей, на которых воспитывается любовь к своей Родине, создается единый и нераздельный мир сопричастности, нужности и, как следствие, преданности Отечеству.

Это очень далекие понятия относительно Советской Родины.  И даст Бог, мы Родину все-таки обретем.  (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

Форумчанин пишетЦитата: «Давайте спокойно разберемся. Начнем с НКВД. НКВД не состояло только ГУЛАГа. НКВД, как я уже писал, это и внутренние и пограничные войска, это и разведка и контрразведка, и даже.. железнодорожные войска»  Ведь четко осознавая, что именно Вы это напишите, я сделал в своем первом ответе оговорку. Не в структурах и отдельно-создаваемых органах или подразделениях дело — а в создаваемой системе, в том числе НКВД. Ее главная задача — подчинение народа воле руководства страны. Все остальное, напрямую не выполняющее данные функции, направлено на поддержку и помощь самой системы НКВД в решении ее главной задачи,даже если это лесники НКВД, которые сажают деревья на захоронениях массовых расстрелов, скрывающие преступления палачей. А ведь сами лесники — не палачи.

Один пример: В советской газете «Терек» за весь 1928 год ежедневно печаталась рубрика «В борьбе с хулиганством». И из выпуска в выпуск там печатались хулиганские проступки в станицах и хуторах. Выпуск от 5 января: мать понудила свою 12-летнюю дочь идти на молодежные вечеринки, так как считала, что дочь уже взрослая и должна встречаться с колхозными парнями. Ее дочь была на этой вечеринке изнасилована… О происшедшем никому не сказала, так как боялась мести колхозных парней.

2 февраля — Хулиган Мешуткин Иван зашел в дом к колхознику Аникееву и потребовал самогон. Самогона в доме не оказалось. Тогда он вместе с друзьями избили Мешуткина и снасильничали его жену… Двое других пошли в детскую комнату, из которой за пять минут до этого выпрыгнула из окна дочь Аня, побежавшая к соседям за помощью.

И вот так в каждом номере — разные станицы, хутора и люди. Все эти подшивки газет у нас в музее. Советский редактор, размещая эти статьи в газете, сам восклицает о том, как низко пали нравы и что среди колхозников беспробудное пьянство и разбой.
К чему я привел эти данные? Сов. система не пропагандировала, чтобы колхозники насиловали малолетних, не пропагандировала, чтобы хулиганы врывались в дома и требовали опохмелиться. Но они создали среду, в которой человек поступал именно так и никак иначе. 

И здесь очень уместно Ваше следующее замечание: Цитата:  «Представьте себе, что в 1812 году, крестьяне в обмен на отмену крепостничества встали бы на сторону Наполеона.»
Ну так ведь не встали, и крепостничество было и тягот довольно больших было предостаточно — а не встали. Потому чтобыла другая национальная среда, которая создавалась в Империи, и в которой места предательству не было. (…) (2011 г.;см. полностью на форуме здесь )

***

(…) В последнее время прослеживается довольно очевидная тенденция искажать главную суть вопроса через частные примеры, удобные, либо подходящие для данного искажения. Вот два примера: Первый — это статья из газеты «Донские огни» от 17 июня 2010 г

В данной статье обратите внимание на надпись на мемориальной доске: «… белогвардейские палачи подвергли нечеловеческим пыткам и зверски казнили красных партизан-шахтеров, их жен и детей…».
Она висит до сих пор и все приходящие читают ее, веря в написанное. Но соответствует ли эта надпись действительности и соответствует ли действительности все то, что далее пишется в данной статье?
Абсолютно нет. И доказать это не составляет особого труда. Во-первых, по сегодняшним, уже имеющимся в распоряжении и документам и воспоминаниям, Степной поход походного Атамана Попова П.Х. (а именно этот период отражен в статье), расписан не только по дням, но известен и по часам. И ничего подобного описываемой ситуации там не было. О каких женах и детях расстрелянных партизан-шахтеров идет речь? Это просто чушь. О каких расстрелянных и замученных 860-ти (?!!) красногвардейцах пишет автор статьи? Я был пару лет назад в Константиновске, увидел данную памятную доску и решил поговорить со старожилами станицы, никто из них подобного никогда не слышал. А один прямо мне так и сказал — что это идиоты, которые написали подобное, ведь такую тьму людей не только трудно расстрелять, но и похоронить невозможно. А если бы было захоронение такого количества людей, то уж об этом знала бы вся округа. Но вбитая в сознание ложь жива и до сегодняшнего дня.
А вот правда была совсем иной: действительно, были и расстрелы, только не 860-ти человек с женщинами и детьми, а 12-ти человек — отъявленных мерзавцев и головорезов, терроризировавших всю станицу и творивших, действительно, и издевательства и пытки над станичниками, устанавливая в ней советскую власть.
Или вот второй документ — диссертация на соискание ученой степени 2009 года.

Как можно говорить об оптимизме, о готовности к трудовому подвигу и энтузиазме, в то время, когда, для того, чтобы заставить человека работать, его закабаляли в колхозе и на заводе постановлениями:

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
УКАЗ от 17 июля 1940 года

О ЗАПРЕЩЕНИИ САМОВОЛЬНОГО УХОДА С РАБОТЫ ТРАКТОРИСТОВ И КОМБАЙНЕРОВ, РАБОТАЮЩИХ В МАШИННО — ТРАКТОРНЫХ СТАНЦИЯХ
В связи с многочисленными просьбами колхозов и машинно — тракторных станций Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Распространить на трактористов, бригадиров тракторных бригад и их помощников, работающих в машинно — тракторных станциях, действие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1940 года, за исключением статей 1-й и 2-й, которые на указанные категории работников не распространяются в силу сезонного характера сельскохозяйственных работ. На комбайнеров, как на штатных рабочих МТС, распространить Указ от 26 июня 1940 года полностью.
2. Настоящий Указ входит в силу с 18 июля 1940 года.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.КАЛИНИН
Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А.ГОРКИН

***

УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР от 26 июня 1940 года
О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений Согласно представления Всесоюзного Центрального Совета Профессиональных Союзов — Президиум Верховного Совета СССР постановляет:
1. Увеличить продолжительность рабочего дня рабочих и служащих во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях:
с семи до восьми часов — на предприятиях с семичасовым рабочим днем;
с шести до семи часов — на работах с шестичасовым рабочим днем, за исключением профессий с вредными условиями труда, по спискам, утверждаемым СНК СССР;
с шести до восьми часов — для служащих учреждений;
с шести до восьми часов — для лиц, достигших 16-ти лет.
2. Перевести во всех государственных, кооперативных и общественных предприятиях и учреждениях работу с шестидневки на семидневную неделю, считая седьмой день недели — воскресенье — днем отдыха.
3. Запретить самовольный уход рабочих и служащих из государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений, а также самовольный переход с одного предприятия на другое или из одного учреждения в другое.
Уход с предприятия и учреждения, или переход с одного предприятия на другое и из одного учреждения в другое может разрешить только директор предприятия или начальник учреждения.
4. Установить, что директор предприятия и начальник учреждения имеет право и обязан дать разрешение на уход рабочего и служащего с предприятия или из учреждения в следующих случаях:
а) когда рабочий, работница или служащий согласно заключению врачебно-трудовой экспертной комиссии не может выполнять прежнюю работу вследствие болезни или инвалидности, а администрация не может предоставить ему другую подходящую работу в том же предприятии или учреждении, или когда пенсионер, которому назначена пенсия по старости, желает оставить работу;
б) когда рабочий, работница или служащий должен прекратить работу в связи с зачислением его в высшее или среднее специальное учебное заведение.
Отпуска работницам и женщинам служащим по беременности и родам сохраняются в соответствии с действующим законодательством.
5. Установить, что рабочие и служащие, самовольно ушедшие из государственных, кооперативных и общественных предприятий или учреждений, предаются суду и по приговору народного суда подвергаются тюремному заключению сроком от 2-х месяцев до 4-х месяцев.
Установить, что за прогул без уважительной причины рабочие и служащие государственных, кооперативных и общественных предприятий и учреждений предаются суду и по приговору народного суда караются исправительно-трудовыми работами по месту работы на срок до 6 месяцев с удержанием из заработной платы до 25%.
В связи с этим отменить обязательное увольнение за прогул без уважительных причин.
Предложить народным судам все дела, указанные в настоящей статье, рассматривать не более, чем в 5-дневный срок и приговоры по этим делам приводить в исполнение немедленно.
6. Установить, что директора предприятий и начальники учреждений за уклонение от предания суду лиц, виновных в самовольном уходе с предприятия и из учреждения, и лиц, виновных в прогулах без уважительных причин — привлекаются к судебной ответственности.
Установить также, что директора предприятий и начальники учреждений, принявшие на работу укрывающихся от закона лиц, самовольно ушедших с предприятий и из учреждений, подвергаются судебной ответственности.
7. Настоящий Указ входит в силу с 27 июня 1940 года.

Когда даже на режимном заводе в Сталинграде текучесть кадров была огромна:

А голод 1939 года, который не имел под собой уже никаких оснований и оправданий для того, чтобы он свершился, — но, изъяв абсолютно весь хлеб, колхозника оставили без средств к существованию вообще. Именно от этого жители деревень поехали в город покупать хлеб. Отсюда и возник следующий указ о борьбе с очередями.

Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) от 04.05.1940

О БОРЬБЕ С ОЧЕРЕДЯМИ ЗА ПРОДОВОЛЬСТВЕННЫМИ ТОВАРАМИ
Утвердить следующий проект постановления СНК СССР:
«Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет:
Распространить постановление СНК СССР от 17 января 1940 года № 99—49с «О борьбе с очередями за продовольственными товарами в городах Москве и Ленинграде» на следующие города:
Минск, Пенза, Тула, Свердловск, Молотов, Киров, Нижний Тагил, Серов, Ростов-на-Дону, Таганрог, Шахты, Магнитогорск, Челябинск, Ленинск-Кузнецкий, Прокопьевск, Кемерово, Сталинск, Анжеро-Судженск, Новосибирск, Черемхово Воронеж, Дзержинск, Сталинград, Астрахань,Саратов, Казань, Ижевск, Архангельск, Шуя, Иваново, Александров (Ивановская обл.), Ярославль, Рыбинск, Куйбышев, Уфа, Артемовск, Винница, Днепропетровск, Полтава, Чернигов. РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 1022. Л. 41—42.

Но в диссертации об этом ни слова. Так какая же историческая наука у нас представлена будущими кандидатами и докторами наук?! Скорее всего та, которая за основу берет не факты, а сюжеты из фильмов «Свинарка и пастух», «Волга-Волга» да «Веселые ребята». 

Но самое главное даже не в этом, если рассматривать поднятую тему.
Главное, на мой взгляд, состоит в другом: жестокость, которая присуща любой войне, действительно, свойственна всем ее участникам, а гражданской — тем более. Но необходимо отличать жестокость, проявленную отдельными лицами и даже группами противоборствующих сил от террора государственного, выстроившего целую систему на исключительной жестокости

Вот некоторые образцы нравственного облика советской системы: они всем известных и их огромное количество, но остановлюсь только лишь на мизерной их части:
Из письма члена Донревкома И. Рейнгольда в ЦК РКП(б). 1919 г.
Бесспорно, по крайней мере огромную их часть, надо будет рано или поздно истребить, просто уничтожить физически, но тут нужен огромный такт, величайшая осторожность и всякое заигрывание с казачеством, ни на минуту нельзя упускать из виду того обстоятельства, что мы имеем дело с воинственным народом, у которого каждая станица — вооруженный лагерь, каждый хутор — крепость. И политика массового их истребления без всякого разбора приведет к тому, что мы с Доном никогда не справимся, а если и справимся, то после долгой, кровавой и упорной борьбы (…)РЦХИДНИ ф.15. оп.2. д. 106. л. 75.

Либо — высказывания Ленина:
«… не национальные интересы мы утверждаем, интересы социализма и мирового интернационализма выше интересов национальных , выше интересов государства». Ленин. ПСС. т. 36. стр. 341.
«… чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».ВРСХД № 98 IV — 197. стр. 54.
«… плюс тысяч 10 буржуев, поставить позади их пулеметы, расстрелять несколько сот и добиться настоящего массового напора на Юденича».Ленинский фонд центр. Парт.архива ИМЛ. В.И.Ленин. ПСС. т. 51.
«… повесить (непременно повесить, дабы народ видел) не меньше 100 заведомых кулаков (…) назначить заложников, согласно вчерашней телеграммы. Сделать так, чтобы на сотни верст кругом народ видел, трепетал, знал, кричал: душат и задушат кровопийц кулаков».РЦХИДНИ ф. 2.оп.1. л. 6. с. 988.
«… можете ли Вы еще передать Теру, чтобы он все приготовил для сожжения Баку полностью, в случае нашествия и чтобы печатно это объявить в Баку».ЦПА ИМЛ ф.2. оп.2. д. 109.

Для тех, кто хочет поставить на один уровень и красных и белых, хотелось бы задать вопрос — приведите пример подобных высказываний, инструкций и целей у правительств, руководителей и вождей антибольшевистского фронта… Вы их не найдете.

В этом и есть существенная и принципиальная разница.  Именно сегодня подобный подход тем более опасен, что в очередной раз за частностями не видится главного.
А главное, на мой взгляд, находится в той же самой плоскости, что и ранее — нравственном облике власти, которая его отбеливает то борьбой с мировой буржуазией, то внутренней реакцией, то, как сегодня, с «фальсификаторами истории».

И ярчайший тому пример — отрешение Лужкова. Ну неужели никто 18 лет не видел, что он делает с Москвой — точечная застройка, увеличивающая плотность постоянно живущего населения в центральном округе началась сразу же после его прихода к власти. Откаты, взятки и т.п. — только совсем зачумленный не знал о них в Москве — делалось все в открытую, везде была своя такса. Но сняли, тогда, когда не смог продолжить «контактировать с президентом» (как выразился премьер). Т.е., если бы и «контактировал дальше», то так бы все и шло. Но страшнее, что оно действительно так и будет идти, кто бы не пришел на его место — потому как выстроенная система не предусматривает иного развития. И главное — именно в этом, а не в частностях, на которые мы порой тратим весь свой пыл и энтузиазм. 
В том, что сегодняшняя выстраиваемая система так же безнравственна, как и все предшествующие годы, начиная с февраля 1917 года.

И для того, чтобы удержаться на вершине власти, она пользуется теми же методами — натравливая одну часть нации на другую, по любым идеологическим мотивам — классовым, социальным, идеологическим и т.п. К чему это приводит — опыт предшествующих лет ярко показывает своими результатами. Подобного результата не избежать и сегодняшней системе. И в этом есть главная проблема. Поэтому в очередной раз и работают вот такие «горе-историки», которые, вольно или невольно искажая прошлое, не дают возможности трезво смотреть в будущее. (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

Из обсуждения в теме «Манифест Михалкова»:  Чтобы ответить на Ваш вопрос и чтобы мой ответ Вам был понятен, я вначале хотел бы остановится на том, как этот Манифест обсуждается.  В свободной стране любой человек вправе написать свое мнение по той ситуации, которая складывается в его Отечестве, указав в этом мнении, что хорошо и что плохо, и как это плохое необходимо изжить. В свободной стране свободный народ вправе высказать свое суждение по высказанному мнению, либо поддерживая его, либо подвергая критике само мнение, а не самого написавшего.  У нас же, в нашей стране, обсуждается с одной стороны, не сам Манифест и изложенные в нем положения, а Михалков, его написавший.
А с другой стороны — поются дифирамбы и возносятся до небес те понятия, которые в общем-то в нормальном обществе должны быть не только общепризнанными, но и обязательными элементами повседневной жизни государства. 
Это во-первых. Во-вторых, прочитав еще раз Манифест после Вашего вопроса, я не увидел там программы выхода России из кризиса — как Вы пишете.

Это — декларация того, что необходимо было бы сделать. Но как, и каков механизм этого делания — в нем не показано. Остается только додумывать.  Но тем не менее, по ряду вопросов, отраженных в данном Манифесте, можно сказать следующее:

1.С некоторыми тезисами данного Манифеста я не согласен категорически. На некоторых из них и остановлюсь. Например, в нем пишется: «Пережив Гражданскую войну и эмиграцию, императорская Россия превратилась в Советский Союз — «Великую Россию без Святой Руси»»  и тут же : «Основанный на страхе политический режим сопровождался массовым энтузиазмом и личной жертвенностью».

Императорская Россия не «превращалась» в Советский Союз, она была жесточайшим образом уничтожена и ничего из ее духовного наследия в СССР принято не было. Перешли в пользование только территория и люди, которые селекционно истреблялись под гребенку новой общности — советский народ. И не был Советский Союз «Великой Россией без Святой Руси» — он был прообразом будущей мировой интернациональной державы, куда должны были вступить все мировые социалистические республики.

А массовый энтузиазм и личная жертвенность — это уж точно из сферы социалистической кинопропаганды. Примеры жертвенности были, но их природа была совсем иная — если и жертвовали, то не ради советской власти, а ради своих детей и своей земли, на которой жили наши предки.  Если бы энтузиазм был массовый, а жертвенность не по указке, то у колхозников не отбирали бы паспорта, а их самих бы не гнобили Постановлением Политбюро ЦК КПСС от 30 января 1930 г. «О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации», согласно которому всех трудолюбивых крестьян и их семьи выбивали из деревни и уничтожали в спецпоселениях.

И рабочих бы не закабаляли Указом президиума Верховного Совета СССР «О переходе на восьмичасовой рабочий день, на семидневную рабочую неделю и о запрещении самовольного ухода рабочих и служащих с предприятий и учреждений» от 27 июня 1940 г., согласно которому, вне зависимости от условий работы, работник обязан был пожизненно находится на предприятии.
Не было бы постановления и «о колосках», когда за пригоршню зерна судили как за разбой; не было бы и других — сотен указов и постановлений, где граждане своей страны являлись подневольными рабами системы. Не конфисковывались бы письма, в которых в «порыве энтузиазма» писали следующее:

«Наша работа страшная, много людей убило соснами, много умерло и много людей пухнет с голоду и много с ума сходят, так что страшно смотреть.
Вы спрашиваете, как нас питают — хуже собак, хороший хозяин собаку лучше кормит, чем нас здесь. В лавках ничего нет» (Тагил).

«Сколько тут калек, вдов и сирот, и лесом убивают и сами мрут и душат матери своих детей, в речку кидают и сами с ними мрут от голода, как мухи. Тут на нас смотрят как на зверей…»

«Жизнь моя очень ужасна, и не только моя, а 10 тыс. людей — гибнут от холода и голода и непосильных работ. Я проживаю в Сибири в некоем селе Туринского района (…) Мы сосланы на принудительные работы — а зач то? Нас морят голодом и мы страдаем от холода. Обращаются с нами здесь хуже, чем паршивый хозяин с собакой. Ужасно свирепствует скарлатина и люди мрут, как мужи, в особенности, дети. Заболевают, холод, есть нечего, и по семь человек умирают в сутки; 28 апреля делали подсчет в сельсовете, то наших выселенцев умерло 620 человек» (Надеждинск).
Ивницкий Н.А. Судьба раскулаченных в СССР. М., 2004. с. 201-202.

Тетя Е.П.Пешкова! Я к вам обращаюсь с великой просьбой. Нашего отца выслали. Мама совершенно больна. У нее 3-я стадия туберкулеза, она лежит в больнице. Доктора говорят, что если ей дать питание, то она может еще немного прожить. Но она не служит, и о питании не может быть и разговора. 
Нас двое я и сестричка. Мне 12 лет, а сестренке 9 лет. Мы пока мама придет из больницы живем у соседей. У нас никаких родственников нет. Была одна тетя, папина сестра, которая нам хоть немножко помогала, но ее тоже выслали. Мама может умереть и мы остаемся на произвол судьбы. Папа нас взять не может, потому что он в концлагере. Умоляем вас, помогите нам. 
(…)
(из письма в «Политический Красный Крест» на имя Е.П.Пешковой от Ляли и Гали Добровольских. 26.05.1931 )

***
«Очень хорошая Советская власть на все отношения, но на одно плохо: в женитьбе молодых ребят. Большое распущение дано женщинам. (…) 16 января, я женился. (…) Женился я на пожилой девице лет 24. Пожила она месяца два как и полагается, а на третьем месяце начала жить на свою аферу: уходит с вечера после управы по хозяйству и ходит до полночи и больше. А если что скажешь, она сейчас и заткнет горло: «Сейчас Советская власть, куда хочу, туда и иду». Поморочился я с ней, а все-таки на четвертом месяце женитьбы пришлось разойтись. Теперь обратно в 1926 г., 18 февраля я опять женился на другой девушке, уже разошедшейся с мужем, и опять такая же картина, как и с прошлой. (…)
Полищук.
РГАЭ. Ф. 396. Оп.4. Д.43. Л. 156-156(об).

«Вот как в нашей деревне встретила молодежь праздник Октябрьской революции: организовали свой разбой на два лагеря, или сказать, на две шайки разбойников. Шайки велики, здесь и простая молодежь, и демобилизованные красноармейцы, и разоряются деревни… [слово неясно], потому, что из этих шаек есть воры, которые на все способны: нужно старику дать по шее — даст что и с ног свалится, разоряют ночью крыши сараев, воруют, грабят и за это пьют русскую. (…) Присмирить их некому, это потому, что они самые злейшие братья служащих советской власти: одного брат председатель сельсовета, другого — председатель райисполкома. 
Мельников Иван Иванов.
РГАЭ. Ф. 396. Оп.5. Д.4. Л. 572-572(об).

Из села Ельники (районный центр) : «Ещё пишу про судьбу народа. Народ у нас здесь сидит почти весь голодный и холодный, нет ни хлеба, ни дров, ни капусты, ни картошки. Одним словом, ничего нет. Недели по две сидим не евши, некоторые уже распухли. Вот судьба нашего народа. Так что многие вербуются на Дальний Восток, некому будет работать в этом году».

Жительница села Чукалы Игнатовского района М.С. Ерзюкова, вернувшаяся в апреле 1939 г. из мест заключения, говорила: «Нужно обратно какое-нибудь преступление совершить и опять посадят в тюрьму, потому что там хлебом кормят, а то в деревне с голоду погибнешь».

2 июня 1946. «Жизнь наша невыносимая. Огород мне вначале дали, а теперь не дают, им жалко 0,15 га. Наши сельские руководители не думают ни о чем. Они, как гады, приехали сюда и издеваются над женщинами. Эх, ведь только Сталин не знает об этом, что тут творится. У кого мужья геройски погибли, им не только помощь, а наоборот, над ними издеваются. И земли-то не дали, и не считают за людей. Начальника только собирают пол-литра да взятки».

3 июня 1946. «Жизнь моя ухудшается. Недавно ко мне приходил сельский председатель и требовал с меня 360 руб. налог, но ведь я не облагаюсь, так как сама инвалид П группы, дети учатся, а Вы в армии, отец погиб на фронте. Он ломает замок и ищет, что взять. Тут, сынок, пошло такое безобразие. Начальники остервенели и ничего не признают. Приходят, снимают замок и берут, что им надо».
ЦГА РМ.Ф.р-228. Оп.3. Д.2. Л.428-431.

И это называется «Великой Россией»?

Не могу согласиться я и со следующим его высказыванием: «Однако, в конце 1960-х годов достигнув максимума от того, чего можно было достичь при советской форме государственного устройства и социалистическом режиме, «советский народ», на плечи которого выпали неимоверные тяготы мобилизационной работы, — надорвался».

Советский народ, без кавычек, в 60-е годы не надорвался, а только проявил себя, т.к. уже к этому времени появилось его первое поколение, воспитанное на страхе и идеологических догмах коммунистической морали. Он уже утерял православную основу своего бытия и был нацелен только на призывы партии. И это был не надрыв, а истинный его образ — образ народа, не творящего свою жизнь, а «пашущего» из-под палки и ищущего способы выживания.

Далее в Манифесте пишется: «От Советского Союза, мы, граждане Российской Федерации, унаследовали 75 % территории и 51 % населения. Более 20 миллионов наших соотечественников оказались за границами России и, в сущности, стали эмигрантами.   Такова цена, заплаченная русским народом за обретенную в конце ХХ века государственную независимость и личную свободу».

Да нет, это — цена не за личную свободу. Эта цена за советский период, за допущенное народом богоборчество, за легковерность русского человека посулам лучшей жизни при попирании им права, правды и совести.

Не согласен я и со следующим утверждением: «Эйфория либеральной демократии закончилась! Пришла пора — делать дело! «

— до сегодняшнего дня в России не было никакой демократии. В первые годы — ельцинского периода — был этап безжалостного и наглого воровства общенациональной собственности бывшей партноменклатурой и их ближайшими «друзьями семей» из комсомольского и фарцовочного окружения. После него последовало закрепление и легализация «достигнутых успехов». Сегодня предполагается их узаконивание, чтобы никто и никогда не смог усомниться в «праведности» нажитых капиталов тех, кому эти капиталы перераспределили согласно номенклатурной принадлежности. И поэтому то, что нужно делать, высказанное в Манифесте на словах — верно, только вот сделано оно не будет никогда, потому что делаться будет в очередной раз на лживых и ошибочных выводах — на песке все разваливается.

Кто же против установления законности и правопорядка? Кто против возрождения силы и мощи российского государства и т.п. и т.д.? — все здравые люди только «за». Но как это должно произойти? Так, как это предписывает Манифест?

— «появление нового поколения руководителей на всех уровнях власти» — ну а откуда они возьмутся, если их продвигают, воспитывают и готовят нонешние, по образу и подобию своему.
— становление сердцевиной России среднего класса — но за последние десять лет многие поняли: в бизнес идти — это равносильно самоубийству. По итогам конкурсов в ВУЗы страны за текущий год самый большой конкурс — куда бы вы думали? — более 400 человек на место в Академию государственного и муниципального хозяйства!!! Т.е. на то место, где можно, не заморачиваясь предпринимательской деятельностью, «пилить» бюджетные деньги — грабеж бюджета и воровство в его сфере.
Опрос молодежи в Санкт-Петербурге и Москве показал, что половина из них желали бы связать свою жизнь с госслужбой. Еще около 40 % желают работать по найму в газовых и нефтяных компаниях. Около 10 процентов — заранее решили после обучения уехать за рубеж. Кто же остается создавать эту сердцевину? — 0 !

Далее можно перечислять все пункты и ставить тот же диагноз. Но главное в том, что явилось «базисом и ценностными установками Манифеста», а помимо всего прочего это:
 укрепление вертикали власти и (…)
— лояльность к власти, умение достойно подчиняться авторитетной силе.

В начале 90-х такой «авторитетной силой» были братки, приходящие на предприятие и за мзду тебя крышевавшие, потом подобной силой стали милиция и целый сонм чиновничьих структур — не менее «авторитетных». 
Любую ли авторитетную силу мы должны поддерживать и быть ей лояльны? Мне думается иначе. Безусловно, власть надо поддерживать и не раскачивать ее устои, если она целеустремленно обеспечивает укрепление основ Права и Правды. Ну а если она и это Право и эту Правду попирает?
Что мы наблюдаем за последние 15 лет? 
Россия вышла на первое место по добыче нефти;
на второе, после США, место по добыче газа;
по продаже танков Россия также является первой;
первое место Россия заняла в Европе и по количеству миллиардеров.
Казалось бы, эти первые места должны преобразить общество. 
Но как это все отразилось на нравственном образе общества и его материальном благосостоянии? Как ни странно — прямо противоположно:

В этом году мы по агрессивности и озлобленности общества вышли на первое место в мире:
мы на первом месте по количеству самоубийств;
Россия является самым загрязненным местом на планете по тяжелым металлам;
мы находимся на первом месте в мире по потреблению табака на душу населения…

И этот печальный список можно продолжить до бесконечности — стоит набрать в поисковике фразу «Россия занимает место в мире…» и посмотреть, каковы наши «успехи».

Но еще печальнее другое — эти позорные первые места из года в год прибавляются.
Только за последние 15 лет мы по коэффициенту интеллектуализации молодежи с третьего места скатились на 42-е (по данным ЮНЕСКО), а по рейтингу индекса развития человеческого потенциала дошли до 57-го места. Если ранее при недостаточном внимании к детскому здоровью, здоровых детей было больше половины, то сегодня, по оценкам Минздрава, здоровыми можно признать только 15 %!
И исходя из этих «успехов», мы должны и далее содействовать укреплению этой власти, которая, не изменившись еще лет 50, загонит все общество в стадное жительство полудикого народа с закрытыми анклавами постоянно «тусующейся» попсы, как политической, так и идеологической, прикормленной властью.
И поэтому я никоим образом не могу согласиться с тем, что впоследствии пишет Михалков: «Человек с устойчивой психикой и здравым рассудком, как правило, консервативен. Он хочет жить и умирать так, как жили и умирали его отцы и деды».

Я не желаю, чтобы члены моей семьи, мои внуки жили и умирали как мои деды и родители. Я не желаю, чтобы они, как мой дед последние два месяца жизни при кашле выплевывал из себя куски легких, так как его не смогли вылечить от силикоза, когда по всему миру силикоз лечился, я не желаю, чтобы они мучились также, как последний год мучился мой отец, которому мы не могли достать лекарства от диабета из-за его дефицита в советское время, я не желаю, чтобы они, как моя мама, умирали из-за непроведенной вовремя «химиотерапии», так как не ложилась в больницу, а ждала, когда меня выпустят из тюрьмы и прождав 8 месяцев опоздала с процедурами и безвременно умерла. Этого я не желаю, как не желаю и той жизни, в которой и мой дед и отец со своими семьями выживали, надрывались, боролись с окружающей их несправедливостью и злобой.
Ну а далее призывы: мы должны стать едиными и сильными, Россия — Великой — опять же: кто против? Вот только не получится этого, повторюсь еще раз: забвение допущенных ошибок, неосознание большевистской раковой опухоли, не дающей нам сегодня быть здоровым обществом все эти призывы преобразует в еще один виток дальнейшего падения в бездну бед и последующих трагедий.
А то, что он пишет далее, так это уже и есть зачаток этих бед. 
«Чтобы добиться нового качества политической и правовой работы в стране, следует не только укреплять внутрипартийную дисциплину, но и стремиться к сокращению общего числа политических партий. Карликовые, игрушечные, карманные партии, не представляющие никого и ничего, как и партии, утратившие поддержку своих избирателей, должны уйти с арены политической борьбы.
В будущем в России должны остаться три политические партии, могущие реально бороться за власть: консервативная, либеральная и социалистическая.»

Общество само должно разобраться, какие движения нужны, да и нужны ли они в виде партий. Возможна вполне иная самоорганизация, влияющая на жизнь государства, обрубать и ставить в рамки своих собственных желаний инициативу людей не стоит.
Ну и далее, в принципе, можно также анализировать и все последующее — это займет не одну страницу. Поэтому остановлюсь лишь еще на одном тезисе Манифеста: 
«Основой нынешней частной собственности, возникшей в результате приватизации, во многом являются производственные, добывающие и энергетические мощности, созданные в советское время при государственной плановой экономике. 
Передав вчера государственную собственность в частные руки, мы сегодня должны найти верный путь для ее общественного признания и легитимации. 
Это не просто сделать. Заклинаниями о священности частной собственности и недопустимости ее передела делу не поможешь.»

Это как раз то, о чем я и говорил выше — наступает этап узаконивания того, что беззаконно ранее было выведено из общенационального достояния и распределено по рангу ближайшему окружению.
Вот довольно кратко то, что можно сказать о самом манифесте. Ну и чтобы как-то подытожить и высказать свое мнение относительно его «жизненности», то сказать можно следующее:
Сегодня общество крайне пассивно из-за чрезмерного бесправия и безысходности. Нет никакой перспективы и взгляда в будущее. Впереди — выборы. На них многие не пойдут, не видя в своем появлении у урны абсолютно никакого смысла. Помните, в прошлые выборы Барщевский создал партию «Гражданская сила» — для чего? (Кстати, его программа очень напоминала программу Манифеста). На мой взгляд, только для одного — не бороться за то, что в ней писалось, а «воодушевить» тех, кто пришел бы на выборы и пополнил общее число пришедших. Предстоящие выборы могут побить рекорд не пришедших и непроголосовавших — люди смирились со своей безысходностью и уже не верят в изменения к лучшему. И вот, чтобы процент проголосовавших повысить, нужен новый «воодушевитель», более авторитетный — которым и стал Михалков.

Не знаю, вольно или невольно, но он включен в эту орбиту. Но вот что наверняка точно — после выборов все забудут и о Манифесте и о консервативной идее, как в свое время партия Барщевского «Гражданская сила» закрылась сразу же после выборов.

Возможен и другой вариант — он крайне маловероятен по реальному воплощению, но все в жизни бывает: действительно, Михалков создает консервативную партию и начинает через нее добиваться поставленных задач. И делаться это будет не для избирательных технологий, а по боли в сердце и за свое Отечество. Тогда он вынужден противостоять сегодняшней системе, меняя ее и тактику и сущность. 
Но декларируемая лояльность этого не позволит и тогда впоследствии «консерваторами» станет сегодняшняя власть, находящаяся в «Единой России», Сменится вывеска и все. Вот такой неутешительный, естественно, на мой взгляд, ответ.

И последнее, на что хотел бы обратить Ваше внимание, так это на два (опять же, на мой взгляд) очень серьезных вопроса:
1.Создавая конструкцию преемственности власти в том изложении, что описывает Манифест, получается, что русский народ, сознательно избрав путь коммунистического строительства, попал в лапы кровожадных диктаторов, которые и повинны в «перегибах» этого строительства. Значит, и не было той главной его ошибки, заключающейся в том, что, позарившись на посулы корыстных призывов, он забыл и Божью Правду и пренебрег своей совестью. Но если не признать подобное роковой ошибкой, если не понять, как этой ошибкой воспользовалась беспринципная большевистская власть, и осудить ее за вероломство, значит, и сегодня мы будем продолжать винить всех и вся, кроме самих себя. Вновь у нас будет господствовать бездушие и малодушие и сами мы, отступив от собственной, личной ответственности, так и будем плестись за очередными призывами и манифестами.
2.В манифесте ничего не сказано о казачестве, о его настоящем и будущем. Пренебрегать тем огромным и практическим опытом, которыми обладают казаки в своем жизнеустройстве — недальновидно и, на мой взгляд, пагубно. Тот потенциал устремления к законной, Богом установленной жизни на своей земле, еще сохранившейся в казачестве, не увиден и не осмыслен.  (2010 г.; см. полностью на форуме здесь )

 

***

(…) И чтобы, наконец, закончить эту тему, я хотел бы высказать, после прочитанных в данном форуме ото всех участников сообщений, следующее:

1. Что касается казаков и русских людей, находящихся в эмиграции и вставших в ряды Вермахта, то одной из основных и несомненных задач при этом являлась защита интересов России и казачества Дона. Они более 20 лет были непримиримы к советской власти, утвердившейся на нашей Родине. Советский режим рассматривался русской эмиграцией как враг России. Россия противопоставляла СССР именно в силу того, что ни большевистская власть, ни большевистская идеология ни в какой мере не отвечали интересам России. В этом отношении и борьба с большевизмом всегда мыслилась как борьба с тем государством, которое они создали – с СССР. И отсюда вытекало, совершенно естественно, соглашение эмиграции с каждой иностранной державой, которая бы встала на путь борьбы с большевизмом. На тот момент в 1939 году вела борьбу Финляндия и часть эмиграции участвовала в этой борьбе, как она же участвовала и в гражданской войне в Испании. В 1941 году она приняла участие в войне, которую начала вести Германия. Для них Красная Армия не являлась народной, защищающей Россию. Для них это была армия, поддерживающая своим оружием оккупацию России большевизмом.

И если в первых двух конфликтах никаких сомнений необходимость борьбы ни у кого не вызывала, во 2-й мировой войне такого единодушия не было. Одни, видя намерения идеологически зомбированной верхушки Германии уничтожить Россию, как государство, отворачивались от сотрудничества, другие – сжав зубы – продолжали сотрудничество, считая, что необходимо помочь немцам уничтожить большевиков, а затем уже на просторах своей освобожденной Родины попытаться либо удовлетворительно договориться с немцами, либо уже другим путем начать новую освободительную борьбу. Было именно так.
И не стоит сюда приплетать идеологию национал-социализма, которой якобы подвержены были те , кто встал в ряды Вермахта.

2. Существует такое понятие – инерция сознания. Это тогда, когда в сознание внедряются определенные понятия, пусть и ложные, которые впоследствии не могут быть в одночасье заменены на правдивые. Сознание их просто не воспринимает физиологически – нужно время и знания, подтверждающие ложь первого и правду второго. Я испытал (думаю, что и другие также) это на себе, исходя из следующего примера. Вспомните фильмы о войне, разведчиках и партизанах времен 60-70-х годов. Смотря их, я всегда злился на то, что немцам было всегда выгодней выбивать дознания из пойманных наших разведчиков – они были не обременены моралью и всех пытали. При этом я всегда задавал себе вопрос: «а вот я бы выдержал эти пытки и смог бы сохранить военную тайну?» Советские же органы пытать не имели морального права (ведь нигде подобных издевательств, которые были на самом деле, не показывали и о них не говорили) и им сложней было без пыток, а лишь уговорами, узнать секреты немцев. И вот когда я впервые узнал о пытках, о тех зверствах, которым подвергались со стороны ЧК не немцы, а свои же сограждане, сознание протестовало принимать это, ища либо оправдания, либо, как мне тогда казалось — это ложный навет. Нужно было время и множественные факты, пока, раскрепостившись от прежних предубеждений, я, наконец , понял, что из себя представляли те, о ком я думал, как о рыцарях с горячим сердцем и холодным рассудком. Так что же многие хотят от людей, которым промывали, промывают и еще долго будут промывать мозги священным образом защитника своего Отечества и предательским образом тех, кто поднял руку против него.

И здесь очень важно, не занимаясь ни подменой, ни переводом в тему идеологического предпочтения за счет обеления одного либо очернения другого – знать факты поведения людей и их мотивации, которые их подвигли так поступать. И вот воспоминания участников этих событий – самое ценное.

Тимофей написал о том, что поведали ему – не берусь судить, насколько это верно, но ничего подобного на Дону у старых людей, переживших оккупацию, я не слышал. Мало того, они не проклинали оккупацию так, как они проклинали период коллективизации, голода и самого послевоенного времени, когда с них драли три шкуры. Безусловно, можно привести множество разных примеров, но вот на одном я бы хотел остановиться. Выкупив очередной архив, мы нашли в одном из них дневник, который вел человек, оказавшийся в оккупации. Это – три увесистых тетради, поэтому приведу маленькие выдержки, на мой взгляд, наиболее интересных мест. И чтобы не занимать много места сканами всех страниц, я размещу одну, остальные приведу в виде перепечатанного текста. Прочтите:

Это автор пишет о погребении советских солдат, умерших в лазарете в его городе. Привожу для того, чтобы потом сравнить, как хоронили немцы своих солдат:
«… Их хоронили по ночам в «дежурном гробу» — куда покойников клали либо в одних кальсонах, либо в одной рубахе.
На кладбище, за городом, была вырыта глубокая яма –канава, где покойников складывали голых штабелями, как дрова, а перед тем как класть покойника в яму, с него снимали рубаху или кальсоны, а «дежурный гроб» возвращался в госпиталь за новым покойником. Утром на рассвете покойников присыпали на пол метра землей, с тем чтобы ночью продолжать укладку дальше.

А это он описывает, как советские органы, не заморачиваясь о последствиях подрыва, и безо всякого предупреждения населения, взрывали объекты города, хороня под их обломками своих же сограждан. Приведу только два примера, у него их – десятки:
(…)Без всякого предупреждения местного населения, по распоряжению по-видимому советских военных властей, двенадцать бычков, примерно посредине плотины было взорвано на рассвете. Огромная масса воды, сдерживаемая раньше плотиной, ринулась вниз. Масса воды высотой примерно выше пяти метров начала стремительно заливать все ниже плотины. Прежде всего вода принесла много вреда на пристани старой части города – где много продуктов и товаров поплыло и замокло. А также смыло довольно много домов с находившимися там семьями.

(…)Огромный вал воды начал молниеносно затапливать и всю территорию Днепровских плавень и там погибло много военных расположенных, как охрана по берегу Днепра. Погибло много людей, случайно находившихся тогда в плавнях. Вся территория плавень находилась в ведении «Лесничества» , которое сдавало местному населению за деньги сенокосы, сдавало рабочим и служащим земли под огороды – и там гибли люди сотнями.

(…)Погибло не мало овец которых местные колхозы тысячами выпасывали почти круглый год на плавнях.

(…)Прекратилась подача воды в обе части города и город погрузился в тьму. Все местное население осталось без воды, света и хлеба, так как и хлебозаводы закрылись.

(…)Большевики решили перед уходом взорвать и эту единственную пекарню и магазин артели инвалидов. В этом доме в первом этаже было очень много магазинов, государственных конечно, а на втором этаже разместилось музыкальное училище, которое заняло почти весь верх.

(…)Большевики с утра взорвали пекарню инвалидов, никого об этом не предупреждая – человек 30-40 покупателей в магазине-кофейне, стоявшие в очереди за булочками, были убиты на месте. Почти все здание взлетело на воздух. Бедная секретарша музыкального училища, испугавшись страшного взрыва и взлетая на воздух, со страху, потеряла сознание. Но случилось чудо… Когда она через некоторое время очнулась, она в недоумении увидела, что она лежит на грудах кирпича.

(…)19 августа 1941 года немцы подошли вплотную к правому берегу Днепра. Так как они нигде не встречали никакого сопротивления – то они сразу же перешли железно-дорожный мост через старый Днепр и заняли весь остров Хортица. Видя, что часть плотины взорвана ,и что плотина фактически приведена в негодность и не проходима – немцы и не пытались ею завладеть.
Второй железно-дорожный мост через Новый Днепр немцы тоже не пытались брать, по-видимому опасаясь и взрыва моста и предполагал что выход из моста на левый берег Днепра серьезно охраняется. Они ограничились только охраной того конца моста, который был на острове. И мост фактически оставался ничей.

Прошло время аж до 4 октября – а немцы и не пытались захватить город, хотя фактически войск в городе советских и не было. Говорили ,потому что немцы ожидали подвоза снарядов и проч.
Такая большая передышка дала возможность большевикам эвакуировать из города почти все станки и почти из всех заводов.

Немцы, заняв остров, днем купались в Днепре на пляже против старой части города и их никто не трогал и в них никто и не стрелял. Мальчишки из Вознесенки даже рискнули на лодке переехать Днепр к немцам. Те их не трогали, не обижали и наоборот даже угостили шоколадом и дали всем по маленькой плиточке.

(…)Нужно сказать правду, ни разу немцы не бросали бомб на город.

А вот один из случаев мародерства своих своими же, далее он описывает еще ряд подобных случаев, но этот мне показался четко характеризующим суть нового советского человека:

(…)Старик в это время лежал на кровати , и балка от потолка придавила ему ноги. Он кричал и звал на помощь, но никто конечно не приходил. Утром на рассвете какой-то мужчина, видя разваливающийся домик, заглянул во внутрь и начал там забирать какие-то вещи. Старик начал кричать:
«Что же ты делаешь, ведь я еще живой».
Грабитель мужчина ответил: «Ничего старик тебе уж ничего и не нужно» и забрав вещи ушел. Только днем, бедного старика с большим трудом наконец-то освободили от балки.

(…)Весь город сидел без хлеба и многие голодали. В этом время немецкое командование объявило, что оно хочет наладить выпечку хлеба и для того, чтобы знать точно количество необходимого хлеба, предложило обербюргомайстеру взять на учет все население города, а всему населению зарегистрироваться в специально устроенных пунктах по районам.

(…)Уже незадолго до прихода немцев большевики переловили часть местных немцев (кто помоложе и подвижнее – сумели понадежней скрыться). Посадили их на грузовики (точное количество их мне неизвестно) и вывезли из города. Грузовики отъехали всего на 10 километров и кто-то подал мысль зачем с ними голову морочить (а может быть был и специальный приказ) – но факт тот ,что грузовики заехали в большую балку около деревушки Подстепной и там всех перестреляли и так трупы и бросили и даже не закопали. А автомобили вернулись обратно в город.
Через день два пастухи скота колхоза увидели трупы и дали знать в город немецкой комендатуре. Оставшиеся в живых местные немцы опознали убитых и похоронили их по христианскому обряду в городе.

(…)Теперь скажу немного об открытии Церкви. Большевики еще не то в 1928, не то в 1929 году все Церкви у нас в Запорожье уничтожили. Около Южного Вокзала была небольшая каменная Церковь, построенная еще до революции железнодорожниками. Она была разобрана до основания под предлогом, что на том месте нужно сделать трамвайное кольцо.
Железнодорожники у себя на «Южном поселке» , по другую сторону железной дороги – устроили в частном доме домашнюю Церковь – но и ту большевики со временем вынудили закрыть огромными непосильными для верующих налогами на Церковь.

Затем была у нас тоже небольшая каменная Церковь на кладбище, построенная тоже задолго до революции. Так как город сильно разросся и кладбище большевики закрыли и перенесли далеко за город, а Церковь тоже разобрали, под предлогом, что кладбище закрыто и место необходимо освободить для каких-то их целей.

В центре старой части города был построен огромный каменный Собор в память избавления от нашествия Наполеона. Большевики его тоже решили закрыть и разобрать до основания. Но так как постройка была настолько крепка, что разобрать ее было невозможно, то большевики Церковь эту подорвали динамитом, а затем оставшийся мусор вывезли и устроили там сквер.

Была еще большая каменная Церковь в Вознесенке. Она стояла сбоку внизу ближе к Днепру. Большевики ее тоже закрыли и использовали помещение под склад. В настоящее время Церковь эта так и не открыта и не перечислена в «Патриарших ведомостях».

Когда пришли немцы, они начали хоронить своих убитых офицеров и солдат в скверу, на месте бывшего главного Собора, с отданием воинских почестей и даже с участием ксендзов либо пасторов.
Хоронили каждого в прекрасных гробах. На каждой могиле ставили кресты с надписями. Могилы обсаживали цветами и цветы поливали. Дорожки посыпали песком. Для ухода за могилами держался специальный штат из местного населения – главным образом женщин.

Я как-то сказал обербургомайстеру г.г. Виббе, что нехорошо сделали немцы, что в Центре города сделали кладбище, да еще и на месте уничтоженного большевиками нашего Православного Собора и т.д.
Господин Виббе заявил мне: «Не беспокойтесь это погребение временное, все покойники будут перевезены в Германию.»

Но все-таки после этого разговора немцы устроили новое кладбище на площади Тараса Шевченко –на свободном месте. Там могилы устраивали так же хорошо. А тут на месте Собора в дальнейшем очень мало хоронили и то только особо заслуженных лиц.

(…)Так вот с приходом немцев, религиозная православная часть населения старой части города обратилась к Коменданту города с просьбой разрешить устроить Церковь и указать место, где это можно сделать. Комендант очень любезно принял делегацию и предложил им самим выбрать подходящее место и здание.

Делегация просила разрешить им занять здание на Площади «Свобода», построенное еще до революции и задолго до войны 1914 года – «Народный Дом». Там большевики устроили затем Кино. Неповрежденное здание пустовало. Комендант по просьбе делегации выдал письменное разрешение занять это здание под Храм.

И совершилось настоящее Чудо. Вера всегда творит чудеса…
Оказалось что религиозное население, когда большевики уничтожали Собор, под видом использования деревянных частей – спрятало у себя, в надежных местах большую часть икон, иконостаса, Царских Врат и т.д. и т.д. Все это было извлечено и принесено в «Народный Дом» и быстро, как в сказке, была устроена Православная Церковь… появились Священники с крестами, камилавками, рясами и облачением…. Появились даже хоругви… Сразу же организовался из любителей хор и появился очень хороший регент.

Пока устраивалась Церковь в главном большом зале, временно в фойе была устроена временная Церковь. И на третий день там начались богослужения… Народ от радости плакал… Начали крестить детей.
Беспрерывно служились панихиды о погибших и замученных большевиками. Это все были сторонники патриарха Тихона…

Через две-три недели открылся Храм и в большом зале – где работали все. Работали бесплатно. Работали специалисты плотники, столяра, маляры, штукатуры, художники и проч. и проч…

(…)Вскорости после прихода немецких войск в Запорожье, один молодой человек, на территории Южного поселка что-то из продуктов украл у какой-то местной женщины. Женщина пошла с жалобой и заявила об этом Немецкому военному коменданту.

Тот вызвал молодого человека, отчитал его хорошенько и сказал, что это последнее дело – воровать ,и так как молодой человек обещал больше не красть, Комендант отпустил его, но предупредил, что если он попадется опять, то пусть уж тогда не гневается – ибо его сильно накажут.

Не прошло и несколько дней, как молодой человек опять был уличен в краже продуктов у другой женщины, там же на Южном поселке. Потерпевшая тоже пошла с жалобой к Немецкому Коменданту. Комендант опять вызвал молодого человека и спросил, как же так, ведь он обещал исправиться и больше не красть?

Тот молчал. Тогда Комендант приказал его хорошенько выпороть и предупредил , что если он попадется опять, то он его прикажет повесить. Обозленный молодой человек, который несколько дней после порки не мог садиться, решил отомстить немцам…

Вскорости какой-то немецкий отряд приехал на Южный поселок на автомашинах. Они доверчиво оставили автомашину на улице, а сами пошли подыскивать себе помещения для ночлега и т.д. Наказанный молодой человек подошел к какой-то автомашине – захватил несколько одеял и скрылся, в свой двор. Какая-то женщина все это видела из окна своего дома напротив. Когда немцы вышли к машине и обнаружили кражу пачки одеял, они начали расспрашивать жителей. Женщина ,видевшая из окна кражу, указала дом , куда молодой человек скрылся с одеялами. Одновременно она сказала, что он был уже два раза изобличен в краже и даже был наказан немецким Комендантом.

Немцы пошли, нашли молодого человека и, забрав похищенные одеяла, повели его к Коменданту. Тот очень рассердился и приказал его повесить в городе на главном базаре.

Его повесили на столбе с электропроводкой и повесили ему на груди записку на картонке, где было напечатано большими буквами на русском и немецком языках: «Я ВОР».

Он провисел там два дня. Затем немцы приказали труп снять со столба и закопать его. После этого больше никаких краж в Запорожье не было…

(…) Попутно с этим вспоминаю, как в 1905 году в городе Харькове с населением тогда больше трехсот тысяч – началась всеобщая забастовка и как прибывшие триста донских казаков – прекратили забастовку.
Всеобщая забастовка это ужасная вещь. Представьте себе, что жизнь вдруг стала. Прекратилась подача воды, прекратилась подача электроэнергии. Прекратилась выпечка и продажа хлеба. Прекратилась торговля и все магазины закрылись. Только на второстепенных улицах мелкие лавчонки евреев торговали и быстро ликвидировали все свои залежавшие товары и продукты.

Закрылись газеты. Закрылась почта и телеграф. Прекратилось движение конки и трамвая. Остановилось движение поездов. Исчезли извозчики. Город погрузился в тьму. Началось недоедание…
Больницы взвыли и требовали подачи воды и света, ибо в срочных случаях операций и прочих несчастных случаев народ начал умирать…
Забастовочный Комитет сделал первую уступку и разрешил подачу воды и света всем больницам – попутно кое-кому попадали и вода и свет. Начались грабежи и демонстрации и слева и справа и бои между ними на улицах города.

Когда прибыли казаки, старший офицер приказал казакам согнать всех железнодорожников с «Лысой» и «Холодной» горы – где они жили в собственных домах. Было согнано около 500 человек. Казачий офицер приказал всем им выстроиться в два ряда. Затем он отсчитал каждую десятую пару и приказал им выходить и отдельно построиться. Таким образом он набрал 50 железнодорожников разных рангов и профессий. Там были и инженеры, и начальники, и помощники станций, кондуктора, проводники, машинисты и проч.

Старший офицер объявил всем железнодорожникам, что к 12 часам ночи поезда должны пойти. Если уж поезда не пойдут, он прикажет этих отобранных расстрелять и что он опять прикажет согнать всех железнодорожников и отделить уже каждую пятую пару, т.е. заберет уже 100 железнодорожников… Отобранных 50 ж.д., он объявил арестованными и приказал их отвести в тюрьму.
В одиннадцать часов ночи первый пассажирский поезд отошел из Харькова на Юг – и затем открылось движение всех поездов по расписанию. Арестованные были освобождены утром.
Затем начали работать почта и телеграф. Рабочие потребовали, чтобы пущены вода и электросвет. Начался выпуск газет. Открылись магазины, и понемногу жизнь вошла в нормальную колею. Начали работу и заводы.

Выездные сессии Немецкого Суда, размещенного в городе Днепропетровске, месте пребывания Губернского Комиссара, бывали в городе Запорожье, за все время пребывания у нас немцев, раза четыре.
Начну с описания Суда над нашим военнопленным согласившимся работать у немцев. Он попал на работу санитаром в одном большом немецком госпитале в старой части города Запорожье.
Госпиталь бы размещен в трех этажном здании с большими бетонными подвалами бывшего Государственного Советского банка на «Площади Свобода».
После голодовки в лагере для военнопленных «санитар» никак не мог насытиться. Он припрятывал себе хлеб и сало и ел по ночам. Немцы на эти мелкие кражи продуктов смотрели сквозь пальцы, полагая, что он быстро оправится и войдет в норму.

Главная его работа состояла в том, что он помогал немецким сестрам милосердия переносить раненных при поступлении в госпиталь, при переноске их на операции и на перевязке. Многие тяжело раненные поступали часто в бессознательном состоянии. Больные и раненные ,в большинстве случаев, поступали вместе со своими вещами.
В советских условиях жизни часы были роскошью, доступной только привилегированным. Там рабочий класс и колхозники обходились в большинстве случаев «ходиками». Это примитивные и простые стенные часы «с гирькой». А уж часы ручные были совсем редкостью.

И вот наш бедный горе «санитар» соблазнился видом многих часов у немецких раненных и больных солдат и он однажды украл ручные часы у раненного солдата , бывшего в бессознательном состоянии. Сестра Милосердия заметила это и начала за ним наблюдать.

Нашему злополучному санитару захотелось украсть еще одни часы, по-видимому , не то для своей жены или кому другому – близкому родственнику. Сестра заметила и эту кражу. Может быть , была еще кража часов, которую сестра и не заметила, но во всяком случае после второй кражи сестра сообщила об этом по начальству.
Злополучного санитара арестовали, сделали у него обыск при аресте, и нашли у него трое часов.

Раненный, у которого он украл первые часы –начал поправляться и когда ему предъявили по указанию Сестры Милосердия – часы, он их опознал, признал за свои и часы ему возвратили.
Видя такое дело наш санитар сознался в краже у него часов , и заявил, что остальные двое он купил у больных немецких солдат. Ввиду его сознания, дознание о краже направили в немецкий Суд.
Когда Выездная Сессия Немецкого Суда прибыла в город Запорожье, Председателем Суда, ввиду сознания обвиняемого, распорядился на Суд вызвать и привести только одного обвиняемого ,дабы не отрывать от работы других свидетелей.

Каково же было недоумение Председателя Суда, когда во время заседания Суда, при его вопросе к обвиняемому: «Признаете ли Вы себя виновным?» злополучный санитар, видя, что никого нет и рассчитывая ввести Суд в заблуждение, заявил, что он себя виновным не признает, и объяснил, что он часы у солдат покупал, а его, дескать, вынудили принять вину на себя.
Председатель Суда распорядился отложить дело на два дня и вызвать всех свидетелей и потерпевшего.

Через два дня нашего санитара опять привели на Суд.
Когда он на Суде увидел всех свидетелей и потерпевшего, он решил что деваться некуда и заявил Председателю, что он признает себя виновным и просил о снисхождении.
На Суде со стороны обвиняемого никаких адвокатов или защитников не было, ни в первый раз, ни во второй раз. Суд постановил, ввиду сознания обвиняемого, допроса свидетелей не производить и отпустил всех на работу.

После короткого судоговорения было предоставлено слово Прокурору, который произнес обвинительную речь и требовал осуждения обвиняемого и назначить ему наказание в виде пяти лет Каторжной тюрьмы. Суд не согласился с мнением Прокурора и после короткого совещания, вынес Приговор с осуждением обвиняемого на восемь лет Каторжной тюрьмы.

У немцев было правило, что после объявления приговора, Председатель Суда произносит агитационную речь с разъяснением, почему Суд вынес такой приговор. Говорил он о том, что немецкие солдаты в войне против коммунистов отдают свои жизни за свою Родину. Грабить таких героев в то время, когда они после тяжелых ранений находятся без сознания – величайшее преступление.

Суд не мог согласиться с предложением Прокурора осудить обвиняемого на пять лет тюрьмы, ибо обвиняемый, кроме того, пытался ввести Суд в заблуждение. Суд считает, что такое злостное преступление должно быть более сурово наказано, дабы показать другим и т.д., и поэтому Суд решил увеличить наказание до восьми лет Каторжной тюрьмы в Германии.
Злополучного санитара отправили обратно в тюрьму , и когда срок на обжалование приговора истек – отправили его в Германию для отбытия наказания… с принудительными работами.

(…) Из местных немцев был назначен председатель колхоза и его помощник. Изголодавшиеся и превратившиеся при советской власти в нищих и духом и телом – эти немцы решили воспользоваться случаем и поправить свои личные дела. Они начали красть и грабить все что могли и где могли. Они присваивали лично себе не только коров колхоза, но и лошадей, свиней, птицу и проч. Часто просто отбирали много имущества и у местных жителей немцев и русских, пользуясь покровительством немецких властей. Они варили себе самогон и сильно пьянствовали, а пьяному и море по колено.

В конце концов, у местных жителей лопнуло терпение и они начали подавать Губернскому Немецкому Комиссару многочисленные жалобы, и так как среди этих жалоб были и жалобы рядовых колхозников из местных немцев, то Губернский комиссар распорядился расследовать дело, а затем передать его в Немецкий Суд. Дело это и разбиралось Выездной Сессией немецкого Суда в городе Запорожье.
Так как Председатель Колхоза и его помощник после производства дознания не были арестованы, а были оставлены на свободе, до Суда, то они чувствовали себя в безопасности и считали, что свой Немецкий Суд отнесется к ним снисходительно и не будет защищать интересы местного населения. На Суде они держали себя уверенно и, умея говорить по-немецки, объяснялись с Судом сами и часто совершенно неосновательно и нахально отрицали большинство , явно доказанных, их преступлений.

Когда Немецкий Суд опросил очень много свидетелей и потерпевших , и хорошо рассмотрев опись имущества обвиняемых, сделанную органами дознания при расследовании дела , и убедившись в правильности и основательности жалоб и обвинений, Суд пошел на совещание.

После длительного совещания Суд вынес такой приговор. Председателя Колхоза расстрелять, а его Помощника — к 10 годам каторжной тюрьмы в Германии с конфискацией имущества, а краденное и награбленное в колхозе вернуть ему и потерпевшим.

Осужденный Председатель колхоза, никак не ожидавший такого сурового приговора, после его объявления там же на Суде упал в обморок. Его помощник стоял бледный как смерть и плакал…
Чем кончилось дело дальше, я не знаю. Оба они исчезли из местного горизонта навсегда…

Во всяком случае, этот приговор заставил задуматься многих местных немцев, ибо в большинстве случае они считали, что с приходом немцев теперь настало их время и им де, как немцам, все можно и , дескать, управы на них не будет.

Приговором местное население осталось очень довольно… В руководители колхоза «Хортица» были назначены новые люди, тоже из местных немцев – но они уж вели себя с большой опаской.

А вот теперь обратите внимание : первый восторг от прихода немцев сменился разочарованием. И только благодаря политической составляющей национал-социализма:

(…)Когда немцы продвинулись далеко от Запорожья и штабы войск – продвинулись вперед тоже, Гитлер, по-видимому, решил, что дальше церемонится с населением нечего , и перевел Запорожье на гражданское (партийное) руководство.

(…)Таким образом «Местное самоуправление» фактически закончилось.

(…)В первое время по прибытии немецкой армии, местное население уверялось , что Немцы имеют задание только уничтожить коммунизм.
Что немцы особое внимание оказывают пострадавшим от коммунистов, 
Что всем репрессированным возвращается их имущество,
Что репрессированные в первую очередь обеспечиваются работой и т.д. и т.д.

Но когда водворилось управление городского Комиссара – все сразу почувствовали, что это все далеко не так.

(…)Когда открылось Управление Городского Комиссара – первое что было сделано – это то, что была отдана Маслобойка – представителю какой-то организации в Германии. Это, прежде всего, лишило местное население получения пайка постного масла и очень болезненно отразилось на городской столовой. Потом появился какой-то представитель из Германии – которому был передан и кожевенный завод…
Затем открылся немецкий магазин – где, правда, много товаров и не было – но вход населению туда был закрыт. В магазине могли покупать только военные немцы и наши местные немцы. Ни служащие, ни рабочие городской управы и даже работающие русские у немцев — не имели права в этом магазине покупать что бы то ни было. Вот тут уж мы и почувствовали разницу во всем. В любом учреждении чувствовалось, что мы люди 2го сорта.

(…)О том , как обращались немцы с пленными, как они уничтожали их тысячами, писалось еще больше. Но все-таки и мне хочется кое о чем упомянуть из запорожской действительности , о чем еще не писалось…

Как я уже упоминал, Немецкое военное командование объявило, что украинцев, пленных из мест занятых немецкими войсками, оно будет распускать по домам немедленно.

Когда у нас проводили тысячами пленных голодных, худых, грязных и похожих на тени людей – местные представители сельсоветов приезжали со списками своих односельчан призванных в советскую армию и по их предположениям попавших в плен, и просили немцев разрешить прочитать эти списки и забрать имеющихся там своих односельчан. Немецкое Командование согласилось на это.

Представители больших сел приезжали со списками в несколько сот человек. Когда вызывали… сначала несколько секунд было томительного молчания – ожидания – а затем раздавался крик:- «есть» —
Выходил незнакомый представителю молодой человек (кацап) и у сельского представителя не хватало духа сказать, что это не он… Немцы кричали, чтобы нашедшийся отходил в сторону…

А затем представитель села забирал их с собой, считая , что на следующих вызовах он будет вызывать своих вторично, а пока, дескать, надо людей спасать.
Таким образом у нас спаслось несколько тысяч человек…

Потом либо немцам кто-то донес, либо они сами раскумекали – но вскорости эти вызовы прекратились. А кроме того пленные приходили уже взятые за пределами «У.С.С.Р» и немцы считали, что там уже, дескать , украинцев нет…

Были такие , душу раздирающие, картинки. Какая-то женщина с ребенком на руках вынесла несколько картофелин и хотела отдать их пленным. Озверевший часовой немец выстрелил в женщину, ибо она не понимала того, что он кричал… Женщину часовой убил, а ребенка подхватили местные жители… и унесли…

(…)Нам сначала объясняли, что в такую разруху военного времени – кормить такую массу военнопленных не представлялось возможным, но потом мы все поняли, что это было умышленное уничтожение нацистами РУССКИХ ЛЮДЕЙ , ведь кормить пленных могло и местное население ( помните, я писал то же самое – Мелихов).

(…)Уже с 1942 года немцы начали отправлять на работу в Германию девочек и мальчиков примерно с пятнадцати лет и старше. Сначала местное население отнеслось к этим отправкам благожелательно. Многие сами рвались поехать и посмотреть свет, научится там работать, приобрести новую квалификацию, ознакомиться с западной культурной жизнью и т.д. и т.д… Но через несколько месяцев от поехавших стали поступать странные письма, как из Германии, так и из других стран Западной Европы – захваченных Гитлером.

Дети просили о присылке сала, лука, чеснока и проч. Начали проскакивать некоторые письма с намеками на жалобы, на неудовольствие и т.д. Население начало понимать , что нужно , во что бы то ни стало, избавиться от отправок на работы в Германию. Многие осторожные родители сразу же, как бы предчувствуя беду, старались всеми силами и способами отделаться от отправки их детей на работы.

(…)Но большинство ехало и там страдало. Во-первых ,они все обращались в «Ostarbeiten», а раз была «позорная нашивка «O.S.T» — их, скажем ,даже не пускали в Кино. У многих «бауэров» они спали со скотиной. Кормили их везде, в большинстве случаев, очень плохо. Многие страдали и погибали от бомбежек, многие попадали в немилость у «гестапо» и гибли в их концлагерях и т.д. и т.д. …

А в заключение ,когда они, с приходом советских войск с радостью бросились к своим, в надежде поскорее попасть на Родину и к родителям – то встречали со стороны Н.К. В.Д. враждебное отношение к себе, как якобы к пособникам Гитлеру и попадали даже в разряд «ВРАГОВ НАРОДА» и вместо Родины попадали в советские концлагеря… (…)

Какие выводы можно сделать из прочитанного? – оккупационный режим не был хуже советской действительности. Помимо этого открылись Храмы, чувствовалось налаживание жизни. Военные чины относились к мирному населению с пониманием.

Но на смену военной оккупации приходит партийная, национал-социалистическая идеология, которая уже меняет отношение оккупационной администрации к населению, вводя понятия людей 2-го сорта – и это – главная проблема идеологии, которую так бескомпромиссно защищает «Иван Васильевич», Крестоносец88» и теперь уже «Мальчиш». 

Но главный вывод в другом – даже осознавая, что он (написавший дневник) для немцев является человеком 2-го сорта, и что жизнь в Германии для него сахаром не будет, он все равно покидает свой город и уходит с отступающими германским частями – почему? Да потому, что для советской власти он вообще человеком, никакого сорта, не является. Он прекрасно понимает, что в сов. строе он – не человек, он – инструмент, орудие, с которым хозяин может поступать так, как посчитает рациональным для себя. Захочет выбросить – выбросит, захочет уничтожить – уничтожит. Он ничто – он хуже вещи. И он уходит с теми, кто его считает человеком, хоть и 2-го сорта.

А вот в другом архиве, среди множества дневников и воспоминаний, мы натолкнулись на действительно уникальный дневник – я даже не поверил своим глазам, перепроверяя, а не ошибся ли я. Все проверив и поняв, что ошибки нет – радости не было предела. Это был дневник того самого –Н. Зуева, о котором я с год назад писал на форуме. Это мальчик, который в русско-японскую войну, находясь в Русской Императорской Армии, был разведчиком и был награжден Георгиевским крестом.

Человек-легенда, который впоследствии был участником Первой мировой, а затем и гражданской войны, участвовал во Второй мировой и где, помимо своих воспоминаний записывал воспоминания людей, с которыми его столкнула жизнь. Вот скан одной из страниц этой тетради и ниже — сами воспоминания :

одна из страниц записей воспоминаний 

В Балаклавском лазарете для пострадавшего населения Севастополя, перед койкой, на которой лежит размешавшаяся от жары и лихорадки девочка, сидит обыкновенная русская женщина 35-37 лет.

Они– убийцы – говорит она, шепотом, отдельными словами, как бы что-то припоминая, как бы боясь громким говором вызвать вновь видения пережитого….
Вот как это случилось.

Советское командование переселяется из города на Херсонесский полуостров. Все, кто был в той или иной мере причастен к армии, должны были, под страхом расстрела, уходить туда вместе с войском. Боязнь разглашения военных секретов надвигающемуся врагу, обрекла на страдания и смерть несколько тысяч гражданского населения города. 
Эта женщина служила кельнершей в офицерской столовой и могла что-нибудь слышать от бывающих там офицеров. Не желая расставаться с дочерью, она берет ребенка с собою.

Уведенных из города лиц поселяют в тоннеле 35-й береговой батареи на Херсонесском полуострове. Тоннель просторный, но слабо освещен. Один его конец замаскировано выходит к берегу моря, другой, под бронебашней центрального наблюдательного пункта батареи подходит к разветвлению целой системы тоннелей различного назначения. За два дня до сдачи крупная бомба с немецкого самолета разрывается в одном из многочисленных подземных складов батареи. Начался пожар. Освещение погасло. Едкий, удушливый дым наполняет все подземные помещения. Дышать можно только лежа на мокром полу. Выдача продовольствия прекратилась – отрезана дорога к складу. Естественные потребности оправляются на месте. Наружу, даже ночью, никого не выпускают. Мучит жажда – утолить ее можно облизывая стенки тоннеля. 

Девочка разболелась. Мать пробирается с больным ребенком на руках ближе к выходу тоннеля в сторону моря. Путешествие по живым телам, распластанным на полу. Людей к самому выходу не пускают. 

Вносятся какие-то ящики и расставляются вдоль стенок прохода. Много начальства. Какой-то сердобольный офицер, узнав ее, сует галеты и оставляет ей свою фляжку с водой. Утешает: — скоро все кончится. От слабости дремлется. Очупалась от голосов за ящиками. Странная акустика, созданная в начале тоннеля, позволили ей ясно слышать разговор двух офицеров охраны.

Утром армия сдается. Часовые при выходе ничего не подозревают. Им, офицерам, разрешено покинуть тоннель за полчаса до взрыва. Начальство пошло пробиваться в горы. Выход тоннеля будет взорван в 12 часов ночи. 
На смертный пост часового у ящиков решено поставить какого-то азербайджанца – не войдет в контакт с обреченными и не свой – не жалко. 

Что пережила несчастная мать за эти минуты? Цепенение длилось недолго. Разбудил его новый голос; совсем рядом с нею давалась инструкция часовому стрелять в каждого, кто будет пытаться подойти к нему из тоннеля. Наставление повторилось несколько раз – это и был солдат, которого «не жалко». Очевидно, подходил срок очередного жертвоприношения. Нужно было спасать дочь. О себе она ни разу не подумала.

Чтобы привлечь внимание часового, начинает громко будить девочку. Уловка удается. С карманным фонарем в руках солдат подходит к ним и ломаным языком приказывает отойти от ящиков в глубину прохода. Указывая на больную дочь, она пытается уговорить часового пустить ее с больной хоть на минуту на чистый воздух. Уговоры не действуют. Она предлагает самое себя, говорит часовому о предстоящем взрыве, целует его ноги – ничего не помогает. И вот, обессиленная, измученная женщина, сама не понимая, как это случилось, пантерой бросается на вооруженного мужчину, сбивает его с ног и старается руками схватить за горло. Но тот не сопротивляется, не двигается.

Выхватив у него из руки фонарь, она светит ему в лицо и видит, как под затылком лежащего на остром камне, растекается темное пятно. Столбняк длится недолго: крикнув в глубину тоннеля, чтобы все убегали, схватив на руки дочь, бросается к выходу. С разбега попадает в воду. Точно припомнить, что происходило дальше, она не может. Единственная мысль, которая ею руководила – уйти как можно скорее и дальше от выхода тоннеля. 

Несколько раз она срывалась вместе со своею ношею в воду, теряла ее там, находила снова, взбиралась на камни и снова падала. 
Взрыв она не слышала, но страшная волна воздуха особенно далеко выбросила ее в море. Не умея плавать, с ношею на руках, полузахлебнувшись от многократных погружений в воду, она все же добирается до берега, валится на камни, отдыхает, как ей казалось, одну минуту, а затем, почувствовав холод и боясь простудить дочурку, начинает карабкаться вверх на плато. 

Не заметила, что уже рассвело. Немцы на гребне обрыва не удивили ее. Кто-то из них заставил выпить из походной фляги несколько глотков алкоголя, ожививших и вернувших ее к действительности. Знаком руки показали ей на Балаклаву. Из тоннеля 35-й береговой батареи кроме нее не спасся никто. Также как десятком дней раньше из Ипкерманских пещер, служившими убежищами для городского населения и целого лазарета раненых солдат взорванных большевиками без предупреждения. 

 
Что можно сказать о советском режиме и о том, какой для этой матери лучший: 
оккупационный, когда немецкий солдат дал свою флягу изможденной женщине, или советский, приговоривший ее с ребенком и тысячи таких же, как она, к уничтожению?
Какой вывод мы можем сделать из этого воспоминания, если даже не рассматривать, кто лучше, а кто –хуже?

А тот вывод, что мы, — сегодня говорящие и рассуждающие о поступках людей, сделавших шаг и вставших в ряды частей Вермахта, сражавшихся против Красной армии, — не имеем права говорить, что это было их ошибкой. Мы не теряли отцов в расстрельных ямах при расказачивании, мы не смотрели на распухших от голода детей, когда у тебя отбирали последнее зерно, мы не попадали в тот тоннель, который должны были взорвать. Мы живем тогда, когда этих зверств физического уничтожения уже нет и понять те чувства, которые испытывали люди в довоенные и военные годы, мы физически не можем. Мы можем только рассуждать, рационально раскладывая по полкам сознания то, что видится по истечении времени, при этом, не испытав лично ни той трагедии и боли, ни того ужаса, что испытали они.

Поэтому с Тимофеем об ошибочности их выбора, в том числе и П.Н. Краснова – я не соглашусь. Это не было ошибкой, это был осознанный выбор, но выбор честных и порядочных людей, а не охмуренных чьей-либо пропагандой.

Другой вопрос, как отнеслись национал-социалисты к ним. Но тех, кто встал в ряды Вермахта — это мало интересовало. Они исполняли свой долг, и их выбор этому долгу соответствовал.
То же самое относится и к упоминаемым во многих сообщениях «советским рабам», которых, якобы, и нужно было уничтожить и сожалеть, мол, здесь нечего. Довольно смелые, а на мой взгляд, — глупые, заявления. Есть такое понятие, как объективная реальность.

Допускающим такие высказывания я хотел бы задать вопрос. Так говоря о солдатах красной армии, — почему Вы не соотносите подобные оценки к себе? Ведь, наверняка, Вы служили в сов. армии и имели на руках боевое оружие, тогда почему им не воспользовались и не пошли против большевиков, да и сейчас я не слышал о том, что кто-то поезда под откос пускает. Задавая подобный вопрос, я всегда слышу в ответ одно и то же – ну это же другая ситуация и что я мог бы сделать один. Но так же думали и многие солдаты того времени. А приплюсуйте к этому еще и фактическое поведение немецких партийных функционеров, их отношение к русским, убитых при бомбежках родных, и многое другое – что в итоге? А в итоге – словесная бравурность и ложь – высокомерие и гордыня от тех, кто берет на себя право их обзывать рабами. Суть красной армии, о которой пишет Мальчиш, и призывники 1941-1945 гг. – разные понятия.

И последнее по этому пункту. Приведите пример, когда вожди или обычные бойцы казачьих формирований или русских частей, идя на союз с Германией и преследуя цель спасти честь и независимость своей Родины, пропагандировали нацизм и всемерно его поддерживали, вбивая его идеологию в сознание своих подчиненных. Вы этого нигде не найдете. Тогда на каком основании Вы связываете их светлые имена с тем, чему они НЕ поклонялись и чему они никогда НЕ следовали?

Вот «Крестоносец88» пишет: Цитата: Да в некоторых вопросах существует только черное или белое, все остальное от лукавого! Подменяют понятия те, кто пытаются выдать жидо-болшевицкую власть за русскую, а всех защитников ее борцами за Святую Русь. Это 100 % ложь! Собственно это официальная позиция нынешней антинародной власти, поэтому попытка высказать другое мнение вызывает такое возмущение совков и их клевретов, я уже не говорю про жидо-большевиков. И эта ложь помогает нынешней власти держаться на плаву, как и 90 лет продолжать обманывать часть советского народа. Предатели были всегда и везде они есть, как и в III Рейхе, только не надо делать ставку тем более на предателей Святой Руси и Государя. Неужели вы думайте, что Государь в этой битве встал бы за тех, кто уничтожил Его и Его Августейшую Семью! Это было бы полным бредом, т.к. сралин в 41 заявил, что в лице Гитлеровской Германии на Русь возвращается ЦАРИЗМ и призвал всех противостоять этому. Предатели нации, всегда защищают предателей — это аксиома и норма жизни подъяремных советских людей.

 
Как можно написать такое, смешав все в одну кучу-мала, при этом все это назвав Правдой?

С чем можно согласиться, так это с тем, что действительно, есть вопрос, где существует четкая грань между белым и черным. И это вера в Бога или поклонение сатане. Это исполнение заповедей Христовых и совершаемые грехи, оправдываемые идеологией. А вот все остальное, как и ряд его же высказываний, — от лукавого, это точно.

Мне вспоминается случай, когда летом текущего года к нам в музей приехала группа молодых ребят. Они прошли по всему музею, слушая экскурсию, и в конце попросили меня сфотографироваться вместе перед памятником Добровольцу.

Ну, я встал вместе с ними перед памятником и как только тот, кто фотографировал, сказал «внимание», они резко сбросили ветровки, в которых они были, и под которыми у них на руке были повязки со свастикой. Меня возмутило не это, а то, как они это сделали – из-подтишка, как трусы. Фотограф стал быстро щелкать кадр за кадром, я же предложил им дать повязку и мне – что же я буду выделяться из группы. Они повеселели, дали мне повязку, которую я одел, а фотоаппарат еще активней стал нащелкивать кадры.

После окончания «фотосессии» я им объяснил о «черном и белом» и о нормах поведения, которые не от лукавого. При этом потребовал вытащить карту из фотоаппарата и отдать мне. Незадачливый фотограф, понимая низость своего поступка и очевидность того, что выйти из усадьбы без удовлетворения моего требования не удастся, отдал эту карту и никто не высказал неудовольствия, т.к. понимали свой проступок, кроме одного, который развел тут же демагогию, один к одному повторяющую высказывания «Крестоносца88» , т.к. именно читая посты «Крестоносца88» я и вспомнил об этом. Намного позже (месяца через три) из этой группы приехали к нам пара ребят, которые извинились за участие в прошлом фарсе и поведали о том, что перед поездкой их старший группы и предложил провести «подобную акцию» для фотогалереи на их сайте. Вот для кого-то она оказалась «белой», а для кого-то «черной».

Кто-то на форуме высказывал предположение о том, что случилось бы в Европе, не напади Германия на Россию — Сталин бы дошел до Ла-Манша и «осоветил» бы всю Европу. Мне думается, это абсолютная чушь.
Не развяжи Гитлер 2-й мировой войны, а продолжи бы развивать Германию в мирных условиях (как сегодня развивается ФРГ), то ситуация была бы прямо противоположна той, что фактически произошла.
Да, Сталин, несомненно, готовился к войне, да, ее целью было установление по всей Европе большевистского режима. Но если бы войну начал именно он – дошел бы он до Ла-Манша? Конечно же нет. Опыт финской войны показал, какова была боеготовность Красной армии и профессиональный уровень ее командиров. Были ли сделаны выводы? – Нет. Продолжалось тупое наращивание технической мощи армии и абсолютное пренебрежение ее профессионализмом. Первые месяцы войны 1941 года это подтвердили. Как же с такой армией он смог бы дойти до Ла-Манша? Мало того, если бы агрессию начал Сталин, то уже не Германия воевала бы на два фронта, а СССР – и на западе и на востоке, а скорее и на все три, т.к. в данной ситуации Турция не оставалась бы в стороне, как и все арабские страны. Никакой помощи извне, полная изоляция. И вот тогда бы большевистский режим рухнул бы точно. Причем, жертв подобной войны было бы на порядок меньше. И психологический и моральный облик этой войны был бы совсем иной.
Можно бы и дальше проводить утомительные объяснения по тому или иному высказыванию, но это будет безусловный повтор ранее сказанного уже не единожды.

Поэтому стоит, может, только добавить то, о чем ранее писалось вскользь. А именно:

— нацизм и фашизм, как крайне радикальные правые идеологии, возникли в Европе в необходимости противостояния все более набирающему силу агрессивному интернационал-большевизму. Это была реакция народов, которая и была использована крайне неразумно, превращаясь в идеологию захвата и порабощения других народов.

Оправдание этой неразумности сегодняшними неонацистами необходимостью захвата жизненного пространства и ресурсов для утверждения нацизма во все мире – абсолютно не жизнеспособно. И примером тому является развитие ФРГ.

Утеряв 2/3 территорий от бывшего рейха, оставшись без научного потенциала (который был вывезен американцами и советами после окончания войны), лишившись производственного потенциала (советская репатриация заводов) и находясь в полной разрухе, но не ведя за истекшие 67 лет войн, Германия превратилась в одну из первых мировых держав и остается таковой и сегодня, представляя собой локомотив промышленного и научного производства , как и культурного развития.

Вытаскивать на свет Божий идеологию, которая обанкротилась – это не только не разумно, но и пагубно, т.к. она застилает взгляд на видение того, что действительно жизнеспособно и что существовало не 20 лет, а то, что длилось столетиями и приносило пользу, несоизмеримую по сравнению со всем иным — нынешним.

В России это – православная монархия, у казаков – это Атаманское управление с общевойсковым Кругом, ради которого и сражались казаки и П.Н. Краснов. И один из принципов, которым следовали казаки, был простой: жить мирно и развиваться, дружить с соседями, но вести себя с ними так, чтобы не уронить своего достоинства.

А если сосед коварен и агрессивен, то казачье единство, направленное атаманской рукой, вразумляло этого соседа, до поры охлаждая его неразумные вожделения. Все это держалось на основах Православной Веры и братской взаимовыручки.

Что здесь сходного с национал-социализмом и тем, что проповедуют здесь «Иван Васильевич», «Крестоносец 88» и некоторые другие? – ничего.

И в казачьей среде никогда Ваши идеи не найдут поддержки. Не могу также уверенно заявить о российском обществе, но здесь, на форуме, данную тему, уже разобранную по косточкам , предлагаю прекратить.
Дело в том, что постсоветское сознание очень многих, не имеющих способностей и знаний, лихорадочно ищет своего применения и никак не может себя реализовать.

Не зная как и не умея организовываться самому и организовывать других, все это выплескивается в безответственные утверждения «своего взгляда» на любой аспект жизнедеятельности общества, используемых идеологий и основ Веры. Этим очень успешно пользуется существующая система, подбрасывая в топку идеологического противостояния внутри нации ее отдельных групп те или иные скелеты прошлого. Но мы живем совершенно в иное время, в обществе, имеющем совсем иные знания и менталитет. 

Уж более 20 лет я слышу от неонацистов, что «мы постоим», «мы не дадим», «мы… мы… мы…» А за что постояли? Чего не дали? Где, хоть мало-мальский, результат? И его не будет еще 200 лет. Вы блуждаете сознанием, ищите оправдания своей неспособности в неразумности народа, Вас не понимающем, в православной Вере, которая, на Ваш взгляд, не достаточно воинственна , как Вы, и во многом другом, абсолютно не обращая внимания на себя и ущербность того, что пропагандируете.

Советский патриотизм – испытанный метод дебилизации сознания, когда люди оправдывают действия своих же палачей какой-то высшей целью. Он застит глаза и не дает возможности человеку разумно оценивать происходящее.

Но тот же самый эффект дает и оголтелое восхваление гитлеровского нацизма, который также воспаляет рассудок, доводя его до уровня не способного ни к творческой, ни деловой активности.
И могущественный Советский Союз, возглавляемый большевиками, и не менее могущественный Третий Рейх, возглавляемый национал-социалистами – это иллюзия.

Я не сравниваю их, кто гуманней или кто более жизнеспособен. Я говорю о той иллюзии, которая внедрялась в сознание людей, и которая и там и там была оторвана от реальности.
Иллюзии разрушились, и сегодня многие оставили их в своем сознании, многие не желают с ними расставаться, потому что срослись с ними.

Важно от иллюзий избавиться и на все посмотреть незамутненным взглядом, возможно, тогда и увидится тот путь, по которому стоит идти.

Как я уже говорил ранее, более данной темы мы касаться не будем. Она обсуждена всесторонне и подробно. Нового уже никто и ничего не скажет. Поэтому я предлагаю эту тему закрыть, при этом дав возможность в течении суток каждому, кто пожелает, высказать окончательное свое суждение в короткой форме. И только один раз. (2011 г.; см. полностью на форуме здесь )

 
 
 

УПОМИНАНИЯ:

  • Форумчанин пишет«Однако, служение казаков в вермахте под его командованием, считаю трагической и позорной страницей нашей истории.»

Я думаю, не стоит заявлять подобное столь категорично. По нескольким причинам. Во-первых, для очень многих казаков, живущих здесь, в Российской Федерации, и для большинства казаков, живущих в Зарубежье, подобное утверждение – неприемлемо. И не только потому, что некоторые краснобаи утверждают, что «лица, оправдывающие казаков, сражавшихся в частях Вермахта – есть фашисты и нацисты», либо несут еще какой бред. А потому, что казаки, испытавшие на себе, на своих семьях, звериную жестокость большевизма, видевшие, что они сделали с их Родиной и с их жизнями, принимая данный выбор, осознавали: хуже отношения сов.власти к казакам быть уже не может. Поэтому и выбрали ту власть, которая это худшее способна была уничтожить.

Это нам сегодня очень комфортно рассуждать об этом трагическом выборе. Но они жили в иной эпохе с иными ассоциациями. Вот то, что нам удалось получить в архиве на Украине по репрессиям в Крыму, когда в центральной и южной России кончилась гражданская война. Казалось бы, есть обращение Фрунзе и Брусилова к тем, кто находился в Русской Армии, о гарантии того, что, «кто не уйдет с Врангелем – будут все помилованы» и без суда отправятся домой. 
Гражданская война кончена, победа за большевиками – сам Бог велел прекратить дальнейшие зверства и показать себя, хоть отчасти, «властью народной». Но что делает эта власть с абсолютно беззащитными людьми, поверившими их лживым обещаниям и оставшимися в Крыму?  Вот это – один из десятков тысяч протоколов, в которые заносились данные простого казака. Слово «казак» подчеркивалось, что означало в дальнейшем – неминуемый расстрел.

 

Далее кончились напечатанные протоколы, повторюсь, их было несколько десятков тысяч. Стали писать от руки, немного, без подробностей. Главное в этом протоколе – если стояло «казак» — так же неминуемый расстрел.
Ну а дальше уже и заморачиваться с этой писаниной не стали. Просто печатали список людей, находящихся в заключении, по 100 человек. В списке есть графа: «в чем обвиняется». Казалось бы, нужно было писать: или контрреволюционную деятельность или какое-нибудь военное преступление. Нет – причиной обвинения являлись записи : «казак», «полицейский», «статский советник» и т.п. Этого было вполне достаточно, чтобы против всех фамилий, вдоль страницы, одной строкой, написать – РАССТРЕЛ.
 

Кто были те, кто это писал, а потом приводил в исполнение написанное для казаков? И кем они были? — той самой Родиной, которую нужно было защищать?
Была ли Родина у тех, кто от имени этой «Родины» вырезал живым на ногах лампасы, выгонял целые станицы с детьми и стариками перед зимой в степь и охранял их до весны, чтобы выживших отправить уже в Сибирь?
А выживало менее 10 процентов. И т.д. и т.п. Как историку, не мне Вам это рассказывать.

И то отмщение за все то унижение и зверства, что были допущены, за то, что живьем было выжжено; и то устремление установить власть, пусть , может быть, и не совсем свою, но все-таки менее звериную – называть «позорным» — , по моему разумению, недопустимо. Понятно, что мы не придем с Вами к общему в этом вопросе.  Но мы нигде не утверждаем, что позорным было сражаться в рядах Красной Армии – там сражались и большинство наших дедов. Но и Вы, будьте любезны, не называть позорным то, что выбрали казаки, имея возможность этого выбора.

Во-вторых, Вы здесь же пишете, о казаках, служивших в Вермахте под командованием Краснова П.Н. Но задолго до этого командования (Краснов П.Н. вступил в должность в 1944 г.), еще в 1942 г. С.В. Павлов с казаками, находящимися на оккупированной территории, уже создал казачьи подразделения в Новочеркасске, и к этому Краснов не имел никакого отношения. Казаки решили так сами. Как сами же решили, создавая сотни в Русском Корпусе еще в 1941 году. И т.д. и т.п.

Поэтому, давайте не будем в данной теме трогать этот вопрос, тем более, в других темах это обсуждалось и в них уже были высказаны все и «за» и «против».

Единственно о чем хочу еще написать, так это о следующем Вашем замечании: ««Чем виноваты перед казаками фон Панвица югославские и итальянские партизаны, воевавшие за свою родину».»

Ну здесь абсолютно неверная постановка вопроса: Во-первых, в Югославии к моменту создания казачьих подразделений во всю бушевала гражданская война, сторонами которой были:
— коммунисты Тито, сражавшиеся против всех за Коммунистические идеалы в Югославии. Освобождение от оккупации — был их лозунг, прикрывающий революционные устремления коммунистов, как наших большевиков, стремящихся Первую мировую войну превратить в гражданскую.
— четники – военные отряды монархистов, сражавшиеся вначале с немцами за свободную Монархическую Югославию, а затем, объединившись с ними против партизанских отрядов Тито.
— сербский военный добровольческий корпус, который сразу вошел в состав Вермахта и был в состоянии войны с партизанами Тито.

И четники, и сербские добровольцы Вермахта тоже сражались за свою Родину без коммунистов с сербскими коммунистами.
Так что казаки, поддерживающие сербский добровольцев Вермахта и отчасти четников, не были их врагами, наоборот, они были их союзниками, боровшимися за их Родину, а врагами они были для коммунистов Тито, которые первыми своими действиями, между прочим, предприняли уничтожение русской эмиграции, находящейся в Сербии. Русский Корпус, почему вначале именовался Охранным Корпусом – потому что, в первую очередь, русские эмигранты в Сербии столкнулись с тем, что титовские партизаны их стали просто отлавливать и убивать ни за что. Вернее, за то, что они были непримиримыми антикоммунистами.

Та же картина и в Италии, где вообще-то была власть, избранная народом Италии, а партизаны боролись с этой властью.
Та же картина в Испании – но там Франко остался живым и его коммунисты не повесили. Может поэтому, о тех русских и казаках, кто сражался на его стороне, до сих пор как о «предателях» не говорят и не обвиняют их в том, что они сражались с «партизанами», а наоборот, всячески почитают. (…) (2012 г.; см. полностью на форуме здесь )

СМ. ТАКЖЕ:

  • СИСТЕМА СОВЕТСКАЯ
  • ВЛАСТЬ
  • ОБЩЕСТВО
  • КАЗАЧЕСТВО. КАЗАКИ ВО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЕ
  • ГЕРМАНИЯ
  •  и др.

 

P.s. страницы Энциклопедии находятся в постоянном пополнении и обновлении по мере размещения новых сообщения В.П. Мелихова на форуме.