поиск по сайту


Проекты CRM Документы


Яндекс.Метрика

Яндекс цитирования


— Аналитика: причины участия русских и казаков во II мировой войне на стороне Вермахта

ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА: ПРИЧИНЫ УЧАСТИЯ РУССКИХ И КАЗАКОВ ВО II МИРОВОЙ ВОЙНЕ НА СТОРОНЕ ВЕРМАХТА

(выдержки из высказываний В.П. Мелихова с форума  http://elan-kazak.ru/forum/index.php )

 

(…) главное, и я давно подчеркивал это во всех предыдущих ответах, состоит не в том, что [тот или иной человек] во время Второй Мировой войны оказался на стороне Вермахта, а в том,почему он, как и многие другие тысячи русских людей это сделал. Что явилось основой этого поступка, что необходимо сделать в сегодняшней России, чтобы соплеменники были в единстве, а не в очередной бойне меж собой. (…) (2009 г.)

(…) вопрос рассмотрения причин участия в войсках Вермахта наших соотечественников, это тема и русская и казачья. Повторюсь в сотый раз, не обеляя и не являясь сторонниками вышеуказанной идеологии, мы разбираем совсем иной вопрос: что было побудительным мотивом, что была за власть в Советской России, что сегодня эта власть представляет собой, и что мы сами сегодня являем собой. (…) (2009 г.)

(….)в мировой истории и тем более, в истории России ни до Второй мировой войны, ни после её – не было поступков и прецедентов такого масштаба, когда количество солдат одного и того же народа боролись друг против друга – одни в армии государства, где они жили сами или жили ранее до изменения государственного строя, другие – в армии, напавшей на данное государство. А количество таких солдат, воевавших на стороне Вермахта, было более 1 млн. человек. Это на порядок больше, чем противостояние в гражданскую войну!  Назвать все это простым предательством – значит, не осознавать ни масштабов случившегося, ни причин , побудивших этот миллион так поступить. (…) (2012 г.)

***

Форумчанин пишет«Энергия г-на Мелихова работает против хода истории — очень плохо, что он этого не понимает.(…) г-н Мелихов будет расшибать себе и другим лбы об осанну военному деятелю, дважды фатально ставившему на Германию.» Подобные мысли «неудобных оппонентов» сопровождают нас с самого открытия Мемориала. Они не новы, писанные разным языком и с приводимыми доводами, от, якобы разных людей, но все они сводятся к одному – вырвать из общей идеи «слабое звено» и демагогическими манипуляциями очернить всю идею в целом. В нашем случае «слабым звеном» Вы выбрали П.Н. Краснова и не желая (или специально уводя в сторону) вникнуть в суть, Вы внешним обличением стараетесь вычеркнуть главное. А главное, и я давно подчеркивал это во всех предыдущих ответах, состоит не в том, что П.Н. Краснов во время Второй Мировой войны оказался на стороне Вермахта, а в том,почему он, как и многие другие тысячи русских людей это сделал. Что явилось основой этого поступка, что необходимо сделать в сегодняшней России, чтобы соплеменники были в единстве, а не в очередной бойне меж собой.
Цитата: Чем больше будет торкаться у свой тупик, тем меньше будет перспектив у современного казачества. Ему служить надо, а не обслуживать внешние интересы (изложенные в американском законе 1959 г. о «порабощённых народах»).
Давайте посмотрим, кто воистину были предателями своего Отечества, и кто в действительности обслуживал внешние интересы , правда задолго до 1959 года.
— кто разлагал Императорскую Армию во время Первой Мировой войны, стремясь уничтожить ее боевой дух?
— кто предлагал «Штыки в землю и по домам»?
-кто призывал превратить войну империалистическую в войну гражданскую?
— И кто всего этого добился, уничтожив впоследствии Отечество и огромное количество народа, населяющего его? 

Это — большевизм. А на какие средства? Чьи интересы преследовались?  (…) 
(…) Итак, кто же предавал, кто уничтожал Россию, и кто принял тридцать серебренников предателя?  Если Вы не будете отрицать очевидного, то и ответ очевиден также. Расплата за «помощь» была щедрой — рабский труд покоренного русского народа, отобранные природные богатства, сданные в аннексию, несметные сокровища, собираемые веками и в одночасье переправленные за рубеж под видом антикварных аукционов. Ну и это только верхушка айсберга. Основа уничтожения была спрятана еще глубже — уничтожение русской нации, православной веры — создание богоборческой партии человеческого растления — создание партии сатаны и внедрение его идеологии в сознание людей. (…) (2009 г.; приведено в сокращении; см. полностью в Энциклопедии тему «БОЛЬШЕВИЗМ»;  см. полностью на форуме здесь )

***

Форумчанину: (…) По поводу Краснова П.Н. и его участия на стороне Вермахта в годы Второй Мировой войны. Наверняка, свое мнение Вы сформировали на основе многочисленных публикаций (в основном, в Интернете), которые либо категорически очерняют, навешивая ярлык предателя, либо героически воспевают как героя, не стремясь объяснить, почему. Причем, в первом варианте все единодушны, во втором же деление мнений продолжается на тех, кто безоговорочно воспринимает Атаманаправильным, тех, кто это принимает с оговорками, указывая, что сотрудничество с Вермахтом было ошибкой, либо тех, кто делит жизнь Атамана до Второй Мировой и во время Второй Мировой, давая ему двойную характеристику.
Я думаю, все эти подходы неверны. Для того чтобы отнестись к данному вопросу объективно, нужно расценивать поступки людей, исходя не из сегодняшнего дня, когда многие факты уже известны, многие искажены до неузнаваемости, а многие вообще замалчиваются и скрываются, а из той ситуации, в которой эти люди находились реально, с учетом всех внешних воздействий на них, их мировоззрения, их смысла жизни. И тогда многое будет и понятно и видно.

Итак, Русская Армия, не поддержанная бывшими союзниками, вынуждена эмигрировать. Но и эмигрировавшие, они продолжали испытывать на себе предательство Антанты, скитаясь по островам в виде беженских лагерей – Лемнос, Чаталджи, Галлиполи и т.п. Условия содержания были крайне тяжелыми, а правительства «союзных держав» делали эти условия еще более унизительными, понуждая вернуться в Советскую Россию. Все это откладывалось в сознании и копилось негодованием.
Договорившись с правительствами Королевства СХС и Болгарии, с июня по ноябрь 1921 года части из лагерей стали перебрасывать в эти страны – постепенно русская эмиграция распространилась по всей Европе, создав русские анклавы практически в каждой стране, в т.ч. и в Германии. Германия в том момент представляла собой такое же удручающее состояние, как и настроения русских эмигрантов. Версальский договор наложил на Германию высокие контрибуции и органичения, не позволяющие стране развиваться, страна скатывалась в нищету и нестабильность. И в этой, разоренной войной и контрибуциями, с разрушенным хозяйством стране все активнее поднимались коммунисты, так хорошо известные русским эмигрантам по своей искалеченной Родине. В 1929 году наступает мировой кризис, который еще больше разрушает страну и разоряет ее народ – казалось бы, крах неизбежен, и вот уже коммунисты избираются депутатами Рейхстага, которым становится и лидер боевого крыла КПГ – организации Рот Фронт – Эрнст Тельман. Казалось, что Германия вскоре превратиться в ту же большевистскую державу, что и Советская Россия.

Но параллельно с коммунистами на политическую арену выходила новая партия – немецкая национал-социалистическая рабочая партия (НСДАП), которая провозглашала национальное возрождение и борьбу с коммунизмом. Естественно, практически все белоэмигранты с восхищением смотрели на национальный подъем германского народа, сравнивая свое унижение с поднимавшейся национальной честью чужого народа. Они видели, как немцы сплачивались вокруг новой силы, превращались в единую нацию – могущественную, талантливую, трудолюбивую. В.Пруссаков писал: «Нацизм дал многим людям цель и смысл жизни, наделил их чувством принадлежности к чему-то высшему, надличному – экстаз самоотречения».Ошибочно считают, что это была идеология мелкого лавочника – когда еще НСДАП не была парламентским большинством, а Гитлер был далеко от власти в июле 1932 г., 91 профессор подписал письмо президенту Гендербургу с требованием назначить Гитлера рейхсканцлером, а 19 ноября того же года подобное требование было подписано подавляющим большинством германских промышленников, банкиров и землевладельцев.
 

30 января 1933 года, не пролив ни единой капли крови, Гитлер был назначен рейхсканцлером Германии. За 5 лет пребывания у власти Гитлер возвратил Родину многим миллионам немцев, вернув Германии Судеты, Саар, Мемель, Австрию, Рейнскую зону. И все это без единого выстрела. Вывел Германию из международной изоляции, создал мощную армию, авиацию и флот. В кратчайший срок была ликвидирована 7-миллионная безработица, с 1932 по 1937 гг. национальное промышленное производство возросло на 102 %!!! – такого не было ни в одной стране мира. Создавались серьезная и качественная база – система образования, медицинское обслуживание, культурный и здоровый отдых.
И все это – на глазах русских эмигрантов, где Россия запечатлелась в памяти как разорванная в клочья злобными бесами, истерзанная и обескровленная мать. А поступавшие из СССР этого времени сведения о голоде, коллективизациях, расказачивании и раскулачивании, которые проводились изуверски жестоко и безжалостно, еще больше воспаляли сознание русских на чужбине в необходимости подобной власти, подобной идеологии и подобного результата, как они видели в Германии.

Поэтому подавляющее большинство русских военных эмигрантов переходили на сторону Вермахта – отомстить за поруганное Отечество, отомстить за уничтоженные людские судьбы, отомстить за взорванные и растоптанные святыни, за оскверненные могилы своих предков. Многие пошли отомстить и постараться вернуть России прежний облик. Это было естественной человеческой реакцией на мерзость, охватившую их Отечество. Но для многих, и среди них был и Краснов П.Н., было и другое – более важное, чем месть. Они прекрасно видели, что большевизм – это не просто узурпация власти, не просто человеконенавистническая идеология – это система, предназначенная для уничтожения души, уничтожения совести, уничтожения нации. И через это уничтожение – создание нового человека, нового образа веры, новой нации – советской. И в этой новой нации прежних идеалов не будет, прежняя энергия иссякнет, образ человеческий уйдет, заменившись животными страстями. И когда это произойдет, будет поздно: уйдет большевизм, на его место придет другой строй, но останется созданный большевиками советский народ, движимый человеческими пороками, живущий ради удовлетворения собственных страстей, трусливый, не способный к самоочищению и восстановлению. Это и нечто другое, побудило Краснова П.Н. в первую очередь на этот шаг – уничтожить большевизм любыми путями. Главное, чтобы он не успел закончить свой дьявольский план – уничтожение нации. Да, пусть будет оккупация, да, пусть будут тяготы – но останется жива народная душа, а далее и оккупация сгинет и тяготы кончатся.

Именно это явилось  духовным основанием тех, кто встал на сторону Вермахта. И в этом они были абсолютно правы. Вот воспоминания некоторых русских офицеров о том, что они увидели в тех, кто уже прожил 24 года под Советской властью, но все равно с ней не смирился, и при формировании казачьих частей на Дону пошел служить в части Вермахта: «… Картина, конечно, была плачевной, — отсутствие какой-либо дисциплины, пьянство, грабежи местного населения, необузданная брань и нежелание заниматься строевой подготовкой – вот что я увидел по приезде в часть, — пишет капитан Соколов (прибывший принимать роту формируемого Вермахтом корпуса). – Было понятно, что этой толпе нужны были бывшие строевые начальники, а не выбранные ими горлопаны…
Через три дня в части прибыли офицеры-казаки, многих из которых я хорошо помнил по Крыму… Не прошло и месяца, как все части были приведены в надлежащую боевую готовность. Солдаты были чистоплотны, выглядели молодцами, нарушения дисциплины прекратились».

А вот что пишет сам Краснов П.Н. в переписке с Балабиным Е.И. от 7 августа 1942 г.: «Мне приходится видеть много казаков оттуда (имеется в виду – из СССР. Прим. Мелихов). Молодежь тамошняя требует основательной переработки. Бога забыли, к старшим, к родителям относятся скверно, очень самоуверенны и ненадежны – это пока что пролетарии и подход к ним трудный. Кроме того, все они крайне запуганы и недоверчивы».
И это были казаки, воспитанные советской системой в течение неполных 24 лет. А что произойдет, если «данное воспитание» растянется еще на десятилетие?
Этого-то и боялся Краснов П.Н., этого-то и не хотел допустить. Что мы наблюдаем сегодня после 90-летнего властвования большевизма? (Нам сегодня не нужны садисты-вожди, сегодня мы сами перегрызем друг друга). Сегодня продукт советизации захватил все – есть плебейско-лживое и низкопробное телевидение и средства массовой информации, есть продажная милиция и судебная система, коррумпированное чиновничество, советские псевдопатриоты и ленивое бездеятельное общество, а Вы хотите активности от казачества, которого тоже нет.
Ну, это одна, хотя и самая главная, мотивация поступка Краснова П.Н.

Теперь о другой стороне. Обратимся вновь к переписке Краснова П.Н. с Балабиным Е.И. по поводу участия казаков в войне на стороне Вермахта. Атаман пишет: «Мне рисуется три вида:
1. В СССР поднимается восстание против большевиков. Сталин и Ко, все коммунисты, частью удерут, частью будут уничтожены, образуется там, в России, правительство, подобное Петэн-Лаваль-адмирал Дарлан, которое вступит в мирные переговоры с немцами и война на востоке Европы замрет.
2. Немцы оттеснят большевиков примерно до Волги и укрепятся. Будут оккупированная немцами часть России и большевистская Россия – война затянется и тогда неизвестность.
3. Среднее – немцы оккупируют часть России, примерно до Волги, а в остальной части создастся какое-то иное правительство, которое заключит мир с немцами, приняв все их условиях.
В первом случае эмигрантский русский вопрос в том, быть или не быть казачьим областям и в них казакам, будет решаться тем новым правительством.
Во втором случае – немецким главным командованием для оккупированной части и в третьем случае – немецким главным командованием для оккупированной части и в восточной части новым правительством.

Во всех трех случаях до окончания войны эмигрантского вопроса нет, и обсуждать его – это толочь воду в ступе.
Я имею указания, что решено:
1. До окончания войны на Востоке русскую эмиграцию не трогать (переводчики, заведующие питательными пунктами, полицейско-карательные отряды не в счет).
2. При возрождении России в Россию будет привлечена лишь небольшая часть эмиграции, вполне проверенная, вне английских и большевистских влияний.
3. Привлечение всей эмиграции с ее раздорами, склонностью к безудержной болтовне, комиссиям, заседаниям, философствованию, подсиживанию друг друга почитается величайшим несчастьем для России.

Если будут восстановлены казачьи войска (об этом я хлопочу), то на началах старого станичного быта и самой суровой дисциплины. Кругам и Раде не дадут говорить и разрушать работу атаманов, как это делалось в 1918-1920 годах.
Итак, все темно и неизвестно. Нужно ждать конца войны, предоставив себя воле Божьей и поменьше болтать(…)».

А по поводу формирования самих частей он писал: «…Мне кажется, что казаки все представляют их победное возвращение, массами, организованно в родные края. Круги, Рады, встречи, приветствия, речи, банкеты… На самом деле совсем иная, необычайно суровая и тяжелая действительность их ожидает (…) Если в те времена, в 1918 году, когда на Дону все это имелось (боевая техника – прим. Мелихова) и в ряды полков поступала неиспорченная молодежь из станиц, — потребовалось 4 месяца, чтобы кое-как сколотить конные полки, то из теперешней молодежи, при отсутствии хороших офицеров, и в год не управишься. Только негодяй или дурак может морочить головы этим несчастным, истосковавшимся по дому казакам. (…) Вы понимаете, что при таких обстоятельствах мне в 73 года просто смешно было бы куда-то соваться, кого-то возглавлять и путаться в дела, которые хорошо ли, худо ли, но уже идут…»

Иными словами, Краснов П.Н. не собирался активно участвовать в военных делах, имея на то множество оснований. И не участвовал ни в 1941 году, когда немцы стояли под Москвой, в 1942 году, когда весь мир думал, что немцы, теперь уже взяв Сталинград, с юга войдут в Москву, ни в 1943, когда чаша весов склонялась то в одну, то в другую сторону.

Пришел он в Главное управление казачьих войск Вермахта в конце марта 1944 года, когда уже было очевидно крушение Германии, когда должен был быть открыт Второй фронт. Вопрос: почему именно в это время, отбросив все опасения, несмотря на свой возраст, Атаман прибыл в уже обреченный Вермахт? Да потому, что его призвали казаки – он не мог им отказать, он отбросил все свои рассуждения и опасения, и пришел к тем, кто был ему всего милей – своим казакам. Он прекрасно видел возможный исход данного поступка лично для себя, но отказаться, струсить и не постараться заслонить собой возможные будущие жертвы, ему не позволила совесть. Своим решением он, как христианские исповедники, принял на себя мученический крест искупления и жертвы ради будущих поколений. Это был не героизм, а куда большее – это была принесенная жертва. Вспомните жертву, принесенную Калединым, она всколыхнула Дон и воззвала казаков к сопротивлению надвигающейся проказе большевизма. Жертва Краснова П.Н. была адресована будущим поколениям – нам с Вами – стать непримиримыми к тому, что сделал большевизм – к осоветизации и одурманиванию, к бездушию и подлости. И, если эта жертва не будет нами осознана и с благодарностью принята, мы, не поняв ее, не поймем и что же нам делать сегодня. Похоже, пока не понимаем, поэтому и живем так, как живем, фиксируем факты того, что плохо, ничего не предпринимаем, чтобы это плохое побороть и изжить.

И еще хочется привести несколько цитат из переписки Краснова П.Н. и Балабина Е.И., в одном письме он пишет: «Корреспондент финской газеты «Helsinldn Sanomat», посетив поле сражения под Харьковом, пишет, между прочим: «Советская кавалерия, донские казаки, бросились на немецкие пулеметы с обнаженными шашками. Безумие! Лошади, едва прошли 10 метров вперед, как повалились со своими всадниками на землю. Так пали сотни, тысячи! Они лежат частью собранные, частью в ужасных, почти натуральных позах на необозримой степи. Многие тысячи лошадей были взяты в плен…». Были это только «ряженые» казаки, или были это казаки, у которых не прошел большевистский дурман — это все равно. Факт остается фактом. Донские казаки не восстали против жидовской власти, они кинулись в безумную атаку на немецкие пулеметы, они погибли за «батюшку Сталина» и за «свою», народную, советскую власть, возглавляемую жидами…» — почувствуйте ту боль сердца, с которой написаны данные строчки.

У Деникина не было той жертвенности, того понимания – именно поэтому на совести Деникина Новороссийская трагедия, а у Краснова подобного никогда не было. (…) (2009 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

(…) не осознав сущности большевизма, его губительного влияния на страну и людей, проживающих в ней, а главное, последствий большевизации в изменении генетического кода нации и ее последующего вырождения, невозможно понять мотивы поведения людей, оказавшихся на стороне Германии. Невозможно понять, почему Западная Германия, сбросив с себя идеологию национал-социализма, смогла напрячь силы нации и в кратчайший срок стать мировой экономически развитой державой, а Восточная Германия плелась в хвосте социалистического блока вплоть до ее крушения. Невозможно понять и то, что сегодняшняя Россия, обладающая несметными богатствами, и вроде бы, отказавшаяся от идеологии большевизма (уже 18 лет как отказавшаяся!) продолжает влачить жалкое существование и плетется на задворках мировой экономики, а народ еле выживает – и это в 21 веке!

Никто не стремится агитировать казаков за прославление национал-социализма, но и те, которые встали на сторону Вермахта (а не на службу германского национал-социализма, как Вы пишете) для спасения своей Родины от метастаз большевизма, не заслуживают того, ЧТО Вы о них пишете. И не важно, как это выглядит : умно или глупо, целесообразно или нет, своевременно или преждевременно, но в моем понимании, важнее быть честными и правдивыми. И, исходя из этого, они люди чести и достоинства. Безграничная любовь к своему Отечеству, преданность вере и личное мужество – это был их побудительный мотив.
Петр Николаевич Краснов в свои 73 года мог безбедно доживать свой век в любой стране мира и так же как Деникин, вещать о том, что победа Красной Армии в войне с Германией обернется победой, которая сметет большевизм в России. Мог бы спокойно писать романы и из-за океана присылать свои статьи. И никто бы его не осудил, — прежние боевые заслуги, участие в трех войнах, бесконечные ранения. Но нет, на излете жизни, он вновь пошел в бой, видя в большевизме непоправимую трагедию своего народа.

В коротком ответе невозможно отобразить всю суть данной проблемы, и, видно, необходимо посвятить этому отдельный разговор. Но все-таки остановлюсь еще на некоторых моментах. Как, например, можно объяснить то, что при отступлении Красной Армии беженцев, отступающих вместе с Армией с донских земель, практически не было. А вот когда стала отступать немецкая армия, то перед ней возникли колонны казачьих беженцев, устремившихся на запад: 135580 человек – донские казаки , 93957 – кубанские, 23520 – терские, 11865 – ставропольские, 15780 – калмыки. Вдумайтесь в эти цифры, осознайте их – это был исход практически оставшегося, недобитого большевиками в прежнее время, целого народа.

Или другие цифры – более миллионная армия разных соединений и частей из военнопленных, русских эмигрантов и т.п. в частях Вермахта и РОД. Если на сторону врага переходят во время войны единицы и даже сотни, можно говорить о предательстве. Если это «предательство» повторяют тысячи или десятки тысяч, то уже стоит задуматься, что же это за армия и что это за народ, породивший такую армию предателей.
Но если подобных «предателей» миллионы – можно ли применить те же термины, что и выше? И не очевиден ли иной вывод? – что это уже не предательство, а борьба с тем, что есть еще худшее и Богопротивное, чем переход на сторону внешнего врага.

Упрощать и пользоваться ранее подготовленными и внедренными в создание клише в данном вопросе не стоит. Не учитывать это сегодня, боязливо замалчивать, либо, не разбираясь, пользоваться «подготовленными выводами» — это есть нравственное преступление перед собственной историей, которая может вновь повториться, но уже в более убогой и более опасной форме.
И сегодня огромное количество примеров в подтверждение тому. После патриотических тостов и призывов к верности Родине, прозвучавших из уст Президента и всех начальствующих особ 9 мая, 11 мая вышел репортаж, где показали дом инвалидов — участников боев в Афгане и Чечне, сотрудникам которого уже третий месяц не выдают зарплату, а на содержание самих инвалидов не выделяются средства. Сотрудники бегают по людям и упрашивают их пожертвовать на пропитание инвалидам, сами находясь в бедственном положении. Подобная подлость и мерзость — результат нашего беспамятства, непонимания и неумения сделать исторические выводы о предшествующей эпохе. (2009 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

(…) вопрос рассмотрения причин участия в войсках Вермахта наших соотечественников, это тема и русская и казачья. Повторюсь в сотый раз, не обеляя и не являясь сторонниками вышеуказанной идеологии, мы разбираем совсем иной вопрос: что было побудительным мотивом, что была за власть в Советской России, что сегодня эта власть представляет собой, и что мы сами сегодня являем собой.  Оставим в стороне Петра Николаевича и других видных и известных людей. Возьмем иной пример.  Пример такого же честного человека, человека чести и достоинства, человека совести и веры, любившего свое Отечество и отдававшего за него жизнь с 14-ти лет! Это Николай Зуев. Вот краткое описание его жизненного пути из журнала «Кадетская перекличка» № 59 1996 г.:
На нашем годовом банкете по случаю общекадетского праздника в имении «Отрада» я обещал написать и еще об одном нашем герое — кадете Никола Зуеве, который является нашей кадетской и общероссийской гордостью. Николай Алексеевич Зуев похоронен на кладбище монастыря Новое Дивеево в 1954 году.
Коля Зуев прославился на всю Россию еще во время Русско-японской войны 1904-1905 годов. Когда ему было 13 лет, сын оренбургского казака- урядника, Коля Зуев трижды пробирался в осажденный Порт-Артур и приносил ценные сведения. Он был награжден тремя Георгиевскими медалями. По высочайшему повелению Колю определили на казенный счет в Симбирский кадетский корпус. О нем много писали в популярном журнале «Нива» и помещали его фотографии.
Корпус Коля окончил вице-урядником и, также по высочайшему повелению, был определен в Михайловское артиллерийское училище в Петербурге, блестяще закончил его и перед самой Первой мировой войной был принят в ряды сибирской артиллерийской бригады, с которой и вышел на фронт в 1914 году.
За время войны поручик Зуев был дважды ранен и награжден Георгиевским оружием за храбрость. В гражданскую войну 1917— 1920гг. Н. Зуев служил сначала на бронепоезде «Офицер», затем им командовал, а когда был произведен в полковники, принял дивизион бронепоездов: «Офицер», «Единая неделимая» и «Св. Георгий Победоносец».

После эвакуации и краткого пребывания в Болгарии полковник Зуев переехал во Францию, став там шофером такси. Скоро он примкнул к кутеповской боевой организации и впервые пошел за чертополох — в СССР, в 1927 году. Ходил он в порабощенную большевиками Россию четыре раза. В последний раз вернулся оттуда в 1938 году, перейдя румынскую границу, и попал к нам в Болгарию.
К сожалению, у меня нет разрешения его близких писать о подвигах полковника Зуева в советской России. Но когда-то это будет описано, и история его подвигов затмит даже «подвиги» киноэкранного Джеймса Бонда…
Можно сказать лишь, что в 1937 году полковник Зуев сумел пробраться и устроиться в штаб Ленинградского военного округа. Он состоял там на должности помощника начальника штаба!.. Его деятельность была связана с системой революционных групп кутеповской организации, которой в это время занимался новый начальник РОВСа генерал Е. Миллер.
Эти группы должны были содействовать восстанию «красных командиров», которыми руководил маршал Тухачевский и генерал Путна. С генералом Путной, когда тот был советским военным атташе в Лондоне, генерал Миллер через своих курьеров поддерживал живую связь…
По «соседству» с Зуевым в Ленинграде действовал и другой герой-кутеповец мичман Сергей С. Аксаков, тоже ходивший в подъяремную Россию четыре раза. Мичман Аксаков «устроился» в начале 1937 года шофером секретаря ленинградского обкома партии.  Другие кутеповские группы имели другие задания. После провала заговора «красных командиров» большинство офицеров-кутеповцев было экстренно эвакуировано из СССР.
В Софии (Болгария) мы принимали Зуева и Аксакова, тоже перешедшего через румынскую границу. Организация этих переходов была под контролем болгарского отдела кутеповской организации. Легализация в Болгарии Зуева и Аксакова проходила с большим трудом, но все кончилось благополучно. Аксакова принимал министр просвещения Болгарии как родственника знаменитого писателя- славянофила К. Аксакова и быстро устроил на работу. К. Аксаков принимал большое участие в освобождении Болгарии от турок. И Зуев, и Аксаков стали инструкторами в «Молодой смене» РОВСа в Болгарии, откуда отбирались будущие «походники» в СССР. Наша молодежь, проходившая спец. курсы под руководством Зуева и Аксакова, просто боготворила обоих. Это были настоящие офицеры старой школы: всегда подтянутые, бодрые, они говорили мало, больше показывали и указывали, приводили множество удивительных примеров из их богатой приключениями в СССР работе и жизни.
Нападение Германии на СССР в июне 1941 года открыло обоим опять большие возможности возобновления их борьбы за освобождение России от ига коммунистов. Уже в ноябре 1941 года Зуев, а позже и Аксаков с группой в 20 человек из «Молодой смены» уехали на Восточный фронт. Там они оставались до конца войны, и опять Бог их оберегал, и опять они совершали невероятные подвиги во имя освобождения России. Может быть, когда-то выйдет книга с описанием этих подвигов и, конечно, она будет бестселлером, романом, в котором действительность превзойдет любую писательскую фантазию…

 Так почему подобные Николаю Алексеевичу Зуеву люди, сегодня подвергаются циничному прозвищу – предатели. Не могут они быть предателями, исходя из их самоотверженной жизни, из их преданности Родине и их любви к ней. И, если сегодня подобное позволительно, значит наше общество так же порочно, как и советское, а с этим песнями да кулинарией не справиться, надо бороться, и как Вы сами же говорите, просвещать. Вы же пишете: «Нет корней, и дерево сохнет. Т.е. говоря о глобальном поражении народа идеями большевизма, мы должны знать конкретные методы избавления от недуга, вплоть до воздействия на каждую клеточку народного организма. А пока, население Верхнедонского района, очень туманно знает вообще что-либо о казаках и Краснове ( «вродя генерал у казаков был») потомки казаков, говорят о своих предках отстраненно!_.»  А что есть Мемориал и создаваемый музей, как не активное просвещение? Возможно, оно пока не такое эффективное, но и занимаюсь я этим пока один с парой помощников, да на форуме еще 3-5 человек помогают, и если к этому подключатся хотя бы 10-20 человек! Но нет их пока. Надеюсь, появятся…
А то, что говорят в Вешках, да и в любом другом месте – так это всегда было, да и будет, и навряд ли изменится. В бой все разом не встают, вначале поднимаются первые – главное, чтобы они не перевелись. Те, кто первыми встают. (2009 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

В ходе обсуждения данной темы, параллельно поднялся ряд сопутствующих вопросов, которые также имеют разносторонние толкования и понятия. К сожалению, в последующих комментариях они все переплелись, так и не оформившись в законченные выводы.  Поэтому я и решил написать свой комментарий по данным вопросам, которые можно было бы квалифицировать следующим образом:
Первое: во многих комментариях присутствуют аналитические сравнения советской эпохи и сегодняшнего дня, как двух абсолютно разных общественных формаций на территории России. Так ли это?
Но вначале хотелось бы обратить внимание, на мой взгляд, на довольно важный аспект. Время советской эпохи с 1917 по 1990 г.г. – это не только жизнь русских людей в СССР, это еще жизнь русских и вне его пределов. И отбрасывать эту жизнь, либо не учитывать ее – недопустимо. Да, они жили, не имея своего государства, в странах, принадлежащих другим народам, но они имели свою многогранную общественную и политическую жизнь, в которой отражались и их мировоззрение, и их менталитет, и их политические устремления. Таким образом, рассматривать нужно три системы: русские в СССР, русские в РФ и русский мир в Зарубежье. Это также касается казаков и казачьего мира.

То, что представляла собой советская власть, уже неоднократно обсуждалось и в этой теме и в других темах форума. Повторюсь лишь в главном:
— советская власть по территории бывшей Российской Империи устанавливалась практически беспрепятственно, русский народ ее принимал либо был безразличен, не оказывая сколько-нибудь активного сопротивления (сейчас не будем вновь прояснять причины и тайные пружины – это к данной теме не относится). Исключением явились народы, имевшие до вхождения в Российскую Империю свои государственные образования – Польша, Финляндия и казаки – вначале Донская и Оренбургская казачьи области, а в последствие и другие.
Безусловно, в антибольшевистской борьбе с первых же ее дней участвовали и русские офицеры, вернее сказать, часть офицеров Русской Армии. Вот это и были все те, кто не принял и не признал советскую власть сразу. 
Так что Империю — свое государство — тоже мало кто встал защищать, если приводить аналогию, высказанную Panasonicoм по защите СССР во время ее распада.
Гражданская война в полном своем разгаре, антибольшевистские восстания и крестьян и рабочих произошли чуть позже, когда протрезвевшие от хмеля обещанных большевиками благ, народ почувствовал все эти блага на собственной шкуре. Но и проснувшихся было недостаточно, чтобы победить воцарившуюся «диктатуру пролетариата».

Потому что диктатура эта не была пролетарской, а носила характер террористический и была диктатурой спаянных железной дисциплиной террористов. Все их действия, методы и приемы очень напоминают любой террористический акт сегодняшнего времени.
Возьмем любой (из последнего десятилетия) — что мы видим в каждом из них? – небольшая группа организованных, четко спланировавших свою операцию, лиц, захватывают в десятки раз превышающих по численности заложников. В первый час проявляют максимальную жестокость, подавляя волю к сопротивлению и вызывая в сердцах животный страх. Более активных и еще способных к сопротивлению либо на глазах у всех пытают либо уничтожают, вселяя еще большую покорность у оставшихся. А далее начинаются поблажки, — и у заложников, вместо ожесточения к своим поработителям, возникает так называемый «стокгольмский синдром» — т.е. симпатии к тем, кто их мучает и уничтожает. Это происходит всегда – будь-то один человек, группа, общность или целое государство.
Советское правительство в полной мере это все претворило в жизнь, применяя террористическую идеологию в отношении всего народа.
Первое десятилетие – жесточайший террор, доходящий до садизма (примеров тому – огромное количество).
Второе десятилетие – уничтожение тех, кто в результате этого террора стал просто садистом и ни к чему дальнейшему был не пригоден (т.н. ленинская гвардия) и всех тех представителей народа, которые могли бы оказать сопротивление режиму при благоприятных условиях, помноженные на коэффициент случайного невыявления. Поэтому до 1941 года в районные НКВД спускали нормы «выявления» предателей, изменников и агентов иностранных спецслужб для последующего их уничтожения.
Весь этот террор проводился наглядно, демонстративно, подавляя волю и вызывая страх у оставшихся в общей массе «заложников».
И оно это в общем-то и не скрывало. Вот публикация в казахской газете «Сталин жолы» (1935 г. 7.XI. № 121), где приводится хвалебная статья в честь организатора покушения на Атамана дутова Ходжамьярова с цитированием текста на наградном оружии.

И таких надписей, грамот, приказов, где награждение проводят за террористический акт – не счесть. Таким образом, к середине 50-х необходимость в продолжающемся уничтожении русского народа уже иссякла. Процентная экзекуция среди крестьян, рабочих, интеллигенции, ученых, военных и политработников привела к тому, что все категории всех слоев советского общества были уже подавлены и безвольны.
И это подавление и безволие выразилось не в том, что народ безмолвствовал, либо не осознавал, что происходило, а в том, что сопротивляться он уже был не в состоянии, он не мог действовать. Злословить на кухне – да, рассказывать анекдоты – пожалуйста, злобливо поносить окружающих – да ради Бога, но никаких действий в объединении усилий подобных себе совершить не мог. А далее наступил «стокгольмский синдром», когда палачи оправдывались временем, обстоятельством и т.д. и т.п. Но сочувствие террористам не означает оказание им помощи. Оправдание – да, но не активная помощь. И вот, когда режим рухнул, «заложники» просто разошлись по своим углам.

Но рухнувший режим не предусматривал наличие вакуума в государственном устройстве. И он был заполнен не представителями народа, который к этому времени уже действовать не мог, а представителями оставшейся более активной части рухнувшего режима, им воспитанного. Им же заложившим мировоззренческую и нравственную основу – «диктатуру террористов».
Главнейшей заслугой последующей постбольшевистской власти, как и сегодняшней, состоит в том, что, являясь плоть от плоти наследницей и выкормышем советской системы, она позиционирует себя якобы совершенно иной – властью обновленной России. Именно ради этого заблуждения среди общества и свернут был суд над КПСС, именно ради утверждения данного заблуждения существует ныне и КПРФ. Эту иллюзию укрепляли и укрепляют, в особенности в ельцинскую эпоху, многотысячные марши анпиловцев и других коммунистических и социалистических группировок и обществ (кто знает, сколько стоят подобные мероприятия – поймут: спонтанного и добровольного там не было ничего. Все оплачивалось довольно щедро).
Важно было напрочь застить глаза, чтобы в «обновленной» России не разглядеть ту же большевистскую диктатуру, где главным является тот же принцип – уничтожение личности, порабощение народа и превращение его в послушных, а затем и сочувствующих, заложников, у которых через определенное время вновь взыграет «стокгольмский синдром». 
Вопрос изменяющегося отношения к частной собственности, либо замена интернационального воспитания на толерантное, как и иные аспекты, столь разные в советское время и время сегодняшнее – также иллюзия. Первично не это – первична колонизация народа и паразитирование, как на нем, так и на том достоянии страны, которое он смог в свое время собрать, создав территориальное государство. При этом уничтожая в нем все нравственные ценности и ориентиры, присущие его предкам.
Поэтому на первом этапе ВЧК заменила братва, которая намного меньше стрелялась меж собой, а больше отстреливала неугодных, и не только ей, но и местной администрации. Причем, по жестокости применяемых методов – мало чем уступала прежней. Результат – около половины людей, способных создать новую экономику, из страны уехала, другая — забилась по углам, довольствуясь палаткой на рынке или педикюрным салоном. «Настоящий же» бизнес крышевали ребята в погонах, за малую долю выращивая новый политический класс. При этом одновременно подчищая тех, кто в этот класс попасть не должен. Параллельно выстраивалась вертикаль власти – синоним диктатуры. Выстроив ее, система сдержек и угроз была заменена на абсолютно подневольную, повязанную непрерывным обогащением, административную и милицейскую вертикаль власти, приняв облик якобы не бандитского диктата, а подобия государственного устройства.
Но замашки-то остались прежними, поэтому триллионы бюджета уходят на поддержание этой вертикали в виде продолжающегося позволения его безнаказанного грабежа, либо «кормления» от поставленного на должность чиновника или силовика.
А народ, все это видя, бездействует. Не молчит, нет! – с кем не начни разговор, сразу же: «какой бардак!», «да как же им не стыдно!». Но действовать не может – хоть убейся. И вот уже заходят в твой дом иные и уже отбирают у тебя тебе принадлежащее и гонят тебя с того места, где ты живешь, а ты только жутко ругаешься и ругая все и вся, все же подвигаешься, уступая место без сопротивления.
И примеров тому – тьма: исход русских и казаков с Северного Кавказа, диктат нац. общин в ряде армейских подразделений и самое главное – абсолютное бесправие на своей земле перед чиновничье-милицейской системой.
Итак, в моем понимании, сегодняшняя власть, утвердившаяся в стране, — не иначе, как выросшая другая голова у того же красного дракона, вместо не срубленной, а сгнившей.
Сгнила потому, что никто не хотел ее очищать от плесени бесплатно, на внедряемом ранее в массы энтузиазме, либо жестком терроре. Террор отошел, энтузиазм иссяк, голова подгнила и отвалилась. Выросла новая, энтузиазм заменили материальной заинтересованностью, передав общенациональную собственность в руки тех, кто эту голову будет облизывать от плесени. Террор заменили на ложную демократию, в которой говорить можно все, а действовать только в четко ограниченных рамках и то, с дозволения, в противном случае – «демократические процедуры» бесконечных проверок, судов, изматывающих придумок и наговоров – все «по-демократически». Не нравится – обращайтесь в суд.

И здесь я категорически не согласен с теми, кто говорит, что через пару лет или через пять лет будет падение этого режима. Так говорили в 20-х, когда абсурдность власти была у всех перед глазами. Но он выстоял и окреп еще сильней.
Вопрос не во власти, вопрос в народе, смирившимся с этой властью. Она будет процветать и усиливаться все сильнее, порабощая волю и сознание и все активнее воздействовать на обеспечение бездвижимости в обществе.
Конечно же, когда-то и эта голова подгниет, потому как облизыватели так же пожелают, чтобы лизали и их. Но тогда отвалившись, на ее месте вырастет третья и уже с иными мотивациями для тех, кто ее будет вновь драить до блеска. И так будет бесконечно. 

Пока народ не примет на себя бремя действия, бремя ответственности, бремя жертвенного служения и если не перед Отечеством, то хотя бы перед своим личным потомством.
Вследствие оставшегося в неизменности тела дракона и всего лишь сменившейся на время его головы, проблемы в народе остались абсолютно неизменными, — что в 20-х, что в 50-х, что в 80-х, что сегодня. Вот только выражаются они по-разному. Кто-то ностальгирует по советской якобы справедливой жизни, кто-то стремится от этой категории людей откреститься, называя их сов. рабами и взамен предлагает нацизм, как образчик национального возрождения. Кто-то уповает на Бога, при этом сам и палец об палец не ударяет, даже если и Господь оказывает эту помощь, давая кому-то ум, кому-то волю, а кому-то и достаток. А кто-то и Бога если не отрицает, но и не видит в нем То, без Чего и сделать то ни что не в состоянии. Но все это объединено, при порой диаметральной противоположности, в общие ожидания, — либо чуда, либо катаклизма, из которого, уж наверняка, мы выйдем победителями. То есть все откладывается на потом, на более благоприятные моменты, на взращивание национального самосознания, на смену поколений, на …, на благоприятное расположение звезд, в конце концов.
А сегодняшняя жизнь, как бы она не была и противна и тягостна, никого не беспокоит. Мы ее критикуем, но не стремимся изменить. Это и есть сегодняшние русские, это и есть сегодняшнее поколение потомков казаков. Мы бездеятельные, а потому и не способные достичь цели. Задачи поставить можем, не можем и не имеем сил их решать. Вот это и есть главное достижение большевизма. Подобное было и в Российской Империи – не будь этого, не было бы и последующей катастрофы. 

Рассмотрите общественно-политическую ситуацию в Российской Империи 1916-1917 гг. Огромное количество политических направлений, создаваемых партий и движений. Среди правых сил бесконечное противостояние друг с другом и постоянная грызня. Демагогия и благодушие, постоянные стенания о недостатках существующего строя и стремление к «народному счастью и свободе». А результатом явилась победа хоть и малочисленной, но наиболее сплоченной и организованной в железную дисциплину социалистов-демократов (эсеры) и социал-демократов (большевики). Из которых последние, также будучи в меньшинстве по отношению к эсерам, но за счет более четкой сплоченности смогли перебороть и их. Конечно же, этому способствовало довольно большое число сопутствующих факторов. Но главное состояло только в двух аспектах – русский народ был раздроблен на множественные группы и подгруппы по идеологическим пристрастиям и, противодействуя друг другу, они не смогли противостоять сплоченному и организованному меньшинству. Результат – меньшинство у власти, противостоять ему некому, т.к. все раздроблено, рассеяно и не объединено. И второе — политической силы, способной оказать противодействие – нет. Начался диктат меньшинства, использующий систему государственного устройства приспособленного для уничтожения разрозненных и продолжающих противостоять друг другу слоев населения.

Но в Российской Империи были те казаки, которые создали Всевеликое Войско Донское и Донскую Армию, в ней были офицеры, которые ушли в Ледяной поход и зажгли свечу будущего собирания Русской Армии. В ней были рабочие Воткинского и Ижевского заводов, создавших Ижевско-Воткинскую дивизию. В ней были терцы, кубанцы, уральцы и т.д. и т.п.
Вот они-то и их потомки оказались впоследствии вне территории России. В России остались только их могилы. Живые же создали Русские мир в Зарубежье. И там не было физического уничтожения тела и нравственного порабощения души. Хотя жизнь для подавляющего большинства была так же тяжела. Но, воспитанные в другой нравственной среде, и в том, что всегда являлось основой жизни русского человека – Православной Вере, русская эмиграция не распылилась, а смогла создать на чужой земле облик России и русской жизни. Как был также воссоздан и Казачий мир с войсковыми правительствами и казачьими станицами, разбросанными по всему миру. Конечно же, все было довольно сложно в этом устройстве, были и противостояния и межличностные, и идейные, и идеологическая борьба, но эти аспекты относятся к другой теме. Важно сознать другое – Россия существовала в сердцах и умах этих людей. Многое из совершенных ошибок критически пересматривалось, вырабатывалась тактика и стратегия дальнейшей борьбы с оккупировавшей Россию властью. Вся жизнь большинства была пропитана той грядущей борьбой за освобождение Родины. И в этом не было желания мести, как кто-то здесь писал. Месть — понятие довольно узкое и личное. Они же жили понятиями более государственными, чем личными. Для них идея освобождения России не была материальна, а являлось понятием нравственным, духовным. Вот почему я и убежден в том, что никаких ошибок, тем более предательства, участвуя во Второй мировой войне на стороне Вермахта, они не допускали, исходя из своего нравственного и морального облика. 
И это – второй аспект, который был затронут в обсуждаемой теме и который также вызвал самые разные суждения. Но эти суждения более рациональны, нежели оценочны по нравственным и моральным критериям. Почитайте воспоминания участников тех событий – от простых солдат до генералов. Так писать «изменники и предатели» не могут. Боль за Родину, жертвенность и пренебрежение личным благополучием свойственна только людям высоких нравственных идеалов. Вот, говоря о солдатах Красной Армии, погибших во Вторую мировую, «Дон» сам же написал: на смерть добровольно просто так не идут, значит, было что-то большее. Тогда, почему к бойцам Красной Армии это «большее» применимо, а русским добровольцам и казакам, идущим так же на смерть, в понятии освобождения Отечества – отказано?

Что понуждало их бросать только что устроенную жизнь на чужбине, какой-никакой достигнутый достаток, семьи и добровольно (не по призыву или из-под палки) идти на смерть? Мы сегодня не можем выйти на улицу, чтобы сказать – «нет беспределу!». А они шли в неизвестность, четко осознавая свою правоту и веру в возможность освобождения Родины.
Совсем иные вопросы, — как их использовала нац.-социал.верхушка Германии, как русские добровольцы и казаки относились к ней. Не нужно все сваливать в кучу. В данном вопросе – оценка поведения тех лиц, которые вошли в состав Вермахта, должна быть нравственная, оценивающая моральный облик этих людей. Вот из многочисленных документов того времени хочу привести в пример Записную Книжку одного молодого казака, который записывал все песни, которые пели его сослуживцы на фронте

Это явно противоположно тем, кто пел, вставая «проклятьем заклейменный» да еще с «кипящим возмущенным разумом».
Что же касается поведения советской власти в отношении народа, над которым она властвовала. и оккупационного режима германских войск, — что также поднималось в данной теме, то необходимо также рассматривать данный вопрос, не смешивая разные понятия в одну общую кучу и, как следствие, — оценку. Тогда будет более понятная и объективная картина.

Примеров уже приводилось множество, и я не буду далее повторять их, остановлюсь лишь на том, что любая власть оставляет свой след в конкретных распоряжениях и документах той эпохи, которую мы рассматриваем.
Возьмем сборник вышедших документов от германского оккупационного режима, где сразу же были обозначены «правила» взаимоотношения крестьян на оккупированных территориях и оккупационных властей.

Из приказа видно, что от каждой имеющейся курицы в хозяйстве, крестьянин должен сдать в виде налога 30 яиц в год. При том, что курица в среднем в год несет около 250 штук и более, то это будет 12% от общего количества.

По картофелю: средняя урожайность того времени составляла 200 центнеров с гектара (в Белоруссии значительно выше), но возьмем среднюю. То есть белорусский крестьянин собирал с гектара 20000 кг (т.е. 20 тонн), а отдавал в виде налога оккупантам 120 кг – меньше 0,6 % от урожая. Пусть в условиях военного времени урожайность была вполовину меньше 10т/га, но и тогда налог был бы 1,2 % с урожая.
Ну, а что делала родная советская власть, видно из следующих писем, отправляемых в Красную Армию родственникам, служащим в ней:

15 июня 1946. Отправитель: Киселев П.Я., с. Новое Зубарево, Старосиндровского района. Получатель: Киселев С.Я., п.п. 85281. «Все посохло, наверное, будет голод. Да еще налоги донимают. Как приходят, так и берут все, что увидят. Сеня, я считаю это хулиганством. Пришли, выгнали Настю из дома и начали ломать замок от сундука, вытаскивают, что найдут и берут. Нашли три яйца и взяли…»
2 июня 1946 г. Отправитель Катков Е.Ф., с. Стрелецкая Слобода, Рузаевского района. Получатель Ащеульев М.П., п.п. 55798. «Как мне тяжело, мне нет никакой помощи. Нам, победителям, которые пришли с фронта, даже не дают усадьбы, где бы мы посадили картошку. Дали по 5 сотых, которые под домом, говорят, что ваши жены мало работали в колхозе, а у меня две девочки ходили все лето, а за работу ничего не дали. А сейчас за козу давай деньги, потому что она ходит по колхозной земле. А разве на фронте воевали только колхозники, а мы где были? Вот что ведется у нас в деревне. Кто поднесет, тому и земли дадут. Себе берут, сколько хотят, как раньше помещики арендовали».
20 июля 1946 г. Отправитель Батова В.Л., д. Патра Старосиндровского района. Получатель Батов Н.Л., г. Вилок, в.ч. 2229 «Д». «Пришли к нам Сериков Тишка – денежный агент и сельский председатель, мы им показывали твою и Костину справки, они ничего не признают, начали ломать сундук. Вынул Сериков из сундука Костину одежду и говорит «Давай деньги», а у нас нет. Мы заняли 150 руб., он 50 руб. записал в пеню, а 100 руб. в налог. Вот, Коля, что они здесь делают. Мама сидела ни жива, ни мертва. Как увидим, начальники идут, так нас и лихорадка трясет… Как деньги придут, так их с почты берут, не дают даже в руки, а получим – домой приходят и выпросят».
2 июня 1946 г. Отправитель Морозова А., с. Новлей Болдовского района. Получатель: Морозов И.В., п.п. 20528. «Жизнь наша невыносимая. Огород мне вначале дали, а теперь не дают, им жалко 0,15 га. Наши сельские руководители не думают ни о чем. Они, как гады, приехали сюда и издеваются над женщинами. Эх, ведь только Сталин не знает об этом, что тут творится. У кого мужья геройски погибли, им не только помощь, а наоборот, над ними издеваются. Начальники только собирают пол-литра да взятки»… ЦГА РМ. Ф.р-228. Оп.3. Д.2. Л.428-431.

Такие же примеры можно привести по рабочим, служащим, интеллигенции, работавшим на оккупированных территориях. Тот же Корольков, иллюстрировавший «Тихий Дон», и иллюстрации которого признаны лучшими, не стал оставаться в Ростове, а вместе с отступающими немцами покинул его и ушел с ними на Запад.
Но более всего разительные отличия двух режимов видны в отношении к ученым-творцам будущей мощи своей страны.
Вот недавно прошли юбилейные торжества, посвященные первому полету человека в космос. Даже сегодня, упомянув всех, забыли о самом главном человеке – исследователе и теоретике космических путешествий – Александре Игнатьевиче Шаргей (Кондратюк).
Почему американцы первыми высадились на Луну? – да потому, что Кондратюк, затравленный советской властью, всю жизнь вынужден был скитаться, был арестован по причине того, что построил самое большое деревянное зернохранилище без единого гвоздя на 10000 тонн зерна! И советская власть за это объявила его вредителем, так как предположила, что зерно погибнет под обломками этого «мастодонта». При допросе и вышибании показании у него выбили все зубы, вгоняли иголки под ногти. А это хранилище простояло 70 лет и не рухнуло, и разобрали его уже в 2000-х годах из-за ветхости деревянных материалов. Он же разработал конструкцию самого высокого ветряка в Крыму, и именно конструкции данного ветряка были заложены в основу Останкинской телебашни, но при строительстве имени Александра Игнатьевича даже никто не упоминал. Но главное, то, что он рассчитал траекторию полета к Луне, систему прилунения капсулы с космонавтом и дальнейший отлет на землю. Эта траектория в дальнейшем так и была названа «трассой Кондратюка», которой и воспользовались американцы, найдя в Библиотеке Конгресса его книгу, которую он издал на свои деньги малым тиражом, и которую академическое советское сообщество отвергло.
Расчеты в данной книге и легли в основу лунной программы НАСА –«Аполлон»
И только после возвращения с Луны, когда американский астронавт Нил Армстронг рассказал, кто явился основой успеха, и пожелал побывать в доме, где жил Кондратюк, Советы узнали о том, кто жил в стране и что они пропустили мимо своих мозгов, естественно, при этом к визиту Армстронга отремонтировав захолустный дом и срочно сделав в нем музей.
Сам же Александр Игнатьевич погиб на войне в 1942 г. – хотя, погиб он или нет – имеются только догадки. Так как нет ни его могилы, ни более точных записей в его личном деле.

А судьба Вавилова Николая Ивановича, выдающегося ученого-генетика, стоявшего на пороге мировых открытий по обеспечению населения Земли воспроизводимыми продуктами питания. В 1940 – арестован, в 1941 – приговорен к расстрелу. Не расстреляли, а сморили голодом в 1943 году в тюрьме. Человек, который мог избавить мир от голода, сам умер от истощения.
А судьбы десятков, сотен и тысяч иных ученых, которые смогли бы вывести нашу страну на небывалые высоты научного и технического прогресса! — кто смог – сбежал, львиную долю расстреляли, часть бросили в шарашки. И единицам удалось внедрить свои достижения в практику. Относились ли так немцы к своим? Относились ли так оккупанты к ученым, оставшимся на оккупированных территориях?
Таким образом, если отбросить все эмоции и взглянуть на вопрос с практической точки зрения, то ни одна категория населения при оккупации хуже бы не жила.

Но если рассматривать вопрос в ретроспективе: а была бы оккупация благотворней той жизни, что наступила для советских людей после окончания войны при советской власти, то можно ответить, что — навряд ли.

Германская оккупация – это не только внедряемый военной властью порядок, это еще и идеология национал-социалистической партии Германии, которая предусматривала только идеологию расового превосходства германского народа над всеми другими народами мира, в т.ч. и в отношении русских.

И рабочие, и колхозники, и ученые, наверняка, материально жили бы лучше. Но были ли бы национальные ВУЗы, университеты, где русские дети смогли бы получать образование и формировать национальную, научную и интеллектуальную элиту страны? Я думаю, навряд ли. И это доказывает тот факт, как и с каким трудом формировались национальные подразделения в частях Вермахта, когда любое упоминание об освобождении России, о Русской Армии жестоко пресекалось функционерами нацистской партии и самим Гитлером. Конечно, многие германские генералы были на стороне русских и казачьих добровольческих подразделений и активно им помогали в формировании, но они были ограничены партийным давлением, что в мирное время было бы еще большим и более беспринципным. Поэтому германская оккупация после войны, на мой взгляд, не позволила бы формироваться будущим поколениям России в повышении своего научного и интеллектуального потенциала, оставаясь в положении колониально-порабощенного народа. Возможно, были бы и исключения – казаки, к которым отношение было немного иным, да и скорее всего – национальные окраины. Но центральные российские территории, в том числе Украина и Крым, были бы колонизированы переселенцами с Германии и русский народ обслуживал бы их, сам не развиваясь, и не имея возможности для этого развития.

Противостоять или сбросить данную оккупацию было бы невозможно. Русские военные организации были бы после войны однозначно распущены. Те, кто сопротивлялся, оказался бы в концентрационных лагерях. И пример тому – та же ситуация с русской военной эмиграцией в Европе перед войной с СССР.
Объединяющего начала и политической силы народ бы создать не смог, так как он этого не может создать и сегодня.
Что же касается других вопросов, поднятых в данной теме, то хотел бы остановиться на рядке высказываний. Вот «Дон» пишет:ПС Я не был поклонником советской власти. Я и тогда и сейчас сторонник Державы, но в виде социализма. Можете назвать это Монархо- социализм,если слышали»
Социализм – это такая же красивая обертка, с внутренним малозаметным ядом, как и коммунизм. Между прочим, первые, подобные «Державники» были именно социалистами – социал-демократическая рабочая партия (впоследствии большевики), социалисты-революционеры (эсеры), которые под липкими для мух лозунгами о социальной справедливости, уничтожили существующую справедливость Российской Империи и потопили народ в крови и страданиях.
Все беды сегодняшней Европы – это итог правления социалистов и их правительств. Именно они заполонили европейские страны мигрантами с Востока и Африки, чтобы из них сделать себе электорат. Именно они заставили коренные народы работать на многосемейных инородцев через социальные налоги и пособия. Именно они сейчас уничтожают национальные производства, непомерными социальными налогами понуждая национальный бизнес бежать в Китай, Индию и другие страны .
И именно из-за них ни во Франции, ни в Германии Вы не услышите звона колоколов в Храмах, так как ими они были запрещены – производя с 50 годов дехристианизацию всей Европы.
Они придумали международные судилища над национальными лидерами, которые выпадают из их толерантного мировоззрения.
И они же держали в изоляции страны, в которых формировались национальные независимые правительства – Испания, Чили и т.д.

Социализм, как его не назови – это предтеча диктата меньшинства над нацией, это популизм в счет здравого рассудка, это постепенное разложение. И примером тому служит Швеция с ее шведской моделью социализма. Еще учась в Академии Народного Хозяйства при Совмине СССР, на втором курсе наша группа была отправлена именно в Швецию для ознакомления с этим шведским социализмом. Ознакомление проходило в Скандинавской Академии промышленного бизнеса, где преподаватели являлись шведской экономической профессурой. И уже тогда они с ужасом отзывались об этом их шведском социализме. Говоря нам, что его нужно не изучать, а уничтожать, пока Швеция не скатилась в бездну. Они приводили в пример падение трудовой дисциплины, снижение профессионального уровня работающих и ничем не оправданные социальные требования неподтвержденные эффективностью производства. Говорили о надвигающемся крахе самых крупных шведских предприятий, как концерна «Вольво» и авиакомпании SAS. Это был конец 80-х. И что только не делало правительство, но к концу 90-х «Вольво», будучи национальным символом Швеции, прекратило свое существование и было продано компании«Форд», лишившись национальной самостоятельности. А уже позже было продано китайской компании, гордость шведского автопрома перекочевала в китайские руки, выгнав на улицу тысячи работавших. И все это – «благодаря» шведскому социализму. Та же участь настигла и компанию SAS. В 2001 году для поддержания компании, в ее капитал вошли правительства Норвегии и Дании, но ситуация по работоспособности SAS не улучшилась. И только продав 50 % на торгах частным инвесторам, компания смогла уцелеть, но при этом, также лишилась национальной принадлежности. Об этой трагедии шведская профессура нам говорила еще в конце 80-х, предсказывая именно такой ход событий шведского социализма. Все подтвердилось абсолютно точно, как они предсказывали. 

И последнее, касающееся социализма. Вот, что писал в журнале «30 дней» (М. 1930 г. № 8, стр. 66) популярный социалист Джек (Яков Моисеевич) Алтаузен:

Я предлагаю 
Минина расплавить,
Пожарского.
Зачем им пъедестал?
Довольно нам двух лавочников славить,
Их за прилавками
Октябрь застал.
Случайно им
Мы не свернули шею.
Я знаю, это было бы подстать.
Подумаешь, 
Они спасли Рассею!
А может, лучше было б не спасать?

И еще кто-то написал, что нормальная жизнь была в 70, 80-х годах и она вполне устраивала бы всех и сегодня. – Возможно. Но что можно сказать о тех, кто в этих годах видит самое страшное, а многие уже и не видят, так как давно мертвы.

Афганистан – 1979-1989 годы – сколько гробов приняли матери, жены, дети? Сколько калек? Сколько поломанных судеб? И за что? И как отнеслась к афганцам сов. власть? Изречение – «мы вас туда не посылали» — продукт не 90-х, а семидесятых и восьмидесятых, когда ко мне на завод приходили молодые ребята и просто выли, что им устроиться на работу и получить жилье практически невозможно. Об этом можно говорить много, но многое уже известно. Просто напоминаю о том, что счастливым это время было не для всех – кому как «повезло».
Чернобыль – 26 апреля 1986 года. Мало того, что людей бросали на ликвидацию без должной защиты, так и выселили только 10-километровую зону, а не 30 км, как того требовалось. Не уведомили близлежащие районы о радиоактивной опасности, все праздновали Первомай под радиоактивными осадками. И как отнеслись к ликвидаторам и пораженным? До сего дня от них отбрыкиваются, как от прокаженных. У меня был товарищ – вот его награда за ликвидацию – грамота.
В начале 2000-х он умер от малокровия. И никто не оказал, кроме друзей, помощи ни в похоронах, ни в поддержке семьи. И до этого не было никакой помощи. Умер он от «благословенных» восьмидесятых.
Не соглашусь я и с высказыванием Panasonicа, который написал, правда, не в этой теме, в другой, следующее: «Вы зря поднимаете здесь вопрос веры Односум. У основной массы форумчан вы не найдете поддержки в этой полемике. (…) Я бы в дальнейшем советовал бы вам воздерживаться от обсуждения вопросов связанных с православием. Надоел ненужный бесперспективный флуд.»
Без Веры, без Православного мировоззрения, без Христианской морали любой национализм может привести к оголтелому нацизму, как вот в этой ситуации с Артемом Ануфриевым и Никитой Лыткиным, которым только по 18 лет. Не давая ссылку на страницу, хочу привести выдержки из нее:

«Мы – боги, решаем, кому жить, а кому умереть»
«Ольга Липчинская – 14.04.2011
«В нашей группе не место позерам. Допускаются только те, кто вершит судьбы быдла либо только собирается начать серьезные действия. Если ты настроен решительно – тебе сюда». Это цитата из переписки в соцсети ВКонтакте. Прошлой осенью там образовалась группа (объединение пользователей, которые общаются на одну тему) с длинным пафосным названием – «Мы боги, мы решаем, кому жить, а кому умереть»! В группу записались 13 человек. Писали они друг другу вещи странные, страшные. Например: «Такие, как мы, не только детей убивают. Мы и родителей заодно грохаем». «Убивать весело! Пока не проверял. Но думаю что это так и есть»… К записям прилагалось видео со сценами убийств»…
«Мужчина убит около трансформаторной будки…», «Женщину зарезали около елки…», «Напали на беременную женщину с ребенком лет пяти. Нападавший бил по голове…» и так далее.»
«Любимой темой для обсуждения была такая вот нехитрая мысль: обычные люди – овощи, быдло, а те, кто их убивает – боги, стало быть.
Вот, к примеру, сетевой диалог Артема Ануфриева с неким Юрой.
Ануфриев:
-Ты бы хоть дворника грохнул.
Юра:
-И чего я этим добьюсь?
Ануфриев:
-Ну ты же пока что даже дворника убить не можешь, так?
Юра:
-Зачем мне сидеть за дворника и портить свою жизнь?
Ануфриев:
-Во-первых, это тренировка. Подготовка психики. Во-вторых, можно убить и не отсидеть.» 
И вот результат – видео. http://kp.ru/video/445349/

И в заключении еще раз хотел коснуться двух высказываний «Дона». Мы уже вели с ним беседу с полгода назад, но каждый остался при своем мнении и раз уж он вновь написал, я вынужден вновь ответить. «Дон» пишет:
«Значит если не они были предателями,то предателями являлись наши деды(в том числе и Ваши тоже)» «А на мой взгляд совок-это тот,ктороый в прошлом всегда видит только мусор,и его вечно тянет разрушить все старое… выбросить на помойку… вместе с водой вышвырнуть и младенца. Наверное совки,готовы и сейчас радостно улыбаться,видя на улицах своих городов новых тевтонов под Натовскими стягами… как-же,как-же…Нужно добить большевистскую гадину,при этом развалив и уничтожив Россию.»
По первому высказыванию. Как это напоминает детские забавы некоторых родителей, спрашивающих у своих детей – кого ты любишь больше – маму или папу? Идиотизм этого вопроса заключается в том, что назови любого – получается, что не названного ты не любишь. В таких ситуациях дети, как правило, оказываются умней родителей и просто начинают рыдать. Подобное высказывание, на мой взгляд, такая же глупость. 
Что касается последующего, — то оно очень напоминает первое, хотя и касается совсем иного вопроса. Но главное здесь другое – упоминание о развале и уничтожении России. Так она уже развалена наполовину и практически уничтожена и ни чем иным, а тем, что так нравилось Вам, «Дон» — 70-ми и 80-ми. И сегодня уничтожается теми, кто был в эти годы воспитан советской властью.
Мы абсолютно уже не понимаем того, что Россия, русский народ, казаки давно уже не несут той нравственной, идеологической и интеллектуальной основы, которая была в них сто лет назад. Мы же не утверждаем, что древние эллины – это сегодняшние греки, а древние римляне – сегодняшние итальянцы, как и булгары не являются нонешними болгарами. Происходит малозаметная метаморфоза, замещающая суть названием – это и есть большевизм. Поэтому-то Вы и проводите вновь абсолютно неверное тождество: мол, те, кто хочет избавиться от большевизма, обязательно являются участниками развала и уничтожения России. Поэтому, следуя Вашей логике, настоящий патриот тот, кто эту «гадину» трогать не будет, а как-то приспособится к ней до ее следующего смертельного укуса. (2011 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

(…) очень часто [в полемике] используется прием: если ты Гитлера не обожествляешь, значит, ты советский, сталинист и т.п. Это очень схоже с нашей ситуацией, только с обратным знаком. Мы показываем борьбу казаков и русских людей на стороне Вермахта за свою Родину — нас неизменно и безоговорочно привязывают к восхвалению Гитлера. Хотя это абсолютно не так.
Мы показываем систему, оккупировавшую Россию, которая для одного народа разделила Родину на два абсолютно исключающих друг друга понятия, понудив принимать и одних и других трагические решения.

Что же касается именно поднятой темы, то на все благодушные эпитеты в отношении Гитлера, хотелось бы прояснить следующее:

1. Если Гитлер шел освобождать Россию от большевиков, преследуя цель предоставления русскому народу управляться собственной страной после освобождения – почему он не создал русское правительство в эмиграции? Создав его, у него не было бы никаких проблем с занятыми территориями, где сразу же устанавливался прототип будущего национального государства с возложением на них обязанностей по поддержанию порядка, обеспечению армии и обустройства жизни. Пусть незначительный, но положительный пример подобного рода был – Каминский. Люди для этого были – РОВС.
Но РОВС он не только не привлек, а закрыл его.

Хорошо, по каким-то причинам ему не подошли белоэмигранты, стоящие на национальной платформе. Были фашистские организации А.А. Вонсяцкого, К.В. Родзаевского и т.п. Привлек бы их еще в начале сороковых. Так ведь тоже нет. И причина тут очевидна – ему не нужно было русское правительство, ему нужна была русская территория. И население ее — никакой роли для него не играло.

2. Заморенные голодом 3 млн из 4,5 военнопленных. Да, Сталин не подписал конвенции, он — мерзавец и негодяй, да, Красный Крест не имел вследствие этого возможности оказать помощь. Но если Гитлер шел освобождать, — зачем сдававшихся и надеявшихся на иную жизнь людей морить голодом? Отсутствие продуктов питания – это повод. Объяви по всем оккупированным территориям, что вводится продналог для кормления пленных Красной Армии. Без сомнения, все, без исключения, отдавали бы свой последний кусок хлеба, последнюю картошину для того, чтобы эти солдаты не погибали с голоду, потому что все они были братьями, мужьями, отцами оставшихся.

Но мало, что такое сделано не было, наоборот, в некоторых местах, где стояли лагеря военнопленных, местных жителей, приносящих продукты пленным, гнали вон.

Можно и дальше по пунктам расписывать доводы, что гитлеризм не являлся той манной небесной, что должна была бы снизойти на русский народ. И поэтому, создавать очередной фантом «святости Гитлера», — это то же паскудство, как святым делать палача Сталина и осветлять весь большевистский эксперимент над нашей страной.

Но это не значит, что надо обвинять русских, участвовавших в частях Вермахта, в предательстве.
Они искренне верили и держались за эту ничтожно тонкую соломинку, в надежде с помощью армий Вермахта сбросить ненавистный режим – и для этой цели жертвенно шли на смерть, не выгадывая для себя ничего. Они погибали, отдавая свои жизни в надежде, что это не напрасно.

Но даже и все вышеизложенное не так важно сегодня. Подобные споры: Гитлер – рыцарь, боровшийся за счастье народа, или использовавший этот народ для других целей; казаки – отдельный народ, этническая часть русской нации или просто часть народа русского; Сталин уничтожал ленинскую гвардию как будущий национальный вождь или как интернациональная марионетка, прокладывающая себе путь к власти через данное уничтожение – все это, безусловно, важно, но только тогда, когда подобный спор не становится целью жизни, целью движения, целью, на которую тратятся все силы и средства. И вот в этом случае настоящая, главная, цель уходит не только на второй план, но и вообще вымывается из сознания.

А одна должна быть у всех едина – устройство справедливого государства. Сосредоточение всех сил только для одного – вытеснения жулья из государственных структур и замена их на людей совести и чести. Основная цель – политическая активность, через которую можно создать политическую силу, способную изменить жизнь в нашем Отечестве.

А пока все мы подвержены рефлексу, который был привит советской системой – объединяемся только в борьбе с врагом, и если его нет, мы его создаем. Объединение же ради созидания своей собственной жизни на своей земле для нас пока недоступно. Но без этого – очередная гонка за фантомами.

Вышесказанное абсолютно не означает безмозглую и безнациональную толерантность, сводящую к размыванию понятия добра и зла. Нет.

Важно осознание главного, цели, где действия соответствуют тому, что на добро необходимо отвечать добром, а на зло – справедливостью.

Удастся всем здоровым силам, непримиримым к сегодняшнему положению дел, объединить свои усилия и изменить это положение, — потом можно будет и вести правдивое и беспристрастное выяснение тех вопросов в истории, в этнографии,в политических и общественных свершениях, которые требуют не только осмысления, но и тщательного изучения с открытием всех тех документов, которые ныне лежат под спудом.

А пока, я уже писал о количестве выехавших из России на постоянное жительство – более 400 тыс. семей. К этому прибавьте последние данные – 1 млн. 250 тыс. чел. (это по официальным данным, по неофициальным – их втрое больше) только в прошлом году выехало на работу за границу. И это не только какие-то коммерсанты. Это — токари, плотники, высококвалифицированные рабочие и инженеры. Страна в очередной раз избавляется от лучших, при этом пылесосом худшее высасывает из общества и направляет их во власть.
Надо уже посерьезнее задуматься и уже не столько о будущем – о настоящем. Пока — это настоящее мы успешно совместно гробим. (2011 г.; см. полностью на форуме здесь )

***

(…) меня удивляют не сами сообщения [по обсуждаемой теме], а их крайняя поверхностность с ярко выраженным идеологическим пристрастием и абсолютным переиначиванием смысла высказываний многих участников «форумчанином».
В своих предыдущих сообщениях по данному вопросу , я постарался уйти от идеологически ангажированных пристрастий и на примерах, фактически имеющих место, показать суть НСДАП, но то ли эти примеры были не столь убедительны, то ли на них просто не обратили внимания.
Поэтому, не повторяя их вновь, я все-таки хотел еще раз рассмотреть поднятые в обеих темах вопросы и далее к ним уже не возвращаться.

Вот «форумчанин» пишет: «Я не стремлюсь идеологизировать фюрера и третий рейх, и мои отгавкивания носят просто характер азартной игры( нравится позлить разных красноимперских старперов ).Мне не нравится, когда пытаются манипулировать моим сознанием пытаясь поместить туда несчастных жертв войны, в этом есть нечто некрофильское. «
Очень жаль, что рассмотрение подобных вопросов для Вас – азартная игра, целью которой является кого-то позлить. При этом, оправдывая эту игру нежеланием впускать в свое сознание то, что Вам представляется его манипуляцией извне.

Но, исходя из Вашего принципа ведения диалога, появятся и другие «игроки», которые будут «злить» Вас из-за нежелания манипуляции собственного сознания извращенной и ангажированной сутью национал-социализма. И пошла игра – азарт все выше, а рассудок все ниже. И уже важны не факты и даже уже забылся вопрос, который стоял в рассмотрении – верховодит азарт: кто кого переиграет. Вот этот азарт и желание переиграть словоблудием и выверенными фразами и губит и общества и народы. Прагматические и нравственные оценки рассматриваемого вопроса отодвигаются назад, а впереди — все увеличивающийся азарт, приводящий всех игроков к бардаку и разрухе.

В связи с этим хотел бы привести пример избрания Атаманом П.Н. Краснова.
«Круг искал людей для того, чтобы вручить им власть, и, ища таковых, он не спрашивал, какой они партии, но интересовался их прошлым, что делали и что умеют делать. Круг прислушивался к мнению тех людей, которых знал и которым верил».Не идеологические баталии брали верх, а прагматичная и нравственная оценка – именно она позволила сделать правильный выбор и хоть на немного установить порядок в своем государстве.
Именно поэтому мне абсолютно неприемлема манера поведения на форуме другого «форумчанина», когда он, из-за своих идеологических пристрастий и только ради их восхваления и утверждения, начинает подтасовывать и искажать суть сказанного и сделанного другими. Вот он пишет: «Да, самая, замечательная дискуссия на форуме, и как ни странно она разделяет козлищ на овец, хотя и в основном рассматриваются не вопросы веры, а Истории. Вот как нужно некоторым потерять веру и страх Божиий, чтобы СССР приравнивать к Святой Руси, а о сралине даже подумать, как о ее защитнике! Как так, ставить памятник Краснову П.Н. и в тоже время не доверять ему в его поступках и действиях? «
Как же это напоминает советский и нынешний агитпроп. Используя цифры и факты неисчислимых жертв и страданий 2-й мировой войны, коснувшиеся, практически каждой семьи, они обеляют «мощь советского строя» и твердую волю советских палачей, приписывая им стремление спасти страну и народы, ее населяющие.

Вы абсолютно также, беря беззаветную и искреннюю любовь к своей Родине П.Н. Краснова и тысяч других казаков и русских людей, их нравственный и моральный облик бескомпромиссных борцов с большевизмом, привязываете их к национал-социалистической идеологии, оправдывая тем самым ее, и ее ошибки и ее пагубность.

Это один и тот же метод. Именно поэтому, когда Вам говоришь очевидные вещи, приводя при этом конкретные примеры, Вы, абсолютно игнорируя их очевидность, тут же перескакиваете с их рассмотрения на очередные беспочвенные обвинения.

Типичная большевистская тактика ведения разговора – уход из объективного рассмотрения в демагогию с навешиванием ярлыков оппоненту.

Сейчас по ТВ идут дебаты по выборам. Смотреть это невозможно – наглая ложь, лицемерие, обещания, которые никогда не исполнятся – абсолютно от всех. Если смотреть, то ощущение такое, что находишься в выгребной яме, тот же запах и тот же рвотный рефлекс. Поэтому, включив на минуту этот канал и не усмотрев тех лиц, кто мне интересен, я далее уже смотреть эту мерзость не могу. Но включаю все-таки этот канал для того, чтобы послушать тех, кто является или объявляет себя совестью нации — нашу творческую интеллигенцию. Меня действительно интересует их поведение, мысли, их оценки, чтобы понять, есть ли она у нас – эта совесть нации, либо ее уже также нет, как нет и ее ответственности перед нацией за то, что они творят. Не буду говорить о тех, кого удалось посмотреть (они в разных партиях) и тех плачевных выводах, которые приходится делать, остановлюсь только на выступлении известного режиссера – автора фильма «Собачье сердце» — Бортко, представляющего коммунистов.

До какой степени идеология может уничтожить совесть и здравый рассудок — это показательно именно с ним. Образованный человек, наверняка, знающий и эрудированный в вопросах истории, в т.ч. и трагедии периода большевистского владычества.

Но какова манера поведения! (…) На любой конкретный вопрос о зверствах большевиков, об их пагубном руководстве, он тут же перебрасывается на Великую Победу, на слом хребта фашистской гидре, на космос и величайшие достижения индустриализации. Даже неоспоримый факт трагедии коллективизации и уничтожения миллионов крестьянских хозяйств (абсолютно очевидный факт для лица, куда менее образованного), он, с артистическим пафосом, парирует тем, что во вновь созданных колхозах действуют театральные труппы, в одной из которых играла его бабушка. И, уже впадая в экстаз от провозглашенных им успехов советского строя, он, срываясь, голосит – «где и когда, кроме советского строя, было возможно, чтобы забитая крестьянка играла в колхозном театре?» (и это, мол, в 20-е годы).

Я не знаю, говорил ли он правду либо просто лгал, но пока он нес всю эту чушь, я невольно представлял то, что рассказывала мне моя бабушка о том периоде – сожженные хутора, продналоговые отряды, выгребающие все до последнего зернышка, выселки, промежуточные зимние лагеря в степи, где погибали дети, старики и больные, чтобы здоровых весной отправлять на великие стройки социализма.
Для чего вся эта чудовищная ложь от человека, который, наверняка, знаком со всем тем, о чем думал и я – дебилизация сознания, понуждающая защищать идеологию, приверженцем которой он стал. Вот у Вас, «Крестоносец88», то же самое. Абсолютно прав » IK», написав, что: «Такое впечатление, что неосовковая формула «Кто против Сталина — тот за Гитлера» перевёрнута до «Кто против Гитлера — за Сталина».»
Но «IK», это Вам не кажется, это – действительно, технология сегодняшней системы – опорочить перед обывателем имена героев и людей чести, связав их с подлостью путем подмены. Именно эта технология дискредитирует набирающее силу национальное самосознание, когда ее лицом являются экзальтированные юнцы, ведомые искусными режиссерами, которые сунули им в руки иконы Гитлера с одной стороны, и иконы Сталина – с другой, чтобы разбившись в кровь, эти соперничающие колонны еще долго не смогли бы подняться. Вот, взгляните на те движения, которые национал-социализм и Гитлера, как гениального вождя, взяли за основу. Посмотрите их 20-летний путь: Память, РНЕ и десяток подобных организаций.

Вся их история – это история одного и того же начала и конца. Бурное образование, нарастание числа соратников, безликая середина и печальное завершение с нулевыми результатами, о которых я неоднократно писал на форуме.

И все это объясняется только одним, либо это – очередной кремлевский проект, либо это люди, не имеющие ни способностей, ни знаний, которые, ища своей самореализации и находя ее в собрании себе подобных, предполагают, как и большевики, что управлять государством может и кухарка, облаченная в «правильную идеологию», которая в свое время поднимала массы. Забывая и даже не помышляя, для чего эти массы поднимались, и что было объективной причиной именно в тот исторический промежуток времени. Поэтому, отрываясь от реальности существующего дня, они кружат в испарениях прошлого, отравляют им свое сознание и приходят к неминуемому концу: разложению и исчезновению.

Они напрочь лишены того здравого рассудка, о котором я говорил, приводя в начале пример по выборам Атамана ВВД П.Н. Краснова.

И вот здесь более уместно высказывание «Контры»: «Как человеку «от сохи» мне глубоко фиолетово ,что там писал Гитлер в своем творении. Для меня важно то что на практике вышло,свершившиеся факты показали его истинное отношение…А факты говорят сами за себя..  Мне важнее дух сопротивления моих соотечественников,вставших на путь борьбы с большевиками,память о них,
а не «канонизация» Гитлера как избавителя России от большевиков. Как говорится, suum cuique…»

У нас достаточно собственных героев и вождей 20 века, которые показали своей жизнью, как необходимо действовать последующим поколениям, какой цели необходимо достигать и как это возможно осуществить. Они – плоть от плоти нашего мировоззрения, нашей Веры, нашего понимания добра и зла, совести и бесчестия.

И чтобы, наконец, закончить эту тему, я хотел бы высказать, после прочитанных в данном форуме ото всех участников сообщений, следующее:

1. Что касается казаков и русских людей, находящихся в эмиграции и вставших в ряды Вермахта, то одной из основных и несомненных задач при этом являлась защита интересов России и казачества Дона. Они более 20 лет были непримиримы к советской власти, утвердившейся на нашей Родине. Советский режим рассматривался русской эмиграцией как враг России. Россия противопоставляла СССР именно в силу того, что ни большевистская власть, ни большевистская идеология ни в какой мере не отвечали интересам России. В этом отношении и борьба с большевизмом всегда мыслилась как борьба с тем государством, которое они создали – с СССР. И отсюда вытекало, совершенно естественно, соглашение эмиграции с каждой иностранной державой, которая бы встала на путь борьбы с большевизмом. На тот момент в 1939 году вела борьбу Финляндия и часть эмиграции участвовала в этой борьбе, как она же участвовала и в гражданской войне в Испании. В 1941 году она приняла участие в войне, которую начала вести Германия. Для них Красная Армия не являлась народной, защищающей Россию. Для них это была армия, поддерживающая своим оружием оккупацию России большевизмом.

И если в первых двух конфликтах никаких сомнений необходимость борьбы ни у кого не вызывала, во 2-й мировой войне такого единодушия не было. Одни, видя намерения идеологически зомбированной верхушки Германии уничтожить Россию, как государство, отворачивались от сотрудничества, другие – сжав зубы – продолжали сотрудничество, считая, что необходимо помочь немцам уничтожить большевиков, а затем уже на просторах своей освобожденной Родины попытаться либо удовлетворительно договориться с немцами, либо уже другим путем начать новую освободительную борьбу. Было именно так.
И не стоит сюда приплетать идеологию национал-социализма, которой якобы подвержены были те , кто встал в ряды Вермахта.

2. Существует такое понятие – инерция сознания. Это тогда, когда в сознание внедряются определенные понятия, пусть и ложные, которые впоследствии не могут быть в одночасье заменены на правдивые. Сознание их просто не воспринимает физиологически – нужно время и знания, подтверждающие ложь первого и правду второго. Я испытал (думаю, что и другие также) это на себе, исходя из следующего примера. Вспомните фильмы о войне, разведчиках и партизанах времен 60-70-х годов. Смотря их, я всегда злился на то, что немцам было всегда выгодней выбивать дознания из пойманных наших разведчиков – они были не обременены моралью и всех пытали. При этом я всегда задавал себе вопрос: «а вот я бы выдержал эти пытки и смог бы сохранить военную тайну?» Советские же органы пытать не имели морального права (ведь нигде подобных издевательств, которые были на самом деле, не показывали и о них не говорили) и им сложней было без пыток, а лишь уговорами, узнать секреты немцев. И вот когда я впервые узнал о пытках, о тех зверствах, которым подвергались со стороны ЧК не немцы, а свои же сограждане, сознание протестовало принимать это, ища либо оправдания, либо, как мне тогда казалось — это ложный навет. Нужно было время и множественные факты, пока, раскрепостившись от прежних предубеждений, я, наконец , понял, что из себя представляли те, о ком я думал, как о рыцарях с горячим сердцем и холодным рассудком. Так что же многие хотят от людей, которым промывали, промывают и еще долго будут промывать мозги священным образом защитника своего Отечества и предательским образом тех, кто поднял руку против него.

И здесь очень важно, не занимаясь ни подменой, ни переводом в тему идеологического предпочтения за счет обеления одного либо очернения другого – знать факты поведения людей и их мотивации, которые их подвигли так поступать. И вот воспоминания участников этих событий – самое ценное.

Тимофей написал о том, что поведали ему – не берусь судить, насколько это верно, но ничего подобного на Дону у старых людей, переживших оккупацию, я не слышал. Мало того, они не проклинали оккупацию так, как они проклинали период коллективизации, голода и самого послевоенного времени, когда с них драли три шкуры. Безусловно, можно привести множество разных примеров, но вот на одном я бы хотел остановиться. Выкупив очередной архив, мы нашли в одном из них дневник, который вел человек, оказавшийся в оккупации. Это – три увесистых тетради, поэтому приведу маленькие выдержки, на мой взгляд, наиболее интересных мест. И чтобы не занимать много места сканами всех страниц, я размещу одну, остальные приведу в виде перепечатанного текста. Прочтите:

Это автор пишет о погребении советских солдат, умерших в лазарете в его городе. Привожу для того, чтобы потом сравнить, как хоронили немцы своих солдат:
«… Их хоронили по ночам в «дежурном гробу» — куда покойников клали либо в одних кальсонах, либо в одной рубахе.
На кладбище, за городом, была вырыта глубокая яма –канава, где покойников складывали голых штабелями, как дрова, а перед тем как класть покойника в яму, с него снимали рубаху или кальсоны, а «дежурный гроб» возвращался в госпиталь за новым покойником. Утром на рассвете покойников присыпали на пол метра землей, с тем чтобы ночью продолжать укладку дальше.

А это он описывает, как советские органы, не заморачиваясь о последствиях подрыва, и безо всякого предупреждения населения, взрывали объекты города, хороня под их обломками своих же сограждан. Приведу только два примера, у него их – десятки:
(…)Без всякого предупреждения местного населения, по распоряжению по-видимому советских военных властей, двенадцать бычков, примерно посредине плотины было взорвано на рассвете. Огромная масса воды, сдерживаемая раньше плотиной, ринулась вниз. Масса воды высотой примерно выше пяти метров начала стремительно заливать все ниже плотины. Прежде всего вода принесла много вреда на пристани старой части города – где много продуктов и товаров поплыло и замокло. А также смыло довольно много домов с находившимися там семьями.

(…)Огромный вал воды начал молниеносно затапливать и всю территорию Днепровских плавень и там погибло много военных расположенных, как охрана по берегу Днепра. Погибло много людей, случайно находившихся тогда в плавнях. Вся территория плавень находилась в ведении «Лесничества» , которое сдавало местному населению за деньги сенокосы, сдавало рабочим и служащим земли под огороды – и там гибли люди сотнями.
(…)Погибло не мало овец которых местные колхозы тысячами выпасывали почти круглый год на плавнях.
(…)Прекратилась подача воды в обе части города и город погрузился в тьму. Все местное население осталось без воды, света и хлеба, так как и хлебозаводы закрылись.
(…)Большевики решили перед уходом взорвать и эту единственную пекарню и магазин артели инвалидов. В этом доме в первом этаже было очень много магазинов, государственных конечно, а на втором этаже разместилось музыкальное училище, которое заняло почти весь верх.

(…)Большевики с утра взорвали пекарню инвалидов, никого об этом не предупреждая – человек 30-40 покупателей в магазине-кофейне, стоявшие в очереди за булочками, были убиты на месте. Почти все здание взлетело на воздух. Бедная секретарша музыкального училища, испугавшись страшного взрыва и взлетая на воздух, со страху, потеряла сознание. Но случилось чудо… Когда она через некоторое время очнулась, она в недоумении увидела, что она лежит на грудах кирпича.
(…)19 августа 1941 года немцы подошли вплотную к правому берегу Днепра. Так как они нигде не встречали никакого сопротивления – то они сразу же перешли железно-дорожный мост через старый Днепр и заняли весь остров Хортица. Видя, что часть плотины взорвана ,и что плотина фактически приведена в негодность и не проходима – немцы и не пытались ею завладеть.
Второй железно-дорожный мост через Новый Днепр немцы тоже не пытались брать, по-видимому опасаясь и взрыва моста и предполагал что выход из моста на левый берег Днепра серьезно охраняется. Они ограничились только охраной того конца моста, который был на острове. И мост фактически оставался ничей.

Прошло время аж до 4 октября – а немцы и не пытались захватить город, хотя фактически войск в городе советских и не было. Говорили ,потому что немцы ожидали подвоза снарядов и проч.
Такая большая передышка дала возможность большевикам эвакуировать из города почти все станки и почти из всех заводов.
Немцы, заняв остров, днем купались в Днепре на пляже против старой части города и их никто не трогал и в них никто и не стрелял. Мальчишки из Вознесенки даже рискнули на лодке переехать Днепр к немцам. Те их не трогали, не обижали и наоборот даже угостили шоколадом и дали всем по маленькой плиточке.
(…)Нужно сказать правду, ни разу немцы не бросали бомб на город.

А вот один из случаев мародерства своих своими же, далее он описывает еще ряд подобных случаев, но этот мне показался четко характеризующим суть нового советского человека:

(…)Старик в это время лежал на кровати , и балка от потолка придавила ему ноги. Он кричал и звал на помощь, но никто конечно не приходил. Утром на рассвете какой-то мужчина, видя разваливающийся домик, заглянул во внутрь и начал там забирать какие-то вещи. Старик начал кричать:
«Что же ты делаешь, ведь я еще живой».
Грабитель мужчина ответил: «Ничего старик тебе уж ничего и не нужно» и забрав вещи ушел. Только днем, бедного старика с большим трудом наконец-то освободили от балки.
(…)Весь город сидел без хлеба и многие голодали. В этом время немецкое командование объявило, что оно хочет наладить выпечку хлеба и для того, чтобы знать точно количество необходимого хлеба, предложило обербюргомайстеру взять на учет все население города, а всему населению зарегистрироваться в специально устроенных пунктах по районам.

(…)Уже незадолго до прихода немцев большевики переловили часть местных немцев (кто помоложе и подвижнее – сумели понадежней скрыться). Посадили их на грузовики (точное количество их мне неизвестно) и вывезли из города. Грузовики отъехали всего на 10 километров и кто-то подал мысль зачем с ними голову морочить (а может быть был и специальный приказ) – но факт тот ,что грузовики заехали в большую балку около деревушки Подстепной и там всех перестреляли и так трупы и бросили и даже не закопали. А автомобили вернулись обратно в город.
Через день два пастухи скота колхоза увидели трупы и дали знать в город немецкой комендатуре. Оставшиеся в живых местные немцы опознали убитых и похоронили их по христианскому обряду в городе.
(…)Теперь скажу немного об открытии Церкви. Большевики еще не то в 1928, не то в 1929 году все Церкви у нас в Запорожье уничтожили. Около Южного Вокзала была небольшая каменная Церковь, построенная еще до революции железнодорожниками. Она была разобрана до основания под предлогом, что на том месте нужно сделать трамвайное кольцо.
Железнодорожники у себя на «Южном поселке» , по другую сторону железной дороги – устроили в частном доме домашнюю Церковь – но и ту большевики со временем вынудили закрыть огромными непосильными для верующих налогами на Церковь.

Затем была у нас тоже небольшая каменная Церковь на кладбище, построенная тоже задолго до революции. Так как город сильно разросся и кладбище большевики закрыли и перенесли далеко за город, а Церковь тоже разобрали, под предлогом, что кладбище закрыто и место необходимо освободить для каких-то их целей.

В центре старой части города был построен огромный каменный Собор в память избавления от нашествия Наполеона. Большевики его тоже решили закрыть и разобрать до основания. Но так как постройка была настолько крепка, что разобрать ее было невозможно, то большевики Церковь эту подорвали динамитом, а затем оставшийся мусор вывезли и устроили там сквер.
Была еще большая каменная Церковь в Вознесенке. Она стояла сбоку внизу ближе к Днепру. Большевики ее тоже закрыли и использовали помещение под склад. В настоящее время Церковь эта так и не открыта и не перечислена в «Патриарших ведомостях».
Когда пришли немцы, они начали хоронить своих убитых офицеров и солдат в скверу, на месте бывшего главного Собора, с отданием воинских почестей и даже с участием ксендзов либо пасторов.
Хоронили каждого в прекрасных гробах. На каждой могиле ставили кресты с надписями. Могилы обсаживали цветами и цветы поливали. Дорожки посыпали песком. Для ухода за могилами держался специальный штат из местного населения – главным образом женщин.

Я как-то сказал обербургомайстеру г.г. Виббе, что нехорошо сделали немцы, что в Центре города сделали кладбище, да еще и на месте уничтоженного большевиками нашего Православного Собора и т.д.
Господин Виббе заявил мне: «Не беспокойтесь это погребение временное, все покойники будут перевезены в Германию.»

Но все-таки после этого разговора немцы устроили новое кладбище на площади Тараса Шевченко –на свободном месте. Там могилы устраивали так же хорошо. А тут на месте Собора в дальнейшем очень мало хоронили и то только особо заслуженных лиц.
(…)Так вот с приходом немцев, религиозная православная часть населения старой части города обратилась к Коменданту города с просьбой разрешить устроить Церковь и указать место, где это можно сделать. Комендант очень любезно принял делегацию и предложил им самим выбрать подходящее место и здание.

Делегация просила разрешить им занять здание на Площади «Свобода», построенное еще до революции и задолго до войны 1914 года – «Народный Дом». Там большевики устроили затем Кино. Неповрежденное здание пустовало. Комендант по просьбе делегации выдал письменное разрешение занять это здание под Храм.

И совершилось настоящее Чудо. Вера всегда творит чудеса…
Оказалось что религиозное население, когда большевики уничтожали Собор, под видом использования деревянных частей – спрятало у себя, в надежных местах большую часть икон, иконостаса, Царских Врат и т.д. и т.д. Все это было извлечено и принесено в «Народный Дом» и быстро, как в сказке, была устроена Православная Церковь… появились Священники с крестами, камилавками, рясами и облачением…. Появились даже хоругви… Сразу же организовался из любителей хор и появился очень хороший регент.
Пока устраивалась Церковь в главном большом зале, временно в фойе была устроена временная Церковь. И на третий день там начались богослужения… Народ от радости плакал… Начали крестить детей.
Беспрерывно служились панихиды о погибших и замученных большевиками. Это все были сторонники патриарха Тихона…

Через две-три недели открылся Храм и в большом зале – где работали все. Работали бесплатно. Работали специалисты плотники, столяра, маляры, штукатуры, художники и проч. и проч…
(…)Вскорости после прихода немецких войск в Запорожье, один молодой человек, на территории Южного поселка что-то из продуктов украл у какой-то местной женщины. Женщина пошла с жалобой и заявила об этом Немецкому военному коменданту.
Тот вызвал молодого человека, отчитал его хорошенько и сказал, что это последнее дело – воровать ,и так как молодой человек обещал больше не красть, Комендант отпустил его, но предупредил, что если он попадется опять, то пусть уж тогда не гневается – ибо его сильно накажут.

Не прошло и несколько дней, как молодой человек опять был уличен в краже продуктов у другой женщины, там же на Южном поселке. Потерпевшая тоже пошла с жалобой к Немецкому Коменданту. Комендант опять вызвал молодого человека и спросил, как же так, ведь он обещал исправиться и больше не красть?
Тот молчал. Тогда Комендант приказал его хорошенько выпороть и предупредил , что если он попадется опять, то он его прикажет повесить. Обозленный молодой человек, который несколько дней после порки не мог садиться, решил отомстить немцам…
Вскорости какой-то немецкий отряд приехал на Южный поселок на автомашинах. Они доверчиво оставили автомашину на улице, а сами пошли подыскивать себе помещения для ночлега и т.д. Наказанный молодой человек подошел к какой-то автомашине – захватил несколько одеял и скрылся, в свой двор. Какая-то женщина все это видела из окна своего дома напротив. Когда немцы вышли к машине и обнаружили кражу пачки одеял, они начали расспрашивать жителей. Женщина ,видевшая из окна кражу, указала дом , куда молодой человек скрылся с одеялами. Одновременно она сказала, что он был уже два раза изобличен в краже и даже был наказан немецким Комендантом.

Немцы пошли, нашли молодого человека и, забрав похищенные одеяла, повели его к Коменданту. Тот очень рассердился и приказал его повесить в городе на главном базаре.
Его повесили на столбе с электропроводкой и повесили ему на груди записку на картонке, где было напечатано большими буквами на русском и немецком языках: «Я ВОР».
Он провисел там два дня. Затем немцы приказали труп снять со столба и закопать его. После этого больше никаких краж в Запорожье не было…

(…) Попутно с этим вспоминаю, как в 1905 году в городе Харькове с населением тогда больше трехсот тысяч – началась всеобщая забастовка и как прибывшие триста донских казаков – прекратили забастовку.
Всеобщая забастовка это ужасная вещь. Представьте себе, что жизнь вдруг стала. Прекратилась подача воды, прекратилась подача электроэнергии. Прекратилась выпечка и продажа хлеба. Прекратилась торговля и все магазины закрылись. Только на второстепенных улицах мелкие лавчонки евреев торговали и быстро ликвидировали все свои залежавшие товары и продукты.
Закрылись газеты. Закрылась почта и телеграф. Прекратилось движение конки и трамвая. Остановилось движение поездов. Исчезли извозчики. Город погрузился в тьму. Началось недоедание…
Больницы взвыли и требовали подачи воды и света, ибо в срочных случаях операций и прочих несчастных случаев народ начал умирать…
Забастовочный Комитет сделал первую уступку и разрешил подачу воды и света всем больницам – попутно кое-кому попадали и вода и свет. Начались грабежи и демонстрации и слева и справа и бои между ними на улицах города.

Когда прибыли казаки, старший офицер приказал казакам согнать всех железнодорожников с «Лысой» и «Холодной» горы – где они жили в собственных домах. Было согнано около 500 человек. Казачий офицер приказал всем им выстроиться в два ряда. Затем он отсчитал каждую десятую пару и приказал им выходить и отдельно построиться. Таким образом он набрал 50 железнодорожников разных рангов и профессий. Там были и инженеры, и начальники, и помощники станций, кондуктора, проводники, машинисты и проч.
Старший офицер объявил всем железнодорожникам, что к 12 часам ночи поезда должны пойти. Если уж поезда не пойдут, он прикажет этих отобранных расстрелять и что он опять прикажет согнать всех железнодорожников и отделить уже каждую пятую пару, т.е. заберет уже 100 железнодорожников… Отобранных 50 ж.д., он объявил арестованными и приказал их отвести в тюрьму.
В одиннадцать часов ночи первый пассажирский поезд отошел из Харькова на Юг – и затем открылось движение всех поездов по расписанию. Арестованные были освобождены утром.
Затем начали работать почта и телеграф. Рабочие потребовали, чтобы пущены вода и электросвет. Начался выпуск газет. Открылись магазины, и понемногу жизнь вошла в нормальную колею. Начали работу и заводы.

Выездные сессии Немецкого Суда, размещенного в городе Днепропетровске, месте пребывания Губернского Комиссара, бывали в городе Запорожье, за все время пребывания у нас немцев, раза четыре.
Начну с описания Суда над нашим военнопленным согласившимся работать у немцев. Он попал на работу санитаром в одном большом немецком госпитале в старой части города Запорожье.
Госпиталь бы размещен в трех этажном здании с большими бетонными подвалами бывшего Государственного Советского банка на «Площади Свобода».
После голодовки в лагере для военнопленных «санитар» никак не мог насытиться. Он припрятывал себе хлеб и сало и ел по ночам. Немцы на эти мелкие кражи продуктов смотрели сквозь пальцы, полагая, что он быстро оправится и войдет в норму.

Главная его работа состояла в том, что он помогал немецким сестрам милосердия переносить раненных при поступлении в госпиталь, при переноске их на операции и на перевязке. Многие тяжело раненные поступали часто в бессознательном состоянии. Больные и раненные ,в большинстве случаев, поступали вместе со своими вещами.
В советских условиях жизни часы были роскошью, доступной только привилегированным. Там рабочий класс и колхозники обходились в большинстве случаев «ходиками». Это примитивные и простые стенные часы «с гирькой». А уж часы ручные были совсем редкостью.

И вот наш бедный горе «санитар» соблазнился видом многих часов у немецких раненных и больных солдат и он однажды украл ручные часы у раненного солдата , бывшего в бессознательном состоянии. Сестра Милосердия заметила это и начала за ним наблюдать.
Нашему злополучному санитару захотелось украсть еще одни часы, по-видимому , не то для своей жены или кому другому – близкому родственнику. Сестра заметила и эту кражу. Может быть , была еще кража часов, которую сестра и не заметила, но во всяком случае после второй кражи сестра сообщила об этом по начальству.
Злополучного санитара арестовали, сделали у него обыск при аресте, и нашли у него трое часов.

Раненный, у которого он украл первые часы –начал поправляться и когда ему предъявили по указанию Сестры Милосердия – часы, он их опознал, признал за свои и часы ему возвратили.
Видя такое дело наш санитар сознался в краже у него часов , и заявил, что остальные двое он купил у больных немецких солдат. Ввиду его сознания, дознание о краже направили в немецкий Суд.
Когда Выездная Сессия Немецкого Суда прибыла в город Запорожье, Председателем Суда, ввиду сознания обвиняемого, распорядился на Суд вызвать и привести только одного обвиняемого ,дабы не отрывать от работы других свидетелей.

Каково же было недоумение Председателя Суда, когда во время заседания Суда, при его вопросе к обвиняемому: «Признаете ли Вы себя виновным?» злополучный санитар, видя, что никого нет и рассчитывая ввести Суд в заблуждение, заявил, что он себя виновным не признает, и объяснил, что он часы у солдат покупал, а его, дескать, вынудили принять вину на себя.
Председатель Суда распорядился отложить дело на два дня и вызвать всех свидетелей и потерпевшего.
Через два дня нашего санитара опять привели на Суд.
Когда он на Суде увидел всех свидетелей и потерпевшего, он решил что деваться некуда и заявил Председателю, что он признает себя виновным и просил о снисхождении.
На Суде со стороны обвиняемого никаких адвокатов или защитников не было, ни в первый раз, ни во второй раз. Суд постановил, ввиду сознания обвиняемого, допроса свидетелей не производить и отпустил всех на работу.

После короткого судоговорения было предоставлено слово Прокурору, который произнес обвинительную речь и требовал осуждения обвиняемого и назначить ему наказание в виде пяти лет Каторжной тюрьмы. Суд не согласился с мнением Прокурора и после короткого совещания, вынес Приговор с осуждением обвиняемого на восемь лет Каторжной тюрьмы.

У немцев было правило, что после объявления приговора, Председатель Суда произносит агитационную речь с разъяснением, почему Суд вынес такой приговор. Говорил он о том, что немецкие солдаты в войне против коммунистов отдают свои жизни за свою Родину. Грабить таких героев в то время, когда они после тяжелых ранений находятся без сознания – величайшее преступление.
Суд не мог согласиться с предложением Прокурора осудить обвиняемого на пять лет тюрьмы, ибо обвиняемый, кроме того, пытался ввести Суд в заблуждение. Суд считает, что такое злостное преступление должно быть более сурово наказано, дабы показать другим и т.д., и поэтому Суд решил увеличить наказание до восьми лет Каторжной тюрьмы в Германии.
Злополучного санитара отправили обратно в тюрьму , и когда срок на обжалование приговора истек – отправили его в Германию для отбытия наказания… с принудительными работами.

(…) Из местных немцев был назначен председатель колхоза и его помощник. Изголодавшиеся и превратившиеся при советской власти в нищих и духом и телом – эти немцы решили воспользоваться случаем и поправить свои личные дела. Они начали красть и грабить все что могли и где могли. Они присваивали лично себе не только коров колхоза, но и лошадей, свиней, птицу и проч. Часто просто отбирали много имущества и у местных жителей немцев и русских, пользуясь покровительством немецких властей. Они варили себе самогон и сильно пьянствовали, а пьяному и море по колено.
В конце концов, у местных жителей лопнуло терпение и они начали подавать Губернскому Немецкому Комиссару многочисленные жалобы, и так как среди этих жалоб были и жалобы рядовых колхозников из местных немцев, то Губернский комиссар распорядился расследовать дело, а затем передать его в Немецкий Суд. Дело это и разбиралось Выездной Сессией немецкого Суда в городе Запорожье.
Так как Председатель Колхоза и его помощник после производства дознания не были арестованы, а были оставлены на свободе, до Суда, то они чувствовали себя в безопасности и считали, что свой Немецкий Суд отнесется к ним снисходительно и не будет защищать интересы местного населения. На Суде они держали себя уверенно и, умея говорить по-немецки, объяснялись с Судом сами и часто совершенно неосновательно и нахально отрицали большинство , явно доказанных, их преступлений.

Когда Немецкий Суд опросил очень много свидетелей и потерпевших , и хорошо рассмотрев опись имущества обвиняемых, сделанную органами дознания при расследовании дела , и убедившись в правильности и основательности жалоб и обвинений, Суд пошел на совещание.
После длительного совещания Суд вынес такой приговор. Председателя Колхоза расстрелять, а его Помощника — к 10 годам каторжной тюрьмы в Германии с конфискацией имущества, а краденное и награбленное в колхозе вернуть ему и потерпевшим.
Осужденный Председатель колхоза, никак не ожидавший такого сурового приговора, после его объявления там же на Суде упал в обморок. Его помощник стоял бледный как смерть и плакал…
Чем кончилось дело дальше, я не знаю. Оба они исчезли из местного горизонта навсегда…

Во всяком случае, этот приговор заставил задуматься многих местных немцев, ибо в большинстве случае они считали, что с приходом немцев теперь настало их время и им де, как немцам, все можно и , дескать, управы на них не будет.
Приговором местное население осталось очень довольно… В руководители колхоза «Хортица» были назначены новые люди, тоже из местных немцев – но они уж вели себя с большой опаской.

А вот теперь обратите внимание : первый восторг от прихода немцев сменился разочарованием. И только благодаря политической составляющей национал-социализма:

(…)Когда немцы продвинулись далеко от Запорожья и штабы войск – продвинулись вперед тоже, Гитлер, по-видимому, решил, что дальше церемонится с населением нечего , и перевел Запорожье на гражданское (партийное) руководство.
(…)Таким образом «Местное самоуправление» фактически закончилось.
(…)В первое время по прибытии немецкой армии, местное население уверялось , что Немцы имеют задание только уничтожить коммунизм.
Что немцы особое внимание оказывают пострадавшим от коммунистов,
Что всем репрессированным возвращается их имущество,
Что репрессированные в первую очередь обеспечиваются работой и т.д. и т.д.
Но когда водворилось управление городского Комиссара – все сразу почувствовали, что это все далеко не так.
(…)Когда открылось Управление Городского Комиссара – первое что было сделано – это то, что была отдана Маслобойка – представителю какой-то организации в Германии. Это, прежде всего, лишило местное население получения пайка постного масла и очень болезненно отразилось на городской столовой. Потом появился какой-то представитель из Германии – которому был передан и кожевенный завод…
Затем открылся немецкий магазин – где, правда, много товаров и не было – но вход населению туда был закрыт. В магазине могли покупать только военные немцы и наши местные немцы. Ни служащие, ни рабочие городской управы и даже работающие русские у немцев — не имели права в этом магазине покупать что бы то ни было. Вот тут уж мы и почувствовали разницу во всем. В любом учреждении чувствовалось, что мы люди 2го сорта.

(…)О том , как обращались немцы с пленными, как они уничтожали их тысячами, писалось еще больше. Но все-таки и мне хочется кое о чем упомянуть из запорожской действительности , о чем еще не писалось…
Как я уже упоминал, Немецкое военное командование объявило, что украинцев, пленных из мест занятых немецкими войсками, оно будет распускать по домам немедленно.
Когда у нас проводили тысячами пленных голодных, худых, грязных и похожих на тени людей – местные представители сельсоветов приезжали со списками своих односельчан призванных в советскую армию и по их предположениям попавших в плен, и просили немцев разрешить прочитать эти списки и забрать имеющихся там своих односельчан. Немецкое Командование согласилось на это.
Представители больших сел приезжали со списками в несколько сот человек. Когда вызывали… сначала несколько секунд было томительного молчания – ожидания – а затем раздавался крик:- «есть» —
Выходил незнакомый представителю молодой человек (кацап) и у сельского представителя не хватало духа сказать, что это не он… Немцы кричали, чтобы нашедшийся отходил в сторону…
А затем представитель села забирал их с собой, считая , что на следующих вызовах он будет вызывать своих вторично, а пока, дескать, надо людей спасать.
Таким образом у нас спаслось несколько тысяч человек…

Потом либо немцам кто-то донес, либо они сами раскумекали – но вскорости эти вызовы прекратились. А кроме того пленные приходили уже взятые за пределами «У.С.С.Р» и немцы считали, что там уже, дескать , украинцев нет…

Были такие , душу раздирающие, картинки. Какая-то женщина с ребенком на руках вынесла несколько картофелин и хотела отдать их пленным. Озверевший часовой немец выстрелил в женщину, ибо она не понимала того, что он кричал… Женщину часовой убил, а ребенка подхватили местные жители… и унесли…
(…)Нам сначала объясняли, что в такую разруху военного времени – кормить такую массу военнопленных не представлялось возможным, но потом мы все поняли, что это было умышленное уничтожение нацистами РУССКИХ ЛЮДЕЙ , ведь кормить пленных могло и местное население
( помните, я писал то же самое – Мелихов).

(…)Уже с 1942 года немцы начали отправлять на работу в Германию девочек и мальчиков примерно с пятнадцати лет и старше. Сначала местное население отнеслось к этим отправкам благожелательно. Многие сами рвались поехать и посмотреть свет, научится там работать, приобрести новую квалификацию, ознакомиться с западной культурной жизнью и т.д. и т.д… Но через несколько месяцев от поехавших стали поступать странные письма, как из Германии, так и из других стран Западной Европы – захваченных Гитлером.
Дети просили о присылке сала, лука, чеснока и проч. Начали проскакивать некоторые письма с намеками на жалобы, на неудовольствие и т.д. Население начало понимать , что нужно , во что бы то ни стало, избавиться от отправок на работы в Германию. Многие осторожные родители сразу же, как бы предчувствуя беду, старались всеми силами и способами отделаться от отправки их детей на работы.
(…)Но большинство ехало и там страдало. Во-первых ,они все обращались в «Ostarbeiten», а раз была «позорная нашивка «O.S.T» — их, скажем ,даже не пускали в Кино. У многих «бауэров» они спали со скотиной. Кормили их везде, в большинстве случаев, очень плохо. Многие страдали и погибали от бомбежек, многие попадали в немилость у «гестапо» и гибли в их концлагерях и т.д. и т.д. …

А в заключение ,когда они, с приходом советских войск с радостью бросились к своим, в надежде поскорее попасть на Родину и к родителям – то встречали со стороны Н.К. В.Д. враждебное отношение к себе, как якобы к пособникам Гитлеру и попадали даже в разряд «ВРАГОВ НАРОДА» и вместо Родины попадали в советские концлагеря… (…)

Какие выводы можно сделать из прочитанного? – оккупационный режим не был хуже советской действительности. Помимо этого открылись Храмы, чувствовалось налаживание жизни. Военные чины относились к мирному населению с пониманием.

Но на смену военной оккупации приходит партийная, национал-социалистическая идеология, которая уже меняет отношение оккупационной администрации к населению, вводя понятия людей 2-го сорта – и это – главная проблема идеологии, которую так бескомпромиссно защищает «Иван Васильевич», Крестоносец88» и теперь уже «Мальчиш».

Но главный вывод в другом – даже осознавая, что он (написавший дневник) для немцев является человеком 2-го сорта, и что жизнь в Германии для него сахаром не будет, он все равно покидает свой город и уходит с отступающими германским частями – почему? Да потому, что для советской власти он вообще человеком, никакого сорта, не является. Он прекрасно понимает, что в сов. строе он – не человек, он – инструмент, орудие, с которым хозяин может поступать так, как посчитает рациональным для себя. Захочет выбросить – выбросит, захочет уничтожить – уничтожит. Он ничто – он хуже вещи. И он уходит с теми, кто его считает человеком, хоть и 2-го сорта.

А вот в другом архиве, среди множества дневников и воспоминаний, мы натолкнулись на действительно уникальный дневник – я даже не поверил своим глазам, перепроверяя, а не ошибся ли я. Все проверив и поняв, что ошибки нет – радости не было предела. Это был дневник того самого –Н. Зуева, о котором я с год назад писал на форуме. Это мальчик, который в русско-японскую войну, находясь в Русской Императорской Армии, был разведчиком и был награжден Георгиевским крестом. (фото Н.Зуева см. выше)

Человек-легенда, который впоследствии был участником Первой мировой, а затем и гражданской войны, участвовал во Второй мировой и где, помимо своих воспоминаний записывал воспоминания людей, с которыми его столкнула жизнь. Вот скан одной из страниц этой тетради и ниже — сами воспоминания :

одна из страниц записей воспоминаний

В Балаклавском лазарете для пострадавшего населения Севастополя, перед койкой, на которой лежит размешавшаяся от жары и лихорадки девочка, сидит обыкновенная русская женщина 35-37 лет.
Они– убийцы – говорит она, шепотом, отдельными словами, как бы что-то припоминая, как бы боясь громким говором вызвать вновь видения пережитого….
Вот как это случилось.
Советское командование переселяется из города на Херсонесский полуостров. Все, кто был в той или иной мере причастен к армии, должны были, под страхом расстрела, уходить туда вместе с войском. Боязнь разглашения военных секретов надвигающемуся врагу, обрекла на страдания и смерть несколько тысяч гражданского населения города.
Эта женщина служила кельнершей в офицерской столовой и могла что-нибудь слышать от бывающих там офицеров. Не желая расставаться с дочерью, она берет ребенка с собою.

Уведенных из города лиц поселяют в тоннеле 35-й береговой батареи на Херсонесском полуострове. Тоннель просторный, но слабо освещен. Один его конец замаскировано выходит к берегу моря, другой, под бронебашней центрального наблюдательного пункта батареи подходит к разветвлению целой системы тоннелей различного назначения. За два дня до сдачи крупная бомба с немецкого самолета разрывается в одном из многочисленных подземных складов батареи. Начался пожар. Освещение погасло. Едкий, удушливый дым наполняет все подземные помещения. Дышать можно только лежа на мокром полу. Выдача продовольствия прекратилась – отрезана дорога к складу. Естественные потребности оправляются на месте. Наружу, даже ночью, никого не выпускают. Мучит жажда – утолить ее можно облизывая стенки тоннеля.

Девочка разболелась. Мать пробирается с больным ребенком на руках ближе к выходу тоннеля в сторону моря. Путешествие по живым телам, распластанным на полу. Людей к самому выходу не пускают.
Вносятся какие-то ящики и расставляются вдоль стенок прохода. Много начальства. Какой-то сердобольный офицер, узнав ее, сует галеты и оставляет ей свою фляжку с водой. Утешает: — скоро все кончится. От слабости дремлется. Очупалась от голосов за ящиками. Странная акустика, созданная в начале тоннеля, позволили ей ясно слышать разговор двух офицеров охраны.

Утром армия сдается. Часовые при выходе ничего не подозревают. Им, офицерам, разрешено покинуть тоннель за полчаса до взрыва. Начальство пошло пробиваться в горы. Выход тоннеля будет взорван в 12 часов ночи.
На смертный пост часового у ящиков решено поставить какого-то азербайджанца – не войдет в контакт с обреченными и не свой – не жалко.
Что пережила несчастная мать за эти минуты? Цепенение длилось недолго. Разбудил его новый голос; совсем рядом с нею давалась инструкция часовому стрелять в каждого, кто будет пытаться подойти к нему из тоннеля. Наставление повторилось несколько раз – это и был солдат, которого «не жалко». Очевидно, подходил срок очередного жертвоприношения. Нужно было спасать дочь. О себе она ни разу не подумала.

Чтобы привлечь внимание часового, начинает громко будить девочку. Уловка удается. С карманным фонарем в руках солдат подходит к ним и ломаным языком приказывает отойти от ящиков в глубину прохода. Указывая на больную дочь, она пытается уговорить часового пустить ее с больной хоть на минуту на чистый воздух. Уговоры не действуют. Она предлагает самое себя, говорит часовому о предстоящем взрыве, целует его ноги – ничего не помогает. И вот, обессиленная, измученная женщина, сама не понимая, как это случилось, пантерой бросается на вооруженного мужчину, сбивает его с ног и старается руками схватить за горло. Но тот не сопротивляется, не двигается.
Выхватив у него из руки фонарь, она светит ему в лицо и видит, как под затылком лежащего на остром камне, растекается темное пятно. Столбняк длится недолго: крикнув в глубину тоннеля, чтобы все убегали, схватив на руки дочь, бросается к выходу. С разбега попадает в воду. Точно припомнить, что происходило дальше, она не может. Единственная мысль, которая ею руководила – уйти как можно скорее и дальше от выхода тоннеля.

Несколько раз она срывалась вместе со своею ношею в воду, теряла ее там, находила снова, взбиралась на камни и снова падала.
Взрыв она не слышала, но страшная волна воздуха особенно далеко выбросила ее в море. Не умея плавать, с ношею на руках, полузахлебнувшись от многократных погружений в воду, она все же добирается до берега, валится на камни, отдыхает, как ей казалось, одну минуту, а затем, почувствовав холод и боясь простудить дочурку, начинает карабкаться вверх на плато.
Не заметила, что уже рассвело. Немцы на гребне обрыва не удивили ее. Кто-то из них заставил выпить из походной фляги несколько глотков алкоголя, ожививших и вернувших ее к действительности. Знаком руки показали ей на Балаклаву. Из тоннеля 35-й береговой батареи кроме нее не спасся никто. Также как десятком дней раньше из Ипкерманских пещер, служившими убежищами для городского населения и целого лазарета раненых солдат взорванных большевиками без предупреждения.

 
Что можно сказать о советском режиме и о том, какой для этой матери лучший:  оккупационный, когда немецкий солдат дал свою флягу изможденной женщине, или советский, приговоривший ее с ребенком и тысячи таких же, как она, к уничтожению?
Какой вывод мы можем сделать из этого воспоминания, если даже не рассматривать, кто лучше, а кто –хуже?

А тот вывод, что мы, — сегодня говорящие и рассуждающие о поступках людей, сделавших шаг и вставших в ряды частей Вермахта, сражавшихся против Красной армии, — не имеем права говорить, что это было их ошибкой. Мы не теряли отцов в расстрельных ямах при расказачивании, мы не смотрели на распухших от голода детей, когда у тебя отбирали последнее зерно, мы не попадали в тот тоннель, который должны были взорвать. Мы живем тогда, когда этих зверств физического уничтожения уже нет и понять те чувства, которые испытывали люди в довоенные и военные годы, мы физически не можем. Мы можем только рассуждать, рационально раскладывая по полкам сознания то, что видится по истечении времени, при этом, не испытав лично ни той трагедии и боли, ни того ужаса, что испытали они.

Поэтому с Тимофеем об ошибочности их выбора, в том числе и П.Н. Краснова – я не соглашусь. Это не было ошибкой, это был осознанный выбор, но выбор честных и порядочных людей, а не охмуренных чьей-либо пропагандой.
Другой вопрос, как отнеслись национал-социалисты к ним. Но тех, кто встал в ряды Вермахта — это мало интересовало. Они исполняли свой долг, и их выбор этому долгу соответствовал.
То же самое относится и к упоминаемым во многих сообщениях «советским рабам», которых, якобы, и нужно было уничтожить и сожалеть, мол, здесь нечего. Довольно смелые, а на мой взгляд, — глупые, заявления. Есть такое понятие, как объективная реальность.

Допускающим такие высказывания я хотел бы задать вопрос. Так говоря о солдатах красной армии, — почему Вы не соотносите подобные оценки к себе? Ведь, наверняка, Вы служили в сов. армии и имели на руках боевое оружие, тогда почему им не воспользовались и не пошли против большевиков, да и сейчас я не слышал о том, что кто-то поезда под откос пускает. Задавая подобный вопрос, я всегда слышу в ответ одно и то же – ну это же другая ситуация и что я мог бы сделать один. Но так же думали и многие солдаты того времени. А приплюсуйте к этому еще и фактическое поведение немецких партийных функционеров, их отношение к русским, убитых при бомбежках родных, и многое другое – что в итоге? А в итоге – словесная бравурность и ложь – высокомерие и гордыня от тех, кто берет на себя право их обзывать рабами. Суть красной армии, о которой пишет Мальчиш, и призывники 1941-1945 гг. – разные понятия.

И последнее по этому пункту. Приведите пример, когда вожди или обычные бойцы казачьих формирований или русских частей, идя на союз с Германией и преследуя цель спасти честь и независимость своей Родины, пропагандировали нацизм и всемерно его поддерживали, вбивая его идеологию в сознание своих подчиненных. Вы этого нигде не найдете. Тогда на каком основании Вы связываете их светлые имена с тем, чему они НЕ поклонялись и чему они никогда НЕ следовали?

Вот «форумчанин» пишет: «Да в некоторых вопросах существует только черное или белое, все остальное от лукавого! Подменяют понятия те, кто пытаются выдать жидо-болшевицкую власть за русскую, а всех защитников ее борцами за Святую Русь. Это 100 % ложь! Собственно это официальная позиция нынешней антинародной власти, поэтому попытка высказать другое мнение вызывает такое возмущение совков и их клевретов, я уже не говорю про жидо-большевиков. И эта ложь помогает нынешней власти держаться на плаву, как и 90 лет продолжать обманывать часть советского народа. Предатели были всегда и везде они есть, как и в III Рейхе, только не надо делать ставку тем более на предателей Святой Руси и Государя. Неужели вы думайте, что Государь в этой битве встал бы за тех, кто уничтожил Его и Его Августейшую Семью! Это было бы полным бредом, т.к. сралин в 41 заявил, что в лице Гитлеровской Германии на Русь возвращается ЦАРИЗМ и призвал всех противостоять этому. Предатели нации, всегда защищают предателей — это аксиома и норма жизни подъяремных советских людей.»
Как можно написать такое, смешав все в одну кучу-мала, при этом все это назвав Правдой?

С чем можно согласиться, так это с тем, что действительно, есть вопрос, где существует четкая грань между белым и черным. И это вера в Бога или поклонение сатане. Это исполнение заповедей Христовых и совершаемые грехи, оправдываемые идеологией. А вот все остальное, как и ряд его же высказываний, — от лукавого, это точно.

Мне вспоминается случай, когда летом текущего года к нам в музей приехала группа молодых ребят. Они прошли по всему музею, слушая экскурсию, и в конце попросили меня сфотографироваться вместе перед памятником Добровольцу.
Ну, я встал вместе с ними перед памятником и как только тот, кто фотографировал, сказал «внимание», они резко сбросили ветровки, в которых они были, и под которыми у них на руке были повязки со свастикой. Меня возмутило не это, а то, как они это сделали – из-подтишка, как трусы. Фотограф стал быстро щелкать кадр за кадром, я же предложил им дать повязку и мне – что же я буду выделяться из группы. Они повеселели, дали мне повязку, которую я одел, а фотоаппарат еще активней стал нащелкивать кадры.

После окончания «фотосессии» я им объяснил о «черном и белом» и о нормах поведения, которые не от лукавого. При этом потребовал вытащить карту из фотоаппарата и отдать мне. Незадачливый фотограф, понимая низость своего поступка и очевидность того, что выйти из усадьбы без удовлетворения моего требования не удастся, отдал эту карту и никто не высказал неудовольствия, т.к. понимали свой проступок, кроме одного, который развел тут же демагогию, один к одному повторяющую высказывания «Крестоносца88» , т.к. именно читая посты «Крестоносца88» я и вспомнил об этом. Намного позже (месяца через три) из этой группы приехали к нам пара ребят, которые извинились за участие в прошлом фарсе и поведали о том, что перед поездкой их старший группы и предложил провести «подобную акцию» для фотогалереи на их сайте. Вот для кого-то она оказалась «белой», а для кого-то «черной».

Кто-то на форуме высказывал предположение о том, что случилось бы в Европе, не напади Германия на Россию — Сталин бы дошел до Ла-Манша и «осоветил» бы всю Европу. Мне думается, это абсолютная чушь.
Не развяжи Гитлер 2-й мировой войны, а продолжи бы развивать Германию в мирных условиях (как сегодня развивается ФРГ), то ситуация была бы прямо противоположна той, что фактически произошла.
Да, Сталин, несомненно, готовился к войне, да, ее целью было установление по всей Европе большевистского режима. Но если бы войну начал именно он – дошел бы он до Ла-Манша? Конечно же нет. Опыт финской войны показал, какова была боеготовность Красной армии и профессиональный уровень ее командиров. Были ли сделаны выводы? – Нет. Продолжалось тупое наращивание технической мощи армии и абсолютное пренебрежение ее профессионализмом. Первые месяцы войны 1941 года это подтвердили. Как же с такой армией он смог бы дойти до Ла-Манша? Мало того, если бы агрессию начал Сталин, то уже не Германия воевала бы на два фронта, а СССР – и на западе и на востоке, а скорее и на все три, т.к. в данной ситуации Турция не оставалась бы в стороне, как и все арабские страны. Никакой помощи извне, полная изоляция. И вот тогда бы большевистский режим рухнул бы точно. Причем, жертв подобной войны было бы на порядок меньше. И психологический и моральный облик этой войны был бы совсем иной.
Можно бы и дальше проводить утомительные объяснения по тому или иному высказыванию, но это будет безусловный повтор ранее сказанного уже не единожды. Поэтому стоит, может, только добавить то, о чем ранее писалось вскользь. А именно:

— нацизм и фашизм, как крайне радикальные правые идеологии, возникли в Европе в необходимости противостояния все более набирающему силу агрессивному интернационал-большевизму. Это была реакция народов, которая и была использована крайне неразумно, превращаясь в идеологию захвата и порабощения других народов.

Оправдание этой неразумности сегодняшними неонацистами необходимостью захвата жизненного пространства и ресурсов для утверждения нацизма во все мире – абсолютно не жизнеспособно. И примером тому является развитие ФРГ.

Утеряв 2/3 территорий от бывшего рейха, оставшись без научного потенциала (который был вывезен американцами и советами после окончания войны), лишившись производственного потенциала (советская репатриация заводов) и находясь в полной разрухе, но не ведя за истекшие 67 лет войн, Германия превратилась в одну из первых мировых держав и остается таковой и сегодня, представляя собой локомотив промышленного и научного производства , как и культурного развития.

Вытаскивать на свет Божий идеологию, которая обанкротилась – это не только не разумно, но и пагубно, т.к. она застилает взгляд на видение того, что действительно жизнеспособно и что существовало не 20 лет, а то, что длилось столетиями и приносило пользу, несоизмеримую по сравнению со всем иным — нынешним.

В России это – православная монархия, у казаков – это Атаманское управление с общевойсковым Кругом, ради которого и сражались казаки и П.Н. Краснов. И один из принципов, которым следовали казаки, был простой: жить мирно и развиваться, дружить с соседями, но вести себя с ними так, чтобы не уронить своего достоинства.

А если сосед коварен и агрессивен, то казачье единство, направленное атаманской рукой, вразумляло этого соседа, до поры охлаждая его неразумные вожделения. Все это держалось на основах Православной Веры и братской взаимовыручки.
Что здесь сходного с национал-социализмом и тем, что проповедуют здесь «Иван Васильевич», «Крестоносец 88» и некоторые другие? – ничего.

И в казачьей среде никогда Ваши идеи не найдут поддержки. Не могу также уверенно заявить о российском обществе, но здесь, на форуме, данную тему, уже разобранную по косточкам , предлагаю прекратить.
Дело в том, что постсоветское сознание очень многих, не имеющих способностей и знаний, лихорадочно ищет своего применения и никак не может себя реализовать.
Не зная как и не умея организовываться самому и организовывать других, все это выплескивается в безответственные утверждения «своего взгляда» на любой аспект жизнедеятельности общества, используемых идеологий и основ Веры. Этим очень успешно пользуется существующая система, подбрасывая в топку идеологического противостояния внутри нации ее отдельных групп те или иные скелеты прошлого. Но мы живем совершенно в иное время, в обществе, имеющем совсем иные знания и менталитет.

Уж более 20 лет я слышу от неонацистов, что «мы постоим», «мы не дадим», «мы… мы… мы…» А за что постояли? Чего не дали? Где, хоть мало-мальский, результат? И его не будет еще 200 лет. Вы блуждаете сознанием, ищите оправдания своей неспособности в неразумности народа, Вас не понимающем, в православной Вере, которая, на Ваш взгляд, не достаточно воинственна , как Вы, и во многом другом, абсолютно не обращая внимания на себя и ущербность того, что пропагандируете.

Советский патриотизм – испытанный метод дебилизации сознания, когда люди оправдывают действия своих же палачей какой-то высшей целью. Он застит глаза и не дает возможности человеку разумно оценивать происходящее.

Но тот же самый эффект дает и оголтелое восхваление гитлеровского нацизма, который также воспаляет рассудок, доводя его до уровня не способного ни к творческой, ни деловой активности.
И могущественный Советский Союз, возглавляемый большевиками, и не менее могущественный Третий Рейх, возглавляемый национал-социалистами – это иллюзия.
Я не сравниваю их, кто гуманней или кто более жизнеспособен. Я говорю о той иллюзии, которая внедрялась в сознание людей, и которая и там и там была оторвана от реальности.
Иллюзии разрушились, и сегодня многие оставили их в своем сознании, многие не желают с ними расставаться, потому что срослись с ними.
Важно от иллюзий избавиться и на все посмотреть незамутненным взглядом, возможно, тогда и увидится тот путь, по которому стоит идти.

Как я уже говорил ранее, более данной темы мы касаться не будем. Она обсуждена всесторонне и подробно. Нового уже никто и ничего не скажет. Поэтому я предлагаю эту тему закрыть, при этом дав возможность в течении суток каждому, кто пожелает, высказать окончательное свое суждение в короткой форме. И только один раз. (2011 г.; см. также полностью в Энциклопедии тему «ОККУПАЦИЯ»; см. полностью на форуме здесь )

***

Форумчанин пишет: «Атаман Краснов, безусловно, личность выдающаяся как историк, писатель, военачальник и политик. Однако, служение казаков в вермахте под его командованием, считаю трагической и позорной страницей нашей истории.»
Я думаю, не стоит заявлять подобное столь категорично. По нескольким причинам. Во-первых, для очень многих казаков, живущих здесь, в Российской Федерации, и для большинства казаков, живущих в Зарубежье, подобное утверждение – неприемлемо. И не только потому, что некоторые краснобаи утверждают, что «лица, оправдывающие казаков, сражавшихся в частях Вермахта – есть фашисты и нацисты», либо несут еще какой бред. А потому, что казаки, испытавшие на себе, на своих семьях, звериную жестокость большевизма, видевшие, что они сделали с их Родиной и с их жизнями, принимая данный выбор, осознавали: хуже отношения сов.власти к казакам быть уже не может. Поэтому и выбрали ту власть, которая это худшее способна была уничтожить.

Это нам сегодня очень комфортно рассуждать об этом трагическом выборе. Но они жили в иной эпохе с иными ассоциациями. Вот то, что нам удалось получить в архиве на Украине по репрессиям в Крыму, когда в центральной и южной России кончилась гражданская война. Казалось бы, есть обращение Фрунзе и Брусилова к тем, кто находился в Русской Армии, о гарантии того, что, «кто не уйдет с Врангелем – будут все помилованы» и без суда отправятся домой.
Гражданская война кончена, победа за большевиками – сам Бог велел прекратить дальнейшие зверства и показать себя, хоть отчасти, «властью народной». Но что делает эта власть с абсолютно беззащитными людьми, поверившими их лживым обещаниям и оставшимися в Крыму?

Вот это – один из десятков тысяч протоколов, в которые заносились данные простого казака. Слово «казак» подчеркивалось, что означало в дальнейшем – неминуемый расстрел.

Далее кончились напечатанные протоколы, повторюсь, их было несколько десятков тысяч. Стали писать от руки, немного, без подробностей. Главное в этом протоколе – если стояло «казак» — так же неминуемый расстрел.

Ну а дальше уже и заморачиваться с этой писаниной не стали. Просто печатали список людей, находящихся в заключении, по 100 человек. В списке есть графа: «в чем обвиняется». Казалось бы, нужно было писать: или контрреволюционную деятельность или какое-нибудь военное преступление. Нет – причиной обвинения являлись записи : «казак», «полицейский», «статский советник» и т.п. Этого было вполне достаточно, чтобы против всех фамилий, вдоль страницы, одной строкой, написать – РАССТРЕЛ.

Кто были те, кто это писал, а потом приводил в исполнение написанное для казаков? И кем они были? — той самой Родиной, которую нужно было защищать? Была ли Родина у тех, кто от имени этой «Родины» вырезал живым на ногах лампасы, выгонял целые станицы с детьми и стариками перед зимой в степь и охранял их до весны, чтобы выживших отправить уже в Сибирь? А выживало менее 10 процентов. И т.д. и т.п. Как историку, не мне Вам это рассказывать.

И то отмщение за все то унижение и зверства, что были допущены, за то, что живьем было выжжено; и то устремление установить власть, пусть , может быть, и не совсем свою, но все-таки менее звериную – называть «позорным» — , по моему разумению, недопустимо. Понятно, что мы не придем с Вами к общему в этом вопросе.
Но мы нигде не утверждаем, что позорным было сражаться в рядах Красной Армии – там сражались и большинство наших дедов. Но и Вы, будьте любезны, не называть позорным то, что выбрали казаки, имея возможность этого выбора.

Во-вторых, Вы здесь же пишете, о казаках, служивших в Вермахте под командованием Краснова П.Н. Но задолго до этого командования (Краснов П.Н. вступил в должность в 1944 г.), еще в 1942 г. С.В. Павлов с казаками, находящимися на оккупированной территории, уже создал казачьи подразделения в Новочеркасске, и к этому Краснов не имел никакого отношения. Казаки решили так сами. Как сами же решили, создавая сотни в Русском Корпусе еще в 1941 году. И т.д. и т.п. Поэтому, давайте не будем в данной теме трогать этот вопрос, тем более, в других темах это обсуждалось и в них уже были высказаны все и «за» и «против».
Единственно о чем хочу еще написать, так это о следующем Вашем замечании:
Цитата «Историка»:«Чем виноваты перед казаками фон Панвица югославские и итальянские партизаны, воевавшие за свою родину».
Ну здесь абсолютно неверная постановка вопроса:
Во-первых, в Югославии к моменту создания казачьих подразделений во всю бушевала гражданская война, сторонами которой были:

— коммунисты Тито, сражавшиеся против всех за Коммунистические идеалы в Югославии. Освобождение от оккупации — был их лозунг, прикрывающий революционные устремления коммунистов, как наших большевиков, стремящихся Первую мировую войну превратить в гражданскую.
— четники – военные отряды монархистов, сражавшиеся вначале с немцами за свободную Монархическую Югославию, а затем, объединившись с ними против партизанских отрядов Тито.
— сербский военный добровольческий корпус, который сразу вошел в состав Вермахта и был в состоянии войны с партизанами Тито.
И четники, и сербские добровольцы Вермахта тоже сражались за свою Родину без коммунистов с сербскими коммунистами.

Так что казаки, поддерживающие сербский добровольцев Вермахта и отчасти четников, не были их врагами, наоборот, они были их союзниками, боровшимися за их Родину, а врагами они были для коммунистов Тито, которые первыми своими действиями, между прочим, предприняли уничтожение русской эмиграции, находящейся в Сербии. Русский Корпус, почему вначале именовался Охранным Корпусом – потому что, в первую очередь, русские эмигранты в Сербии столкнулись с тем, что титовские партизаны их стали просто отлавливать и убивать ни за что. Вернее, за то, что они были непримиримыми антикоммунистами.
Та же картина и в Италии, где вообще-то была власть, избранная народом Италии, а партизаны боролись с этой властью.

Та же картина в Испании – но там Франко остался живым и его коммунисты не повесили. Может поэтому, о тех русских и казаках, кто сражался на его стороне, до сих пор как о «предателях» не говорят и не обвиняют их в том, что они сражались с «партизанами», а наоборот, всячески почитают, как в этом случае >>> (2012 г.; см. полностью в Энциклопедии тему «ЭМИГРАЦИЯ И ВЕРМАХТ»;  см. полностью на форуме здесь )

 

УПОМИНАНИЯ:

 

  • Посмотрел фильм (Леонида Млечина: «Предатели. Атаман Краснов и генерал Власов»). — что либо иное, чем то, что увидел, было бы ожидать глупо. Тот же набор. Вот только резко появился крен в сторону изменения причин обвинений. Если раньше это был набор чисто советских определений — предатели Родины, зверства фашистов, стреляли в своих — то эта передача первая, которая основой «предательства» выдвигает корысть тех, кто встал на сторону Вермахта: русские военнопленные — продались за кусок хлеба; казаки — чтобы отделиться от России и создать свое государство; русские эмигранты — чтобы попользоваться властью, отобранной у комиссаров.  Обычная агитка, не позволяющая присутствовать другому мнению и другим аргументам. (2009 г.; см. полностью на форуме здесь )
 
  • Форумчанину:  Мой дед был призван в РККА в первые дни войны и прошел с боями, вырываясь из окружения до Сталинграда. Неоднократно был ранен. Бабуля даже получила похоронку и, собрав детей, в том числе и моего отца, оплакивала его. А он, во время разведки, попал в плен под Сталинградом. Из плена бежал, скитался по степи месяц, голодный и больной, потерял сознание. Случайно подобрали на поле женщины, каким-то чудом среди них оказалась знакомая казачка, которая перетащила его на хутор, а потом еле живого привезли домой. Бабушка его выходила, пряча в погребе. Как только он очухался, пришла Красная армия – допросы, избиения, хорошо не расстреляли — в части, которая освобождала Шахты, нашлись его сослуживцы, а у них все его документы и награды. Они-то и спасли ему жизнь. После того, как он выздоровел, на фронт его не взяли, а направили на восстановление шахт. В забое у него была бригада – один такой же, как и он (правда, отозванный прямо с фронта на восстановление) и 30 пленных немцев, которые через пару, тройку месяцев умирали от голода, а вместо них присылали других. 

    В эти голодные дни бабуля на тормозок давала 1-2 початка вареной кукурузы, 3-4 картофелины, да бутыль звара, и вот, когда он садился перекусить, то тридцать голодных пар глаз смотрели на него и он все отдавал им, оставаясь сам голодным – потому что глядя на пленных (вспоминая и свой плен) не мог есть при умирающих от голода немцах. Бабуля об этом узнала, перестала ему давать тормозок, потому что дома были еще четверо детишек, тоже голодающих. Так дед тайком брал початок-другой кукурузы и несколько картофелин и относил в забой пленным немцам, которые порезав сырую картошку и кукурузу вместе с кочерыжкой, делили ее меж собой и ели.

    Его напарник, казак из Раздорской, заложил начальству об этих проступках – деда чуть не посадили, ограничились переводом с забоя на выгрузку с вагонеток угля – а там уже работали пригнанные мадьярки. И такая же история – месяц-два и вместо двадцати женщин, умерших от перегрузки (выгрузка-то – работа только для мужиков), присылали новых.
    Чтобы хоть как-то облегчить им работу, дед придумал приспособление по опрокидыванию вагонеток – и вновь донос – теперь уже от казака-мастера смены (сам он был с Богаевской). И вновь мордобой и вновь угрозы ссылкой. Заступился хохол – директор шахты – перевел на разработку нового штрека, где работали все местные.

    Когда я ходил в школу, была такая традиция: на 23 февраля и 9 мая в школу приглашали ветеранов войны – родственников учащихся. Их торжественно встречали, вручали подарки, а они рассказывали о боевых буднях. Несколько раз я получал указания от классной руководительницы пригласить и своего деда. Но он никогда не соглашался, он никогда не надевал свои боевые награды. И постоянно как-то уходил на другие темы, когда я спрашивал его о войне.

    Вот про немцев на шахте, мадьярок, которые умирая, оставались днями неубранными на шахтном дворе, он с горечью иногда говорил, наверное, стараясь передать то, что я еще тогда не осознавал.

    Высказался он перед смертью, когда я, уже окончив институт, работал на заводе и, приехав в отпуск домой, видел как мой дедуля угасает. У него был силикоз (профессиональная болезнь шахтеров), ему был трудно дышать и при каждом кашле он выплевывал частички своих легких, забитых угольной пылью. Он, наверное, понимал, что более уже меня не увидит, и поэтому решил дать последний совет: «Держись от власти как можно дальше, не давай себе в нее втянуться, они погубят и тебя и твою душу».

    Я был крайне удивлен, никогда на подобные темы он со мной не говорил. Никогда не рассказывал больше, чем, как он считал, нужно, чтобы не зарождать во мне какого-то противления тому устройству общества, в котором мы все жили. Он никогда это устройство не хвалил, но и при мне никогда не хаял. Сейчас уже припоминаю отдельные разговоры его при встречах со станичниками, но они переговаривались тогда меж собой, и в памяти это не откладывалось. 

    А тут вдруг такое! Меня и раньше-то всегда удивляло и то, что он так милостиво к пленным немцам относился – ведь они фашисты, звери, а он им последнюю картофелину с дома приносил. Но то, что я услышал дальше, меня не только поразило, но прямо ошарашило – «приедешь хоронить, на кладбище медальки мои не несите, а лучше выбросить их». Я даже не сразу и понял, начал было говорить, что, мол, еще нас всех переживешь, рано на тот свет собираться. Но, не обращая внимания на мои слова, он продолжал говорить, как бы наставляя меня в долгую дорогу. Он рассказал о том, как бабушка, записанная на выселки в Сибирь, была им украдена из-под ареста и они убежали с хутора в Шахты, где он и устроился в забой; о том, как приезжали к нему на шахту его земляки, убегающие от коллективизации, и как он их скрывал у себя в землянке, а потом помогал им устраиваться на работу; как все эти годы голодовали; как умерли их первые с бабушкой дети (мой отец, рожденный в 1932 году, был первым, кто остался жив), как пережили страшный голод, когда, пока дед был на шахте, бабушка ходила по дворам и продавала все, что у них еще оставалось. Дошло до того, что продали последнюю обувь и все ходили в обметках – и в мороз и в слякоть. Он рассказывал о войне, ее ужасах, пьяных комиссарах, которые с перепою выстраивали солдат в окопах и производили «чистку» — это когда после кровопролитных боев проверялась белизна воротничков на гимнастерках. Чем он больше говорил, тем меньше я осознавал услышанное. Сознание, воспитанное идеологией Советов, просто не могло физиологически это воспринять как факты.

    Я слушал и не мог не то, чтобы поверить, а просто принять. Все внутри протестовало и не впускало информацию в сознание. Она отторгалась и не запечатлевалась в памяти. Мне говорил человек такой же родной и почитаемый, как мои родители, человек, который с малолетства на все летние каникулы забирал меня с собой на хутор Варваринский и возился со мной целое лето, водя на сенокосы, в ночное на рыбалку, по своим прежним друзьям, человек, которого я очень любил и уважал – он говорил, а я не мог это принять, думая, что он говорит это со злобы за все тяготы прошлых лет.

    Сейчас, вспоминая этот разговор по истечению четверти века, я так и не могу понять, что же сидело тогда во мне этакое, что же за непроницаемая мгла окутала тогда мое сознание, что я не мог воспринять сказанное одним из самых близких мне людей.  Сегодня этого ответ очевиден – многолетняя советская идеология и внешняя, за кругом семьи, среда. Эту пелену я разрывал в своем сознании потом долгие годы.
    К чему столь пространное и, казалось бы, не относящееся к рассматриваемому вопросу вступление? А оно вот к чему.

    Вначале я ответил, где сражался мой дед. И ни осуждать, ни упрекать я его никогда не буду – он действовал так, как диктовали обстоятельства его жизни, живя всегда по совести и чести.
    Но, главное, для чего я написал это — следующее. Вы, наверняка, долгое время, изучая казачью историю и взаимоотношения казаков с Россией, изо дня в день на протяжении нескольких лет формировали свои взгляды на данные вопросы. Я сейчас не говорю, правильны они или нет. Я хочу попробовать объяснить иное. Складывающееся мировоззрение подпитывалось мнениями единомышленников, разделяющих Ваши взгляды, все это усиливалось многократно в спорах с теми, кто высказывался иначе и т.п. Постепенно начала срабатывать та же самая система идеологических шор и завес, которая не пропуская новые знания и информацию, все сильнее укрепляла прежние убеждения. И уже иное мнение для Вас просто не воспринималось (как мне в последнем разговоре с дедом). Еще раз повторюсь, сказав – попробуйте, не отрекаясь от своего мировоззрения, посмотреть на мнение других не с точки отрицания, а с точки осмысления услышанного.

    Вот посудите сами, ни я, ни cossacknn ни словом не обмолвились ни на форуме, ни в беседах, об охаивании погибших в Красной Армии казаков во Вторую мировую войну. И в мыслях не было назвать их предателями! А что пишете Вы? – «Думаете, большинство казаков , у кого деды воевали за РККА, будут в восторге, узнав, что деды оказывается уже не герои, а предатели?» Мы этого не говорили и так не думаем – но Вы написали обратное. Что это, как не передергивание услышанного?
    Или Ваше выражение «Понимаете, я не буду плевать в своих дедов». А кто здесь плюнул в своих дедов? Или в казачьи Роды? Если кто и обвинялись, так это те, кто, предав казачество, сам отрекся от него и ушел в интернациональное большевистское братство. Среди учеников Христа были и Иуда. Так, почитая Христа, неужто мы должны почитать и Иуду?

    Или вот, в ответе cossacknn Вы пишете: «… да выясняется Ваше низкопоклонство перед вермахтом». Где он это утверждал? – он Вам так и ответил, что этого также ни в его словах, ни в его мыслях нет. Но Вы утверждаете обратное. Опять сработал уже имеющийся в сознании штамп. Ну и так далее…
    То, что вы не адвокат коммунизма – это абсолютно ясно, но преуменьшать его тлетворную сущность и разлагающие действия (называя это второстепенным), на мой взгляд, такая же абсолютная ошибка, и именно в 21 веке.
    Имея различную разновидность и формы, внедряемые в любые национальные движения, они неизменно приводят к уничтожению именно этого национального движения, превращая его неизменно в клановую борьбу.

    Теперь о главном. О «рациональном зерне». Много в своей жизни мне пришлось сделать. Что-то получалось и сегодня стоит твердыней, что-то – нет. Вот все, что стоит и являет собой пример, выстроено бескомпромиссно – на правде. А там, где проходило с элементами приспосабливания, а порой и легкого лицемерия, создаваясь и проявившись, впоследствии рассыпалось и отмерло. Как бы тяжело не было, но единственным рациональным зерном сегодняшнего объединения может стать только правдивый, пусть нелицеприятный анализ прошедшего времени, правдивый взгляд на сегодняшнее и честные, правдивые отношения меж собой. А вот исторического опыта у нас действительно предостаточно, и уж совершать новые ошибки – значит, быть действительно глупцами. Только опыт-то этот необходимо правильно еще понять, чтобы впоследствии также правильно его применять.

    И вот здесь необходимо отказаться от приятных сердцу идей, ласкающих сознания надежд, а твердо придерживаться исторической правды, не подтасовывая ее под свои взгляды и под реально существующую ситуацию. Потому как она одна, лжи бывает огромное количество с примесями той же правды в любых пропорциях.

    Во всех Ваших рассуждениях красной нитью проходит деспотизм русских, приведших казаков в воинское крепостничество. Поэтому, во-первых, необходимо этот деспотизм вначале осознать, признавая, что русские имеют «диаметрально противоположные ценности» и, во-вторых, отвалившись от решения политических задач русского народа заняться собственно своими сугубо казачьими делами. И все это в продолжении замешивается на довольно жестком русофобстве. Да, действительно, в определенные моменты исторического развития, царские чиновники, а при Петре Первом и сам император, довольно жестко обошлись с волнениями казаков на Дону. Была чрезмерная жестокость и неоправданные гонения. Но вызвано это было не русским деспотизмом и тиранией, а теми жестокими временами или чиновничьим самодурством, которого хватало везде – и во Франции, и в Германии, да и во всех странах мира того времени. 

    Ведь можно на мгновение отойти от уже исторически сложившейся картины мира и представить себе ситуацию, когда Россия не пошла бы на юг. Что было бы с Запорожской Сечей – польское владычество? Турецкое иго? Ведь не смогла ж она выстоять самостоятельно, когда в 1635 Польша, заключив мирный договор с Турцией, практически приступила к полномасштабному и поголовному уничтожению запорожцев. Что предприняли тогда казаки? – часть нанялась в турецкие войска, часть решила уйти в Персию, остальные, вступив меж собой в раздоры, порассыпались по всей Украине. Поднявший национально-освободительную борьбу Богдан Хмельницкий прекрасно понимал несостоятельность казаков одним ее выиграть, потому и обратился в 1654 году с просьбой о вхождении в Русское царство «чтобы быть им с землей и городами под царской великою рукой неотступно». Не «русские тираны» предложили данный союз, а сами казаки.

    Или на Дону, на тот момент вполне самостоятельное донское казачество решило разбить осиное гнездо турок – Азов. И весной 1637 года город-крепость пал. До 1642 (5 лет) Азов был в руках Донских казаков , но далее удерживать его не было ни сил, ни средств и город был оставлен. И вновь, когда в 1645 году крымский царевич Давлет Гирей Нурадин пошел на Дон войной, казаки, обратившись за помощью к Москве, получили ее в виде стрельцов, с которыми и смогли отбить турок от Черкасска, а впоследствии и разгромить их. В эти же времена казаки, обращаясь к царю, писали «… Многие орды на нас похваляются, хотят под наши казачьи городки войной приходить, и наши нижние городки разорить, а у нас свинцу, ядер и зелья нет… взять кроме твоей государевой милости негде».

    Не могла ни Запорожская вольница, ни вольница Донская в те времена 17-18 веков, оставаясь в прежних своих формах «вольного» управления, существовать самочинно меж создающихся централизованно структурирующихся государств. Необходимо было либо самостоятельно выстраивать ту же самую государственную машину централизованного управления и технологического обустройства, либо входить в уже готовые. В противном случае, сдержать натиски окрепших соседей было уже невозможно. Врастание Донского войска в русское государства стало самым благоприятным из всех имеющихся. Турки смели бы все до тла или превратили бы донские казачьи семьи в странствующих цыган. Ни Сеча, ни Дон не смогли, да и скорее всего, не захотели создать государственные централизованные образования, желая оставаться свободной вольницей, которая уже в 17 веке не могла существовать так же как в предшествующих веках.

    Время подобного устройства безвозвратно уходило и заставляло в целях выживания предпринимать меры по реконструкции данного устройства. Ранее, по подобному принципу, рассыпалась Золотая Орда – не найдя способности в себе на государственные преобразования, она рассыпалась на осколки.

    Казачество могло также распылиться в истории, превратиться в кочевое племя. Или как Некрасовцы, войти в уже существующие централизованные государственные объединения.
    Не создав своего полнокровного государства и войдя в уже готовое, естественно, произошли изменения первородных основ войска, которые вызвали и восстания Разина и Булавина. Но это были отчаянные попытки, оставаясь в исходной воле и вольнице, иметь одновременно, в случае необходимости помощь от тех, кого Вы называете нацией тиранов.

    Это первое. Второе – кто отчасти боролся с Разиным, Булавиным да и с Пугачевым? – в основном сами казаки и пленили их, а Булавина убили тоже казаки. Но подобные восстания были не только в России : в Чехии – гуситские войны, в Польше – добжинская крестьянская война, турецкое народное восстание под водительство Бедреддина, крестьянское восстание в Северной Италии под водительством Дольчино, великая крестьянская война в Германии Томаса Мюнцера. И все они были подавлены с неменьшей жестокостью, а то и с большей, где с живых сдирали кожу, жгли, вешали и т.п. Это были нравы того времени – жестокие, позорные, но охватывающие весь мир и грешить только на русских – это просто нелепо.

    И почему сегодня моравцы, которые составляли костяк гуситских восставших крестьян, не предъявляют чехам исков о геноциде и тирании?

    Выпячивая сегодня национальную неприязнь к русским и тем более, обвиняя их в деспотизме и невозможности управиться в государстве, так как это сделали все иные народы, это не только не верно, но и очень опасно. /Есть на сегодняшнем постсоветском пространстве два государства Грузия и Украина, политика которых выстроена на русофобских позициях (заметьте не на антисоветских – антибольшевистских). Что мы наблюдаем – то, что выстраивается на ненависти и лжи, неминуемо приводит к внутреннему противоборству уже самой «национальной элиты», постоянному брожению и хаосу и в последующем, к новой лжи и разложению.

    Хотим мы этого или нет, нравится нам это или не нравится, но казаки с Россией срослись как сиамские близнецы, друг без друга им не жить, не выстоять и не благоденствовать. И как только отсечется какая-либо часть – неминуема гибель. И посему наш выход в единстве, противостоянию того, что губит сегодня наше Отечество, что отравляет одинаково народ и в Рязани, и в Кущевской и в Тамбове и в Усть-Хоперской. Самоизоляция и борьба за этнические интересы привести может только к таким же результатам, какие мы наблюдаем сегодня в упомянутых Украине и Грузии – самогрызне, бесконечной политической войне элит и еще большим страданием своего народа.

    Теперь по поводу интеллектуальной беспомощности. Вы пишете : «Суть действий и красных и белых и нацистов, в одном – следовании ложным ценностям, которые не присущи нашему народу». Во-первых, нацистов среди казаков не было – понятно, Вы имели в виду казаков , вставших на сторону Вермахта во Вторую Мировую войну (но в любом случае, с данными терминами надо обращаться аккуратно). Во-вторых, у каждой из указанных категорий были свои ценности, за которые они бились и умирали и ложными для себя они их не считали. Таковыми назвали их Вы, но это абсолютно не значит, что они были ложными. Для казаков Дона, вставших под знамена законно избранных Атаманов, ценны были честь, верность, защита своего края, а те, кто воспринял большевистскую идею – мировая революция и «всеобъемлющее счастье». Этническая замкнутость, которую необходимо было бы защищать по Вашим предположениям, в данное время удостоилась бы такого же разгрома, как и на Украине, благодаря национально ориентированному Петлюре. Это абсолютно очевидно.

    И наконец. Многие Ваши выводы, имея довольно разную природу и суть, сводятся к одиозным утверждениям по их тождественности. Ну, например, Вы пишете, что Петр Первый и Сталин для Вас суть одного, оба они вели геноцид против казаков . Не будем брать численность убиенных при подавлении восстания казаков Петром Первым и практически 35-летнее истребление казачества Сталиным и последующими большевистскими вождями.
    Необоснованная жестокость Петра Первого не ставила цели тотального искоренения ни казачества, ни его традицией, ни его этнической самобытности. Да, были ограничения вольности, но необходимой для государственной целесообразности. Большевики же уничтожали, выжигая до тла, самые коренные основы казачества, саму суть, перековывая нации в безликое советское общество. Это абсолютно разная природа! Но у Вас вывод один. А это приводит к банальному упрощению всего ранее происходящего и, как следствие, упрощению в действиях сегодняшнего дня. (2009 г.; см. также полностью в Энциклопедии тему «Мелихов: Семья. Детство. Воспитание»; см. полностью на форуме здесь )

  • (…) Форумчанин пишет: «Хотелось бы услышать вашу оценку ИХ деятельности и ветеранов СССР»    Оценка «ИХ деятельности» , как и ветеранов СССР, какая бы она ни была с нашей или с Вашей стороны, не может отменить факт того, что в мировой истории и тем более, в истории России ни до Второй мировой войны, ни после её – не было поступков и прецедентов такого масштаба, когда количество солдат одного и того же народа боролись друг против друга – одни в армии государства, где они жили сами или жили ранее до изменения государственного строя, другие – в армии, напавшей на данное государство. А количество таких солдат, воевавших на стороне Вермахта, было более 1 млн. человек. Это на порядок больше, чем противостояние в гражданскую войну!  Назвать все это простым предательством – значит, не осознавать ни масштабов случившегося, ни причин , побудивших этот миллион так поступить.  Но об этом мы говорили уже довольно много и при желании обо всем этом Вы можете прочитать здесь же на форуме. Да и Ваш вопрос не про это.    Что касается нашего отношения к ветеранам, как с одной , так и с другой стороны, так оно такое, как и подобает любому христианину (часто Вами упоминаемому) – уважение их преклонного возраста и посильная помощь им в тех случаях, когда государство после трескучих фраз на 9 мая — о них до следующего 9 мая забывает. (…) (2012 г.; см. полностью на форуме здесь  )
  • (из фоторепортажа о посещении г. Лиенц (Австрия)): (…) Мировоззрение [местных австрийских властей и простых людей]. Ведя беседы, обсуждая те или иные вопросы, они неизменно затрагивали вопрос действий российских властей в отношении Мемориалов, искренне удивляясь: откуда эта неуемная злоба и почему очевидные для всех вещи и исторические события у них вызывают такую агрессию. Я, как мог, объяснял им, но они искренне не понимали этих объяснений, спрашивая еще и еще: почему поведение людей, их выбор соотносится не с их нравственной основой и моральными качествами, а связываются с идеологическими догмами, которые сегодня могут быть одни, а завтра — другие.

    Ведь нравственный облик, моральные устои казаков Казачьего Стана и 15 каз. кав.корпуса однозначно указывают на то, что эти люди никоим образом не могут быть ни предателями, ни изменниками, ни душегубами и ни злодеями. И наоборот, советская власть, методически уничтожающая и казаков и лучших представителей России — уж явно и безнравственна и безжалостна. Но тогда почему все выворачивается наизнанку? Я вновь усердно старался объяснить. Но они вновь недоуменно покачивали головой. И я понимал — почему. Потому что главным для них принципом их жизни является свобода личности, напрочь отторгающим идеологический диктат, от кого бы он не исходил. Они свободны не только декларируемыми законами, но и внутренним собственным осознанием. И это для них не право, а непреложная догма.

    Был еще один примечательный случай.
    Когда тот работник муниципалитета, который мне рассказывал об организации туризма в Тироле, спросил меня:»Владимир, Вы создали Мемориал полностью за свои средства и муниципалитет Вам ни в чем не помогал? — Да. — ответил я. Тогда он возмутился: Ну как же так? — помимо исторического и памятного места, Вы создали для муниципалитета прекрасный экскурсионный объект, который они могли бы включить в свой туристический бизнес, а они стремятся его разрушить — это же идиотизм!
    Я не стал ему пояснять об истинном идиотизме, а не только о его проявлении в этом конкретном примере, просто утвердительно покачал головой. А он еще долго с рядом сидящими о чем-то азартно перешептывался.

    Чтобы понять их отношение к человеку, я хотел бы привести вот такой пример. Пример с Прохоровым Тимофеем Васильевичем, о котором я прочитал в австрийской и немецкой газетах, вышедших соответственно 1 июня 2013 г. и 3 июня 2013 г. В них описывается судьба моего земляка, проживавшего в г. Шахты Ростовской обл.
    Родился он 22 января 1894 г. в ст. Богаевская. Пережил расказачивание и, как многие казаки (так же, как и мой дед), чтобы укрыться от коллективищации, убежал в Шахты, нанявшись на рудник. Во время оккупации развозил на телеге уголь для горожан, чем и обеспечивал себе жизнь. При отступлении немцы заставили его погрузить в телегу своих раненых и везти до Ростова. В Ростове его отпустили назад домой вместе с телегой. Но он не стал возвращаться, и так ушел вместе с немцами. Попал в Мюнхен. На окраине города, в одном из парков, после окончания войны свозили мусор, очищая город. Вот из этого мусора он сделал себе курень и маленькую часовню, так там и жил, пока в конце 60-х к нему не нагрянули чиновники из Олимпийского комитета, которые предупредили его, что данная территория вся будет застраиваться олимпийскими объектами и что свои строения он должен снести. Взамен ему предлагали в Мюнхене целый дом.

    У Тимофея Васильевича была большая группа поклонников — одни уважали его за кротость и готовность прийти на помощь, другим он казался старцем и проповедником, для третьих он был просто хорошим человеком, к которому всегда, гуляя в парке, можно было прийти и поговорить по душам. Вот они все и пришли к его дому, когда в парк пригнали бульдозер для сноса. В печати поднялся шум населения, требовали оставить в покое старика. И муниципалитет Мюнхена и Олимпийский комитет Германии решили не трогать убогие строения Прохорова, а сместить все олимпийские объекты немного в сторону.

    После чего обер-бургомистр Мюнхена назвал хибарку и часовенку Тимофея Васильевича «лучшим незаконным строением Мюнхена», а в народе Прохорова назвали «Первым победителем Мюнхенской олимпиады». Так и жил отшельник в своей хатке до смерти (прожив 110 лет), окруженный великолепными олимпийскими объектами и парком, куда постоянно приходили гуляющие в парке местные жители, поговорить с чутким и добродушным стариком.
    Не разломали их и после его смерти, решив наконец, узаконить эти постройки и придать им статус охраняемых государством.

(…) (2013 г.; см. полностью на форуме здесь )

СМ. ТАКЖЕ :

  • АНТИБОЛЬШЕВИСТСКАЯ БОРЬБА
  • БОЛЬШЕВИЗМ
  • КАЗАЧЕСТВО
  • МЕЛИХОВ: ОБВИНЕНИЯ В…
  • ФАЛЬСИФИКАЦИЯ ИСТОРИИ
  • СИСТЕМА. СОЗДАНИЕ МИФОВ…
  • МЕМОРИАЛ. ПРОТИВОСТОЯНИЕ ВЛАСТИ…
  • КРАСНОВ П.Н.
  • ОККУПАЦИЯ
  • ПРЕДАТЕЛЬСТВО: МНИМОЕ И РЕАЛЬНОЕ
  • и др.

P.s. страницы Энциклопедии находятся в постоянном пополнении и обновлении по мере размещения новых сообщения В.П. Мелихова на форуме.